Не в этой реальности

Дойдя до указанной ему комнаты, Северус очень аккуратно отлевитировал обездвиженное тело Поттера через дверной проём. Посредине небольшого помещения стоял длинный стол, по стенам располагались шкафы со множеством полок. У окна, отвернувшись, стоял Люциус и, сложив руки на трости, наблюдал за тёмным горизонтом, а может быть, и за отражением в стекле, что тоже было вполне вероятным: в комнате горели светильники. Северус уложил тело Поттера на стол. Люциус резко развернулся к нему. — Выслуживаешься перед Тёмным Лордом, да Снейп? — прошипел он. — А ты бы на моем месте поступил иначе? — спокойно, не поддаваясь на провокацию, в свою очередь спросил Северус. Люциус только хмыкнул в ответ и прихрамывая двинулся к выходу. В дверях он остановился и, не оборачиваясь, холодно произнёс: — Если понадобится домовик, позовешь Димми. — Мне никто не должен мешать… — только и успел сказать Северус, прежде чем дверь захлопнулась. Он остался стоять, отрезанный от остального мира. Наедине с телом и осознанием того невероятного факта, который просто не укладывался у него в голове, в который — несмотря на то, что он был его очевидцем и тут же постарался скрыть эту правду от Лорда — ему самому верилось с трудом. Он был в этой комнате не один. Сейчас здесь билось два сердца — одно гулко, у него в груди, другое еле заметно. В груди Поттера. Вопреки всему существующему на свете здравому смыслу, Поттер снова каким-то невероятным способом остался жив. Там, в гостиной, переворачивая тело, Северус ощутил его слабый пульс — мальчишка был просто без сознания. Нет, чудеса вовсе не кончились, как заявил Северус Лорду. Мальчик-который-выжил снова избежал смерти от убивающего заклятия своего врага. Первым делом Северус вызвал домовика Малфоев и велел тому ждать, пока он снова его не позовёт, и в комнате не появляться. Подобная магия, — не поленился объяснить он домовику, — может нарушить весь ход процесса приготовления к бальзамированию. Избавившись таким образом от абсолютно нежелательного свидетеля, он принялся колдовать. И только наложив на помещение все известные ему заглушающие, барьерные и предупреждающие о проникновении заклятия, а на окно зеркальную защиту, Северус смог, наконец, расслабиться и дать волю своим эмоциям. С трепыхающимся сердцем и дрожащими руками он подскочил к столу и, склонившись над Поттером, снял с него обездвиживающее заклинание. Тот шевелиться не спешил. Северус ещё раз прощупал пульс, и огромная волна облегчения, на этот раз ничем не скованная, прокатилась по всему его телу, чуть не лишив чувств. Немного придя в себя и на всякий случай заранее прижав палец к губам мальчишки, Северус направил на него палочку и прошептал: — Оживи! Поттер дёрнулся, глаза его распахнулись, и он изумлённо и, пожалуй, даже испуганно уставился на Северуса. — Тихо, — сказал Северус еле слышно, убирая палец от его лица. Несмотря на все заглушаюшие чары он опасался говорить вслух. — Поттер, вы живы! Как… Как у вас это вышло?.. Он помог мальчишке сесть, придерживая за плечи, и почувствовал, как сердце у того пустилось вскачь; восстановившееся после снятия обездвиживающего заклинания полноценное кровообращение начало возвращать краски до этого безжизненной коже. Мальчишка пялился на Северуса, явно не понимая что происходит. — Послушайте, Поттер… — начал Северус. — Гарри, — мягко поправился он. — Я, вопреки всему, что вам обо мне известно, вам не враг. Вы ненавидите меня, и до сих пор это было мне на руку — так было нужно для моего прикрытия. На самом же деле я всегда был на вашей стороне. На стороне Ордена. — Вы?!.. — прохрипел Поттер и закашлялся. — Я человек Дамблдора, Гарри. — Но вы его убили! — отпрянув, воскликнул Поттер. Вернее попытался воскликнуть: голос его ещё не слушался, и получилось только громкое шипение. — Тише, — поморщился Северус. — Никто не