внимание

      Ноа еще никогда так сильно не проебывался. Или, может быть, это мир вокруг него сошел с ума.       Практически каждый день 2020 год приносил лишь плохие новости, которые поначалу не касались его напрямую. Конечно, происходящее скорее напоминало начало апокалипсиса, однако некоторые мемы про обреченность этого года могли вызвать смех. Проблемы конкретно у него начались уже летом, когда градус безумия, видимо, достиг своего предела: фанатам то не нравились его друзья, то его поведение, то он что-то не сделал, то он сделал что-то не то. Он не понимал, какие посты выкладывать, что можно записывать в сторис, с какими людьми надо дружить, а о чем категорически нельзя говорить.       Единственной хорошей частью было то, что они стали чаще общаться с Финном. Когда это все только начиналось, он был на отдыхе с друзьями. Он начал замечать плохие комментарии, что сказывалось на его настроении, хоть он и старался держаться и не показывать это никому.       И когда комментарии стал замечать не только он, то друзья несколько раз спросили у него, все ли в порядке и не верит ли он в то, что они пишут. Конечно, он лишь отмахнулся, получив недоверчивые взгляды в ответ, но пока его оставили в покое. А затем, спустя пару таких разговоров и сотню подобных комментариев, ему по такой же теме написал Финн.       Ноа отдыхал в своей каюте и с недоверием – и ладно, интересом – изучал попавшийся ему пост, в котором его всячески осуждали, когда сверху экрана, будто перекрывая весь негатив, всплыло новое сообщение от Финна Вулфарда со словами «Ты в порядке?». Он тут же отвлекся от прочтения списка своих прегрешений, о половине которых даже понятия не имел, и открыл экран уведомлений, задумчиво хмурясь на последнее. Он подозревал, почему Финн мог написать ему (младший каст часто общался в групповом чате, и Ноа поддерживал беседу чересчур активно, однако в последнее время его обычно неиссякаемая энергия довольно быстро истощалась, как и сообщения туда), но не был уверен, стоит ли отвечать в данный момент, хватит ли у него сил держаться и не расплакаться или не начать составлять план по поиску хейтеров с последующей отправкой их куда-нибудь на Марс. Хотя это же теоретически обитаемая планета, тогда лучше на какой-нибудь Плутон, чтобы усложнить им жизнь.       Через минуту Ноа решил рискнуть и быстро, так как боялся, что Финн не дождется ответа и уйдет, ответил простым согласием. Все-таки Финн был ему ближе, чем некоторые на яхте, кто подваливал с подобными вопросами, и заслуживал ответа. Не говоря уже о том, что какие чувства испытывал к нему…       Как-то не очень многословно, так что больше похоже на нет       Ноа невольно улыбнулся – видимо, он сегодня и поплачет от того, что кому-то искренне интересно его самочувствие, и вместе с Финном составит этот гениальный план.       Просто в последние дни меня так часто спрашивали об этом, что я отвечаю на автомате       А я думал, что заслуживаю особого отношения :(       Ноа остановился, стерев саркастичное Подумай еще (грубость комментаторов дошла и до него). Финн на самом деле заслуживал знать, что с ним происходит. Потом стер еще несколько вариантов начала нормального разговора, но… Он не мог придумать, как рассказать о своих чувствах, и в голову не пришло ничего лучше, чем позвонить, когда на экране высветилось, что Финн набирает сообщение.       Черт, это было ужасно. Он делал глупые вещи, когда паниковал.       — Э, привет? — растерянно позвал Финн после того, как на другом конце ничего не говорили пару секунд.       — Ага… привет, — смущенно поздоровался Ноа, в мыслях пару раз ударившись головой о стену, а в конце спрыгнув за борт. — Я, эм… сложно собраться с мыслями.       — Да, я как раз хотел написать, что можешь не торопиться, я подожду, — объяснил Финн и, выждав несколько мгновений, будто неуверенный, что стоит это говорить, добавил: — Перейдем на видео? Так будет удобнее сказать, когда ты будешь готов, ну и мы давно не виделись…       — Нет! — слишком резко ответил Ноа, запаниковав, но понял, что это было странно, поэтому быстро исправился: — Ну, может быть позже, сейчас не то время.       — Ладно, — по тону было похоже, что Финн пожал плечами. — В любом случае, приятно слышать твой голос.       — Я же часто записываю в чат кружочки или голосовые, — припомнил Ноа, изо всех сил стараясь не искать в этом какой-то – и уж тем более романтический – подтекст.       — Это другое. Они не для меня.       И все его старания моментально пошли крахом, потому что это звучало как…       Ноа почти сразу влюбился в Финна, хоть и осознал это лишь спустя годы их дружбы. На съемках второго сезона они много времени проводили вместе, как и на промотуре третьего сезона, что значительно сблизило их. Поначалу он спихивал свое восхищение старшим коллегой и желание проводить с ним больше времени на то, что ему просто хотелось подружиться с ним, но к Гейтену и Калебу у него не было таких чувств, затем обвинил Уильяма Байерса в том, что тот проник к нему в мысли и вплел свою отнюдь не дружескую любовь к Майку Уилеру в его чисто платонические чувства к Финну. А недавно признал, что, вероятно, они не так уж отличаются с его сериальным персонажем.       Однако это ничего не меняло, Ноа не собирался ему ни в чем признаваться и портить дружбу; разве что отныне от разбитого сердца откалывался еще кусочек каждый раз, когда он понимал, что его чувства не взаимны.       А теперь… что?       — …и я как бы поэтому решил узнать, как у тебя дела, — на этой фразе Ноа вернулся в разговор. Видимо, Финн продолжил говорить, несмотря на то, что вызвал у него внутренний кризис, а значит, в его предыдущих словах не было никакого подтекста, иначе он бы сначала дождался ответа. — Гейтен утром скинул пост, в котором кто-то решил пройтись по всему нашему касту, и больше всего претензий там было к тебе, и мы все это уже обсудили, а ты единственный, кто до сих пор не ответил, и…       — Ой, а я не читал, — признался Ноа, уже привычно ощутив, как его сердце разбивается еще больше, и тут же пожалел даже о таком, казалось бы, незначительном признании, потому что оно наверняка вызовет ненужные расспросы.       — Подожди, а как тогда… Ты же не читаешь их комментарии и посты, да? — получив в ответ красноречивое молчание, Финн цокнул. — Ноа! Никто не вправе указывать тебе, с кем дружить и как поступать. Ты же знаешь это?       — Знаю, но…       — Никаких «но», — строго обрезал Финн. — Некоторые просто с ума сходят на карантине. Но не позволяй им сделать это с тобой.       — А если я сойду с ума, ты… — с последней надеждой начал Ноа, как когда-то Уилл Байерс.       — Нет, — после этого он сразу поник, однако продолжение зажгло в нем искру надежды, — я отправлю этих чокнутых куда-нибудь на Марс, чтобы сохранить твое здравомыслие.       — Знаешь, я думал о том же, только остановил свой выбор на Плутоне.       — Уф, ты жесток.       Позже они так и не переключились на видеосвязь; Финн, казалось, все понял и не стал настаивать. С одной стороны, Ноа хотел обсудить с кем-то предъявляемые ему прегрешения, потому что некоторые из них были по-настоящему нелепы (например, какого черта он должен всегда быть в маске – даже в собственной каюте и на яхте, где все сдали тест и не было никого постороннего), но с другой… Он благодарен, что вместо этого Финн ограничился лишь тем, что согласился отправить хейтеров на Плутон, и затем пустился в разговор обо всем подряд: возобновлении съемок, учебе и чем можно заняться на карантине.       Когда вернулась соседка по каюте, Ноа еще немного поговорил с Финном под ее пристальном взором, после чего, не выдержав такого внимания, довольно быстро попрощался с ним, пообещав быть на связи, в том числе в чате.       — Отвратительно, — заключила она в ту же секунду, как телефонный разговор закончился.       — Что-то случилось? — поинтересовался Ноа, не совсем уверенный, хочет ли знать ответ.       — Еще как! — воскликнула она, словно ждала этого вопроса целый вечер. — Я тусовалась с Кэти, и вообще мы хотели тусить с ней всю ночь, и я специально поспала днем, пропустила высадку на остров, и все было нормально, мы веселились, а потом вернулся ее парень, и она меня прогнала, — и обиженно надула губы, стрельнув недовольным взглядом, будто это была его вина. — Не буквально, конечно, она не говорила мне уходить, но они стали щебетать, как птички, и целоваться, и я ушла сама. С ними невозможно находиться наедине.       — Мне… — хоть Ноа и плохо знал ее, так как на яхте собрались скорее друзья друзей, но мог ей посочувствовать, прекрасно помня опыт своего персонажа в третьем сезоне.       — И ты тут говоришь со своей девушкой, — продолжила она, перебив его. — Отвратительно.       — Я… — Ноа сам не знал, почему в этот момент не смог связать двух слов и объяснить, что это был его друг. — Нет, это не…       — Ладно, давай спать, — она зевнула, рухнула на подушку и перевернулась к стенке, оградившись от его попыток оправдаться, видимо, устав на сегодня от драмы. Ноа даже не успел ничего сказать, однако из уважения к чужому сну не стал продолжать свои попытки. Не то чтобы он знал что сказать…       Действительно ли он говорил с Финном так, что его можно было перепутать с влюбленным парнем? Или на соседку просто повлияло то, что перед этим прямо перед ней ворковала влюбленная парочка? В любом случае, ему стоит быть осторожнее.       Несмотря на то, что соседка упомянула, что уже спала днем и вообще планировала тусить до самого утра, она почти моментально уснула, и Ноа позавидовал ее способностям расслабляться. Сам он сначала ответил в личные сообщения беспокоящимся по тому же поводу Милли (Я стараюсь это игнорировать, но все равно что-то задевает. Сейчас я в порядке, но знаю, куда обратиться (к тебе) в случае чего, люблю тебя!) и Хлое (Я в порядке, вообще об этом не думаю. Передай папе и маме, чтобы не беспокоились, я скоро вернусь домой!), а затем зашел в групповой чат, пролистал до того поста, которым поделился Гейтен, и…       Пропал.

***

      Ноа не помнил точно, как и во сколько уснул, но это произошло вскоре после того, как Финн отправил ему сообщение с просьбой пойти спать (Я ОЧЕНЬ надеюсь, что ошибаюсь и ты сейчас снова не читаешь эту чушь, просто подозрительно, что ты то появляешься онлайн, то пропадаешь. Иди уже спать, сладкой ночи!) и двумя стикерами – один показывал сердечко, а другой с подозрением щурился. Черт, как Финн знал его так хорошо? Он хотел посмотреть что-то утешающее, что напомнило бы ему о любви фанатов и помогло успокоить тревожный разум, но потом понял, что, скорее всего, опять наткнется на плохой комментарий и все начнется заново, поэтому ответил Финну комбинацией из смущенного, сонного и улыбающегося смайликов и убрал смартфон в сторону.       Как только на следующее утро – или, скорее, уже день – он подал признаки жизни со своей кровати, то услышал, что соседка мигом выскользнула из каюты. Это на секунду показалось ему странным, но он решил не придавать этому значения, повалялся еще пару минут и отправился приводить себя в порядок.       — Тебя сложно поймать, — при возвращении в каюту его неожиданно встретила соседка, сидящая за столиком, на котором стоял высокий стакан с чем-то, напоминающим смузи, однако он помнил, что она такое не любит. А он бы не отказался от смузи прямо сейчас…       — Да? Извини, я не прятался.       — За что ты извиняешься? — она сказала это таким тоном, что Ноа с трудом подавил еще одно извинение. — Это я должна извиниться за вчерашнее, ну и… прости, что обрушила на тебя весь негатив, ты можешь разговаривать со своей девушкой когда и сколько захочешь, я не буду вам мешать. И это тебе в качестве извинений, — и кивком головы указала на тот самый стакан на столе. Значит, иногда желания все-таки воплощаются в реальность? Может быть, тогда Финн…       — О, с-спасибо, — Ноа отогнал от себя мысли, которые разжигали в нем дурацкую надежду, и с благодарной улыбкой принял подарок. — Ты, кстати, можешь тусоваться со мной, если Кэти будет занята своим парнем.       — Я рада, что из всех парней меня подселили к тебе, — изначально, при планировании поездки, мальчиков и девочек было поровну, но потом кто-то не смог поехать, и вместо них другие взяли своих половинок, и так вышло, что они остались единственными, кто не выигрывал по параметрам дружбы или любви. — Хоть у тебя и есть девушка. Жаль.       Она озорно улыбнулась, подмигнув, и вышла из каюты. Ноа даже не стал пытаться ее переубеждать – вероятно, это было к лучшему.       С этих пор Финн писал ему, по крайней мере, два раза в сутки: утром и вечером (они обменивались пожеланиями на день и желали друг другу спокойной и сладкой ночи). Соседка, возможно, все еще чувствуя вину, пообещала не смущать его и уходить из каюты, когда заметила, что он разговаривает с наушниками и без видео, сказав, что это уже прошлый век, хотя после этого они так ни разу и не поменяли способ связи (единственное, что мог позволить себе Ноа, так как не был уверен, что его чувства каким-то образом не раскроют при видеосвязи – это иногда записывать кружочки или отсылать фото, помня про их первый разговор). Он не стал ее исправлять, ибо прикрытие с девушкой работало отлично, потому что он не хотел никому объяснять, почему Финн Вулфард вызывает у него такую счастливую улыбку и постоянный румянец.       Конечно, рано или поздно кто-то должен был заметить; это не могло продолжаться долго, как и все хорошее в его жизни. Кроме участия в одном из самых популярных сериалов в мире, благодаря которому он приобрел много друзей, лучших родителей… Ладно, иногда он драматизировал.       Всей собравшейся компанией они отдыхали на палубе: сняли пару видео, поиграли, поели, поболтав (на этот раз его спросили не о самочувствии, а загадочном собеседнике, которому он уделяет много внимания, и ситуацию спасла соседка, случайно уронив поднос на пол), а затем, когда солнце начало палить слишком сильно, все разошлись кто куда. Ноа последним остался на шезлонгах вместе с Кэти и с нетерпением, которое старался подавить, разблокировал смартфон, чтобы посмотреть и ответить на сообщения Финна.       Один из плюсов пандемии это что ты можешь быть единственным человеком на улице       И никто к тебе не подойдет       Я бы тебя отменил за такие слова :р       Если бы был одним из твоих тупых хейтеров, ты забыл добавить       А так я знаю, что ты умный, добрый и меня любишь ;)       У Ноа перехватило дыхание. Это был не первый раз, когда они обменивались милыми колкостями – он боялся называть это флиртом даже в своей голове – но каждый раз он реагировал так, будто Финн, по меньшей мере, предложил ему свои руку и сердце.       — Ты со своей девушкой общаешься? — невзначай поинтересовалась Кэти.       — Нет, с Финном, — честно ответил Ноа, забыв о своем прикрытии или, скорее, не подумав, что в этот момент может выглядеть как безнадежно влюбленная школьница.       — Ого, твой парень – Финн Вулфард, и ты молчал? — Ноа только открыл рот, чтобы возразить, но Кэти поняла это по-своему. — Не волнуйся, можешь довериться мне, я никому не скажу. Не знаю, как к этому отнесутся остальные, да и вообще тебе нелегко с твоей известностью.       — Серьезно, он не мой парень.       — Ага, — она подмигнула ему и встала, чтобы присоединиться к остальным, и Ноа понял, что она нисколько не поверила ему (это было неудивительно, ведь он сам себе не верил).       Отдых заканчивался через два дня, и оставалось лишь надеяться, что ни одна из девушек не сложит два плюс два и, уж тем более, не расскажет о своем открытии всему интернету. Хейтерам и так хватало поводов его ненавидеть, и они успешно создавали новые буквально из ничего. А Ноа не хотел втягивать в это Финна.

