не убегай от меня.

«Время лечит всё» — эту фразу Диего с каким-то упоением регулярно повторял самому себе по несколько раз в день. Но время почему-то жестоко отказывалось лечить именно его. Нет, Диего никогда не был эгоистом, напротив, его благородное стремление помогать людям снискало большую популярность среди всех, с кем его сталкивала жизнь и служба. С момента предотвращения апокалипсиса прошло пять лет. Воссоединившаяся семья разошлась вновь, в этот раз менее предсказуемыми путями: Лютер и Эллисон наконец решились начать серьезные отношения, Ваня отправлялась из одного музыкального турне в другое, а Клаус внезапно проникся сочувствием к маме и единственный остался жить в академии, за что Диего был на удивление крайне признателен брату. Сам он не мог находиться в доме, где каждый угол был пропитан счастливыми и горькими воспоминаниями, но для него было важно, чтобы мама не оставалась одна. И хоть потребность Клауса в бесплатной крыше над головой была слишком очевидной, а порывы проводить время с мамой читались только между строк, де-факто он отлично выполнял свою функцию сына с прибабахом и не давал маме поводов заскучать с ним. Диего устроился работать в полицию. Спустя несколько лет он получил повышение за особые заслуги при штурмовых операциях, а ещё спустя год стал детективом. Казалось бы — самое подходящее место для идеалиста, который всю жизнь стремится только отдавать, не брать. Диего работал сутками напролет, забывая про выходные и отпуск. Ему не был нужен отдых: в свободное время в голову закрадывались совершенно ненужные воспоминания, а на душе скребли кошки — лучшим способом избежать процесс самокопания была работа. После второго повышения Диего смог позволить себе купить квартиру в центре города, неподалеку от участка. Квартира была совсем небольшой, но стала тем местом, куда он мог прийти переночевать и не забивать голову бесполезными стенаниями о прошлом. Диего не осознавал, что время почти вылечило его, ровно до одного переломного момента. На месте преступления было людно. Кафе, в котором произошла перестрелка, находилось на пересечении двух участков, поэтому количество копов, столпившихся у разбросанных тел, явно зашкаливало. Стояла глубокая ночь, и Диего с раздражением прорывался сквозь коллег, сжимая в руке рацию. — Детектив Харгривз, Вы так оперативно прибыли, — сразу накинулась на него напарница, хватая за локоть и уводя вглубь кафе. — Мы ещё не успели ничего собрать, но уже обнаружили несколько улик, — быстро тараторила она, второй рукой подзывая к ним кого-то из коллег, — эти улики использовались как огнестрельное оружие… — она запнулась на полуслове, чуть виновато глядя на Диего, который всем своим видом выражал бескрайнее недовольство, — но не были оружием. — В каком смысле? — устало спросил он, забирая из рук подбежавшего судмедэксперта один из пакетов с уликами. Внутри находилось непонятное нечто, по виду напоминавшее гибрид газовой зажигалки и кольта. — Стрелявший пользовался этим приспособлением, об этом говорят отпечатки пальцев на ручке и какое-то подобие магазина для патронов, — сказал эксперт и Диего кивнул, продолжая осматривать улику. — Да-а, давно у нас не было таких загадочных перестрелок, — протянула его напарница. Диего вернул пакетик коллегам и приступил к работе: отдал несколько распоряжений толпившимся без дела копам и отправился на поиски свидетелей в подсобные помещения. Электричества во всём кафе не было, и на кухне Диего тоже никого не обнаружил. Обойдя несколько раз помещение по периметру и уже почти смирившись с тем, что все свидетели отправились в мир иной, детектив остановился у одного из столиков, когда одна вещица привлекла его внимание. Рука, сжимающая фонарик, дрогнула: он не поверил своим глазам. Задержав дыхание, он подошел чуть ближе, чтобы убедиться, что ему не показалось и он действительно видит их. На столе лежали до боли знакомые наручники, а рядом с ними записка, в которой значился его собственный адрес.

