Октябрьские сказки

Она сказала, что не вернется. Предпочла тихую жизнь с любимым златому венцу и тяжелым шелкам. Предпочла счастье долгу – и если он о чём и просил когда-нибудь богов, то лишь о ее счастье. Она сказала, что не вернется. Он же так и не посмел сказать ей о своей любви. Вместо нежного признания и взгляда в глаза, пусть даже первого и последнего, – клятва вечной верности и почтительный поклон. Как и дóлжно рыцарю. Она сказала, что не вернется, и голос ее звучал звонко и спокойно, и улыбалась она счастливо и легко, как может улыбаться лишь человек, отринувший всё наносное и следующий за своими истинными желаниями. Она сказала, что не вернется, и он был счастлив за нее, хотя сердце его рвалось от боли. Он никогда не надеялся на взаимность – желал лишь быть рядом, оберегать молчаливо и преданно, стальной тенью замерев подле ее трона. Однако и этому теперь не быть. Ему остался лишь пустой трон, на подлокотниках которого лежали некогда ее тонкие руки, спинки которого касались некогда ее медные локоны. Она сказала, что не вернется. Она сказала: «Благодарю тебя за службу», – она всегда благоволила ему. Он ответил, не смея поднять почтительно склоненной головы: «Я счастлив служить вам, ваше величество». И позволил себе вольность добавить хрипло: «Прошу, берегите себя…» Она сказала, что не вернется, но трон ее, как и дóлжно, пустует уж долгие годы, хотя многие из высшего совета порывались его занять, кто обманом, а кто и силой. Она сказала, что не вернется. Но если она вернется – то увидит, что он сберег для нее всё, принадлежащее ей по праву.