должен знать, что вы выжили. Это в ваших интересах, Поттер. — Он угрожающе навис над мальчишкой. Грудь у того учащенно вздымалась, глаза без очков подслеповато смотрели на Северуса в тихом ужасе. Не желая пугать его ещё больше, Северус отодвинулся и стал ходить по комнате. — Да, я убил Альбуса — тихо! — он резко обернулся на звук, сорвавшийся было с губ мальчишки. Тот замер, и Северус продолжил: — Я убил его по его же собственному приказу, вернее просьбе, в которой я не мог ему отказать. Он уже умирал, Гарри. Поттер сощурился и поджал губы, но промолчал. — Он умирал от проклятия, которое в то лето выжгло ему руку, — Северус возобновил свое хождение. — Долго бы он не протянул. Он просил помочь ему уйти с достоинством. Своей всё равно неизбежной смертью он хотел принести пользу делу. Тёмный Лорд в тот год приказал Драко Малфою убить директора, и если бы мальчик не справился, то поплатился бы за это жизнью. Альбус хотел уберечь его от злой участи, а также и от возможности запятнать душу убийством. Он хотел, чтобы его дни закончил я, человек, знающий о медленно убивающем его проклятии, при этом внешне доказав свою преданность Тёмному Лорду! Тот уже планировал захват министерства и Хогвартса, он бы всё равно поставил во главе школы кого-то из пожирателей. Так пусть бы лучше это был я, пусть бы Лорд и дальше считал меня своим человеком и начал доверять даже больше, чем раньше! Северус ходил, говорил тихо, но с жаром, и всё это время следил за реакцией Поттера. Тот смотрел на него прищурившись. — Почему вы думаете, что я куплюсь на эту ложь? — прохрипел он непослушным голосом и снова закашлялся. — Потому что я помогаю вам, — мягко ответил Северус. — Тёмный Лорд только что применил к вам смертельное заклятие — и вы снова выжили, Гарри! Однако, этот факт известен только мне. Я сделал всё, чтобы убедить всех в этом доме, что вы мертвы. Очень надеюсь, что я преуспел. Глаза Поттера вдруг расширились, взгляд расфокусировался. — Я выжил, — прошептал он потрясённо, словно это только что до него дошло. Он снова посмотрел на Северуса и срывающимся голосом спросил: — Это была Авада? — Северус кивнул. — Я снова пережил Аваду?! — Он попытался вскочить со стола, но Северус этого не позволил, с силой удержав его за плечи. — Тише! Да, Поттер, пережили, и мне бы очень хотелось узнать, как вам это удалось. Да сидите вы смирно! — Северус сжимал плечи трепыхавшегося мальчишки и, не сдержавшись, ядовито добавил: — Или мне вас снова связать? Поттер зло посмотрел на него, но сопротивляться прекратил. Северус отпустил его. Оценив обстановку — обхватив себя за колени, мальчишка сидел на жёсткой холодной столешнице, — он наколдовал для того смягчающие и согревающие чары. Поттер удивлённо взглянул на него, но всё же сел поудобнее, скрестив ноги. Видя, что тот успокоился, Северус продолжил. — Мы по-прежнему в поместье Малфоев, — сообщил он. — Отсюда нельзя трансгрессировать, и выйти незаметно тоже не получится. Вам придётся играть роль трупа, который я готовлю к бальзамированию. Заметив, как побледнел Поттер, Северус спросил: — Вы всё ещё не верите мне? Мальчишка поднял на него глаза: — А вы бы сами себе поверили? Однако же, наглости ему было не занимать! Северус невесело усмехнулся. — Гарри, сейчас не время играть в эти игры, — спокойно сказал он. — Нам нужно сделать всё от нас зависящее — в первую очередь, мне, конечно же, — уточнил он, — чтобы вас отсюда вытащить. Мы оба только выиграем, если сможем при этом доверять друг другу. Поттер не реагировал. — Скажите, что мне сделать, чтобы вы мне поверили?! — не сдержавшись, воскликнул Северус. Мальчишка отпрянул, вскинув на него расширившиеся глаза, и Северус пожалел о своей несдержанности. — Ну, хотите, загляните в моё сознание! Помнится, однажды это у вас неплохо получилось. — Скрепя сердце, Северус был готов пойти даже на это. В конце