***

      Прошло около месяца с его возвращения домой, и ситуация в интернете вообще не улучшилась, в отличие от мировой – скоро даже обещали возобновить съемки. В течение этого времени друзья, с которыми он отдыхал на яхте, выкладывали с ним разные видео, делились историями, и люди разделились на два лагеря: кто-то жалел его, уверенные, что они пользуются его популярностью (если бы это было так, в интернете бы вовсю обсуждали его девушку, но этого не произошло – выкусите), а другие говорили, что так ему и надо. Хейтеров и их комментариев, в которых они откапывали все его скандалы, в том числе несуществующие, становилось все больше, и давление росло с каждым днем, словно снежный ком. Из-за этого Ноа стал менее активным в соцсетях – именно постить и публично комментировать что-то, но он все также изучал обстановку, тщетно надеясь, что люди успокоятся – решив залечь на дно по совету всех вокруг. Не то чтобы это помогало, по ощущением и результатам ежедневной разведки становилось как будто бы хуже.       Единственным проблеском света в непроглядной тьме, кто радовал его своим существованием каждый день по утрам, вечерам и иногда ночам, причиной засыпать, чтобы увидеть хороший сон с ним, и просыпаться, чтобы наслаждаться его присутствием – к сожалению, не физическим – в реальности, и просто жить, чтобы увидеться в следующий раз, был…       — Эй, ты слушаешь? — Финн немного повысил голос, вырвав его из мечтаний.       — К-конечно! — спохватился Ноа, отвернувшись от экрана в попытке скрыть свое смущение.       Они все еще придерживались прежнего распорядка, начавшегося с того самого «Ты в порядке?», только теперь общались преимущественно по видеосвязи, а когда не получалось – обходились сообщениями и реже обычными звонками (даже когда Ноа ему просто звонил, Финн всегда переключался на видео). Не то чтобы кому-то из них было что показать, иногда – как сегодняшним вечером – они просто сидели и болтали в перерыве между тем, что занимались своими делами. Каким-то образом это было уютно.       — Ну теперь уже да, — Финн цокнул, а затем с подозрением прищурился. — Я хотел спросить, ты ведь уже меньше зависаешь в соцсетях, да?       — Зависит от того, что ты под этим подразумеваешь, — Ноа уклонился от прямого ответа, понимая, что его ложь мгновенно раскусят.       — Ты знаешь, — твердо ответил Финн и слегка постучал по своему монитору, когда Ноа отвел взгляд. — Смотри мне в глаза, Ноа.       — Ты что, хочешь меня загипнотизировать? — отшутился Ноа, но, тем не менее, собрался с духом и вернулся к глазам Финна, который вмиг посерьезнел.       — Послушай, многие знаменитости через это проходят, и, в конце концов, они либо удаляют аккаунт, либо используют его только для работы. Хейтеры всегда найдут причину для ненависти, зачем ты себя мучаешь и читаешь все это?       — Я не знаю, — от разочарования хотелось побиться головой о стену. Прыгнуть за борт уже не было вариантом. — Такое ощущение, что я каждый раз прохожу пять стадий принятия, но никак не доберусь до последней! Может быть… я надеюсь, что они либо образумятся, либо напишут, что мне сделать, чтобы все это исправить.       — Не хочу тебя расстраивать, правда, но это невозможно, — Финн выглядел искренне сожалеющим. — Они всегда вспомнят одну незначительную ошибку десятилетней давности, даже если ты совершил все подвиги Геракла.       Ноа надулся. Какой стадией это можно считать? Гневом вперемешку с торгом? Ему необходимо закончить разговор с Финном прежде, чем начнется депрессия и он позорно растечется по столу или с головой накроется пледом, рыдая навзрыд.       — Я просто… Я и так почти ничего не выкладываю, — пожаловался он, еле сдерживая порыв сиюминутно зарыться под одеяло и грустить о несправедливости этого мира. — Я не понимаю, мне что, надо прекратить свое существование в интернете, чтобы они успокоились? Но почему я должен уходить? Почему они не могут просто перестать следить за мной и оставить меня в покое, раз я им так не нравлюсь?       — Да, это не похоже на принятие… — прошептал Финн, пока на другом конце продолжали монолог, который как будто должен был положить начало пути злодея.       — Это нечестно! — со всей яростью возмутился Ноа и повторил более разбито: — Нечестно…       — Поздравляю, Шнапп, ты взрослеешь, — Финн решил развеять тоскливую атмосферу, почуяв, что дело близится к слезам и тогда Ноа наверняка закончит звонок, а ему не хотелось ни видеть его плачущим и не иметь возможность утешить объятьями, ни завершать общение в данный момент. — Скоро как дед будешь выбираться из дома только поиграть в шахматы в парке, познав всю подлость вселенной.       Ноа ошеломленно уставился в экран, не веря услышанному, а затем рассмеялся и показал ему язык. Как Финну удавалось так легко менять настроение?       — Дед из нас скорее ты.       — Спасибо, что напомнил, — Финн поднялся со своего места и показательно поклонился. — Пойду промою вставную челюсть.       — И не забудь обновить свое чувство юмора! — в ответ Финн с кряхтением скрылся за дверью.       За это время Ноа успел привыкнуть к их – все еще не флирту, нет – обмену милыми колкостями, поэтому теперь не реагировал так, словно Финн предлагал ему переехать в замок и жить вместе долго и счастливо. В основном его выдержку закалили видеозвонки; так как Финн мог увидеть или услышать, как он кричит в подушку от переизбытка эмоций, то он просто вкладывал эту энергию в дальнейшую перепалку, чтобы последнее слово оставалось за ним – и, как ни странно, это помогало. Что, впрочем, не мешало ему делиться счастливыми криками с подушкой после завершения разговора.       — Опять болтаешь со своим… Финном, — внезапно раздался женский голос позади, и Ноа даже оборачиваться не нужно было, чтобы распознать свою сестру – и даже не по голосу, а скорее по дразнящему тону и тому, что подразумевалось под ее словами.       — О, привет, Хлоя, — так некстати вернулся Финн, и Ноа нервно думал, слышал ли он ее.       — Привет! — Хлоя ярко улыбнулась и помахала в камеру.       — Сейчас я ее прогоню и вернусь, — прошипел Ноа, взяв сестру за руку и потопав к двери.       — Хлоя, только не ругай моего… Ноа! — пошутил Финн, возможно, неосознанно дав понять, что услышал ее первую фразу. Это, естественно, лишь усилило его панику.       — Эй, он мой брат! — хихикнула Хлоя, подыграв, пока Ноа тащил ее из комнаты.       Они остановились в коридоре возле лестницы. Ноа отпустил ее руку и повернулся к ней с максимально осуждающим выражением лица.       — Ты не можешь просто врываться в мою комнату и бросаться такими словами!       — А что такого? Вы ведете себя так, будто встречаетесь! — Хлоя скрестила руки на груди, выглядя недовольной. — Созваниваетесь почти каждый вечер, болтаете, а иногда просто сидите и молчите. И вообще, почему тебя это так задевает?       — Потому что это неправда!       — А ты хочешь, чтобы это было правдой? — Хлоя и раньше дразнила его подобным образом с некоторыми друзьями, но он никогда так не защищался, только отшучивался, как и его «пара». Может быть, в этот раз это не было шуткой?       — Я не хочу его терять, — уклончиво ответил Ноа. — Он один из моих самых близких людей, особенно сейчас… И если я все испорчу своим глупым признанием, мы больше не будем такими хорошими друзьями, и фанаты опять на меня обозлятся.       — Ох, Ноа, — сочувственно протянула Хлоя и обняла его. — Прости, что дразнила, я не думала, что это серьезно, — она отстранилась, добавив с хитрой улыбкой: — Но на твоем месте я бы обдумала признание, вы реально смотритесь как пара, — и, получив в ответ грозный взгляд, рассмеялась и пообещала не вмешиваться. Она наверняка не думала, что Ноа увидел ее скрещенные пальцы за спиной, но он не стал никак на это указывать. Возможно, вмешательство все-таки не помешает.       Когда Ноа вернулся к ноутбуку, звонок с Финном уже был завершен, а ниже было сообщение: «Не буду рушить ваш семейный момент, еще увидимся».       Он вздохнул. Почему Финн должен быть таким хорошим?       Спасибо       За бесплатное консультирование?       Не только       Если что, оно было не бесплатным, в следующий раз заплатишь своими ушками. Сладкой ночи!       Отдельно спасибо за предупреждение не отвечать тебе в следующий раз. Спокойной ночи!       В ответ прилетел смайлик с перевернутой улыбкой, пистолет и плачущий. Ноа отправил стикер с поцелуйчиком.

