Глава XII: Подстраховка
6 мая 2021 г., 01:04
Примечания:
Глава вышла даже раньше, чем я сама от себя ожидала. Думаю, возвращаемся уже в хоть какой-то строй. Удачного прочтения! Жду с нетерпением отзывы ;)
POV Дафна Гринграсс
Дафна внимательно изучала своего парня, чьё предплечье было забинтовано. Они сидели рядом друг с другом в холодном подземелье, ожидая прибытия Мастера Зелий. Его повреждённое плечо вызывало беспокойство, но не так сильно, как безумная борьба, происходившая в его глазах. Она медленно протянула руку, вложив свою ладонь в его, и Гарри повернулся, улыбнувшись ей. — Гарри, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь. Это так не похоже на тебя — быть молчаливым. Особенно после того, как ты услышал новости от Невилла. — Дафна, я… — Не лги мне, — сказала она. — Я знаю, что ты не в порядке. Майкл сказал мне, что я должна дать тебе время, но… Я просто не могу этого сделать. Не тогда, когда ты выглядишь таким несчастным, как сейчас. — Вообще я собирался сказать, что хотел поговорить с тобой сегодня после ужина, — ответил Гарри, тяжело уставившись на неё. — Я знаю, что в последнее время вёл себя эгоистично, заставляя переживать за меня, и я хочу это исправить. Мне очень жаль, что… — Всё в порядке, — Дафна крепче сжала его руку. — Что бы ни случилось, мы справимся с этим вместе. Гарри кивнул и впервые за несколько дней Дафна увидела на его лице искреннюю улыбку. — Мне повезло, что у меня есть ты, принцесса. — Ты чертовски прав, — дразня, усмехнулась Дафна. — Не забывай об этом, Крылатик. Гарри коротко рассмеялся, а затем в классе, в мгновение ока, повисла тишина, когда скрип открываемой двери заполнил пространство. Дафна наблюдала за тем, как профессор Снейп пересекает помещение, и от её взгляда не ускользнуло, как Гарри смотрел на мужчину с гораздо большей холодностью, чем обычно. Дафна заставила Гарри пообещать, что, если они планируют стать партнёрами по Зельеварению в течение учебного года, он не будет разыгрывать профессора, поскольку это может понизить им оценку. Но огонь, горевший в глазах её парня, говорил о том, что его голова больше не была занята розыгрышами — он словно натачивал своим взглядом ножи, ожидая удачного момента для нанесения удара. — Интересно, — пробормотал Снейп, делая вид, что осматривает класс, но Дафна знала, что его взгляд сосредоточен на Гарри. — Совсем не годится. Поттер, сегодня вы будете работать в паре с мисс Браун, а мисс Гринграсс будет работать вместе с мистером Забини. — Это… — начал Гарри, но Дафна крепко сжала его ладонь, чтобы успокоить, однако она сама не была в восторге от того, каким щенячьим взглядом смотрела на него Браун. Для девушки, по всей видимости, работа в паре с Гарри была ранним рождественским подарком. Однако зная, что спор приведёт только к худшему, Дафна отпустила руку Гарри, и он, поднявшись, забрал свой котелок и пересел за стол Лаванды. — Как скажете, Нюниус. — Минус десять очков Гриффиндору, — прорычал Снейп. — Ещё одна выходка, и вы будете отбывать наказание целую неделю, Поттер. Услышав смех, раздававшийся со стороны стола Нотта и Драко, Дафна прорычала, но Гарри лишь пожал плечами, устраиваясь на стуле. Лаванда, не теряя времени, придвинула свой стул поближе к его. Вскоре Дафна почувствовала, что стул рядом с ней скрипнул и она посмотрела на Блейза, у которого был извиняющийся вид. Она улыбнулась ему, давая понять, что не расстроена из-за работы с ним. Дафна повернулась к Трейси, которая теперь находилась в поисках партнёра, а затем, словно что-то ей пришло на ум, подсела к Рону, который, как обычно, выглядел недовольным тем, что ему придётся работать со змеёй. Однако, несмотря на недовольное выражение лица, он выглядел довольно расслабленным — по всей видимости, в некоторой степени довольствуясь тем, что в партнёры ему досталась Трейси, а не кто-то другой. — А теперь, — зловеще произнёс Снейп. — Мы начнём наш урок с одного хитрого зелья, известного как Охранное. Кто-нибудь может сказать, какие у него действия? В комнате стояла тишина. Снейп, криво усмехнувшись, прикрикнул: — Уизли! Какое действие у Охранного зелья? — Это… м-м-м… зелье, дающее дополнительную выносливость, — ответил Рон, нервно почесав затылок. — Кажется, я несколько раз видел, как его готовила моя мама. — Мисс Дэвис, если вы ещё раз скрытно подскажете мистеру Уизли ответ, вы будете наказаны. Я ясно выразился? — Но я не… — начала Трейси. — Я ясно выразился, мисс Дэвис. — Извините, профессор, — заговорил Рон, — но она ничего мне не говорила, я просто увидел, что это есть в её записях. Это было ложью. Довольно плохой ложью. Трейси хоть и была сведуща в приготовлении зелий, но она никогда не заботилась о записях, и, уж тем более, не стала бы тратить своё время, чтобы заниматься этим перед занятиями. Дафна понимала, что Снейп, должно быть, тоже знал об этом, но, удовлетворённый своей возможностью опорочить Уизли, он закрыл тему и принялся продолжать занятие. Снейп взмахнул