***

Взлетев по лестнице, Диего в нерешительности остановился перед дверью своей квартиры, переводя дух. Он слишком отчетливо помнил, что последний человек, который сжимал в руках эти наручники, пропал пять лет назад и носил соответствующее этому сроку имя. Что-то в этом совпадении было нечисто, и это что-то явно плавало на поверхности, но задохнувшийся в нахлынувших воспоминаниях Диего барахтался на этом мелководье и не знал, как всплыть. Когда решительность пересилила страх перед неизвестностью, Диего провернул ключ в замке и вошел в квартиру. Решив, что свет лучше не зажигать, он на ощупь прокрался в середину гостиной, сжимая клинок в правой руке. На первый взгляд целостность его жилища не была нарушена, что уже не могло не радовать. Не обнаружив ничего подозрительного, Диего сменил крадущийся шаг на обычный и подошел к напольному торшеру, чтобы хоть немного осветить комнату и продолжить её осмотр. Как только комната озарилась приглушенным светом, со стороны дивана донеслось сонное «ну наконец-то» и Диего не глядя швырнул нож в источник звука, пробивая мягкую обивку насквозь. — И тебе привет, придурок, — Диего готов был дать руку на отсечение, что маленький засранец давит улыбку, довольный своим загадочным появлением в его доме. На диване действительно разлёгся Пятый собственной персоной. Что самое отвратительное, на нём была форма академии, в которой Диего видел его в последний раз перед тем, как... «Перед тем, как он разбил мне сердце» — всё же проскочила мысль в голове, но была тут же подавлена возмущенной тирадой, которая должна была обрушиться на Пятого, но тот предостерегающе вскинул указательный палец вверх. — Оскорбишь меня хоть как-то, и я снова исчезну, — безапелляционно заявил Пятый, свешивая ноги в длинных чулках с дивана. Диего только сейчас заметил брызги крови, обрамляющие его лицо и руки. — Зачем ты убил этих людей? — спросил Диего, будучи абсолютно уверенным в своём молниеносном обвинении. Пятый усмехнулся и кинул быстрый взгляд на свои ладони. — Они пытались пришить меня, — Пятый встал с дивана и подошёл к нему. Диего возвел глаза к потолку, чтобы не встретиться взглядами. — Неужели ты бы позволил кучке головорезов из комиссии причинить вред твоему мальчику? — заискивающе спросил Пятый и протянул руку, чтобы коснуться плеча Диего, но тот не глядя перехватил тонкую кисть на половине пути и отвел её в сторону. Не разжимая хватку, он угрожающе прошептал: — Лучше исчезни. Пятый вздохнул, и бросив разочарованное «ожидаемо» с легкой вспышкой исчез. «Но недалеко» заметил Диего, услышав шум воды в своей ванной. Когда Диего зашёл в ванную чтобы высказать Пятому всё, что он о нем думает, внутри его уже ожидал отмытый от крови подросток, который таил в себе уже неизвестно сколько прожитых лет. — Надо поговорить, — серьезно заявил Пятый, на котором от формы остались только шорты, гольфы и белая рубашка. Диего жестом пригласил его в комнату, готовясь к чему угодно, но только не к спокойному разговору. Пятый плюхнулся на облюбовавшийся диван и похлопал по месту рядом с собой, но Диего молча сел в кресло напротив, скрещивая руки на груди. Пятый вздохнул: разговор обещал быть долгим. — Где ты был? — первым спросил Диего. — В будущем. А если быть точным, — Пятый выдержал небольшую паузу, подбирая нужные слова, — в разных его вариациях. Диего нахмурился. — Как это? — Если не вдаваться в подробности… Я ушел, потому что открыл в себе способность перемещаться по всем параллельным вселенным, — заявил Пятый, наслаждаясь видом абсолютно обескураженного брата. — Видишь ли, меня