Блич-однострочники

Т1-86 Ичиго | Ишшин | зампакто Ичиго. Ишшин считает, что у сына проблемы с самооценкой. 90 — Ну это же просто неприлично! Да у него налицо сублимация и подмена понятий, это я тебе как доктор говорю, — Ишшин пожалел о том, что не захватил сакэ: уж больно тема разговора располагала. — Ты бы с ним поговорил, как мужчина с мужчиной, — он подмигнул, — о том, что важен не размер… — А сам почему не поговоришь? — И как ты себе это представляешь? «Ичиго, мне не нравится размер твоего духовного меча…»?! Зангецу снял очки, повертел в руках и прикусил дужку, скрывая улыбку. Через полгода, во время очень личного мужского разговора Ичиго продемонстрировал отцу банкай.

***

Т1-21 Укитаке|Ичиго, Ичиго надо написать сочинение по истории и пытается выведать у Укитаке, а что было давным-давно 25 слов Старательно записывая за рассказчиком материал для будущего сочинения, Ичиго никак не мог понять, почему с каждой новой упомянутой исторической датой Укитаке-тайчо всё сильнее краснеет.

***

Т1-23 Кенсей|Хисаги. «Почему ты уходишь?».TBP. 36 Капитан Мугурума молча провожал взглядом хрупкую мальчишескую спину, напряжённо прямую, несмотря на дрожащие плечи, и не мог найти слов, чтобы вернуть странного пацана, ответившего на вопрос «Почему ты уходишь?» резким «Мне стыдно, что я такой слабак!». 44 слова — Почему ты уходишь? — спрашивает Хисаги, в этот момент удивительно походя на прирученного котёнка, которого бросают наигравшиеся хозяева. И Кенсей едва сдерживается, чтобы не подхватить его на руки, сцеловывая стоящие в глазах слёзы, чтобы не преступить ту страшную грань, когда любовь из счастья становится преступлением.

***

Т1-30 Укитаке/Бьякуя, урок каллиграфии 36 Много лет спустя Бьякуя вспоминал свой последний урок каллиграфии, и ему казалось, что учитель рисовал не мокрой кистью по обнажённой коже, но горячим железом по обнажённой душе, впечатывая в самую суть Бьякуи иероглифы «Долг» и «Честь».

***

Т1-65 Ишшин | Ренджи «А ну иди-ка сюда… зятек!» H! Абараи едва отмазался от похода на стадион с Карин, затем полдня бегал по всей Каракуре от внезапно воспылавшего желанием поразмяться Ичиго, но всё это показалось ему нежной прелюдией, когда на пороге дома его вдруг схватил старший Куросаки и со словами «А ну иди-ка сюда… зятек!» утащил в кухню, где сидела красная от смущения Юзу и вертела в руках узкую бумажную ленточку с двумя полосками.

***

Т1-60 Ренджи/Ханатаро. «Брось ты уже эту метелку!» 33 — Брось ты уже эту метёлку! Не умеешь ведь, Абараи-сан, только пыль поднимаешь. Ренджи фыркнул, отряхнул орудие труда и провёл пушистым кончиком по оголённой шее Ханатаро, с удовольствием отметив про себя как тот покраснел.

***

Т1-50 Ренджи/Ичиго, «варенье из клубники» H! 21 В последнее время Ренджи начал ревновать даже варенье из клубники к поедающей его Рукии, но ничего не мог с этим поделать. 44 Ичиго в ужасе обвёл взглядом кабинет шестого отряда, обклеенный рыжими в клубничках обоями и заставленный по всем горизонтальным поверхностям изображающими клубнику сувенирами, и рухнул на стул. За спиной и.о. шинигами понимающе вздохнул Бьякуя и придвинул страдальцу чай и мисочку с вареньем. Из клубники же.

***

Т1-24 Кон | Чизуру | Орихиме. «Это моя богиня!» 70 Когда Орихиме всё же решилась выяснить причину никак не стихающего за дверью шума, она была готова увидеть всё что угодно, включая битву меносов и больших боевых роботов, но то, что в действительности творилось снаружи, превысило все её ожидания: Чизуру размахивала бейсбольной битой, от которой довольно ловко уворачивался, лавируя в нагромождении пакетов из токийского супермаркета и выкрикивая на бегу «Не смей приставать к Иноуэ-сан! Это моя богиня!», изрядно потрёпанный плюшевый лев.

***

Т2-91 Изгнание сейретейского демона. Лейтенанты, дружно кричащие «Изыди!» 110 — И всё же я не понимаю этого нововведения, лишающего даже лейтенантов любимых посиделок за чашечкой чая с печеньем, — раздался огорчённый голос из-за широкой спины Шухея. Шухей переменился в лице и подпрыгнул на месте. — Ичимару-тай…чо! — Аканна~, Хисаги-кун~, не надо смотреть на меня как на призрака, я всего лишь зашёл по старой памяти… Кто-то скрипнул зубами. — Между прочим, у Айзена-тайчо на собрании арранкаров подают ча~й, несмотря на то, что вокруг пустыня, — Гин проскользнул в комнату и уселся на стол рядом с замершим в растерянности Ренджи. — Изыди, демон! — в один голос вскричали лейтенанты третьего и десятого отряда, обнажая мечи. — Ой, как меня тут, оказывается, не лю~бят, — обиделся Гин и растаял в воздухе.

***

Т2-62 Кира | Хисаги. После войны. «Я понимаю, что Мугурума-тайчо классный, но, поверь моему опыту, не стоит заводить роман с капитаном» — Я понимаю, что Мугурума-тайчо классный, но, поверь моему опыту, не стоит заводить роман с капитаном. — Да, Хисаги-семпай. Но сердцу не прикажешь.

***

Т2-56 Кира | Хинамори. Слежка за своими капитанами 86 — Стыд-то какой! — Тихо, они могут услышать… — Я его боготворила, готова была следы его ног целовать, а он!.. Может, это капитан Ичимару плохо на него влияет? — Знаешь поговорку «Каков хозяин, таков и пёс»? Думаю, к лисам это тоже относится. — Ты жестокий, Кира-кун! — Да тихо ты, дурочка. Может, это всё луна виновата. Лейтенант третьего отряда притянул к себе непутёвую подругу и успокаивающе погладил по голове, отвлекая от двух смутно различимых в лунном свете капитанов, весьма шумно отмахивающихся от беснующихся под яблоней сторожевых собак.