палочкой и на доске появились инструкции; Дафна наблюдала за тем, как Блейз разжёг огонь под их котлом и принялся готовить зелье. Дафне прежде никогда не приходилось чувствовать себя такой бесполезной. Да, она нарезала ингредиенты правильных размеров и всё ещё выполняла большую подготовительную часть, но делала она это невероятно медленно. В основном из-за того, что в её голове пульсировало, но не из-за ревности — она доверяла Гарри, а из-за растущего гнева на Лаванду, которая прижималась к Гарри, несмотря на его очевидную незаинтересованность. — Дафна. — Дафна! — во второй раз повторил Блейз, чуть громче. Она повернулась к нему, глядя на него извиняющимся взглядом. — Не могла бы ты передать мне поджаренные стрекозиные грудки? — Да, — заикаясь, проговорила она. — Извини меня за это, я… — Поверь мне, я понимаю, — ответил Блейз, посмотрев в сторону Трейси. — Если бы Рон пытался прикоснуться к ней, мне бы тоже было трудно сдерживаться. Но на твоём месте я бы не слишком беспокоился, я вообще сомневаюсь, что Гарри способен заинтересоваться кем-то вроде неё. Дафна улыбнулась, а затем посмотрела на Гарри, который, глядя на неё, изобразил, как будто перерезает себе горло. Она подавила смешок, повернувшись к Трейси: — По правде говоря, Рон, я вообще не понимаю, как в прошлом году тебе удалось получить «Превосходно» по этому предмету. — Ой, замолчи, — усмехнулся он. — Это, пожалуй, самый трудный предмет в Хогвартсе, особенно для гриффиндорца. — Не сомневаюсь, — уступила Трейси. — Передай мне яйца докси, пожалуйста. Рон кивнул, передав крошечные яйца девушке, а затем она с осторожностью опустила их в котёл. — Хорошо, — сказала она, — а теперь покончи с этим зельем. — Погоди, что? — удивлённо спросил Рон. — Ты уверена? А вдруг я его испорчу? — У тебя ничего не получится, если ты не будешь пытаться, понимаешь? Кроме того, осталось всего три шага, так что вряд ли ты что-то испортишь. Твоя фамилия ведь не Финниган. Рон нервно засмеялся. — Хорошо, ладно, так… — Всё будет нормально, — сказал Трейси. — Просто поверь в себя, я же знаю, что ты не идиот. Дафна с удовольствием продолжила бы смотреть на работу своей подруги, но ей было чем заняться, поэтому, бросив последний взгляд на неё и на Гарри, она сосредоточилась на своём котле. Быстро собравшись, они с Блейзом закончили приготовление зелья. Она с гордостью смотрела на его золотистый цвет, а затем рядом оказался профессор Снейп, он медленно осматривал зелье, а затем кивнул: — Хорошая работа, мисс Гринграсс, мистер Забини. Вижу, ваши суждения о том, что у вас выйдет плохое партнёрство, никак не повлияло на ваши способности к Зельеварению. Дафна наблюдала за тем, как Снейп подошёл к Гарри и Лаванде. — Ужасно, Поттер. Зелье должно иметь переливающийся золотистый оттенок, а не болотисто-жёлтый. Дафна посмотрела на котёл, стоящий перед Гарри, и, несмотря на то, что он готовил зелье, постоянно отвлекаясь, девушка была весьма впечатлена полученным результатом. Оно не было идеальным, Снейп был прав, говоря, что переливающегося золотистого оттенка нет, но зелье уж точно не имело болотистый цвет, и, конечно, оно не заслуживало оценки «Отвратительно». Однако, ничего не ответив профессору, Гарри просто зевнул, даже не удосужившись прикрыть рот — настолько его неуважение к профессору было ярким, а затем спокойно произнёс: — Ну и ладно. Снейп, как и ожидалось, поставил Малфою и Нотту «Превосходно», как многим другим студентам-слизеринцам. Дафна была искренне возмущена тем, что подобная несправедливость исходила от человека, когда-то заступившегося за неё в Общей гостиной Слизерина. В этом не было никакого смысла, но всё же ей представилось увидеть это воочию. Когда профессор Снейп добрался до Рона и Трейси, то коротко сказал: — «Выше ожидаемого», мисс Дэвис, — а затем отошёл от них, не потрудившись обратиться к Рону. Вскоре все зелья были уничтожены, котлы очищены, и, бросив хмурый взгляд на студентов, профессор отпустил всех. Рон, выйдя из класса, несмотря на то, что прежде его грубо проигнорировали, восхищённо произнёс: — Не могу поверить, что получил «В» по Зельеварению! Кажется, Фред и Джордж подумают, что я нашёл способ, как сбить Снейпа с толку, — Рон усмехнулся. — Спасибо за помощь, Дэвис, — а затем, к великому удивлению всех наблюдавших, он коротко обнял её и удалился с яркой улыбкой. Трейси улыбнулась, качнув головой, наблюдая за удаляющейся фигурой рыжеволосого парня. Спустя некоторое время из класса вышли Гарри и Лаванда, которая держалась так близко к нему, словно он был металлом, а она — магнитом. — Снейп так несправедлив! Как он вообще смог получить работу преподавателя? Ты согласен со мной, Гарри? Гарри ничего ей не ответил. Дафна смотрела на девушку, безмолвно направляя на неё гневный взгляд, говорящий «убирайся». Наконец она отошла от него, и теперь Дафна увидела, как Гарри расслабился и облегчённо вздохнул. — Честно говоря, я даже не знаю, кто хуже: она или Снейп, — Дафна подошла