Папочка

      Чонгук опять безбожно опаздывал на литературу, а ведь сегодня у его класса должна быть контрольная. Но он ничего не мог с этим поделать. Из-за того что в главном спортзале затеяли ремонт, все спортивные клубы вынуждены были заниматься в старом корпусе школы, который находится в 20 минутах от основного. А ведь после утренней тренировки ему еще нужно было успеть принять душ и переодеться, не ходить же потным весь день. Да еще и капитан задержал их, аргументируя тем, что скоро отборочные соревнования и нужно усерднее заниматься. Как будто недостаточно того, что тренировки теперь начинаются в 6 утра.       Уже подбегая к классу, он глянул на время и ужаснулся – 15 минут урока уже прошло! Чон резко расхотел открывать дверь, он не мог даже представить что с ним сделает учитель. Но выбора не было, и, глубоко вдохнув, он постучался и заглянул внутрь. – Здравствуйте, учитель Чхве. Извините за опоздание, можно войти? – Чон Чонгук, это уже ни в какие рамки не входит! Сколько еще мне терпеть подобное? – Простите, на тренировке задержали. – Клубная деятельность должна стоять на последнем месте! В первую очередь ты – ученик. Чонгук опустил голову, сложив руки в замок за спиной. – Я впущу тебя, но это в последний раз. Ты пропустил 15 минут контрольной работы. Возьми бланк и садись, сдашь его по звонку вместе со всеми, никакого дополнительного времени! – Я понял. Спасибо, учитель!- просиял парень. – Садись и не маячь перед глазами.

***

      Хорошей оценки можно не ждать, что очень расстраивало парня. Он просто не успел сделать все задания, а некоторые вообще пришлось отмечать наугад.       На самом деле Чон умный парень и прилежный ученик, но в последнее время сил на домашку совсем нет. Из-за подготовки к отборочным на национальные вставать приходится в 4 утра чтобы успеть на утреннюю тренировку. А после уроков снова в спортзал до шести вечера. И если бы на этом все заканчивалось, но нет, после ему приходится бегом нестись на подработку в небольшую кофейню. Хорошо, что управляющий оказался хорошим мужиком, понимающим, за опоздания деньги не вычитал и задерживаться не заставлял. Но Чонгук все равно добирался домой только к часу ночи. Вот и оставалось на сон каких-то три часа. Какая уж тут домашка? Он старался сделать хоть что-то на переменах, но это не шибко спасало положение. Многие учителя заметили, что успеваемость Чонгука скатилась, но не все с пониманием к этому отнеслись, как, например, учитель Чхве.       Тяжело вздохнув, Гук положил голову на парту и отвернулся к окну. Небо затягивалось тучами, и при одной только мысли о дожде бросало в дрожь. Заболеть сейчас никак нельзя, капитан с него три шкуры спустит. Так-то Намджун добрый парень, но не когда дело касается волейбола. Стоит его разозлить, он тут же выпускал свою демоническую ауру. Киму даже говорить не обязательно, он одним взглядом в преисподнюю отправляет, бррр.       Отсутствие дополнительных часов в сутках расстраивало не только из-за учебы. Невозможность больше времени проводить со своим парнем тоже давила на плечи тяжким грузом. Тот уже закончил школу и сейчас вполне успешно вел студенческую жизнь, но, несмотря на загруженность, всегда находил время на Чонгука. А теперь вот получается, что сам Чон не мог и минутки на него выделить. Хорошо, что старший на него не обижался, но самого Чонгука эта ситуация не устраивала.       За тяжелыми думами парень не заметил, как начался второй урок литературы, и учитель уже начал разбирать ошибки в их работах. Недосып и усталость, а еще, возможно, пасмурная погода, постепенно погрузили Чонгука в крепкий сон.       