***

Т2-71 Ичиго, Ямамото-сетайчо, «Преемник слишком юн» 96 — Куросаки Ичиго, подойди, — мягкость голоса пошатнула представления и.о. шинигами о личности императора. Он нерешительно поднялся, и шагнул вплотную к загораживающему лик властителя занавесу. — Ближе… Ичиго нырнул под занавес, который приподняли молчаливые охранники, и тут же выскочил обратно, полыхая смущённым румянцем. С той стороны донёсся звенящий женский смех, что окончательно добило Ичиго, и он позорно сбежал из приёмной комнаты, вопреки всем правилам этикета. Всё ещё неподвижно сидящий на татами Ямамото укоризненно хмыкнул, и смех прервался. — Мне кажется, что мой преемник слишком юн, — из-за занавеса вышла молодая женщина, чью фигуру почти не скрывал полупрозрачный шёлк, и присела рядом со стариком. — Не смею оспаривать мнение императрицы, — сварливо отозвался Ямамото, — но мне бы хотелось немного чаще видеть свою внучку, а при твоей должности это невозможно.

***

Т3-11 Гин|лисогин|Эспада|Айзен| «Вот же шкодливая тварь!» 51 — Вот же шкодливая тварь! — воскликнул Владыка, стряхивая с ног тапочки. — Что такое~? — сидящий в кресле Гин чуть склонил голову и на мгновение замешкался, за что был укушен развалившимся на коленях лисом. — Да Гриммджо опять в тапки нассал, — возмутился Айзен и отпустил реяцу. Лас Ночес отозвалось дружным стоном придавленных к полу арранкаров.

***

Т3-53 Бьякуя/Ичиго | Ишшин, действие в спальне Ичиго с утра, «Гуд морнинг, Ичиго» «Куросаки-сан, у Вас ужасное произношение!» 71 — Гуд морнинг, Ичиго! — поприветствовал сына Ишшин, и очень удивился, когда его полёт ничто не прервало, и он едва не промахнулся мимо кровати. Несколькими секундами позже, когда он почти закончил бороться с одеялом, в комнату вернулся Ичиго, неся на руках с ног до головы закутанного в банный халат любовника. — Гуд морнинг, май прешес, — проявил галантность Ишшин. — Куросаки-сан, у Вас ужасное произношение! — холодно отозвался Бьякуя, осознавший, что ему придётся заново застилать кровать.

***

Т3-96 Бьякуя/Ичиго | Ишшин «А ты кто?» 27 Первый раз в жизни Ишшин испытал чувство неловкости, когда Карин спросила вышедшего из спальни старшего брата Кучики Бьякую «А ты кто? И почему на тебе футболка Ичиго?»

***

Т3-21 Кира|Гин|фанатки, «Да не буду я с ним спать!», «Оя, смутился~» 56 — Ну, что уставились?! — нервно спросил Ичимару Гин у столпившихся фанаток. — Мы ждём… — Да не буду я с ним спать! — А мы и не предлагаем вам спать. Займитесь зверским, необузданным, безумным, извращённым сексом с использованием подручных материалов и воплощённых занпакто! — Капитан, что с Вами? Ваше лицо! Гин посмотрелся в лезвие занпакто и покраснел ещё больше. — Оя, смутился~.

***

Т3-47 Укитаке/Бьякуя|Сенбонзакура, философский разговор на отвлеченные темы, Бьякуя засыпающий от скуки. 35 Лишь через полчаса после того, как Бьякуя уснул, Сенбонзакура осмелился прервать пространную речь Укитаке, настолько погрузившегося в философские дебри, что прикорнувший на его коленях любимый ученик остался незамеченным и непоглаженным, чего ранее тот не допускал.

***

Т4-000 Гриммджо/Ичиго, мпрег, «Ух ты, котятки.», H! 53 Ичиго устало прислонился к стене и вытер взмокший лоб. — Ух ты, котятки. Гриммджо, не заботясь о том, что с него льёт в три ручья, присел на корточки рядом с коробкой, из которой торчали кошачьи уши. Кошка фыркнула. — Она сказала «своих нарожай», — буркнул Ичиго. Гриммджо оторопело уставился на Ичиго: — А она откуда знает?!

***

Т4-01 Укитаке|Гин, «Скажите, тайчо, а как вы ухаживаете за волосами?» 133 — Какие будут вопросы по теме лекции? — Укитаке оглядел аудиторию, которая была буквально битком набита желающими поглазеть на одного из тех, кто заканчивал Академию в числе первых и до сих пор жив. Студенты зашептались, пытаясь побороть смущение, и вдруг… — Скажите, тайчо, а как вы ухаживаете за волосами? — мелкий мальчишка с первой парты не поднялся, задавая вопрос, а лишь склонил голову к плечу, выражая заинтересованность. — Да никак особо не ухаживаю. — удивился Укитаке. — А как мои волосы относятся к теме урока? — Мне просто кажется странным, что у капитана такие длинные волосы. За них же могут схватить, а они такие длинные. Или вы не участвуете в битвах? Укитаке улыбнулся. — Когда я учился в Академии, они были гораздо короче. А лет двести спустя меня перестали ловить за волосы, и я перестал их стричь. — Обязательно проверю на практике, Укитаке-тайчо~…

***

Т4-04 Ичиго/Бьякуя «И чтобы никаких Гриммджо.» ~120 Однажды Ичиго приснился очень красочный сон о том, что он умер и переселился в поместье Кучики. Глава семейства учил его чайной церемонии, боевым приёмам и даже правильному японскому поцелую, что было почти так же трудно, как ненавистная медитация над листком бумаги и кисточкой для туши. А потом его разбудил ворвавшийся в комнату папаша, а за окном уже вовсю завывал жаждущий драки Гриммджо. Вяло отмахиваясь мечом от наскоков огромной белой пантеры, Ичиго думал о том, что неплохо было бы, если бы сон сбылся. Он даже готов был смириться с уроками каллиграфии, лишь бы в его жизни не было больше школы, чтобы больше никто не будил, напрыгивая сверху весьма нелёгкой тушей, чтобы вместо маленькой ванны был огромный онсен… — И чтобы никаких Гриммджо, — пробормотал Ичиго, вытряхивая себя из песочницы, куда его скинул вконец озверевший противник.