***

      Съемки должны были стартовать через пару дней. По крайней мере, у другой части каста – Финна, Гейтена, Калеба, Сэди и тех, кто не облажался, как он.       Ноа пока не уведомили – впрочем, как и Милли с Чарли, но это нисколько не унимало его тревогу – о начале съемок в «Леноре», и он уже начинал думать, что для него все закончено. За прошедший месяц он пережил еще парочку скандалов, в которых даже не принимал участие (некоторые, как обычно, раздували из мухи слона), а сегодня наткнулся на петицию, в которой его требовали убрать с роли Уилла Байерса. Что он там говорил про то, что ничего хорошее в его жизни не длится долго?       Конечно, она собрала всего пару подписей – буквально две – но каким-то образом это казалось серьезнее, чем все ненавистные комментарии вместе взятые. Он не знал, что делать, стоит ли спросить у Дафферов, рассматривают ли они такой вариант, или они сочтут его странным и после такого реально задумаются о замене. Лучшим вариантом было просто забыть об этом, тем более, в последнее время он и вправду меньше внимания уделял скандалам, но теперь эта мысль – страх, что хейтеры окажутся правы и победят – прочно поселилась в его сознании.       Ну, до вечера, пока Финн не попросил его созвониться и оценить его пение. Это успешно отвлекло его на какое-то время, однако потом, когда Ноа дал оценку «десять из десяти, где выкупить все билеты на твой концерт, потому что я не готов этим делиться», получив немного смущенную, но однозначно благодарную улыбку в ответ, разговор ушел в съемки, и он вдруг задумался о том, что если его выгонят из сериала, то он потеряет не только все, но и Финна.       Финн же, со своей стороны, заметил, что Ноа вновь погрузился в себя, и перестал говорить о сценарии (обсуждать Байлер без его самого главного фаната было кощунством). Он огляделся в поисках того, чем можно было привлечь его внимание, и решил исполнить ту песню, которую несколько раз слышал от Ноа и Милли и которая немного соответствовала нынешней ситуации.       — I don't know why'd do this to me, You're so cold, — пропел он, однако со стороны Ноа все еще не было никакой реакции. — You'd be playing like yeah, yeah, yeah, yeah…       Лишь на очередном «Yeah», на котором он специально сфальшивил, Ноа встрепенулся.       — Вау, ты очнулся! — с притворным недоверием воскликнул Финн.       — Я-я думал, ты просто решил включить песню, — попытался оправдаться Ноа.       — Мне воспринимать это как комплимент, или обидеться, что ты меня проигнорировал?       Ноа отстраненно пожал плечами.       — Да ладно, я пошутил, — Финн примирительно помахал руками перед собой, выглядя обеспокоенным. — Что с тобой?       — Сегодня мне попалась одна петиция… — начал Ноа, решив быть честным, — с требованием убрать меня с роли Уилла Байерса.       — Они серьезно? — возмутился Финн, готовый то ли посмеяться над наивностью создателя петиции, то ли на самом деле отправить его на Плутон. — Дай угадаю, там было только две подписи, одна из которых самого автора, а другая – его мамы?       — Я знаю, что глупо о таком переживать, но…       — Давай так, я могу позвонить Дафферам и спросить, планируют ли они тебя увольнять, и если да, то я буду угрожать им уйти вместе с тобой.       — Ты… сделаешь это? — раньше Ноа шутил насчет замка и жизни долго и счастливо, как в сказках, но сейчас Финн предстал перед ним словно рыцарь в сияющих доспехах. Тот самый Паладин.       — Я уверен, что тебя и так не собираются выгонять, но я все равно готов за тебя вступиться, — смело заявил Финн, влюбляя в себя все больше. — Правда, тогда тебя будут долго дразнить за это. И меня, наверно, тоже.       