Ему уже виделся финал национальных, яркие вспышки камер, счастливые лица сокомандников. Он уже чувствовал, как любимый парень будет поздравлять его с победой умопомрачительным минетом, а потом сполна накажет его за долгое игнорирование своей персоны.       Но долго мечтам предаваться ему не дал громкий выкрик его имени. Чонгук подскочил и увидел нависающего над ним учителя Чхве. Очень злого учителя. Смотря на побагровевшее лицо с гневно раздувающимися ноздрями, Чонгуку захотелось вернуться обратно в сон и желательно никогда не возвращаться в реальность. – Чон Чонгук! Ты перешел все границы. Мало мне твоих вечных опозданий, твоей отвратительно написанной контрольной, так ты еще и посмел спать на моем уроке! – Я не специально, учитель. Простите,- жалобно взмолился парень. – Еще бы ты специально это делал! Возмутительно! Я должен вызвать твоих родителей в школу. – Но... учитель Чхве, они уже почти год находятся заграницей. – Вот поэтому ты и распустился! Да и они тоже хороши. Зная какой ты разгильдяй, оставить тебя без надзора, уму непостижимо!       Чонгук сжал руки в кулаки, но ничего не ответил, лишь гневно стрельнул глазами в преподавателя, когда он отвернулся на секунду. – Дай мне свой телефон,- мужчина требовательно протянул руку к Чону. – Телефон? З-зачем? – Сотовую связь никто не отменял. Я выскажу твоему отцу все, что думаю о тебе. – Н-но... – Давай. Не тяни время!       Чонгук вытащил телефон из рюкзака и дрожащей рукой передал учителю. Это плохо, очень плохо. У Чона итак испортились отношения с родителями после того, как они бросили его одного и уехали в Англию с младшим сыном. Уже спустя полгода они совсем перестали присылать деньги на проживание, спасибо хоть счета продолжали оплачивать. Именно поэтому Чонгуку пришлось искать подработку, он даже получил официальное разрешение от школы. И теперь парень боялся, если учитель позвонит родителям, они совсем перестанут платить за жилье. Тогда все полетит к чертям.       Пока Чон мысленно искал себе еще одну работу, учитель Чхве сел за свой стол и открыл адресную книгу в его телефоне в поисках нужного номера. Господи, кого только там не было: ~Братик Хорс ~Придурок Тэмин ~Тренер ~Милашка менеджер ~Милашка менеджер-младшая ~Великий и ужасный кэп ~Самый лучший в мире управляющий ~Никогда не брать!! (Это, кстати, и был номер отца, но Чонгук забыл предупредить об этом, поэтому учитель смело пролистал дальше)       Дойдя до контакта "Папочка", мужчина нажал на вызов. Гудок шел долго, трубку никто не брал. Учитель, только сейчас вспомнив о разнице в часовых поясах, подумал позвонить им во время вечерней тренировки Чонгука, как трубку, наконец, сняли. – Чонгук? Что-то случилось? Разве у тебя сейчас не должны идти уроки?- хриплым и явно сонным голосом произнес мужчина. – Здравствуйте. Вас беспокоит учитель литературы Чхве Юнсок. Вы отец Чон Чонгука?       На том конце провода абонент явно выпал из реальности. В смысле отец? Парень посмотрел на входящий вызов, высвечивался как обычно "Зайчонок". Решив подыграть, пока не поймет в чем дело, парень просто согласился. – Отлично,- сказал учитель.- Я звоню чтобы пожаловаться на Вашего сына. Этот молодой человек...- Учитель высказывался и так, и сяк, а Чонгук то краснел, то бледнел. Он чувствовал себя несчастнее с каждым произнесенным словом, окончательно потеряв надежду. – Я Вас понял, господин Чхве. К сожалению, лично поговорить с сыном я не могу, срываться с другой страны сами понимаете, сложно. Однако, я сообщу его временному опекуну и он сегодня же приедет в школу. – Спасибо, господин Чон. И простите, что звоню в столь поздний час. По Вашему голосу я понял, что у Вас глубокая ночь. – Ничего, я понимаю. До свидания. – Всего хорошего, господин Чон. Учитель вернул Чонгуку телефон. – Твой отец сказал, что все расскажет твоему опекуну и тебе сегодня не поздоровится.       