Маленький мир

Тихий вечер воскресного дня. Золотой час. Лучи солнца, похожие на жидкое золото, пробираются сквозь ветви яблонь. Еле слышное пение птиц никак не мешает наслаждаться тишиной в саду. Посреди своего маленького мира из растений стоят качели. Они слегка покачиваются, как будто с них только встали, но эти качели уже давно забыли, что такое окружение людей. Весь этот маленький мир давно не помнит людей. Или помнит, но не хочет вспоминать... Плющ давно уже захватил весь дом от пола до потолка и не собирался останавливаться. Сад зарос чем только можно, но не перестал быть таким же уютным, как десяток лет назад. Возможно, всё можно было бы поменять, но, увы, уже поздно. Внезапно, калитка открылась. Этот звук раздался по всему саду. Маленький мир как будто встрепенулся, ожил. И вдруг...маленький мир вспомнил...своих детей... За порог шагнули они. Девушка лет 28 и парниша 16-ти лет. Замерев, они пытались окинуть весь сад взглядом, но заросли не позволяли полностью увидеть картину некогда бурно живущего мира. Девушка прошла дальше. Зайдя на крыльцо большого дома, она с легкостью открыла скрипучую дверь. Внутри было все на своих местах. Как будто тут до сих пор кто-то жил. Кто-то невидимый человеческому глазу, тот, кто заботится об этом месте. Пыль наполняла воздух. Пройдя дальше, всё больше ощущался запах дома и холод. Дом без жителей будто умер. Энн рывком открыла шторы. Пыль еще сильнее полетела во все стороны. Прикрыв нос рукой, она открыла окно, через которое попадало уже заходящее солнце. Проделав это со всеми окнами в доме стало светло. Всё как бы начало отходить от бесконечного сна. Сэм прибежал к своей сестре. Это нельзя было не услышать. Половицы скрипели даже громче, чем тот топал. Жуя яблоко, которое он, видимо, сорвал в саду, он начал объяснять, что и как там изменилось. Энн его спокойно слушала, поправляя занавески. — Нам стоит поторопиться, — сказала она, когда Сэм договорил. — уже начинает темнеть. — Мы поедем в город? Мы же только приехали. — Не думаю, легче будет переночевать в машине, а пока иди наверх и разбирись с вещами там, — указав на лестницу, Энн отошла в другую комнату. Через полтора часа начались сумерки. Золотистые лучи больше не окутывали яблони, а туман начал появляться на горизонте белой пеленой. Сэм плюхнулся на разложенное сиденье машины, уставившись на панорамную крышу. Энн, выключив свет в машине, легла рядом и закрыла дверь. — Как я скучал по этому месту, — шепнул Сэм. В его глазах цвета карамели отражалась луна и тысячи звёзд. — Я тоже, – также тихо сказала Энн. Они начали перешептываться, вспоминая всё, что было связано у них с этим домом и с их маленьким миром. Миром их детсва и беззаботности. Они вспомнили свой дом, а дом вспомнил их...