концов, он всегда мог спрятать самое сокровенное поглубже, оградив защитой окклюменции. — Ну да, конечно! — ехидно ответил Поттер, голос его срывался, как у прокуренный истерички. — В своей-то голове вы никогда не лжёте! Настала очередь Северуса в шоке отпрянуть от своего визави: он готовился испытать унижение, открывая сопляку свои мысли и чувства, а тот!.. Но через мгновение, Северус признался себе, что обвинения Поттера вовсе не были лишены основания, а значит, нужно было найти иной способ установить контакт. — Тогда спрашивайте, — сказал он. — Я честно отвечу на любые ваши вопросы. — Под сывороткой правды? — гнул своё несносный мальчишка. Северус вздохнул и прикрыл глаза. — Если настаиваете, — устало проговорил он, и снова поднял взгляд на Поттера. Это произвело ожидаемый им эффект — мальчишка смутился. — Я… Я не… — залепетал он и вдруг воскликнул неожиданно окрепшим голосом: — Вы и сейчас мне лжёте! — Он сверлил Северуса глазами. У Северуса против воли вырвался сдавленный смешок: мальчишка его всё-таки раскусил. — Да, Поттер, вы правы, — согласился он, — у меня нет сыворотки правды. Было бы опасно иметь при себе зелье, которое Лорд смог бы использовать против меня же. Но моё предложение в силе. Задавайте свои вопросы и судите обо всём сами. И помните, у нас не так много времени. Поттер хмуро смотрел на него. Однако, по всей видимости, осознав, что особого выбора у него нет, он в конце концов задал первый вопрос: — Кто проклял Дамблдора? — Это мне неизвестно, — ответил Северус. — Он получил проклятье через перстень, который так легкомысленно надел на палец. Поттер лишь стрельнул в сторону Северуса глазами и сразу задумался над следующим вопросом. — Почему же вы не помогли ему избавиться от проклятья? — через мгновение спросил он, подняв глаза, и на этот раз взгляд мальчишки грозил пробуравить Северуса насквозь. — Это было невозможно, — ответил Северус со вздохом. — Проклятье было слишком сильным, а Дамблдор… не поторопился обратиться ко мне. Но я смог замедлить отмирание плоти. Лицо Поттера выражало и недоверие, и жалость, и отвращение одновременно. — Сколько времени ему оставалось? — Не больше года. Поттер спрашивал и спрашивал, и Северус вынужден был рассказать ему всё про ту ночь, когда Дамблдор, будучи почти без сознания, вызвал его к себе: о том, как Северус запечатал проклятье в его обугленной руке, как Дамблдор упросил Северуса быть тем, кто покончит с ним, и настаивал, чтобы он убедительно играл роль приспешника Тёмного Лорда. Под конец, Поттер уже не задавал вопросов — Северус рассказывал, а тот молча слушал: про то, куда Северус ушёл после бегства из Хогвартса; про то, как вернулся в замок; про портрет Дамблдора, руководящий действиями Северуса, и про его план бегства Гарри из дома Дурслей с семью другими Поттерами; про нововведения режима, установленного в стране, про то, что на имя Тёмного Лорда теперь наложены чары поиска и заклятие помех. Закончив на этом, Северус стал ждать реакции Поттера. Тот в наступившей тишине поднял глаза и задал вопрос, по-видимому, волновавший его больше всего остального: — А как же попытка убить Джорджа в моем обличии? В тот день, когда… — Я помню, — перебил его раздосадованный Северус. — Я не пытался его убить, я метил в Руквуда, но промахнулся. — Недоумение, проступившее на лице мальчишки, заставило его добавить: — Он хотел убить Люпина. Об этом он тут же пожалел. Поттер вскинулся: — Как будто вам было до него дело! — он зло сверкал глазами. Северус спокойно встретил его взгляд. — Представьте себе, было, — тихо ответил он. — Я вам не верю! — выпалил Поттер, но через пару секунд первым отвёл глаза. — Есть ещё кое-что, — проговорил Северус вкрадчиво. — Я знаю, что Альбус дал вам с друзьями задание. — Мальчишка недоверчиво покосился на него. — В чём оно заключалось, он мне не поведал, — заверил его