не было куда дольше, чем эти пять лет. Но фактически я не прожил их, возвращаясь каждый раз к исходной точке и проживая тот же самый отрезок времени в параллельной вселенной. — И зачем ты делал это? — тихо спросил Диего. Пятый улыбнулся краешками губ. — Самый правильный вопрос, детектив. Я искал вселенную, в которой я буду максимально счастлив. И ты тоже. Диего непонимающе уставился на брата в ожидании дальнейших пояснений. — Видишь ли, когда я вернулся из апокалипсиса, Долорес сказала, что мне ещё предстоит повзрослеть, — Пятый усмехнулся, вспоминая тот день, — Но разве я мог повзрослеть, будучи почти шестидесятилетним дедом в теле подростка? Диего понимающе кивнул. — Я пытался адаптироваться, но не знал, с чего начать. Жить как все, поступить в университет, пойти на работу? Я бы не вынес всю эту тягомотину. Мне нужно было перезапустить себя. — Не вынес бы даже вместе со мной? — голос Диего предательски дрогнул, и он кашлянул, маскируя волнение. — К сожалению, в той вселенной у нас ничего не сложилось. Ты должен был немного повзрослеть, чтобы наши отношения стали более зрелыми. А я искал способ омолодиться. — Вот как. Пятый поерзал на диване, устраиваясь поудобнее. В разговоре снова повисла пауза, необходимая им обоим. Диего переваривал полученную информацию, задумчиво глядя на брата, Пятый же собирался с духом, чтобы закончить весьма непростое объяснение. Между делом в его голове проскользнула мысль, что ему нравилось в квартире брата, и хоть она выглядела не до конца обжитой… Она однозначно была предназначена для двоих людей, решил Пятый. — Не знаю, до конца ли ты меня понял, — издалека начал Пятый, — но я позволю тебе угадать мой нынешний возраст. Диего фыркнул. — Когда мы расставались в последний раз, — он отвел взгляд, словно отгоняя непрошеные эмоции прочь, — ты был пятидесятивосьмилетним мерзавцем в теле тринадцатилетки. Очевидно, сейчас ты представляешь собой один из этих двух вариантов. Пятый хищно оскалился и вскочил с кресла. — А вот и нет! — провозгласил он, потирая руки в нетерпении, — ну же, Диего, я ведь уже упомянул, что искал способ стать моложе. И угадай, что? У меня получилось! Совершенно запутавшийся Диего смотрел на брата, словно на душевнобольного, но решил дать ему подыграть, на случай если он снова говорит с выжившим из ума стариком. — Я сдаюсь, — он шутливо поднял руки и изобразил неподдельный интерес на своем лице, — сколько же тебе сейчас лет? Пятый склонил голову на бок, не переставая улыбаться. — Двадцать восемь. Теперь мы почти ровесники. — Не понял, — снова затупил Диего, ещё раз на всякий случай осматривая брата с ног до головы придирчивым взглядом, — почему тогда ты выглядишь как пубертатная язва? Пятый терпеливо сложил руки в замок и подошел к креслу, в котором сидел Диего. — Пока я путешествовал по разным вселенным, я побывал почти в каждом состоянии своего тела и выяснил, что оптимальнее всего оставаться какое-то время подростком. Это тело гибкое и быстрое. И мои способности наилучшим образом работают именно в нём. К тому же, я повзрослею в любом случае — это просто моя стартовая точка. Диего вспомнил один эпизод с буквально только что вернувшимся Пятым из апокалипсиса и хитро взглянул на него снизу вверх. — Ты же вроде жаловался, что у тебя повторяется половое созревание… — стоило ему это произнести, как щеки Пятого заалели и он слегка потупил взгляд, — о господи, только не говори, что ты специально остался в пубертатном возрасте, я помню как твое желание трахаться зашкаливало с невероятной силой. Пятый уже не сдерживал диковатую улыбку, когда