***

Т4-23 Рюукен|Урюу, «Рюукен! Он сказал, что будет моей новой мамой!!!» Примечание. «Он» — кто угодно, но не Иссин. 90 — И что это означает, — поинтересовался Рюукен, застав сына спящим на коленях незнакомого мужчины. — Тс-с-с. Ребёнка разбудишь, — Заэль аккуратно высвободился из цепкой хватки, подсунул Урюу вместо себя нагретую подушку, и попытался разгладить сильно помявшийся костюм. — У меня в комнате есть утюг, — предложил Рюукен. Ранним утром уже освоившийся в доме арранкар в кружевном фартучке и подносом с завтраком выпорхнул с кухни, полный добрых намерений. Минутой позже на кухню ворвался всклоченный со сна Урюу: — Рюукен! Он сказал, что будет моей новой мамой!!! — Скорее, вторым папой, — поправил его отец и прикурил первую утреннюю сигарету.

***

Т4-15 Ренджи|Укитаке/Бьякуя. «А подглядывать нехорошо, Абараи-кун» 197 Вообще-то он зашёл в тринадцатый, чтобы повидать Рукию. Только дойдя до офиса Ренджи вспомнил, что подруга ещё вчера быстро собралась и смылась в командировку на грунт. Но в её кабинете кто-то был. Тихо, стараясь, не производить ни дуновения рейрёку, ни шороха, Ренджи прокрался к окну и осторожно заглянул внутрь. Сначала он ничего не понял, но чем больше смотрел, тем сильнее алели его щёки. Простой руконгайский парень, он никогда и подумать не мог, насколько сильно отличаются от него аристократы не только богатством и поведением, но и в постели. «Они же мужики, — растерянно думал Ренджи, вжавшись в стену и стараясь унять бешено колотящееся после бега на грани шунпо сердце. — Охуенно красивые, но точно мужики. На мгновение он представил себе Кучики Бьякую женщиной и снова вспыхнул румянцем. — Может, я чего-то не так понял? Мало ли… Наверное стекло было мутным, — уговаривал он себя, крадясь обратно. — Точно, капитану Укитаке стало плохо, и Кучики его откачивал», — убеждал он себя, забираясь на крайне удачно расположенное дерево. — А подглядывать нехорошо, Абараи-кун, — раздался сверху громкий шёпот, и Ренджи чуть не свалился с ветки. Парой метров выше, удобно устроившись в развилке ветвей и ничуть не смущаясь своего поведения сидел Кёраку Шунсуй и увлечённо разглядывал что-то в бинокль.

***

Т4-09 Хирако | Урахара | Кто-нибудь еще. Две очень хитрые морды 130 — Привет, Киске! — Ой, — Урахара вскочил с пола. — Сиди-сиди, — Хирако-тайчо опустился рядом, — у сотайчо сейчас Кучики, так что это надолго. Урахара плюхнулся обратно и с любопытством уставился на отделяющую их от начальства перегородку. — Хирако-тай… — Шинджи. — Шинджи-тай… — Просто Шинджи! — Э-э-э… Ты не знаешь, о чём они беседуют? — Не-а. Но если интересно, пойди и посмотри. Урахара почесал в затылке и медленно, не поднимаясь с пола, подполз к двери. Начальство не заметило тихого шуршания сёдзи, полностью погруженное в игру. Звонко цокнул по гобану камушек, Ямамото-сотайчо нахмурился и вдруг повернулся к двери. — Кто это тут у нас? — спросил он подозрительно ласково. — Хочешь посмотреть партию, Урахара-кун? Второй игрок повернул голову, и улыбнулся. Урахара проснулся в холодном поту — даже много лет спустя он всё ещё видел во сне две очень хитрые морды задумавших явно что-то нехорошее стариков.

***

Т4-06 Укитаке|Рукия|Бьякуя, лепить снеговика в поместье Кучики 83 Кёраку буквально выволок любимого друга за шарф из поместья Кучики, где тот всего за полчаса умудрился полностью вываляться в снегу. — Я понимаю, что праздник, я даже готов поверить, что малышка Рукия не справилась бы сама с подобным творчеством, но я абсолютно точно уверен, что нырять в сугроб для этого было совершенно необязательно! — Шунсу-уй, — жалобно всхлипнул Джууширо, — ты меня сейчас задушишь. Кёраку ослабил хватку, повернулся к нему и порывисто обнял. Выглянувший из ворот поместья Кучики Бьякуя понимающе хмыкнул и пошёл загонять сестру в дом.

***

Т5-47 Ренджи/Ичиго, «завещаю в вечное пользование» H! 188 — «Теперь, когда у меня нет больше причин оставаться на посту капитана шестого отряда…» — Ренджи прокашлялся. — Тут много пафосных слов про долг, честь и достоинство, так что потом почитаете, кто ещё не слышал. А вот да-альше. Он выдержал паузу и приступил к самому интересному. — «…мой набор кистей для письма, подушечку для стула и папье-маше в виде головы дракона оставляю самому ответственному и исполнительному в отряде — младшему офицеру Рикичи…» — Слышал, парень? Как самому отверственному и наполнительному. В задних рядах заржали. — А ну цыц! Я тут завещание читаю! «…самое ценное достояние отряда — лейтенанта…» Чтоб тебя, сбился! «Куросаки Ичиго, капитану третьего подразделения завещаю в вечное пользование самое ценное достояние достояние отряда — лейтенанта Абараи…» — по мере прочтения голос Ренджи становился всё тише, а интонации — менее торжественными. — Это как это? Меня? В вечное пользование? Да я его… Да я ему… Да какого хрена?! — Ничего не поделаешь, Ренджи, придётся переводить тебя в третий отряд, — Кира, ещё не освоившийся в новеньком капитанском хаори, успокаивающе похлопал друга по плечу. — Что будет весьма кстати, принимая ваши с Ичиго отношения. В задних рядах опять кто-то заржал, Ренджи сплюнул на пол, передал бумажку с «завещанием» Рикичи и пошёл собирать вещи.