к нему, нежно улыбнувшись. — Спасибо, принцесса. — Ты же знаешь, что просто мог попросить её прекратить? — Я пытался. Но что-то подсказывает мне, что, сколько бы раз я ни говорил, до неё никогда не дойдёт, — Гарри покачал головой, словно отгоняя от себя эти мысли, а затем взял Дафну за руку и придал своему лицу серьёзное выражение. — Если мы больше не пересечёмся, то за гобеленом с изображением Мерлина в коридоре между Залом Трофеев и кабинетом Флитвика есть потайной ход, ведущий в одну большую комнату. Чтобы пройти через гобелен, тебе нужно провести по бороде Мерлина. Проход защищён дьявольскими силками, но, думаю, ты знаешь, как с ними разобраться. Ты можешь рассказать об этом Астории, Блейзу и Трейси, но больше никому. Встретимся там через час после ужина и тогда поговорим о том, что меня беспокоит. Дафна посмотрела в изумрудные глаза Гарри, а затем окинула взглядом коридор, чтобы убедиться, что никого нет. Затем, поднявшись на цыпочки, она поймала его губы своими. Отстранившись от него с облегчённым выдохом, она прошептала: — Я скучала по тебе, Крылатик. — Прости, что заставил тебя волноваться, принцесса, — сказал он, пристально глядя на девушку. — Я тоже по тебе скучал.***
POV Астория Гринграсс
Астория боролась со смесью страха и возбуждения, не совсем уверенная в том, что страх — подходящее слово для описания испытываемого чувства. В этот день её первым уроком была ЗОТИ, и это был первый раз, когда она увидела Грозного Глаза вблизи с тех пор, как он прибыл в Хогвартс. Чем больше она об этом думала, тем больше она понимала, что это был не только страх перед этим мужчиной, но и ощущение неловкости, ясно осязаемое при нахождении рядом с ним. Мужчина говорил о борьбе с Тёмными Волшебниками так, словно его это волновало, словно это было его самым искренним, глубоким желанием и стремлением. Она просто не могла принять подобную точку зрения, учитывая, что в прошлый раз, столкнувшись с Тёмным Волшебником, Астория чуть не умерла. Тем не менее, это не было единственным, что давило на неё: её друг, старший брат, сказал Дафне, что готов поговорить о том, что беспокоит его. Астория была чрезвычайно взволнована тем, что, возможно, человек, который является для неё образцом подражания, снова придёт в норму. — Астория! — она услышала голос с лёгким болгарским акцентом. — Подожди! Она обернулась и, наблюдая за тем, как кудрявый блондин спешит к ней навстречу, улыбнулась. Он казался уставшим и запыхавшимся. — Ты в порядке? — спросила Астория. — У тебя такой вид, словно ты бегал, не останавливаясь, несколько часов. — Да, в порядке, — проговорил Дамьян, тяжело дыша. — Я забыл свою книгу по заклинаниями на корабле, поэтому мне пришлось бежать обратно, чтобы забрать её и вовремя вернуться к началу занятий. Ещё я совершенно забыл, где находится класс Заклинаний. Я надеялся, что ты мне подскажешь, где он находится. Не хочу опаздывать. — Что ж, похоже, что тебе повезло, — весело произнесла она. — Я тоже иду на этот урок. Пойдём за мной. Дамьян одобрительно кивнул и они продолжили свой путь вперёд по коридору третьего этажа, пройдя мимо гобелена Мерлина, о котором Астории рассказала Дафна всего несколько минут назад. Но, тем не менее, она больше была сосредоточена на Дамьяне, который с удивлением оглядывал замок, рассматривая статуи, движущиеся картины и ярко освещённые коридоры. — Ты так смотришь, будто впервые видишь замок, — начала Астория, — Я думала, что у вас он тоже есть. — Есть, — кивнул он. — Просто он не такой большой, как этот, и переходы не такие удобные. В нашем замке всего четыре этажа, к тому же, там не такое яркое освещение, если, конечно, кто-то не использует камины. Хотя, думаю, территория Дурмстранга мне нравится больше, чем Хогвартса. Зимой бывает трудновато выбираться на улицу, но летом, когда сияет солнце, освещая горы и озёра, это выглядит… Волшебно. — Из твоих уст всё звучит волшебно, — хихикнула она. — Не думаю, что я смогла бы описать кому-нибудь Хогвартс так, как ты описал Дурмстранг. Надеюсь, мне удастся выбраться к тебе в гости летом. — Мне бы этого хотелось, — сказал Дамьян, улыбнувшись так, что это ошеломило Асторию и почти заставило улыбнуться в ответ. Она быстро качнула головой, отгоняя мысли, а затем они подошли к дверям класса Заклинаний. Она тихонько потянула за дверную ручку и прошла внутрь, поймав на себе взгляд довольно взбудораженного Флитвика, а затем они вместе с Дамьяном сели на свои места. Прежде чем он успел достать пергамент и перо, Флитвик встал на учебники и начал писклявым голосом: — Доброе утро, класс! Надеюсь, ваши первые два дня пребывания в Хогвартсе прошли хорошо. Сегодня мы начнём с теории, лежащей в основе одного из самых захватывающих и опасных чар. Сегодня мы сосредоточимся на чарах Изменения Памяти. Астория услышала возбуждённый шёпот, заполнивший комнату; мысль о том, что она узнает о таком заклинании, заполнила её разум приятной интригой. — Итак, — начал профессор. — Кто-нибудь