быстро преодолевал расстояние между ними и бесцеремонно устраивался на коленях брата, садясь лицом к лицу. — Ну я же сказал, что должен повзрослеть заново… — жарко прошептал Пятый в губы Диего, который от удивления даже не пытался отстраниться, — но мне хотелось быть с тобой на равных. Только не во всех аспектах… Меня дико заводит тот факт, что ты больше и сильнее меня. Если бы Диего попросили назвать самый крышесносный момент в его жизни, он бы не задумываясь вспомнил, как сидящий на его коленях мальчишка шептал пошлости ему на ухо, параллельно забираясь дрожащими пальцами под его черную водолазку. Пятый закусил губу и нетерпеливо потерся бедрами о пах Диего: старший почувствовал сквозь тонкую ткань его шорт, как тот возбужден. — Подожди, — Диего слегка оттолкнул от себя брата, заставляя его установить зрительный контакт, — ты больше не исчезнешь? Потому что если да, то тебе стоит прекратить прямо сейчас и уйти. Пятый положил ладонь на грудь Диего, даже не думая слезать с него. — Я прожил множество вариантов своего будущего, с тобой и без. И я вернулся в единственную вселенную, где мы с тобой вместе и счастливы, — пояснил он, стараясь выглядеть максимально убедительно. Диего всё еще не до конца верил словам брата: это читалось в его глазах, поэтому Пятый взял его руку в свою, положил на сердце и, задрав голову к потолку, громко провозгласил: — Диего Харгривз, торжественно клянусь никогда не покидать твое жилище и сердце! Диего рассмеялся. — И никого не убивать, — добавил он, на что Пятый обреченно закатил глаза, но вынужденно кивнул головой в знак согласия. — Мне после твоей вендетты ещё предстоит разгребать в участке. Пятый показал ему язык и снова толкнулся бедрами. — Давай продолжим, зануда, у меня всё еще стоит до боли, — пожаловался Пятый, от чего даже у Диего участилось сердцебиение. Ничего не ответив, он провёл языком по губам, зная, как сильно это заводит его мальчика, и реакция не заставила себя долго ждать: Пятый рвано выдохнул, тут же впиваясь в раскрытые губы нетерпеливым поцелуем. Диего не менее трепетно отвечал ему, но что-то напрягало его в поведении Пятого, и он снова отстранился, подозрительно сощурив глаза: — Где ты так научился целоваться? — спросил он, чуть не заставив Пятого свалиться с колен брата от хохота. — Ты вообще меня не слушаешь, да? — сквозь смех уточнил Пятый, — я прожил несколько десятков жизней с тобой, пока искал самую идеальную. Так что будь добр, не устраивай мне сцену ревности к самому себе. С охреневшего взгляда Диего можно было бы писать картины, но Пятый был слишком увлечен его руками, которые уже крепко сжимали его собственные бедра. — Надеюсь, эта та вселенная, в которой ты ходить не сможешь после нашего первого за пять лет секса? Точнее, после моего первого секса с тобой, ты ведь трахался с каким-то там параллельным мной. Пятый восторженно закивал, стягивая наконец водолазку с брата и протянул довольное: «о, да-а». Диего притянул Пятого за бедра ближе к себе и впился в его губы настойчивым поцелуем. Младший трясущимися от желания пальцами расстегивал пуговицы на своем воротнике, не разрывая зрительный контакт. Диего по-своему помог ему избавиться от рубашки, разорвав её на две части и откинув в сторону. Он жадно припал губами к ключицам Пятого, обводя их языком и оставляя несколько ярко красных укусов на бледной коже, получив взамен пулеметную очередь вздохов. — Перенеси нас на кровать, — прошептал Диего, и в это же мгновение рухнул на Пятого поверх одеяла в обрамлении синей вспышки света. — Какие будут ещё указания, детектив? — спросил