***

T5-74 Ренджи/Ичиго. Абарай уже капитан, Ичиго в плену у Айзена. Связь между душами и мирами. «Пока ты жив…» 136 Вертикальное небо затянуто чёрными тучами, но на небоскрёбы не падает ни капли. Пахнет озоном, если только во внутреннем мире существуют запахи. — Ичиго!!! Ичиго, ты же спишь? Ты слышишь меня? — Если будешь так орать, я проснусь, — бледная тень Куросаки материализуется на соседнем окне. — Как ты? — Айзен придумал новую забаву. Теперь мне надо рвать их голыми руками. Кажется, я — его любимое развлечение. — Пока ты жив… — А это мысль. Может, притвориться мёртвым? — Мне назначили лейтенанта, так что скоро я смогу… — Ренджи делает шаг вперёд, чтобы хотя бы во сне коснуться того, с кем разделён чем-то большим, нежели пространство. — Знаешь, пока ты собираешься, я всё же попробую… Чёрные тучи наконец-то разрождаются дождём, из разорванного молнией небытия выпрыгивает непрестанно смеющаяся фигура, и Ренджи выбрасывает прочь. — Чёртов Куросаки! — Абараи-тайчо поднимается с пола, потирая ушибленный затылок, и гасит ароматические лампы.

***

T6-14 Квинцест. «Наверное, я плохой отец.» 170 Чёрные волосы. Я помню, какие они наощупь. Каждая прядка аккуратно уложена, каждый изгиб просчитан, и всё равно разлетаются в стороны при малейшем движении. Гладкая почти белая кожа. Такая нежная, что хочется прикусить и посмотреть, как наливается кровью синяк. Слишком выразительные глаза, которые ты прячешь за стёклами очков. Слишком много чувств, всё равно выплёскивающихся наружу. Хорошо, что мне хватило ума заламинировать фотографию. Единственную, которая у меня есть. Единственную, которая у меня когда-либо будет. Наверное, я плохой отец, но этого ты не узнаешь. Ты выше меня. Надеюсь, я догоню тебя когда-нибудь в росте. Но не в умении владеть собой — это недостижимо. Я ненавижу тебя. Твою походку, твой холодный взгляд, твои белые волосы. Своё отражение в зеркале, так похожее на тебя. Может, мне покраситься и удавиться? Есть ли чувства по ту сторону зрачков? Я помню твоё лицо до мельчайших деталей. Помнишь ли ты моё? Помнишь ли ещё, что у тебя есть сын, или выкинул меня из памяти? Никогда не вернусь к тебе, клянусь гордостью квинси! Как бы мне ни хотелось…

***

T6-19 Укитаке|(/)Бьякуя, день рождения Кучики, про который помнил только Джууширо 225 — С днём рождения, — действительно, кому же ещё помнить про эту дату, если больше никого не осталось? — Спасибо, — Бьякуя кинул взгляд на календарь, и осознал, что тот висит ещё с прошлого года. — Пусть всё у тебя будет хорошо, — продолжил Укитаке, и почему-то показалось, что эти обычно ничего не значащие слова, обволакивают душу тёплым защитным коконом. — Я постараюсь, — ответил Бьякуя, снимая календарь со стены. — А теперь, извини, мне хочется побыть одному. — Нельзя быть одному в собственный праздник, — улыбнулся Джууширо и внезапно обнял его. — Особенно теперь. Поверь моему опыту. Бьякуя вздрогнул. Если он за какие-то две сотни лет… то сколько же дорогих людей потерял Укитаке. Как он вообще может улыбаться? — Вы ещё встретитесь, — тонкий палец скользнул под подбородок, заставляя Бьякую поднять лицо. — А пока что у тебя есть я. Полные нежности глаза приблизились, и Бьякуя почувствовал нежный вкус любимого чая Укитаке. Поцелуй длился всего мгновение, но за это мгновение апатию, владевшую капитаном шестого отряда с осени прошлого года, вытеснили удивление, смущение и ещё какое-то чувство, которому Бьякуя не мог пока подобрать определения. — А как же Кёраку-сан? — О-о-о… Ну только намекни, и он тут же присоединится, — в глазах Джууширо зажглись чёртики. — Ну тогда лад. ЧТО?! Да как ты… Вон отсюда, — взорвался Бьякуя, — и не мешайте мне работать! — Хорошо, малыш, мы зайдём к тебе вечером, — Укитаке открыл дверь и обернулся. — С возвращением, Бьякуя-чан.

***

T6-29 Бьякуя/Рукия. «Нии-сама, а я правда так на неё похожа?» 238 Бьякуя пьёт чай. Сладковатый аромат улуна цепляется за кончики волос, настойчиво тычется в ноздри и чуть кружит голову. Бьякуя поднимает глаза от чашки и смотрит поверх чайного столика на сестру, сидящую в противоположном углу комнаты. В ловких пальцах зажата тонкая кисть, которой девчонка водит по бумаге, рисуя очередного зайчика. Хисана тоже любила вот так сидеть в углу с кистью и стопкой листов, но она писала стихи. Лёгкие и совершенно незапоминающиеся строки ложились на бумагу чуть неровно, будто не желая быть написанными. В Рукии нет ничего, что так привлекало его в её старшей сестре. Хрупкость девчонки была лишь видимостью, вежливость — старательно заученной, скромности же и вовсе не найти. Дикий зверёк, сорванец, руконгайская шпана. И всё же она будит в Бьякуе гораздо более сильные чувства, нежели покойная жена. Он сам не заметил, как отставил чашку, поднялся и подошёл к сестре. На листе бумаги обнимаются два лохматых зайца, а рядом Рукия старательно вырисовывает одноглазого дикобраза. — Это Зараки? Кисть скользит вбок, перечёркивая рисунок, и выпадает из ослабевшей руки. — Госпо… — Бьякуя. — Брат мой Бьякуя, не подкрадывайтесь ко мне так внез…ммм Рукия замолкает, удивлённо замерев в объятиях брата. — У тебя весь нос в туши, — шепчет Бьякуя, — совсем как у… Он замолкает, понимая, что сравнение как нельзя более неуместно. Но Рукия слишком хорошо знает конец фразы. — Нии-сама, а я правда так на неё похожа? — Совершенно не похожа, — он размыкает объятия и возвращается к отставленной чашке, и пальцы, обхватывающие тёплый фарфор, почти не дрожат.