знает о том, что такое чары Изменения Памяти? — к удивлению Астории руку поднял Дамьян. — Ах, да, мистер Обланск, пожалуйста, продолжайте. — Чары Изменения Памяти также известны как Чары Забвения. Они используются для того, чтобы стереть определённые воспоминания из разума человека. Однако они не схожи с Чарами, создающими ложные воспоминания. Заклинание, используемое для вызова чар Изменения Памяти — Обливиэйт, от него происходит также название термина «Обливиаторы». — Очень хорошо, мистер Обланск, очень хорошо! — радостно захлопал в ладоши Флитвик. — Вам известно, почему я назвал эти чары одними из самых опасных? — Да, профессор. Хотя я, конечно же, никогда их не использовал, но моему отцу приходилось иметь дело с некоторыми случаями, когда мозг был необратимо повреждён плохо исполненными чарами Забвения. Даже спустя годы эти люди не пришли в себя. — Когда случаются такие вещи, это настоящая трагедия, — сказал Флитвик, — но Обливиаторы играют очень важную роль в волшебном мире, особенно учитывая то, какую важность придают многие Министерства Статуту о Секретности. Важно понимать, что каждое заклинание, обладающее большой силой, также таит в себе крупный риск. Магия по своей природе опасна и изменчива. Именно поэтому существуют такие школы, как Хогвартс, чтобы молодые волшебники могли обучиться безопасно использовать свой магический потенциал. Астория повернулась к Дамьяну и улыбнулась ему: — Кто бы мог подумать, что ты такой умный? Дамьян покраснел, уставился в свой пергамент и неловко прикрыл лицо: — Ну… м-м-м… я много читаю. Астория тихо рассмеялась, наблюдая, как лицо Дамьяна медленно принимает привычный цвет. Но прежде чем она успела хоть что-нибудь ему сказать, Флитвик снова заговорил: — А теперь, если вы откроете учебник на девяносто третьей странице, вы увидите портрет Мнемоны Рэдфорт, создательницы чар Изменения Памяти… Астория лихорадочно записывала каждую крупицу получаемой от профессора информации. Она любила Трансфигурацию, несмотря на отсутствие таланта к ней. То, как профессор Макгонагалл преподавала свой предмет, заставляло всех влюбляться в него. Именно этот момент был отличающим занятия профессора Макгонагалл от занятий профессор Флитвика. Однако неожиданно её разум пронзила одна мысль, заставившая Асторию задуматься о реальной интересности урока. «Может быть, если бы никто не помнил о моём проклятии, то это никому не причиняло бы столько боли? Может быть, тогда бы Дафна была свободна?» Она сразу же выбросила эту мысль из головы. «Нет, я бы не сделала этого. Не смогла бы. Или, быть может, всё же…» Однако её отвлёк Дамьян, который зашёлся в приступе кашля. Астория беспокойно смотрела на него, пока всё его тело сотрясалось. Наконец он, казалось, успокоился, а затем сделал несколько успокаивающих вдохов. — Ты в порядке? — Да, — сказал Дамьян, хотя его ладонь всё ещё прижималась ко рту. Он быстро поднял другую руку, хотя в этом не было никакой необходимости — всё внимание класса было сосредоточено на нём с момента, когда начался его приступ. — Извините, профессор, могу ли я выйти? Флитвик кивнул, и Дамьян поспешно поднялся со своего места, удаляясь к выходу. Астория обеспокоенно провожала его взглядом, и, когда он вышел из класса, она перевела взгляд на его пергамент. Её глаза округлились при виде маленькой красной капли, видневшейся на нём. «Это, что, кровь?» Пока лекция профессора продолжалась, все мысли Астории были заполнены одной-единственной каплей крови. «Прекрати об этом думать, Астория. Это не твоё дело. Может, ты не так подумала, и он просто порезался о край пергамента». Астория изо всех сил пыталась убедить себя, что она ошибается, но всё же тот факт, что Дамьян не вернулся спустя уже двадцать минут только укреплял её веру в то, что что-то не так. Неожиданно, словно по мановению волшебной палочки, дверь открылась и в класс прошёл Дамьян, выглядевший совершенно здоровым. Он тихо сел на своё место, а затем они встретились взглядами. — Тебе лучше? — Да, извини за это, — смущённо произнёс он. — Эти ужасные приступы преследуют меня с самого детства и иногда происходят настолько случайно, что, если честно, у меня даже практически нет сил с ними справляться. Это как приступ внезапной аллергии, надеюсь, что из-за меня ты не испортила свои записи. Я обычно начинаю сильно дёргаться, когда кашляю. -Н-нет, — заикаясь, пробормотала Астория, отчаянно пытаясь не вспоминать про кровь. — Тебе не за что извиняться, я просто рада, что тебе стало лучше. И хотя Флитвик довольно активно продолжал рассказывать теорию, Астория была поглощена мыслями о состоянии Дамьяна. Она знала, что не имеет права совать нос в чужие дела, особенно, когда это может вызвать проблемы с семьёй её болгарского друга, но всё же не могла избавиться от ощущения, что он что-то скрывает от неё. Когда они вышли из класса, Дамьян переменился в поведении, слегка поклонившись: — Извини, если это доставляет неудобства, но не могла бы ты