Пятый и закусил губу, обводя пальцами обнаженный торс брата. — Снимай шорты, непослушный мальчишка, — подыграл ему Диего. — Ты будешь наказан за всё, что натворил. Пятый вылез из под него, мгновенно освободившись от ненужного элемента одежды: стоило ему потянуться к гольфам, как он тут же получил хлопок по руке и недовольное шипение брата. — Наказан за то что натворил сегодня? — уточнил Пятый, касаясь своего члена сквозь ткань боксеров, но Диего быстро перехватил его руку. Резко садясь на край кровати, он потянул не сопротивляющегося брата на себя и перекинул его через колени. — Наказан вообще за всё, — с этими словами он сорвал боксеры с Пятого и провел одной ладонью по оголенному участку тела. Пятый зажмурился в предвкушении: он прекрасно знал, что его ждет дальше. Первый удар был легким, второй и третий последовали незамедлительно. Четвертый, пятый и шестой оставили красные отпечатки ладони на светлой коже. Диего шлепал его с упоением, наслаждаясь тихими вскриками. После десятого удара Пятый промычал что-то нечленораздельное и несильно дернулся, и стоило Диего на миг заволноваться, как он услышал сдавленное и совершенно похабное: «да отшлепай ты меня уже как следует, детектив!» Нанеся ещё несколько ударов, Диего с животным рыком кинул Пятого обратно на кровать и навис над ним сверху. Мальчик снова вскрикнул, когда Диего взял его член в руку и сделал несколько быстрых движений, размазывая выступившие капли по руке. — Почему ты… Ещё одет… — сквозь пелену удовольствия выдохнул Пятый, и потянулся к ремню брата, помогая ему избавиться от штанов. Когда они оба остались абсолютно обнаженными, за исключением гольфов Пятого, Диего устроился между ног мальчика и смочил пальцы слюной. — У тебя нет смазки? — К чёрту смазку, — шикнул Диего, вводя сразу два пальца. Пятый издал протяжный стон, комкая простынь в кулаке. Диего закинул одну ногу брата себе на плечо, чтобы быстрее подготовить его, и после нескольких движений внутри без затруднений добавил третий палец. — Ты готовился? — поражено спросил он, увидев отсутствие привычной гримасы боли на лице Пятого. Тот снова покраснел, что выглядело абсолютно очаровательно в сложившейся обстановке, и молча кивнул. Диего ухмыльнулся и начал двигать пальцами быстрее, чтобы окончательно убедиться в отсутствии необходимости дальнейшей подготовки. Смочив ладонь слюной, Диего провел рукой по своему члену и низко простонал. Он медленно дрочил себе, не отпуская ногу Пятого, которая все ещё покоилась на его плече. — Эй, ты там не увлекайся, — прошипел Пятый, нетерпеливо поерзав бедрами. — А ещё спрашивается, зачем я готовился, — добавил он укоризненно. — Ну прости, не знал, что ты заглянешь, — в тон ему ответил Диего, не прекращая дрочить себе, — мог бы и захватить с собой какую-нибудь навороченную смазку из будущего. Пятый фыркнул и потянулся к своему члену, но получил очередной хлопок по руке. — Будешь трогать себя, когда я разрешу, — с нажимом велел Диего, нависая над ним сверху. Пятый действительно демонстрировал чудеса гибкости, когда его нога оказалось задрана в совершенно акробатическом положении. Диего приставил член к его входу. Пятый в нетерпении приоткрыл рот. — Давай же, трахни меня, детектив, — с вызовом попросил он, и Диего больше не мог и не хотел сдерживаться: сразу войдя на всю длину, он вырвал громкий вскрик из груди Пятого. Решив не растягивать удовольствие, Диего сразу принялся трахать его в быстром, рваном темпе, наслаждаясь непрерывным потоком стонов, которые срывались с ярко красных мальчишеских губ. Пятый зажмурился от