***

T6-86 Комамура, Ичиго, «Пушистик», H! 44 Ичиго не знал, как Рукия протащила в мир живых фотоальбом Готеи-13, но мог точно сказать, чью именно фотографию разглядывают сейчас его младшие сёстры, издающие близкие к ультразвуку вопли. — Вот и седьмого отряда добрались, — вздохнул Ичиго, услышав заветное «Пушистик!» уже в пятый раз за вечер.

***

T6-23 Кенпачи/Унохана «Вы что, боитесь уколов?» 29 — Зараки-сан, каждый раз при взгляде на Вашу причёску мне кажется, что об неё можно уколоться. — Рецу-доно, Вы что, боитесь уколов? Тогда потрогайте и убедитесь сами, что тут бояться нечего.

***

T6-11 Бьякуя | Ренджи. «Вам так идут африканские косички, тайчо!» 70 — Что это у Вас, тайчо? — спросил Ренджи разглядывающего какую-то бумажку капитана. — Сес. Рукия нарисовала мой портрет, — Ренджи был готов поклясться, что Кучики чуть-чуть покраснел. — Можно посмотреть? Кучики неохотно развернул листок в сторону лейтенанта. — О-о-о, — с видом знатока протянул Ренджи. — Вам так идут африканские косички, тайчо! Гораздо больше той фигни, которую… ой! Простите, тайчо! — Ничего-ничего, — спокойно произнёс капитан, убирая листок в рукав. — В следующий раз она собирается нарисовать твой портрет.

***

T6-04 Гин| Орихиме " Приличные девушки на коленях не ползают» H! 31 Орихиме нащупала заколку под кроватью как раз в тот момент, когда почувствовала чужое присутствие в комнате. — Приличные девушки на коленях не ползают, — раздался голос Ичимару, — особенно, когда их школьная юбка настолько короткая.

***

T6-21 УноханаIБьякуя. Самая страшная женщина Готей-13. 24 Бьякуя не знал, почему Укитаки и Кёраку считают капитана четвёртого отряда самой страшной женщиной Готеи-13, но на всякий случай старался не попадать в госпиталь. 19 Чем дальше, тем больше Бьякуя задумывался о том, что самая страшная женщина Готеи-13 — не Унохана-доно, а его младшая сестра.

***

T6-34 Бьякуя/Ичиго. Куросаки кормит сурового аристократа клубникой с рук. Не стеб. 226 — Кучики-тайчо, там Куросаки клубнику притащил! — Хн. — Вы же любите клубнику! Я ему скажу, чтобы сюда нёс, да? — Ренджи, идиот, если бы ты обращал внимание на что-то кроме еды, то мог бы заметить, что брат пишет, и у него заняты обе руки. — Эммм. Простите, тайчо. Но я всё равно. — Идём уже! — Ё, Бьякуя! Ренджи сказал, ты клубнику любишь. — Хн. — Чё это за бумажка? — Куросаки Ичиго, как Вы видите, у меня заняты руки, так что даже если бы я хотел есть клубнику на рабочем месте, я не могу себе этого позволить. — Тоже мне, проблема… Прямо как маленький. — Хн? — Ну, типа, у меня-то руки свободны. -… — Если не хочешь, я сам всё съем. -!!! … Хмммм. — Ну как, вкусно? — На отчёт не накапай.те. — Обалденная клубника! Первая в этом году. Тут, небось, и нет такой. — Хн! — Ой, прости, что-то я увлёкся. Держи. Это хорошо, что Ренджи ушёл. Он бы сам всё сожрал. — Можно чуть помедленнее? — Угу. Ой, а у тебя сок на подбородке. Вот, так гораздо лучше. — Что Вы себе позволяете?! — Ты же сам сказал на отчёт не капать. — Это ещё не… — Последнюю пополам, Бьякуя, или всю мне? — Пополам. И прекратите звать меня просто по имени! — Ты чё покраснел? У тебя точно аллергии нет? — Сейчас я допишу последнюю строку и наглядно объясню, почему тебе не стоило звать меня по имени, кормить с рук клубникой и слизывать с моего подбородка сок. продолжение ко второму исполнению, написанное аффтаром1 с благословения автора2. 217 Бьякуя облизнулся, вспоминая, как дрогнули пальцы мальчишки. Как бы он ни сдерживался, сколько бы ни напоминал себе, что тот ещё слишком мал для серьёзных отношений, но опасение, что игра может слишком затянуться, всё больше подтачивало его уверенность в собственной правоте. И этот стыдливый румянец, и колебания реяцу, которые Ичиго так и не научился скрывать. — Нет, — одёрнул Бьякуя разыгравшееся воображение. — Я не имею права… пока, — уговаривал он себя, старательно игнорируя голосок подсознания, нашёптывающий, что скоро Ичиго всё это надоест, и парень найдёт другой предмет для пылкой страсти. — Нии-сама, — споря с самим собой он даже не заметил, как подошла сестра, — как долго ты ещё будешь мучить Ичиго? — Пока не вырастет, — отрезал Бьякуя, подавив тяжёлый вздох. Но когда через неделю Ичиго оказался в его спальне, Бьякуе снова пришлось призвать всё своё самообладание. — Привет, Бьякуя! У тебя тут под полом секретный лаз! — Что ты тут делаешь? — Клубника! — Ичиго продемонстрировал надкушенную ягоду. — Я проверил, она уже совсем спелая… — он сжал ягоду губами и поднёс её к самым губам аристократа. Бьякуя раскрыл рот, чтобы выговорить зарвавшемуся юнцу, но Ичиго заткнул его клубникой, да ещё и пропихнул её поглубже языком. — Она вкусная, Бьякуя, — безапелляционно заявил парень, прижимаясь к Кучики всем телом, — а мне скоро восемнадцать, и ты хочешь меня больше, чем я тебя, потому что я ещё даже не знаю, как именно я… занавес цензуры, мир, любовь, nc-17.