показать, где находится класс Защиты от Тёмных Искусств? — Астория мягко кивнула, указывая ему направление. — Спасибо, было приятно провести с тобой этот урок. Ещё раз прошу прощения за любое неудобство, которое я, возможно, мог причинить, и… — Я уже говорила, что тебе необязательно так официально со мной общаться, — Астория улыбнулась. — Но если хочешь загладить вину за то, что пропал на половину урока, то ты мог бы показать мне комиксы, которые нарисовал. — Ладно, — весело ответил Дамьян. — Только не сегодня вечером. Директор Каркаров хочет, чтобы мы появились на корабле сразу после ужина, думаю, это как-то связано с Турниром Трёх Волшебников, но, если честно, действия этого человека мне не всегда понятны. Я поговорю с тобой позже, ладно? И ещё раз спасибо за помощь. Когда её друг помахал ей на прощание, взгляд Астории заострился на крошечном кровавом пятне на его оксфордской рубашке, и, хотя она улыбнулась, помахав в ответ, в её голове промчались теории о том, какую тайну хранил Дамьян Обланск.***
POV Гарри Поттер
Гарри нервно сидел в, как он это называл, новом штабе Мародёров. Кикимер был прав — Гарри знал это. Знал, что его друзья заслуживают знать правду, но это не меняло того, что сейчас он испытывал нервозность, что ему придётся открыться им, показать, что ему тоже бывает страшно. Вскоре послышались шаги, и Гарри с трудом сглотнул, когда увидел мерцание голубых волос, освещённых от Люмоса, наполнило коридор с Дьявольскими Силками, а затем и сам Майкл появился в помещении. Вскоре за ним появился Невилл, а также Трейси, Блейз, Астория и, наконец, Дафна. Именно то, что её лицо от природы всегда имело отстранённое, холодное выражение, успокоило его нервы, заставив сердце забиться медленнее. Астория посмотрела на него с кроткой улыбкой, а Невилл, несмотря на то, что совсем недавно получил ужасающие новости, изо всех сил старался улыбаться. Трейси и Блейз быстро нашли себе место на одном из «присвоенных» диванчиков, сев рядом с Дафной. Майкл находился рядом с ними, прислонившись к стене. Несмотря на то, какими разными они были, их объединяло одно: читаемое в глазах беспокойство. — Ладно, Гарри, — спокойно начал Майкл, — мы здесь в полном составе. Я рад, что ты решил нам рассказать, что тебя беспокоит, но то, что ты рассказал всем о нашем логове, не спросив ни меня, ни Невилла, это удар ниже пояса. — Я не возражаю, — сказал Невилл, пожав плечами. — Я имею в виду, мы же друзья. Кроме того, раз они согласились с нами сражаться, то нам понадобится место для тренировок. А это — довольное хорошее. — Да-да, ты прав, — проворчал Майкл. — Но это не значит, что мне нравится, что он об этом рассказал. — Извини, Корнер, — усмехнулся Гарри. — Я обещаю, что мы ещё исследуем замок на наличие таких же мест, но я согласен с Невиллом. Наше логово послужит идеальным местом для тренировок. — Возможно, нам придётся поискать место побольше, — сказала Астория, оглядываясь по сторонам, — Ну, учитывая то, сколько нас сейчас, оно подходящее, но если к нам захотят присоединиться Гермиона, Седрик и ещё кто-нибудь, то нам потребуется больше простора. Гарри прикусил губу; мысль о том, что ещё больше людей встанут на его сторону, не наполнила его сердце радостью. И Седрик, и Гермиона были хорошими людьми — одними из лучших. Гарри сомневался, что уважал кого-то в замке больше, чем Диггори — не считая тех людей, что были сейчас с ним в одной комнате — и ему не хотелось, чтобы Гермиона, временами бывавшая довольно боевой девушкой, пострадала или, того хуже, потеряла себя. Гарри снова потряс головой, так как сомнения, казалось, бурлили в нём с полной силой, а затем тихо вздохнул. — Гарри, что случилось? — спросила Дафна. — Всё это, — устало произнёс Гарри, — то, что ещё больше людей присоединятся к борьбе. К моей борьбе. Я… — Приятель, — заговорил Майкл. — Мы же не собираемся это снова обсуждать? Никто из нас здесь не забывает о риске. Мы сражались на Чемпионате Мира, мы знаем, кто такие Пожиратели Смерти, и мы всё ещё хотим сражаться с тобой. Тебе нужно выбросить это из… — Да не в этом дело! — Гарри перебил Майкла. — Я знаю, что вы все решили сражаться рука об руку со мной, я знаю, что не смогу вас отговорить, но это не так просто! Я привёл двадцать семь человек к смерти во время сражения на Чемпионате. Как вы думаете, тот факт, что они вызвались сражаться добровольно, помогает мне справляться с чувством вины, давящем мне на грудь? В этой войне погибнут многие. Мы сражаемся с монстрами, а не с людьми, с монстрами, готовыми убивать детей, и я знаю, что спасти всех мне не удастся! — Люди ожидают от меня, что я поведу их против Волан-де-Морта и его армии, — сказал Гарри, игнорируя лёгкую дрожь, которая пробежалась по телу Блейза от звука этого «имени». — Люди думают, что, поскольку однажды я одолел его, то смогу снова сделать это. Почему-то они верят, что из-за того, что я чудом выжил в детстве, то я своего рода герой, единственный, кто может его