Учебный год, изменивший многое.

      И вот они шли в сторону клубных комнат, как путь им перегородили Левиафан со своей шайкой, это не очень понравилось остальным, которые наблюдали за Аластором, улыбка которого стала закрытой, но широкой. Они хотели напасть на Ала, думая, что тот по любому ещё не обосновался со своей амнезией, однако ошибались. Он стал ловко уворачиваться почти от всех их атак, а когда те стали нападать в торону его друзей, то его лицо изменилось, хоть за очками это было не так заметно.       Глаза стали как у радио, показывающую чистоту, а рога выросли в три раза от своего повседневного размера. Также он стал быстрым и прикончил каждого почти с одного удара. Но Левиафан решил использовать то, что другие стали атаковать его друзей и зайдя за спину зарядил битой сильнее, чем тогда. Наступила тишина. Медленно с виска стала скатываться кровь падая на пол, однако Аластор не падал. — В таких драках я больше всего ненавижу таких крыс, как ты! — ответив это, отличник ударил того в живот, мгновенно вырубая от боли.       Все оцепенели, смотря на демона, на котором не было живого места, но возвышался над остальными, которые уже успели отключиться. Рога стали прежними, а глаза также стали обычными, правда из них шла чернь, напоминавшая слёзы. Ал стал её стирать платком, который достал из кармана штанов. — Чего застыли? Разве мы не собирались идти рисовать? — спросил он невинным голосом, заставляя всех впасть в ещё большее удивление, но не нашу принцессу, которая дала ему пощёчину, которая была слышна на весь коридор. — Зачем ты дерёшься?! Почему?.. — громко спросив его долго мучающий для неё вопрос, девушка держала руку к груди, которой недавно ударила его, словно сожалела об этом. — Зачем? Чтобы больше не лезли. — ответил небрежно он, за что получил вторую пощечину, которая всех удивила, ведь Шарлотта никогда так себя не вела. Однако сейчас она не понимала, что делает, ведь хотела заставить того больше не драться и неважно каким способом. Именно таким хулиганом, похожего больше на бандита он ей был противен. — Ты дурак?! Так они от тебя не отстанут! — сказала она, крича на него, ведь переживает за него, хоть он и больше к ней не относиться также как тогда. — Предлагаешь мне стать их грушей для битья пока им этого не надоест?! — шутя, сказал парень, который не был зол на девушку, полностью понимая её действия, если бы та являлась ему девушкой, а не подругой. Хотя она явно в его вкусе, подумал он, рассматривая её с головы до ног. — Нет…но прошу больше не сражайся… пожалуйста… — сказала принцесса, заплакав, ведь её было больно видеть свою вторую половинку побитой. — Я не могу этого обещать, но постараюсь этим не злоупотреблять, если уж настаиваешь, Лотти! — сказав это, он заворожил её в некое подобие танца, а после поднял на руки, крепко прижав к себе. В это же время она очень сильно покраснела, вдыхая запах, его дорогого парфюма, которым пропахла вся рубашка. — К-как ты меня назвал? — немного заикнувшись в начале, спросила белокурая красавица, сильно покраснев. — Лотти! Тебе не нравиться? — спросил юноша, направляясь в сторону их кабинета, хоть и не знал где он. — Нравиться… просто меня никто так не называл… — ответила она, смущаясь ещё сильнее, ведь даже не знала про такое сокращения её имени. — Оу, значит я буду первым! Кстати у тебя есть какое-нибудь хобби или увлечение? — спросил он, посматривая на её немного размытый образ. Видимо удар был не хиленький. — Ну, помимо рисования, мне также нравиться петь и танцевать! — бодро ответила демоница. — Ну надо же у нас даже почти одинаковые хобби, дорогуша! Этот день поистине будет самым лучшем в моей жизни! — не в шутку сказал он, подумав, что давно не было такого тепла на душе, особенно после ухода отца. — Правда? — словно не веря его словам, спросила она, на что тот тихо посмеялся, но не наигранно, а искренне, чем удивил и плетущийся за ними хвостик. — Безусловно, ведь в этот день я встретил столь очаровательную девушку! — сказал он, а после поцеловал ту в лобик, из-за чего девушка покраснела, как спелый помидор, а Хаск вообще не узнавал в нём своего привычного друга, ведь тот обычно не вёл себя так с девицами… или она для него особенная? — Спасибо… — вымолвила она, закутавшись в его рубашку, чем вызвала тихий смешок со стороны красноволосого.       