Северус. — Однако, мне он тоже кое-что поручил. И не только шпионить у Лорда и по возможности помогать вам. Поттер вскинул бровь, и Северус мысленно подивился, давно ли пацан перенял у него этот жест. — Но об этом чуть позже, — сказал он и продолжил: — Он поручил мне в определённый момент времени сообщить вам кое-что. Это должно было случиться ближе к концу выполнения вашего задания. Поттер напрягся и слегка подался вперёд, уставившись на Северуса широко распахнутыми глазами. — Однако же, всё вышло несколько иначе, поэтому слушайте. И Северус поведал Поттеру о своём собственном задании: оповестить его о частичке души Тёмного Лорда, живущей в нём, и о необходимости тому самому пойти на смерть, чтобы сделать Лорда снова смертным. На лице Поттера застыло жалобное выражение недоумения. — Он хотел, чтобы меня… Он не закончил и какое-то время просто молча таращился перед собой. — Дамблдор сказал, что это должно было случиться ближе к концу? — слабым голосом проговорил он наконец. — Но мы ведь даже не начали! Поттер с мученическим видом прижал ладони к глазам и снова замолк. Когда он вдруг отнял ладони от лица, глаза его округлились и он пробормотал: — Так, значит, я был… — снова не договорив он опять погрузился в свои мысли. Взгляд его был устремлён вдаль. Северусу было очень интересно, о чём он думал и до чего додумался, но он решил не торопить мальчишку. Через несколько секунд тот поднял на него глаза. — Что вы думаете по этому поводу? Знаете, почему я выжил? Тон мальчишки был несколько вызывающим, но Северус проигнорировал этот факт — сейчас было не время ставить его на место. — Я… догадываюсь, — уклончиво проговорил он. — А Дамблдор? — вдруг с надеждой поднял голову Поттер. — Он знал, что так выйдет? Что я останусь жив? — Если и знал, то мне он ничего об этом не сказал, — пробормотал Северус, со злостью осознавая, что с Дамблдора сталось бы заставить его поверить в то, что он действительно отправляет Поттера на смерть — так, на всякий случай, чтобы он точно раньше времени не сообщил мальчишке ничего лишнего. Но немного подумав, он всё-таки добавил: — Хотя с другой стороны, вы же сами только что признались, что своего задания вы ещё не выполнили. Альбус же хотел, чтобы это… — Северус неопределённо помахал рукой перед собой, — произошло, когда вы уже всё закончите. Не потому ли, что во второй раз на чудо он уже не надеялся? Поттер задумался. Северус тоже. Несмотря ни на что, верить в жестокость Дамблдора по отношению к нему самому ему не хотелось. Вообще-то он подозревал, что тот мог попросту не желать давать ему напрасной надежды, если и сам тогда не был до конца уверен, что мальчик выживет. Из задумчивости его вывел голос Поттера. — Мне нужно поговорить с портретом Дамблдора, — заявил тот. — Сначала нам нужно выбраться из этого дома! — безжалостно отрезал Северус. Мальчишка скис. — Вы думаете, Вол- — Поттер, вы глухой?! — в тихим гневе не дал ему договорить Северус. — Имя Лорда под запретом! На нём сигнальные чары. Хотите выдать ему то, что вы выжили? Только орденцы используют это имя, а в этом доме в данный момент находится только один из них — вы! Ошарашенный взгляд Поттера поведал Северусу о том, что когда он сообщал ему об этом в первый раз, мальчишка его попросту не услышал. А что он, собственно, ожидал от идиота? — Вы внимательны, как всегда, — подытожил Северус ядовито. — Я совсем недавно вам об этом говорил! Поттер выглядел расстроенным и в растерянности теребил манжеты своей рубашки. И, как показалось Северусу, до него начало доходить, как именно он оказался в этом доме. Северус закончил уже спокойней: — Впредь вообще никогда не произносите имя Лорда — даже шёпотом. Вы меня поняли? Поттер кивнул. Оба замолчали. Так и не дождавшись от мальчишки продолжения того, что тот хотел сказать, Северус заговорил сам. — Что же касается вашего секретного