остановить, и, хотя я буду сражаться изо всех сил, нет никакой гарантии, что мне удастся одержать победу. — Я не лидер и никогда им не был, — продолжил он. — Сириус, Ремус, остальные члены Ордена думают, что я как и мой отец — прирождённый лидер. Может быть, это правда, а может, и нет, я не знаю, я раньше ничего не возглавлял, не говоря уже об армии. У меня нет опыта, у меня даже плана никакого нет, единственное, в чём я действительно преуспеваю — это полёты и сражения. Я ужасно разбираюсь в стратегическом планировании. Я понятия не имею, как варить сложные зелья, — сказал он, повернувшись к Трейси и Блейзу. — Я не могу ничего рассказать о чрезвычайно редких растениях или животных, — Гарри посмотрел на Невилла и Асторию. — И я, конечно, ничего не знаю о магической медицине, — сказал Гарри, обернувшись и встретившись с Дафной взглядом. — Я уверен, что знаю много заклинаний, знаю, как их применять, но, в сравнении с Тёмным Лордом, если все истории правдивы, я в этом деле никто. Как волшебник, вне дуэли или вне игры в квиддич я, возможно, даже бесполезен. Если Волан-де-Морт действительно вернётся, то мы будем сражаться с человеком, который превосходит нас в магическом опыте на десятилетия, и я сомневаюсь, что это будет похоже на обычную битву за благополучие волшебного мира. Вся правда в том, что я даже не уверен, что смогу победить его. Я собираюсь отдать всё, что у меня есть, даже поставить свою жизнь на кон, но не думайте, что в нашем нынешнем состоянии у нас что-то выйдет. Поэтому, если кто-то решит уйти, я… — Должен сказать, — усмехнулся Майкл, — во всём, что касается ободряющих речей, ты — полный отстой, Поттер, — Гарри повернулся к своему лучшему другу. — Вбей уже кое-что в свою глупую голову. Каждый из нас знает, кто ты такой. Когда я согласился бороться вместе с тобой прошлым летом, я не подписывался на это с Мальчиком-Который-Выжил, я подписался драться вместе со своим лучшим другом. Я сделал это, потому что я верю в тебя, Поттер, я верю, что ты можешь победить, и я никуда не уйду. — Семья Долгопупсов всегда сражалась на стороне Света, — сказал Невилл. — Мои родители, по сути, погибли, сражаясь. Я знаю, чем рискую, но ты — мой друг, Гарри, и я знаю, что родители не поняли бы меня, узнав, что я бросил друга, когда он больше всего нуждался в помощи. Если Волан-де-Морт и Пожиратели Смерти охотятся за одним Мародёром, то они охотятся за всеми. — Ты спас мне жизнь, Поттер, — произнёс Блейз. — Если бы не ты и Дафна, меня бы не было здесь. Эти ублюдки смотрят на людей свысока из-за того, что те не могут ничего изменить, и меня тошнит от этого. Я сражаюсь с тобой, Поттер, вот и всё. — Я знаю, что тебя не волнуют долги, и меня, по правде говоря, тоже, — начала Трейси, — но я знаю, что многим обязана тебе и Дафне, не только спасением Блейза, но и тем, что вы помогли мне пережить трудное время. Дафна — моя сестра, а ты делаешь её счастливой, Гарри, и, каким-то непостижимым образом, я понимаю, что моя работа — поддерживать тебя во всём. Кроме того, будучи одной из немногих полукровок на Слизерине, я была бы рада увидеть изменение статуса-кво. Это моя причина, по которой стоит бороться. — Я даже не могу сосчитать, сколько раз ты вступался за меня, — заговорила Астория. — Когда Пэнси и Нотт напали на меня, ты был готов сражаться с ними. Когда я не могла справиться с заклинанием, ты обучал меня. Когда я хотела научиться лучше летать, ты выкроил время и занимался со мной. И когда я думала, что вот-вот умру, ты спас меня, — Астория сжала ладони в кулаки. — Я не настолько сильна, но знаю, что не смогу себя простить, если позволю своему старшему брату сражаться в одиночку. Гарри снова встретился глазами с Дафной. Он наблюдал за тем, как она поднялась со своего места, медленно направившись в его сторону. Прежде чем Гарри успел что-то понять, девушка схватилась за его галстук, притянув к себе ближе так, что их носы практически соприкасалась друг с другом. — Вот и ответ, Крылатик. Ты — тот ещё засранец, обычно ты высокомерен и горделив, и это правда, что у тебя нет никакого опыта руководства. Но у тебя есть самое важное для лидера качество — способность привлекать людей на свою сторону. Ты заслуживаешь доверия и верности, и я знаю, что буду с тобой до конца. Если мы умрём, что ж, так тому и быть, но мы погибнем в бою, и мы будем сражаться бок о бок. Я видела, как ты раз за разом творишь чудеса, и я не знаю, что на тебя нашло, но тебе нужно перестать об этом думать. Все мы, каждый, кто присутствует здесь, верит в тебя, Крылатик. Ты — великий волшебник. Гарри почувствовал, как грозовая туча, окутанная сомнениями, начала рассеиваться над его головой, в его груди загорелось ободряющее пламя, а затем он посмотрел в льдисто-голубые глаза Дафны. — Ты же будешь приглядывать за мной, да? Скажи мне, если будет казаться, что я плохо соображаю, — прошептал он так, чтобы услышала только она. — Как будто я не делала этого с тех пор, как встретила