Скоре они дошли до клубной комнаты, где Аластор не хотя отпустил Шарлотту, а сам стал смотреть на доску где висят тематики на конкурс. Также его внимание привлек пустой холст, где было много стираний. Конечно он хотел начать рисовать, но перед этим вышел из комнаты и, придя с мокрой головой, стал обрабатывать себе заметные раны, призвав тень, что была с его ростом, да и по очертанием была идентичной копией, только различался наряд. Закончив с обработкой ран, он одел на забинтованные руки уже новые перчатки, ведь те уже успели порваться.       Подойдя к этой так и не начавшиеся работе, он присел на стул, и посмотрел на доску, где писали какой формат на какую тему и куда. Он прочитал, что на холсте рисуют счастливое воспоминание. Прочитав это, демон стал качаться на стуле, раздумывая что бы ему нарисовать. Вскоре он начал рисовать красками, но в черно-белой тематики, как могло показаться на первый взгляд. Красноволосый нарисовал всю серость с кровавым небом, а потом радостное лицо блондинки, которая улыбалась и плакала одновременно. — Вау… — вымолвила Вагата, которая собиралась идти за новым заданием, но замерла, увидев как этот парень рисует.       Легкие движения руки плавная музыка на пианино играла вовсе не в наушниках, как у остальных, а в телефоне на довольно неплохой мощности. Он с прикрытыми глазами смотрел на рисунок, но после почему-то заплакал. Парень не мог понять свою резкую смену своего настроения и самое обидное, что это заметили почти все присутствующие, отвлекаясь от свих дел. — Ал? — позвал его кот, заметив дрожащие плечи своего друга. — Чего? — более менее успокаиваясь, произнёс он, а на взгляд девушки прислонил указательный палец ко рту, говоря, что сейчас нужно умолчать об этом. — Что с тобой? — уже подойдя к оленю, спросил Хаск, а тот лишь улыбаясь до ушей ответил в своей привычной манере. — Ничего необычного, мой кошачий друг! Просто любуюсь своей проделанной работы, думая нормально ли нарисовал и всё такое. — Хм, по-моему как всегда великолепно. Ты мне не рассказывал, что и в седьмом классе так хорошо рисовал. — Ты и не спрашивал! — Тоже верно! Ладно не буду тебя отвлекать. — сказал его друг, уходя на своё место, оставив тех на едине, из-за чего последней стало неловко и она тихо пошла к доске.       Красноволосый после этого долго сидел, думая, что бы ещё порисовать, как вдруг его телефон зазвонил и тот, явно этого не ожидая, взял трубку, привлекая внимания остальных. — Да? — ответил Ал, который всё ещё продолжал улыбаться, правда потом улыбка немного спала с лица, а глаза расширились. — Что? — спросил, не понимая, тот, как в трубке послышались гудки, а демон, психанув, разбил телефон, ударив об стенку. — С какого хуя, за мной будет присматривать та старая швабра?! — говорил он в гневе, а после вышел из комнаты, кромко хлопнув дверью. Все, не понимая ничего, последовали за ним, в то время тот присел на открытый подоконник и закурил, посматривая на первый выпавший снег, который немного морозил. — Ал, что случилось? — спросила Чарли, погладывая на серьёзное выражение лица демона, который смотрел на падающие снежинки. — Та мразь приезжает. — ответил он гневно, чем словил недоумевающий взгляд со стороны блондинки. — Какая? — Которая отказалась помогать матери, даже после того как узнала про её болезнь, сучка! — говорил он, ругаясь на ту женщину, которой являлась ему бабушкой.