задания… Как я уже упоминал, я должен был по возможности вам помогать. Этой ночью мы наконец узнали, где вас с друзьями можно было найти. Нам помог портрет директора Блэка, — пояснил Северус вскинувшему на него в удивлении глаза мальчишке. — Портрет Альбуса велел мне передать вам кое-что очень… вам нужное. Северус остановился. Он неожиданно осознал неизбежную необходимость после того, как он расскажет мальчишке о мече, поведать тому и всю правду о собственной оплошности в лесу. Он снова нервно заходил по комнате. Поттер в нетерпении наклонился вперёд. — Что передать? Резко развернувшись к нему, чтобы сказать какую-нибудь колкость — предстоящее признание тяготило его и заставляло испытывать к Поттеру особенную неприязнь, — Северус вдруг заметил у того на торчащем из-под рукава запястье красные следы. — Что это у вас? — спросил он, сразу же отвлекаясь и протягивая руку к Поттеру. — Ничего! — тот отпрянул и сначала прижал руку к себе, а потом раскрыл ладонь, показывая, что она пуста. — Вы не так поняли, — раздосадованно проговорил Северус. — Я о повреждениях на ваших руках. Поттер засучил рукав. Кожа на запястье была натёртой, где-то даже содранной, а от кисти до локтя в нескольких местах проступили лиловые пятна. Северус припомнил: мальчишка целый час стоял на коленях, всё его тело было перетянуто верёвками — конечно же, они оставили следы! — Снимайте рубашку и штаны, — приказал он ему. — Что?! — глаза у Поттера округлились, как блюдца. — Зачем? — Буду вас лечить, идиот! — Северус достал из кармана мантии свой походный набор зелий первой необходимости, который в последнее время всегда носил с собой. — Ваши синяки и ссадины нужно смазать. — Он выбрал флакон с заживляющим бальзамом. — Я сам могу… — Конечно, конечно сами. Мерлин мой, да никто вас не трогает! — воскликнул Северус. — Раздевайтесь. Поттер смущенно заморгал. — Мне отвернуться? — злорадно предложил Северус. Поттер бросил на него сердитый взгляд и стал расстёгивать рубашку. Северус демонстративно уставился на свои ногти. — Джинсы тоже, — велел он, не поднимая глаз, когда рубашка полетела на стол. Минуту спустя раздетый Поттер в трусах и майке неуклюже сидел на краю стола, а Северус, держа его кисть в одной ладони и разворачивая его руку так и сяк, пальцами другой наносил на повреждения бальзам, не отрывая взгляда от своей задачи. В лицо Поттеру он смотреть избегал, да и краем глаза видел, что и тот отвернулся в сторону. Закончив со второй рукой, Северус потянулся к голени мальчишки, но тот мягко перехватил его кисть. Захваченный врасплох и невольно подняв на Поттера взгляд, Северус увидел румянец у того на лице. Поттер смотрел на их соединённые руки и выше свои глаза уже не поднимал. — Можно, я всё-таки сам? — спросил он тихим голосом. Северус вдруг смутился, осознав и это прикосновение, и то, как близко они друг к другу находятся, но виду не подал. Он молча протянул Поттеру флакон с мазью и отошёл от стола. — Я собирался вам рассказать о сегодняшнем поручении Дамблдора, — напомнил он ровным голосом, глядя на собственную фигуру, отражающуюся в окне. Там же, в стекле, он увидел, как Поттер поднял голову. — Вы же можете делать два дела одновременно? — в лёгком раздражении спросил Северус у его отражения. Через пару секунд до Поттера, по-видимому, дошло, что он имел в виду, и он вернулся к своим синякам. — Сегодня ночью, — продолжил Северус негромко, — я должен был доставить вам меч Гриффиндора. Голова Поттера взметнулась вверх. Северус буравил его отражение взглядом, и тот вновь опустил её и занялся делом. — Мне нужно было положить меч так, чтобы вы достали его сами, не зная, кто вам помог. Я опустил его на дно того самого озера, к которому вас привела лань. Северус видел, как Поттер замер. — Значит, это были вы… — тихо проговорил тот. Северусу почудилось в его голосе разочарование, и он разозлился. — Я