тебя, — ответила Дафна, улыбнувшись. — Но, думаю, сейчас это тебе не понадобится, — её тон стал более дразнящим. — Продолжай быть собой, сосредоточься на своих сильных сторонах, а не на слабых, и я буду беспокоиться только о том, чтобы не переоценить тебя. Хорошо, Крылатик? Гарри улыбнулся, чувствуя, как тяжесть с его груди, наконец, спала. — Как скажешь, принцесса, — девушка прижалась к его губам своими, и на мгновение всё беспокойство, сомнения, страхи исчезли. Когда они отошли друг от друга, Дафна мягко улыбнулась и встала рядом с ним. — Что ж, теперь, когда вы отлипли друг от друга… — усмехнулся Майкл. — В общем, если у нас есть хоть какой-нибудь шанс, то, думаю, нам стоит начать тренироваться как можно скорее. У меня, Невилла и у тебя есть планы обучения от Сириуса и Ремуса, но с чего нам стоит начать? — Я хочу изучить заклинание Патронуса, — сказала Астория. — Я читала, что во времена последней войны на стороне Волан-де-Морта были дементоры. Я помню, как в прошлом году Гарри и Дафна уничтожили целую дюжину. Гарри оглядел комнату, бросив взгляд сначала на Майкла, а затем на Невилла, который просто пожал плечами. — В любом случае, в скором времени мы уже должны были его изучить, думаю, ничего страшного, если мы немного забежим вперёд. Гарри кивнул, снова улыбнувшись. — Хорошо, Коротышка, начнём с Патронуса. Я подумал, что мы должны встречаться каждый день кроме выходных, чтобы тренироваться. Конечно, упражняться в волшебстве каждый день мы не сможем из-за магического истощения, но в бою также важны и физические навыки. Есть возражения? В комнате воцарилась тишина, и Гарри кивнул, но затем голос снова подала Астория: — С чего начнём? — Что? — Ты сказал, что нам нужно тренироваться ежедневно, правильно? А сейчас ещё не выходные, так что… с чего начнём, капитан? — Капитан? — весело спросил Гарри. — А что предпочтительнее: босс, лидер, учитель, профессор? — Мне нравится последнее, — ухмыльнулась Дафна, заставив Гарри покраснеть. — Просто Гарри, Коротышка. И если все твёрдо намерены начать прямо сейчас, то, что ж, ничего не поделать, — на лицах его друзей заиграли улыбки, и Гарри, со вздохом, продолжил: — Хорошо… м-м-м… Заклинание Патронуса…***
POV Нарцисса Малфой
Нарцисса с серьёзным видом расхаживала по опустевшему Поместью. Её сына — единственного сына — отправили ещё на один год в Хогвартс, а муж сейчас находился в одной из своих самых долгих поездок. Она не совсем понимала, где сейчас Люциус, и, по правде говоря, ей было всё равно. Тишина в Поместье была именно тем, что ей было нужно. Посмотрев на напольные часы в гостиной, Нарцисса дотронулась до жемчужного ожерелья на шее, подаренного ей совсем недавно самым странным посетителем Мэнора. «Кикимер… Как же ты постарел…» Она прикрыла глаза, медленно присев на диван. «Что же я делаю? Даже если Люциус и правда сходит с ума, то он всё равно остаётся моим мужем. И Драко… Как я могла думать о том, чтобы бросить своего сына?» Каждый ход минутной стрелки наполнял сердце Нарциссы ужасом. У неё оставалось немного времени до полуночи. Когда Кикимер впервые появился в Мэноре, она думала, что её молитвы, наконец, услышаны. Когда он сказал ей, что Сириус Блэк предложил ей воссоединиться с семьёй, если переговоры пройдут успешно, Нарцисса позволила надежде поселиться в своём сердце. А затем появилась оговорка, состоящая в том, что портал будет работать только для неё, исключая Драко и Люциуса. Конечно, ничего не говорилось о том, что Драко не может быть восстановлен, но Сириус ясно дал понять, что Люциусу нет места за столом семьи Блэков, и Нарцисса знала, что сын последует за своим отцом до самого конца. «Они хотят остановить Тёмного Лорда. Если им это удастся, всё снова будет так, как и было. Никаких кровопролитий, утраченных жизней, да, Драко будет страдать, но действительно ли Тёмный Лорд собирался спасти его? Особенно после очередной неудачи Люциуса. Будем ли мы в его милости?» Нарцисса с трудом сглотнула, сжимая ожерелье. «Конечно… Конечно, не повредит, хотя бы для начала их надо выслушать, ведь так?» Неожиданно раздался стук в дверь, заставивший её вздрогнуть. — Гости? — прошептала она вслух. — Сейчас? Нарцисса быстро поднялась на ноги, убедившись, что её платье выглядит не помятым, а затем тихо направилась к двери. Стук повторился и, хотя на этот раз немного раньше, чем до этого, Нарцисса всё равно продолжала сохранять спокойствие. Она повернула ручку, позволив двери распахнуться. Как только гости появились в поле зрения, по её телу пробежалась мелкая дрожь, она изо всех сил старалась ровно дышать. От голоса, который она не слышала годами, хотелось сбежать. — Приятно снова видеть тебя, Цисси. Перед ней стояли четыре призрака из её прошлого. Люди, которых, как она верила, она больше не увидит. Барти Крауч-младший, Родольфус и Рабастан Лестрейндж, а в их центре — её старшая сестра Беллатриса. — Белла? — спросила Нарцисса, её голос едва ли был различим. — Почему… Как ты здесь