***

T6-37 Ичиго/Рукия. «Иди туда, не знаю куда, найди мне то, не знаю что» 162 — Муж мой, я больше никогда ни о чём тебя не попрошу, но сейчас я просто умираю, как хочу есть. Ичиго оживился. В последнее время, то есть в конце шестого месяца беременности, Рукия в основном хотела полежать и тазик при запахе еды. — Что ты будешь? Рис с овощами? Рыбу? Фрукты? — Нет-нет. Помнишь, в прошлом году мы ели такую потрясающую штуку в каком-то итальянском ресторане?! Хочу её. Ичиго коротко кивнул и выскочил из комнаты, на ходу переодеваясь. И только выйдя на улицу мужчина осознал, что «в итальянском ресторане» — это во-первых — на грунте, а во-вторых — он не помнит, что они тогда ели, потому что это был медовый месяц. — Иди туда, не знаю куда, найди мне то, не знаю что, — пробормотал Ичиго, тяжко вздохнул и отправился в Генсей. Через несколько часов совершенно измученный поисками неизвестно чего Ичиго вернулся домой. — Ты знаешь, я не… — извиняющимся тоном начал мужчина, да так и застыл на пороге. Рукия спала сладким сном, нежно обнимая начисто вылизанную тарелку.

***

T7-16 Роке Алва| Шухей. Кроссовер с «Отблесками Этерны». Петь под гитару в два, не совсем трезвых, голоса. Уговоры Шухеем Первого Маршала стать новым капитаном. 391 Шухей выбрался в увольнение с гитарой и бутылочкой запасённого ещё с прошлого раза сакэ и забрёл как-то очень уж очень далеко в лес. Выбрав себе брёвнышко посимпатичнее, он расположился со всем доступным удобством, усосал полбутылки и теперь пытается подобрать песню, услышанную недавно где-то в районе казарм одиннадцатого. Естественно, он не замечает появившегося из кустов мужчину в совершенно неуместной в этом мире одежде. — Юноша, у вас четвёртая струна лажает. — Ээээ? А ты кто ещё такой? — Дай-ка подумать… — незнакомец хмурит чёрные брови и старательно чешет в затылке. — Кажется, уже никто. — Это как? — Ну, я, кажется, помер, а это слагает с меня все жизненные обязательства и лишает полученных при жизни привилегий и наград. Я даже имя своё вспомнить не могу. — Это правильно, так и надо, — кивает Шухей. — Так, говоришь, подтянуть или ослабить? — Дай-ка мне, — мужчина ловко подкручивает колки, пробегается по струнам, ещё немного подкручивает и внезапно безо всякого вступления запел: — Ветер… Ярость молний, стойкость скал. Ветер… Дальше слов не помню я… — Жаль, — огорчается Хисаги. — Про ветер я бы послушал. Из кустов высовывается морда в маске, и парень хватается за меч. — Не пугайте зверушку, юноша, — мужчина скатывает в руке плотный шарик чистой энергии и скармливает пустому. — Хорошая собачка. Странная, правда. Пустой издаёт мурлыкающий звук и сворачивается клубочком у ног незнакомца. — Ого! А хотите к нам в Готей? — А что у вас там? — Ну, что-то вроде военной организации. Следим за порядком, сопровождаем души умерших людей, регулируем попуриза. попали. по-пу-ля-ци-ю пустых. — Знаете, кажется я испытываю необъяснимую неприязнь к военным организациям. — А жаль. Стали бы у нас капитаном, мне как раз очень надо одного в отряд. — Ну ж простите, юноша. А что это у вас в сосуде? — Сакэ. — Ммм? — Это такое вино, — Шухей протягивает бутыль и с каким-то благоговением наблюдает, как мужчина запрокидывает голову и ловит ртом струю, не упуская ни капли. — И где такое делают? — Не знаю. Но нам выдают на выходные. — Готей, говорите… Знаете, я, кажется, вспомнил слова, — он снова касается струн, и Шухея едва не сносит почти ощутимым порывом ветра, возникшим из музыки. Ветер… Ярость молний, стойкость скал Ветер… Крики чаек, пенный вал Ветер… Четверых Один призвал Ветер… После того, как незнакомец уходит, Шухей ещё долго сидит, перебирая струны и шепча «ветер».

***

T7-63 Гин/Хицугая Тащить мальчишку в бессознательном состоянии до казарм четвёртого отряда. 37 — В следующий раз понесёшь сама, — шипит Гин на подругу, поправляя висящего на плече маленького капитана, свалившегося в обморок при виде собственного кабинета после двухнедельного отсутствия, но Рангику уверена, что эту драгоценную ношу Ичимару не доверит даже ей.

***

T7-29 Шинджи/Урахара, «Вечная любовь, свиданки-признания… А у нас где все это, я спрашиваю?» 56 — Вечная любовь, свиданки-признания… А где, где это все у нас, я спрашиваю? — А чего ты хотела, Ёруичи? — Шинджи задвигает на верхнюю полку коробку и спрыгивает вниз. — Он же теперь вечно занятой, а ты вечно пушистая. — Это не повод уводить у меня мужика. — А я и не уводил. Я, если кто не заметил, сам сюда хожу.

***

T7-72 Ишшин | Ренджи/Ичиго «А можно больше так не делать?» Н! 40+ Ренджи взвыл и сложился пополам, когда что-то жёсткое врезалось в самое дорогое. — С добрым утром! — прокричал Ишшин. — Привет, пап, чего шумишь? — А кто тогда там? — Ишшин откинул одеяло и уставился на поскуливающего Абараи. — А можно больше так не делать? — просипел Ренджи. — Думаю, тебе не повредит, — недобро ухмыльнулся Ишшин.

***

T7-92 Ренджи|Укитаке. Разговор о рокубантай тайчо. 15 — Скажите честно, Укитаке-тайчо, что вас связывает с моим капитаном?! — Не завидуй, Абараи-кун, — загадочно улыбается Джууширо.

***

T12-60 Иккаку. «А потом как вырвет у него позвоночник!» Зараки очень любил послушать о том, как его офицеры проводили время в Гансее. Вот и сегодня… — Схватил его за голову, запищал, а потом ка-ак вырвет у него позвоночник! — Ичиго? — Да не, мужик в шлеме! — А Ичиго чего? — А Ичиго, козёл, ведро попкорна в одну харю умял и колу прямо Юмичике на платье вылил. — А позвоночник?! — Капитан, не нервничай. Как только тебе подберут гигай, мы тебя обязательно на этот фильм сводим.