не заманивал вас в ловушку, Поттер, — неприязненно сказал он. — Вы сами вызвали приспешников Лорда, назвав его имя. Скажите, что вы тогда кричали в лесу? Долохов над вами долго потешался. Злость на Поттера, смешанная с чувством вины, заставила Северуса быть особенно безжалостным к мальчишке. Ему было тошно от самого себя, но назад вырвавшиеся слова вернуть он уже не мог. Поттер сидел неподвижно. Он долго молчал, а потом, так и не подняв головы, без всякого выражения проговорил: — Ты не можешь служить Вол… — он запнулся и поправился: — ему. Я сказал: «Я знаю, ты не можешь служить Ему», — повторил он бесцветным голосом. — Глупо, как всегда, — с деланным равнодушием прокомментировал Северус, добивая поверженного и внутренне сжимаясь от своей собственной жестокости. Ну почему он не мог остановиться! Хотя слова мальчишки действительно были бессмысленными. Поттер, похоже, тоже это осознавал: лицо и уши его пылали. Довольно долго оба молчали. Наконец, Поттер возобновил свои медицинские процедуры, и тогда Северус, наконец, решился признаться. — Вина за то, что вас поймали, частично лежит на мне, — сказал он тихо. В отражении он видел, как Поттер кинул на него быстрый взгляд, но снова отрываться от дела не решился. — Я прятался за деревьями, вы ещё светили на них палочкой, помните? Поттер молчал, но это не имело значения. Северус продолжил: — Это я нечаянно наступил на ветку, и привлёк ваше внимание. Я должен был наложить на себя заглушающие заклинания, но я этого не сделал. Северусу хотелось сказать что-нибудь ещё, вроде, «Ваша неосторожность заразительна, Поттер!» или «Что вы тогда вскинулись, как испуганный баран, мало ли зверей, копошащихся в лесу!» — но он не стал этого делать. Свои ошибки нужно было признавать — этот тяжёлый урок жизнь преподносила ему не раз. В комнате снова воцарилось молчание. Тишину прервал стук флакона о столешницу, когда через какое-то время Поттер, наконец, отставил его в сторону. — Чьим патронусом была лань? — спросил мальчишка, не поднимая головы. Северус даже удивился такой недогадливости. — Моим. Чьим же ещё? — Покажите, — голос Поттера звучал странно. И он поднял, наконец, на Северуса свои вспыхнувшие в свете ламп глаза. Знал ли мальчишка, что патронусом его матери тоже была лань? Даже если это было и так, отступать Северусу было уже некуда. Достав из рукава палочку, он тихо проговорил: — Экспекто Патронум! Лань, вырвавшаяся из кончика палочки, облетела комнату и растворилась в воздухе. Поттер проследил за ней взглядом, а после в задумчивости уставился перед собой. — Почему лань? — прошептал он. Северус с секунду молчал, не зная, как лучше поступить: солгать или уйти от ответа? — Я отвечу на этот вопрос, если вы ответите мне на мой, — вкрадчиво сказал он. В конечном счёте, можно было обойтись и полуправдой. Но даже её Северус собирался продать как можно дороже. — Хорошо, — согласился Поттер. Он откинулся на руки и склонил голову набок, уставившись на отражение в стекле в ожидании вопроса. Северус резко развернулся к нему. — Зачем вам был нужен меч Гриффиндора? — сделал он свой ход ферзем. Раз Альбус отказался ему это сообщить, он узнает правду от мальчишки! Рот Поттера приоткрылся, будто он хотел что-то сказать, но тут же закрылся вновь. Он думал, вертел глазами по сторонам, поднимал их к потолку, жмурился и, наконец, покачал головой. — Простите, я не могу вам этого сказать. Северус вскипел изнутри: вот значит как! Однако, сохранив внешнее спокойствие, он безжалостно проговорил: — Значит и ваш вопрос останется без ответа. Поттер посмотрел на него расстроенно и опустил голову. Молчание, установившееся после этого, на этот раз никем не прерывалось. Каждый из них погрузился в свои раздумья. Северус думал о том, что ему снова нужно было попытаться расспросить обо всём Дамблдора — теперь-то старому интригану придётся