накатившего удовольствия, когда Диего удачно сменил угол и каждым последующим движением попадал по нужной точке внутри него. Пятый до побелевших костяшек хотел коснуться себя, но перехватив строгий взгляд Диего лишь отчаянно всхлипнул и закусил губу. — Хочу жёстче, детектив Харгривз! Диего вышел из него и резко перевернул на живот, сразу ставя Пятого в коленно-локтевую позу и разводя его ноги как можно шире. Он снова вошёл на всю длину и задал быстрый темп, сжимая бедра Пятого до синяков. Пятый уже не стонал, он кричал, срывая голос, и крепко сжимал пальцами подушку, когда Диего вколачивал его в матрас с животным рвением. Почувствовав, как дрожит юное тело в его руках, Диего чуть снизил темп и опустил одну руку на член Пятого. — Вот чёрт! — вскрикнул Пятый, подаваясь бедрами вперёд. Диего водил рукой по его члену, внимательно прислушиваясь к высоким стонам, и продолжая размеренно трахать его расслабленное тело. — Диего, я хочу смотреть на тебя… — с трудом произнес Пятый, и Диего тут же перевернул их обоих, ложась на спину и усаживая Пятого на себя. Будучи сверху, Пятый медленно опустился на его член, и принялся двигаться на нем самостоятельно. — Помоги мне кончить, — сдавленно проскулил Пятый, и Диего тут же выполнил просьбу, задавая размеренный темп рукой, пока Пятый энергично двигался на его члене, выглядя при этом до безумия развратно. Чуть ускорившись, Диего за несколько движений довел Пятого до оргазма, и когда тот с криком сжался вокруг члена Диего, старший не выдержал и резко подмял мальчика под себя, снова накрывая его своим телом. Наслаждаясь послеоргазменными стонами Пятого, Диего втрахивал его в матрас размашистыми движениями и шептал что-то неразборчивое на ухо. Когда до разрядки оставалось всего ничего, Пятый ещё раз сжался вокруг его члена и тихо выстонал: «хороший детектив»: от яркости этого оргазма у Диего на миг потемнело перед глазами, а спустя несколько секунд весь мир вокруг озарился ярким светом. Когда оба пришли в себя, Диего поднялся с кровати и направился к выходу из комнаты. — Ты куда? — взволнованно спросил Пятый. Диего не ответил, но вернулся довольно быстро, сжимая в руке найденные на месте преступления наручники. На лице Пятого заиграла шальная улыбка. — Наши первые наручники, — мечтательно протянул он. Диего залез на кровать и молча завел руки Пятого за голову, одной рукой удерживая, а второй защелкивая наручники на замок. — М-м-м, второй раунд? — выгнув одну бровь поинтересовался Пятый, но Диего отрицательно покачал головой и потянулся за одеялом, чтобы накрыться им. — Размечтался. Мне завтра с утра на работу, а ты вытрахал из меня все силы, — заявил Диего и поудобнее улегся в кровати. — Это чтобы я не сбежал? — Ага. — Детектив Харгривз, ты в конец охренел, — констатировал Пятый и тут же сделал прыжок в другой конец комнаты, но это не помогло избавиться от наручников. — Рано или поздно тебе придётся вернуться, куда бы ты не ушёл, — уже с закрытыми глазами пробормотал Диего, — чтобы я снял их с тебя. Пятый возмущенно рыкнул и телепортировался прямо на пытающегося заснуть брата. — Сними сейчас же, я поклялся, что не уйду! Диего испытующе воззрился на Пятого, который восседал на его бедрах и злобно сопел, но не заметив в нем очевидных порывов уйти, обреченно вздохнул и избавил его от наручников. Пятый потер запястья и улегся рядом с Диего в кровать, ныряя к нему под одеяло. — Прошу, не убегай от меня. — Как я теперь могу убежать от такого горячего латиноса? — с улыбкой спросил Пятый и чмокнул брата в нос. — Не дождешься, эту жизнь мы проживем вместе.