***

T12-22 Улькиорра | Орихиме. «Твоё место на кухне, женщина.» Н! Длинный коридор стелился под ноги, шагающий впереди Улькиорра ни разу не оглянулся на следующую за ним пленницу, но Орихиме всё равно ощущала на себе пристальный взгляд. — Ты хочешь что-то спросить, женщина? Орихиме вздрогнула от неожиданности и почти улыбнулась, подумав о том, чем именно Улькиорра может на неё смотреть. — Куда вы меня ведёте, Улькиорра-доно? — Я читал… — Улькиорра ненадолго замолчал, видимо, обдумывая, следует ли рассказывать всё. — Я читал, книгу из мира живых. — О-о-о!.. — проявила заинтересованность Орихиме. — Там написано, что твой место — на кухне, женщина. Для того, чтобы понять, что такое кухня, мне пришлось прочитать ещё две книги. Орихиме хихикнула. — Я приказал сделать кухню, на которой тебе будет самое место. Я думаю, именно отсутствие правильных условий содержания лишает тебя аппетита. Когда Орихиме увидела огромный зал, заставленный различными печами, очагами, каминами и бытовой техникой под самый потолок, она решила не разочаровывать Улькиорру и не сообщать ему о том, что фраза про женщину и кухню — всего лишь оборот речи.

***

T12-26 Укитаке, первый отпуск за 2000 лет. 370 Кучики-тайчо весь день выглядел слишком напряжённым. Ренджи никак не мог понять, что же так беспокоит капитана. Ни дела отряда, ни Рукия, ни он сам поводом служить не могли. И всё же, в это внезапно спокойное время Кучики Бьякуя являлся олицетворением нервозности. Может, что-то случилось дома? Но что могло там случиться, пока Рукия отсутствует? На следующий день капитан в расположение отряда не пришёл. Это послужило для Ренджи достаточным поводом, чтобы явиться в поместье Кучики. — Укитаке-тайчо? — Ренджи сильно удивился, застав в саду капитана тринадцатого отряда. — А что вы тут… Он осёкся, осознав, что заходит слишком далеко. — Я был бы весьма признателен, если бы ты никому не рассказывал, где я нахожусь, — Укитаке-тайчо заговорщицки подмигнул. — Почему? — опешил Ренджи. — Потому что это мой первый отпуск за две тысячи лет, Абараи-кун, и мне бы не хотелось, чтобы моё уединение было нарушено. — А как же Кучи…- начал Ренджи, и подпрыгнул от лёгкого прикосновения к плечу. — А Кучики-тайчо присоединяется к просьбе Укитаке-тайчо, — в поясницу Ренджи упёрлась рукоять катаны. С того момента, как Укитаке забрал утверждённое прошение об отдыхе из рук сотайчо, Бьякуя буквально не мог думать ни о чём другом. Хорошо, что в отряде было всё спокойно, да и о Рукии, оставленной на попечение старшего квинси, можно было не беспокоиться. Поэтому всё беспокойство Бьякуи было направлено на предстоящие проводы капитана тринадцатого отряда. Когда едва ли не бегом он явился в поместье Укитаке, Джуу-сан уже собрал вещи, да и много ли надо времени, чтобы собрать в одно место пропуск в генсей, компактно упакованный гигай и яркую путёвку на какой-то тропический остров. — Ты чуть не опоздал, — Укитаке улыбнулся. — Я никогда не опаздываю, — Бьякуя позволил себе тоже улыбнуться. — Это хорошо. Я уже думал, что мне придётся всё это тащить самостоятельно. Бьякуя почувствовал, как от едва удерживаемой реяцу волоски на затылке встают дыбом. — Ты же не против, если я некоторое время поживу у тебя? — Что? — сердце Бьякуи рванулось к горлу, раскалывая хрупкое самообладание. — Ты только представь, во что грозит превратиться мой отпуск. Они же все видели эту путёвку, — Джуу-сан зажёг на кончике пальца огонёк, поджёг яркую бумажку и улыбнулся: — Ну вот, теперь мне совсем некуда ехать. Бьякуя смотрел на обезоруживающую улыбку учителя и ему хотелось безудержно смеяться, совсем как в детстве.

***

T12-40 Шухей/Кира. «Тебе тоже одиноко?» — Тебе тоже одиноко, — спрашивает Шухей, замершего над бутылочкой сакэ Изуру. — Угу, — Кира достаёт из шкафчика вторую пиалку и наливает другу. Некоторое время в комнате царит молчание, нарушаемое лишь бульканьем сакэ и стуком бутылочки о поверхность стола. Хисаги придвигается всё ближе, но когда его ладонь ныряет в разрез хакама, Изуру отстраняется. — Шёл бы ты к Рангику, Хисаги-семпай, — совершенно трезвым голосом заявляет Кира. — Ей тоже ужасно одиноко.

***

T12-82 Хирако/Айзен «А подари мне мир» Ещё даже не вечер, а капитан пятого отряда уже развалился на столе и что-то читает, затягиваясь маленькой трубкой. По комнате плывут клочья сладковатого дыма и тягучие звуки блюза. — Мне надо на грунт. Кроме раненых идиотов и этой твоей травы, что-нибудь принести? — А привези мне, Соуске, цветочек аленький. Айзен застывает в дверях кабинета. — Розу что ли? — Фу, Соуске-кун, какой ты не романтичный. Знаешь, я передумал. — Не надо розу? — Подари мне мир. И когда лейтенант уже закрывает за собой дверь, вслед ему летит: — И пару коньков в придачу.

***

T12-67 Изуру/Гин, «На колени, тайчо» 63 Гин не узнаёт собственный кабинет. Только вчера он был чистым, все документы были аккуратно разложены стопочками. Теперь лейтенантский стол перевёрнут кверху ножками, второй стул разобран на запчасти, и почти все покрыты чернильной крошкой. — И где я теперь сяду? — обижается Гин на занимающего единственный оставшийся стул лейтенанта. — На колени, тайчо, — Изуру предельно серьёзен. — Ой, доиграешься, И~зу~ру~, — шепчет Гин, усаживаясь на предложенное место.

***

T12-68 Бьякуя | Укитаке | Рукия. Наблюдать за ливнем. «И что теперь?» Они втроём сидят у раскрытых сёдзи и пьют горькую сенчу. Рукия не стесняясь таскает с блюдечка сладости, Бьякуя неодобрительно косится на принёсшего их Укитаке, но молчит. Косые струи летнего ливня отражают яркое солнце, разбиваются о поверхность пруда, заливают ровные песчаные дорожки. Внезапно Рукия подскакивает, едва не уронив на себя чайный столик. — Я же бельё не сняла! — И что теперь? — Кучики невозмутимо отпивает чай. — Отполощется ещё раз. Джууширо смотрит на абсолютно серьёзного Бьякую, растерянную Рукию и смеётся.

