Герой Земли

      Когда Беннер наконец соизволил выйти из лаборатории, была глубокая ночь. Ему совсем не хотелось показываться на глаза друзьям с подбитым глазом. В боку у себя Брюс самостоятельно диагностировал ушиб ребра, но Бартона не винил — ведь это же очевидно, верный друг Наташи хотел разозлить его.       Брюс уселся за стойку и достал из-под стола бокал и бутылку виски — заначка Тони всегда была здесь. Сам Старк появлялся редко, его семье было необходимо больше внимания, чем кучке защитников.       Семья… Беннер задумался о том, что тоже мог бы иметь семью. Теперь, учитывая отсутствие гамма-излучения, Брюс имел некоторые шансы на полноценное продолжение рода. Наташа была бы рада, если бы… Если бы, понял он, когда виски полился через край. Наташа не может иметь детей. Он глубоко вздохнул и отхлебнул из бокала.       — Не спится? — раздался женский голос за его спиной. Ладони сжали плечи, а губы коснулись его макушки.       Беннер резко развернулся на стуле и сжал запястья Наташи, поднимаясь на ноги. Он посмотрел на неё, пытаясь разглядеть в темноте.       Если только сейчас она отвергнет его…       Брюс сжал её подбородок пальцами и, медленно сближаясь, коснулся губ. Осторожно, не углубляя поцелуй, как неопытный подросток, он касался её, будто это был его первый поцелуй. Наташа повелась бы на его неопытность, не знай она, как Беннер целуется. Ей нравилось. Стараясь подтолкнуть его, Наташа попыталась касаться его пересохших губ языком, но Беннер продолжал этот детский поцелуй.       Романофф застонала от мысли о том, что впервые за долгое надела ночную рубашку для сна, а не штаны. Она разорвала поцелуй, отодвинула его, сама усевшись на барный стул, и притянула к себе, обвив ногами. Удивленную, но довольную улыбку Беннера она прекрасно видела и во мраке. Брюс молча смотрел на неё, не предпринимая дальнейших действий. Когда же Наташа дёрнула молнию на его брюках, Беннер снова осторожно прижался к губам. Ей совсем не нужно было ничего делать, только сесть удобнее, отодвинуть белье, обхватить шею Беннера и прижать его ногами к себе сильнее.       Брюс глубоко вдохнул вместе с ней, удерживая бёдра, утыкаясь носом в её шею. Он зашипел — кажется, нос тоже был сломан, но это не имело никакого значения. Несколько раз в голове пронеслась мысль о том, что кто-то ещё может ночью выйти прогуляться, однако, останавливаться не хотелось. Не хотелось спугнуть или разочаровать Наташу своей трусостью и стеснением.       Беннер не торопился, ему казалось, что подобной близости уже не будет. Наташа, кажется, плакала на его плече, царапая спину, сжимая зубы. Он кончил скоро, уткнулся в её лоб своим и облизал губы.       — Что у тебя с лицом? — спросила Наташа, когда они отдышались.       — Упал, — прошептал Брюс, касаясь губами её уха. — Ничего серьёзного.       Они помолчали. Беннер глубоко вдохнул.       — В отличии от тебя. К тебе у меня самые серьёзные намерения, — он замялся, предполагая как комично будет звучать его предложение после подобного секса в общественном месте. — Ты будешь… хм. Как сказать. Ладно. Ты согласишься встречаться со мной? Я понимаю, что возможно не тот человек, о котором ты мечтала…       — Брюс, замолчи, — она сжала его лицо. — Я не откажусь от тебя, если ты, конечно, не уговариваешь самого себя.       Беннер активно замотал головой и обнял её.       — Если ты теперь мой парень, то я могу же пригласить тебя на стаканчик виски в свою комнату?       Беннер коротко кивнул, оправил свою одежду и подхватил Наташу на руки.       Пришедший наутро Тони Старк поперхнулся своим кофе и удалил ночные записи с камер видеонаблюдения. От греха подальше.