Парень недоуменно посмотрел на телефон. Какой еще опекун? Чонгук остался здесь совсем один, никакого опекуна у него не было. В размышлениях об этом прошел весь учебный день.       Чон уже шел в спортзал, когда рядом с ограждением просигналило авто. Он удивился, увидев машину своего парня. – Чонгук! Иди сюда, живее. Запрыгнув на переднее сиденье, Чонгук крепко обнял любимого. – Чимин-хён, почему ты здесь? – Ну, как же? Твой опекун прибыл забрать тебя для профилактической беседы,- ухмыльнулся Пак. – Опекун? Стой! Так это с тобой говорил учитель?! – Со мной. Только я так и не понял почему,- он вопросительно посмотрел на младшего.       А до Чонгука, кажется, начало доходить. Он полез в рюкзак за телефоном, чтобы убедиться. И действительно, его догадка подтвердилась – последним исходящим был номер Чимина. Он облегченно засмеялся и показал экран своему парню. – Значит, Папочка?- сверкнул глазами Пак, а Чон только покраснел в ответ.- Ну, тогда папочка должен преподать тебе урок, ты так не думаешь?        И от мурлычащих ноток в голосе Чимина у Чонгука побежали мурашки по спине. Боже, как же он скучал по самому дорогому человеку в своей жизни.        Чон быстро написал капитану, что тренировку придется пропустить из-за наказания, уже предвкушая это самое наказание. А также решил отпроситься с работы, от одного дня ничего страшного не будет.       Чимин привез их к себе домой, и посмеивался с нетерпеливо бегущего к лифту Чонгука. Он и сам уже безумно соскучился по своему сладкому зайчонку, по долгим разговорам, по объятиям и поцелуям, по отзывчивому телу.       Стоило войти в прихожую и закрыть дверь, как Чимин с ухмылкой сделал шаг вперед, заставив младшего прижаться к стене. Чонгук притянул его ближе и обвил руками шею. Пак же положил одну руку на узкую талию своего малыша, а второй ласкал его бедро, проводя пальцами по ткани брюк.       Чон вскрикнул и задрожал, когда Пак просунул руку за пояс и сжал его ягодицы. Как же Чимин скучал по этой реакции, как скучал по сладким стонам своего парня.       Кровь хлынула в лицо, его щеки покраснели, когда старший надавил на его шею, приближая так, что их губы оказались на расстоянии сантиметра друг от друга, но они так и не соприкоснулись, лишь разделяли тяжелое дыхание на двоих. Смотря в словно пьяные глаза Чонгука, Пак прошептал: – Ты такой чуткий, такой отзывчивый, такой мой. – Только...только твой, хён. Весь, абсолютно, без остатка твой.       Губы Чимина начали касаться подбородка и челюсти, везде, кроме рта. Чонгук безумно хотел поцеловать хёна, но лишь наклонил голову, чтобы открыть больший доступ, пылая от каждого прикосновения к шее. Казалось, Пак никуда не спешит, и его медленная чувственная пытка была раем для парня.        Чимину так хотелось наконец увидеть его без рубашки, погладить нежную кожу, а затем прикусить соски, нежно провести языком по ребрам и животу. Но сил терпеть больше не было, и в следующее мгновение, крепко схватив Чона за плечи, он с силой развернул его, впечатав грудью в холодную стену и выбив сладкий стон из уст любимого. Сильная рука легла на живот, заставив слегка прогнуться, он стянул мешающие брюки вместе с бельем, второй рукой раздвинув ноги и скользнув между ними. Соблазнительная поза, гладкая кожа так и манили наклониться и попробовать на вкус. И кто такой Чимин, чтобы отказываться от подобного?        