Ноа знал, что Финн прав во всем: и что Дафферы с вероятностью в сто процентов даже не знают об этой петиции и не собираются искать ему замену, и что они вдвоем будут выглядеть глупо – Финн скорее отважно – если обратятся к Дафферам по этому поводу, поэтому не собирался соглашаться на это предложение. Если ноль процентов каким-то образом станут реальными, то он сам попробует с этим разобраться, не втягивая в это никого другого. Особенно Финна.       — Я просто… даже не могу ни о чем другом думать, — вздохнул он, ибо в данный момент его действительно волновало то, что он не может отпустить эту дурацкую, изматывающую мысль, какой бы абсурдной она ни была.       — Если ты пообещаешь не думать об этом, — начал Финн с загадочной улыбкой, словно знал, как решить его проблему, — то в следующую нашу встречу я тебя поцелую.       Ноа, приподняв брови, ошарашенно уставился в экран. Ему наверняка послышалось.       — Ч-что?       — Я возьму тебя за руку, — соблазнительно продолжил Финн, видимо, подумав, что ему необходимо более детальное описание. Как будто Ноа не был на грани обморока прямо сейчас, — затащу нас обоих туда, где нет свидетелей, прижму тебя к стене и…       — Финн… — прошептал он, неуверенный, что ему делать, что говорить и как дальше жить. Кажется, его сломали.       — …чмокну в нос, — с дразнящей ухмылкой закончил Финн. — А если ты совсем не будешь думать об этих глупостях, то тебя ждет кое-что повзрослее.       — Это какая-то шутка? — с болью в голосе спросил Ноа; как бы он ни любил Финна, иногда его бесило это умение обращать важные моменты в шутку. Ему было даже неважно, что этим он практически подтвердил свою влюбленность, ему просто нужно было знать – видимо, от его разбитого сердца откололся последний кусочек.       — Нет, подожди, ты мне правда нравишься, — в панике протараторил Финн, думая, что его флирт очевиден. — Мне сегодня написала Хлоя, спросила про это, и рассказала, что я тоже тебе нравлюсь долгое время. Она ведь не соврала, верно?       — Нет, просто… это слишком неожиданно, — Ноа облегченно выдохнул, в мыслях отметив поблагодарить и, конечно, немного осудить сестру за вмешательство.       — Да, я хорош в сюрпризах, — Финн ослепительно улыбнулся и пару секунд пристально смотрел в камеру, будто пытаясь разглядеть его всего. — Я бы хотел сейчас быть рядом с тобой и заставить тебя перестать думать обо всем этом.       — Ты со мной флиртуешь? — уточнил Ноа, потому что ему надо было окончательно в этом удостовериться и убрать обозначение «милые колкости» из их отношений.       — Ты только заметил? — фыркнул Финн.       — Ну ладно, и как бы ты это сделал? — смущенно, но с явным интересом спросил Ноа.       — О, ну раз по-хорошему ты не понимаешь, а я столько раз просил тебя отпустить это, то для начала я бы прижал твои запястья к кровати… — вкрадчиво проговорил Финн, приблизившись к камере. — А потом взял бы твой телефон и деактивировал все твои публичные аккаунты.       Они рассмеялись, хотя в этом была доля смысла. На этот раз Ноа был благодарен, что Финн перевел все в шутку, потому что не думал, что сможет сдержаться, если представит, как его прижимают к кровати, ограничивая движения и нависая сверху, или толкают к стене, смотря сверху вниз, и…       — Так… — спросил он, стараясь отвлечься от грязных мыслей, — мы встречаемся?       — Спроси меня еще раз при личной встрече, и я дам тебе исчерпывающий ответ, — Финн хитро ухмыльнулся. — Но только если ты забудешь о своих хейтерах. А то нехорошо думать о них чаще, чем о своем парне.       Ноа пытался – правда, пытался, хотя бы в качестве эксперимента – вспомнить о ядовитых комментариях, идиотской петиции, но перед глазами стоял лишь Финн с его милой и одновременно самодовольной улыбкой, а также его обещание. Возможно, это потому, что теперь он был уверен, что даже если потеряет все, то Финн останется.

***

      Как ни странно, это действительно работало. Настолько, что…       Из-за тебя я забыл написать эссе!       Так что ты мне помогаешь       Боже, он влип.