***

T12-17 Айзен/Ичиго, «Лучше бы ты сказал мне, что ты — мой отец». — Из-за твоих экспериментов погибла моя мать! — Эээ. Ичиго, мне тяжело говорить это сейчас, но в тот день в гигае твоей «матери» был я. — Лучше бы ты сказал мне, что ты — мой отец. *** T12-30 Бьякуя | Йоруичи. Проверенное средство заставить женщину замолчать. ТВР Когда Бьякуя оказался прижат к мягкой груди слишком сильными для женщины руками, он ни капли не растерялся, потому что точно знал, что делать, чтобы эта проклятая кошка перестала над ним насмехаться. Но едва он прервал поцелуй, как Ёруйчи расхохоталась. Так Бьякуя понял, что кошки и женщины — это не одно и то же. *** T12-31 Укитаке, Бьякуя, Кенпачи, Ичимару. В лодке посреди океана. «Еда кончается» NH! *неполное соответствие заявке* 130 Гин открыл рундук, пошарил на самом дне и выудил предпоследнее бенто. — Еда кончается, — заметил он равнодушным тоном, споласкивая палочки в забортной воде. — В смысле, закуска, — поправился он, скосив глаза на ют. Кучики с гордым видом пил дождевую воду из пиалки для сакэ. Возлежащий рядом с ним Укитаке пил ту же самую воду, но из чайной чашки, и выглядел ничуть не более больным, чем полторы недели назад, когда они только собирались отправляться. — Рыбки налови, — недобро усмехнулся Кенпачи. — Я-то наловлю, — Гин пожал плечами, — но у Кучики…тайчо аллергия на рыбу. И как утверждает Укитаке-тайчо, есть одну только рыбу — вредно для здоровья. — Надо послать гонца, — сказал Кенпачи и высыпал содержимое коробочки себе в рот. — Это против правил, — отрезал Кучики. На лодке воцарилось тягостное молчание. До конца срока пари оставалось четыре дня.

***

T12-29 Ренджи|Джинта, «Отец!» Н! — Понимаешь, я очень хочу детей, но нынешние мужчины совершенно безответственны. Абараи уже успел проклясть свою очень невовремя проявившуюся влюбчивость. Он буквально всей шкурой чувствует следящего за ними мелкого мерзавца, который в любой миг может сорвать это и без того не слишком удачное свидание. — Отец! — мелкий парнишка выкатился из подворотни прямо под ноги прогуливающейся парочке. — Отец, она опять меня бьёт! Можно, я тоже её ударю?! Ренджи извиняющеся улыбается девушке и треплет Джинту по непокорным волосам. — Нельзя бить девочек. — Она не девочка, она — ведьма! — Даже ведьмы бывают маленькими девочками. Не дразни её, не будет бить. Он поворачивается ко всё ещё ошарашенно глядящей на Джинту девушке и разводит руками: — Без матери растёт. Джинта незаметно подмигивает Ренджи и прижимается к ногам девушки. — Хотите быть моей мамой?

***

T12-43 Бьякуя/Рукия. «Нет, за него замуж ты не выйдешь! — Почему, нии-сама?» Achtung! fluff detected! 93 — А Ичиго? Бьякуя содрогнулся: — Нет, за него замуж ты не выйдешь! — Почему, нии-сама? — У него одни драки на уме. — Может, Кира-кун? Бьякуя нахмурился, пытаясь найти, за что бы отвергнуть очередного кандидата, но Рукия сама справилась: — Хотя, нет. От него потребуют наследников. Они долго ещё сидели, прижавшись друг к другу и вычёркивали из длинного списка кандидатов имена. Когда на небе зажглись первые звёзды, Бьякуя незаметно улыбнулся и торжественно зачитал оставшиеся три пункта. — Комамура Саджин, Ичимару Гин, Кучики Бьякуя. Рукия прижалась к нему ещё плотнее и прошептала: — Ты же знаешь ответ, нии-сама.

***

T12-42 Кенпачи, Ячиру. «Умеешь же удивить, малявка». 91 слово Кенпачи высыпал на стол перед собой содержимое объёмного пакета и застыл в недоумении. — Это ещё что за хрень? — спросил он, подцепив пальцем нечто розовое и полупрозрачное. — Кен-тян, уже пришло, уже пришло, да?! Кенпачи аккуратно опустил нечто обратно в кучу остального чего-то, почти не отличающегося видом и фактурой, и почесал в затылке. — Умеешь же удивить, малявка. Ячиру одним взмахом сгребла бельё обратно в пакет и присела на краешек стола. — Обещаю, что Юмичика удивит тебя ещё больше. Почему-то Зараки очень не понравился тон, с которым Ячиру произнесла имя пятого офицера.

***

T12-23 Рангику/Рукия. Терпкий запах мёда и смех. Положить голову на колени. «Знаешь, мне даже шевелиться не хочется» 160 Янтарное вино пахнет мёдом и летом. Рукия вылавливает последнюю сливу со дна кувшина и скармливает смеющейся Рангику. Влажные и чуть липкие губы обхватывают её пальцы, собирают с кожи остатки вина. — Щекотно, — Рукия чуть морщится. Рангику ловким щелчком отправляет косточку куда-то в кусты и тянется к животу Кучики, чтобы защекотать, но останавливается, потому что реакция девушки не соответствует ожиданиям. — Ты не боишься щекотки? Наступает очередь Рукии смеяться, когда она на четвереньках гоняется по траве за откатывающейся женщиной и щекочет-щекочет-щекочет. — Не могу больше, — сквозь смех выдыхает Рангику и обездвиживает нахалку плохо слушающимися руками. — Отпусти-и, — молит Рукия, падая рядом и тяжело дыша. Рангику разжимает руки, придвигается чуть ближе и ложится удобнее. Рыжие волосы накрывают торчащие из-под распахнувшейся юкаты острые коленки. Тёплые пальцы находят ладонь Рукии, гладят запястье. — Знаешь, мне даже шевелиться не хочется, — вздыхает девушка. — Но придётся, — чуть тише добавляет она, заметив движение в кустах. Рангику не отвечает, лишь плавным движением приподнимается и запускает в подозрительные кусты опустевший кувшин.