ему всё рассказать! Однако, до его портрета ещё нужно было добраться. Конечно, Северус в любой момент мог покинуть резиденцию Лорда и вернуться в Хогвартс, но оставлять Поттера здесь одного он ни на секунду не мог, а трансфигурировать живого человека и незаметно пронести в кармане было, к сожалению, нереально. Значит, придётся ему как-то тянуть время, ссылаясь на трудоемкость операции бальзамирования, варить всё новые зелья, под предлогом необходимости соблюдать стерильность никого не допускать к телу, а в это время выискивать возможности покинуть дом вместе с телом Поттера, незаметно или под каким-нибудь благовидным предлогом, хотя он знал, что эта задача окажется самой трудной: несмотря на кажущееся равнодушие Лорда к предполагаемому факту смерти Поттера, тот ни за что бы не выпустил труп своего главного врага из зоны видимости. Очнувшись, Северус взглянул на часы на стене: короткая стрелка неумолимо приближалась к цифре два. — Поттер, — обратился он к задремавшему было в неудобной позе мальчишке, — вы сможете играть роль трупа убедительно? Слова эти вмиг привели того в чувство, он встрепенулся и сел ровнее. — Если что, я помогу вам обездвиживающим заклинанием, да и зелья кое-какие для этих целей тоже имеются. Нам нужно поддерживать легенду о том, что вы мертвы, быть убедительными, и тогда… — А трансгрессировать отсюда точно не получится? — вдруг перебил его Поттер. — Нечего и пытаться, — довольно жёстко сказал Северус. — Даже с домовиком? — в голосе мальчишки послышалась надежда. Северус приподнял брови. — Вы предлагаете воспользоваться помощью домовика Малфоев, чтобы удрать из… Поттер снова не дал ему договорить. — Нет! С Хогвартским, конечно! — Чуть наклонив голову набок, он выжидательно смотрел на Северуса. Не совсем понимая, что мальчишка имел в виду, Северус так же выжидательно смотрел на него в ответ, и тот пояснил: — Ну, вы ведь директор. Разве вы не можете вызвать сюда одного? — Ах, вот вы о чём, — Северус был разочарован. — Нет, сюда не могу. Эльфы Хогвартса не откликаются на зов за его пределами. — Разве? — удивился Поттер. — А послать домовика Малфоев за эльфом из Хогвартса можно? — не унимался он. — Я помню, как тогда, на втором курсе, домовик Малфоев запросто мог попасть на территорию школы, несмотря на все защитные барьеры. Мы могли бы перенестись в ваш кабинет и поговорить с портретом Дамблдора! Поттер смотрел на него с такой надеждой, что Северус невольно задумался. Что ж, это могло сработать. Но какой прок им был от Хогвартских эльфов? Они служили замку, а также учителям и ученикам, когда те находились в нём. Северус не помнил случая, чтобы эльфы Хогвартса доставляли в замок гостей. Даже обладая магией, способной обойти защитные барьеры волшебников, они, служа замку, обязаны были подчиняться его правилам, а те строго запрещали волшебникам трансгрессию на территорию школы извне, да и внутри неё тоже. Только сами эльфы могли так перемещаться. Не помнил он и случая, чтобы Хогвартские эльфы вообще получали и выполняли чьи-либо поручения — директор это был или нет — за пределами замка. Что если они не обязаны были никого слушаться вне стен школы? Сможет ли тогда эльф из замка в этом случае хоть куда-то их перенести, пусть даже и не в Хогвартс? Северус сказал Поттеру о своих сомнениях, и надежда в глазах у того поугасла. Но через пару секунд он снова взметнул на Северуса свой взгляд, и глаза его сияли ярче прежнего. — Добби, — произнёс он. — Нужно позвать Добби! — И… кто такой этот Добби? — осторожно спросил Северус. — Это бывший домовик Малфоев, я его освободил в конце второго курса, — воодушевленно поведал Поттер. — С тех пор он стал служить Хогвартсу. Дамблдор платил ему зарплату! Северус смотрел на Поттера в недоумении. Он помнил эту историю, Люциус тогда лишился слуги, но он понятия не имел, как сложилась дальнейшая судьба того