оказалась? — Разве ты, Цисси, не читала новости о побеге из Азкабана? — заговорила Беллатриса и, пройдя мимо неё, прошла внутрь Поместья. — Это место, как я вижу, совсем не изменилось. Люциус, судя по всему, всё ещё любит вешать свои портреты повсюду, чтобы чувствовать себя значимой персоной. Полагаю, у него было полно времени, чтобы сидеть сложа руки после предательства нашего Хозяина. — Значит, это правда… — сказала Нарцисса, соединяя воедино все кусочки пазла, пытаясь сохранять тон голоса ровным. — Тёмный Лорд возвращается. — Не возвращается, — криво усмехнулся Беллатриса. — Уже вернулся. А ты думала, кто нас освободил? — Люциус, он… — Нет, — отрезала Беллатриса. — Тёмный Лорд очень зол на него, особенно после того, как узнал, что твой муж устроил на Чемпионате Мира. — Опозорить Пожирателей Смерти так, как сделал это он, — подал голос Родольфус, плюнув на полированный пол, — абсолютно безобразно. Я удивлён, что Тёмный Лорд вообще оставил его в живых, особенно после предательства. — Ну, ну, — сказал Крауч, яростно облизнув губы. — Люциус ещё на что-то годен. Министр к нему благосклонен, к тому же у Люциуса есть здоровенное фамильное хранилище. Нарцисса с трудом сглотнула. Семья Малфоев не была бедной, но Сириус, отрезавший Нарциссу от фамильного хранилища Блэков, лишил доступа к средствам и её мужа. Она надеялась, что её лицо не выдавало никаких эмоций, однако Беллатриса, возможно, заметила мелькнувшую на нём на долю секунду тень страха. — Что-то случилось, Цисси? — она склонила голову. — Барти сказал что-то не так? В присутствии трёх человек, все из которых неуважительно относились к её мужу, у Нарциссы не было иного варианта, кроме как сказать правду. Она с трудом сглотнула, успокаивая себя, а затем заговорила: — Люциус, конечно, ещё в милости Министра, но… — Но что? — рыкнул Рабастан. — Фамильные хранилища Блэков, — Нарцисса была не в силах сдержать дрожь в голосе. — Они… У нас больше нет к ним доступа. — Что?! — яростно закричала Беллатриса. — Как это «нет доступа»?! — Сириус… Он был признан невиновным в преступлениях и восстановлен главой дома Блэков. После этого он вырезал нас из Блэков, и мы с тобой больше не имеем доступ к нашим хранилищам. — Нет, нет, нет, нет, нет, — повторяла Беллатриса, и впервые Нарцисса увидела страх в глазах своей сестры. — Тёмный Лорд меня убьёт. Оно было в моём хранилище, одно из… сокровищ было в моём хранилище. — Не волнуйся, — сказал Барти, снова облизывая губы. — Насколько я помню, у Блэка нет собственных детей. Если мы просто убьём его, то хранилища перейдут к Драко, и он сможет вернуть нам доступ. Нарцисса увидела, как её сестра слегка расслабилась, но она знала, что если будет молчать, то последствия будут гораздо хуже. — Это не сработает, — мгновенно все взгляды сосредоточились на ней. — Сириус Блэк назвал Гарри Поттера наследником Блэков. — Что?! — взревела Беллатриса. — Это ещё не все. Андромеда, а также её муж и дочь были восстановлены в семейном древе. Не говоря уже о том, что наследница Вэнсов присоединилась к ним. Проще говоря, Драко и в помине не находится близко к фамильным хранилищам Блэков. — Неважно, — сказала Беллатриса, безумие снова овладело ею. — План Барти всё ещё может сработать. Мы просто убьём всех, кто встанет на нашем пути. Тёмный Лорд всё равно собирается убить мальчишку Поттера, так что беспокоиться не о чем. — И всё же, — заговорил Крауч, вытирая грязные ботинки об изумрудно-зелёный ковёр, — похоже, ты стала важнее для исполнения плана Тёмного Лорда, чем твой никчёмный трусливый муж. — Мы уже узнали всё, что нужно, — произнёс Рабастан. — Давайте уже уйдём отсюда, меня тошнит от вида Люциуса даже в форме портрета. — Вы не останетесь? — Нет, Тёмный Лорд требует, чтобы мы были рядом с ним. — Где он? — Не твоё дело, — рявкнул Рабастан. — Полегче, — обратился Барти к Лестрейнджу, а затем повернулся к Нарциссе. — Не беспокойся о Тёмном Лорде и его местоположении. Ты можешь оказаться полезной. К тому же ты сестра Беллатрисы, и это единственная причина, по которой мы оставим тебя в живых, а не оставим твой труп в качестве послания для твоего жалкого муженька. Лицо Крауча стало твёрдым, как камень, и он снова облизнул губы. — Когда в следующий раз увидишь его, скажи ему, что если он не ответит на призыв Тёмного Лорда, мы убьем вас, а если он снова разочарует Его, мы заставим Люциуса смотреть на то, как мы будем снимать кожу с вашего сына-полукровки заживо. Беллатриса безумно рассмеялась, а затем она разочарованно произнесла: — Увидимся, Цисси. А затем они с хлопком трансгрессировали прямо из гостиной. Тело Нарциссы охватила неконтролируемая дрожь, она успела выйти за порог и сразу упала на колени. Слёзы ужаса скапливались в уголках её глаз, пока она изо всех сил старалась дышать. Медленно потянувшись к ожерелью, она коснулась его и, борясь с заиканием, произнесла: — T-Toujours Pur [1], — а затем с треском исчезла из Поместья.
Примечания:
[1] Чистота крови навек
