(Не)совместимые

      — Ты вовремя! А я уже сделала нам кофе, — светящаяся радостью Мойра заключает в объятия Золу. — С возвращением! Выглядишь замечательно. И пахнешь, кстати, тоже.       Ведьма отстраняется, и взгляд её подруги невольно соскальзывает с её улыбающегося лица к аккуратному животу, заметно выступающему под тканью хлопкового платья.       — О-о… У Эрика смотрю шустрые головастики. Ой, в смысле, ждёте малыша?       — Да, пять месяцев уже. Эрик очень надеется, что в этот раз будет дочь. Ты выглядишь такой растерянной, Зола…       — Так быстро летит время… — бормочет она. — Кажется, что Райан ещё совсем недавно был грудничком.       — Это потому что ты его давно не видела, — улыбнувшись, Мойра берёт её за руку и увлекает за собой в свой собственный кабинет советницы старшего Лидера — Эрика, своего мужа. — Пойдем, покажу тебе нашего храброго героя.       «Храбрый герой» с удобством устроился в кресле своей мамы и сосредоточенно водил пальцем по экрану старенького детского комма. Райан и вправду очень подрос. Ему уже два года.       В последний раз, когда Зола его видела, это был миловидный ребенок с пухлыми щёчками, которому недавно исполнился всего год. Сейчас же перед ней сидел уже подросший светловолосый мальчик, поразительно похожий на своего отца.       — Райан, видишь эту красивую тетю? Это тётя Зола. Поздоровайся с ней, малыш.       Мальчик несмело помахал маленькой ручкой странной тёте, которая почему-то была очень похожа на другую, что часто приходила к ним в гости.       — Она хочет перевестись в СБ к дяде Тео, — терпеливо продолжила Мойра. — А я хочу ей в этом помочь. Для этого тебе надо встать с кресла, чтобы мама могла поработать.       С секунду поразмыслив и внимательно посмотрев на Золу, Райан также молча выскальзывает из кресла. Повадки он явно унаследовал от своего отца.       — Карандаши в тумбочке, сынок, — продолжает щебетать Мойра, занимая свое рабочее место. — Папа пообещал освободиться через час, а потому у тебя ещё есть время, чтобы нарисовать для него что-нибудь. — И пока её сын незамедлительно идёт воплощать эту идею в жизнь, Мойра с улыбкой поясняет своей подруге: — Он обожает рисовать «ласточку» Эрика. Ох уж эти мальчишки, им только машинки и подавай! Райан вчера, сидя на коленях своего отца, уже пробовал крутить руль. Что же будет, когда он подрастёт?..

***

      Через час в кабинете Мойры с лёгким скрипом открылась дверь. Сидящий на диване Райан незамедлительно отложил свой рисунок и со всех ног побежал к появившемуся на пороге мужчине. Прибыл его любимый папочка, собственной персоной.       —Райан! Я тоже скучал, малыш, — он подхватывает сына на руки, и на его обычно суровом лице контрастом расцветает ласковая улыбка.       Смотря на своего мужа и сына, Мойра чувствует, как её сердце уже привычно тепло ёкает. Определенно, родительство способно украсить мужчину, потому что сейчас, глядя на то, как её любимые и самые важные в её жизни мальчишки негромко переговариваются, она не может перестать улыбаться. Именно таким она больше всего любит Эрика: ни когда он суровый и опасный Лидер Бесстрашия, но когда он любящий и заботливый отец и муж.       Удерживая на руках свою маленькую копию, Эрик подошёл к столу, за которым сидела его улыбающаяся жена, ласково погладил её по щеке и поцеловал в макушку.       — Чувствуешь себя нормально? Голова больше не кружилась?       — Все хорошо, — произносит Мойра, порозовев от удовольствия.