эльфа. — Боюсь разочаровать вас, мистер Поттер, но, кажется, мне этот эльф незнаком. Вы уверены, что он служит Хогвартсу? Лично у меня есть сомнения, потому что я как директор не плачу зарплату никаким домовикам. — Но как же… — на лице Поттера застыло растерянное выражение. — Неужели Дамблдор вам ничего про него не… — Он поднял глаза. — Нет, — отрезал Северус. Поттер явно был разочарован, но на лице его тут же отразилась активная мыслительная деятельность. — А другие эльфы? Они ведь все там друг друга знают, — стал рассуждать он. — Если бы Добби ушёл из замка, они бы наверное знали куда. Может, стоит попросить кого-то из них поискать его для нас? — Какой нам будет от него прок, Поттер? — нетерпеливо спросил Северус. — Вы ничего не поняли, профессор! — воскликнул обнаглевший мальчишка. — Добби — свободный эльф! У него нет никакого контракта с Хогвартсом! Он смог бы нас туда доставить без проблем, я уверен! Поттер, прикусив губу, замолчал, а Северус задумался. Что ж, если домовик не был связан ни с одним волшебником магическим контрактом, значит, он мог обходить и запреты, которые накладывались на эльфов этими контрактами. Например переноситься, куда ему вздумается, и с целями, не ограниченными только служением и помощью обитателям тех мест. Чисто теоретически, свободный эльф мог представлять опасность для любого волшебника, ибо магические методы эльфов сильно отличались от привычных людям. Именно поэтому — как Северусу рассказывала его мать в детстве — когда-то, в незапамятные времена, всех эльфов Британии волшебники-люди обязали к принятию этих контрактов (тем самым заставив их себе служить): чтобы обезопасить себя — с одной стороны, а с другой — дать гарантии миролюбивому народу, не желавшему воевать, что они не будут истреблены за то, что представляют собой угрозу миру волшебников. Свободный эльф был свободен от любых запретов и ограничений. Но станет ли он, в таком случае, слушаться Северуса, даже если он по-прежнему работал в Хогвартсе, а Северус являлся его директором? Вероятнее всего, нет. Северус взглянул на Поттера. Тот, будто прочитав его мысли, сказал: — Добби очень привязан ко мне. Если это будет в его силах, он мне поможет. Робкий цветок надежды зародился у Северуса в душе, однако, он не позволил ей расцвести, слишком всё было зыбко. Но попробовать провернуть трюк с домовиками всё же стоило. — Хорошо, — кивнул он. — Сейчас я позову домовика Малфоев и отправлю его в Хогвартс с поручением привести кого-то из тамошних эльфов. Но имейте в виду, тот тоже может отказаться выполнить мое поручение и искать вашего Добби, поскольку мы сейчас находимся за пределами замка! — предупредил он мальчишку. — Мы должны попробовать, — решительно ответил Поттер, глядя ему в глаза. — И мы это сделаем, — уверил его Северус. — Но вам всё-таки придется изобразить из себя труп, Поттер. Домовик Малфоев не должен ничего заподозрить. Вам не нужно будет самому ничего делать. Вы просто выпьете зелье и будете лежать, как мёртвый. Поттера передёрнуло. Он посмотрел на Северуса неуверенно. — Это… напиток живой смерти? — спросил он. — Не совсем, — ответил Северус, — Это зелье глубочайшего сна — по принципу действия они похожи, но моё зелье действует не так долго. — Я… — заколебался Поттер, — я бы хотел гарантии… — Какой ещё гарантии?! — моментально вспыхнул Северус, задетый за живое недоверием Поттера к своему мастерству зельевара. — Я вам обещаю, что вы проснётесь! Достав из своего набора первой помощи требуемый флакон, Северус сунул его Поттеру в лицо. — Вот, выпейте это, — сухо приказал он. Тот неуверенно взял флакон. — Если можно, сегодня, — язвительно процедил Северус. Поттер ещё раз с тревогой взглянул на него, но беспрекословно откупорил бутылочку и отхлебнул содержимое. Лицо его сморщилось. — Нужно выпить всё? — прохрипел он. — Всё, — безжалостно подтвердил Северус.