Встав на колени, он провел языком сначала по одной ягодице, слегка прикусив, затем проделал тоже со второй. Чонгук выгибался от таких желанных прикосновений, он уже не мог нормально мыслить. А Чимин продолжал его мучить, разрабатывая сначала языком, постепенно добавляя пальцы. Он словно не замечал, что Чонгук готов потерять сознание от переизбытка чувств, разрывающих его душу на части. Он так долго хотел этого, хотел своего хёна. Целый месяц они виделись лишь урывками, и этого было катастрофически мало, мало для них обоих.       И вот, наконец, они вместе. Наконец, Чонгук может почувствовать себя желанным, нужным, любимым. Наконец, может и сам подарить всю накопившуюсь нежность и страсть, всего себя этому великолепному молодому мужчине. А Чимин с огромным удовольствием примет своего мальчика, всего, целиком. И сам отдаст ему себя без остатка. Потому что они две половинки одного механизма. Невозможно существовать одному без другого, только вместе.        И желая запустить этот механизм, механизм помогающий им жить, Пак плавно входит в младшего, выбивая из него громкий стон наслаждения и зарываясь лицом между его плечом и шеей, горячо выдыхая.       Одну руку Чимин положил на живот Чонгука и притянул к себе, прижимая крепче к своей груди, что только добавило удовольствия, другой начал медленно дразнить член младшего, желая дойти до пика вместе. Он двигался в нем, не покидая его тело ни на секунду.        Чонгук ощущал себя как никогда заполненным, целым. Угол проникновения был идеальным, он задевал все его чувствительные места, от чего Чон стонал все громче, откинув голову на плечо своему парню, уперевшись руками в стену чтобы иметь хоть какую-то опору. Он плавился в руках возлюбленного, растекался словно воск.       Хотелось чтобы все это продолжалось вечно – мощные, сильные, но нежные толчки, крепкие объятия, дыхание обжигающее кожу. Хотелось вечно чувствовать биение любимого сердца. Но грань была близка, и Чонгук не выдержал первым. Издав самый пошлый стон, который когда-либо слышал его хён, его спина выгнулась сильнее и, содрогаясь всем телом, он испытал лучший в жизни оргазм. Чимин, почувствовав, как младший сокращается вокруг него, вошел максимально глубоко и с оглушительным стоном излился внутрь, чувствуя, как волны удовольствия проходят через все тело.

***

       Уже лежа в кровати, переплетясь всеми конечностями, парни тихонько переговаривались. Они говорили обо всем, о чем не успевали рассказать, пока были в разлуке. Чонгук рассказал Чимину, что вина поглощала его все больше с каждым днем из-за невозможности нормально побыть вместе. – Я все понимаю, мой хороший. Сейчас у тебя важное время,- погладил младшего по голове Пак.- Но... может... ты бы хотел переехать ко мне?       Он должно быть ослышался. Чимин хочет... – Ты правда этого хочешь?- Он поднял влажные глаза на своего парня.- Хочешь чтобы я... м-мы жили вместе? – Тебе будет легче добираться до школы, не придется подрабатывать, потому что я смогу нас обеспечивать, пока ты занят подготовкой к национальным. Тебе стоит сосредоточиться на учебе, хоть ты и собираешься поступать по спортивной стипендии, остальные предметы тоже важны. И,- Чимин мягко поцеловал Чонгука в губы,- да, я очень этого хочу.       Глаза Чона засияли словно самые яркие звезды во вселенной. – Просыпаться и видеть родные глаза. Боже, звучит, как мечта. – Прижимать к себе, слушая глубокое дыхание, засыпать под мерный стук любимого сердца. Действительно, как мечта,- улыбнулся Чимин.- Ты хочешь осуществить эту мечту? – Да,- прошептал Чонгук,- очень хочу.       Они смотрели друг другу в глаза, нежно улыбались и понимали, что вот оно счастье. Видеть и чувствовать дорогого человека рядом каждый день. Всегда. Потому что только вместе их механизм будет работать в полную силу.