Васильки в твоих волосах

      Я проснулся резко, словно меня вытолкнули из моего же сна. Даже упал с дивана, чудом не ударившись о журнальный столик. В голове моментально вспыхнула мысль, что нужно скорее записать детали сновидения. Поблизости, как обычно, не оказалось блокнота. А каждый фрагмент моего сна продолжал стремительно исчезать из памяти, пока от него не осталась лишь одна фраза: «Живи не оглядываясь в прошлое».       Что в нём было?       Я тщетно пытался вспомнить, но так и не сумел. Единственное я осознавал точно, что больше мне не явятся голубоглазая незнакомка. Ибо этот сон, был её прощанием.       Вечером, я не смог даже прикоснуться к выпивке, испытав к алкоголю глубочайшее омерзение. И с каждым новым днём я медленно возвращался к жизни. Начав с извинений принесённых тёте и закончив свиданием, на который я позвал девушку спустя три месяца после того сна.       Саори.       Умная, милая и симпатичная девушка мы познакомились с ней в парке недалеко от моей квартиры куда меня вытащила Хелена. Видите ли я слишком много читал и занимался, нужно же и отдыхать иногда. Саори искала щенка своего племянника, которого выгуливала, но не удержала поводок, и резвая собачонка сбежала. Мы с тётей решили помочь ей с поисками. Она оказалась приятной собеседницей, рассказывала про интересные места города о которых мало кто знает и что в следующем году поступает на юридический факультет. Хочет исполнить мечту детства, помогать людям отстаивать их права.              К сожалению собачку мы так и не нашли, но я предложил свою помощь в развешивании объявлений о пропаже завтра. Она согласилась, назначив встречу в кафетерии в трёх кварталах от моего дома. После я позвал её на свидание с которого и начались наши отношения.       Мы встречались пол года, всё было гладко. Саори нравилась не только мне, но и тёте с Нефритом, правда она не очень жаловала моего друга, называя его «взбалмошным Казановой». Намекала на то, что Неф приставал к ней пока я не вижу. Мне пришлось вступиться за друга, объяснить, что этого быть не может и ей показалось ведь Нефрит со мной так не поступит. Потому что Санджоин действительно радовался за меня.       «Вот что регулярный секс с людьми делает, даже ты улыбаться стал чаще».       Типичный Неф с похабными комментариями, конечно я к таким привык, но вот Саори — нет. Поэтому и списал всё на её скромность. Тем более это была единственная размолвка в наших полугодовалых отношениях.       Когда я уезжал в Германию учиться, мы решили продолжить встречаться с ней на расстоянии. Вот тут-то началась иная проблема.       Ревность.       Она подозревала меня в измене, буквально каждый день. Звонила сотню раз и обижалась, когда у меня не было возможности поговорить больше минуты. Хотя единственным с кем я тесно общался в Мюнхене, был Джедайт мой давний и близкий друг, который учился там на ветеринара. Свободное время проводила с моей тётей, чтобы иметь возможность постоянно контролировать меня. Сначала я даже не понял намерений Саори. Наивно предполагая, что ей просто нравится компания Хелены, но когда она стала набиваться в подруги Нефрита, до меня дошло. Она совершенно неожиданно решила подружиться с ним, когда сама же несколько месяцев назад провела мне, почти что лекцию на тему ребяческой беспечности и несостоятельности шатена.       Я категорически не понимал её и возвращаясь на Рождество обратно в Токио, решительно собирался порвать с Саори. Но стоило мне только заикнуться о серьёзном разговоре, как на мою горемычную голову вылился поток слез. Она клялась, что такого больше не повториться и чуть ли не на коленях умоляла её не бросать. Для Саори это были первые отношения, что она всячески подчеркивала и я думал корень проблемы её неопытность. Поэтому решил не доводить дело до разрыва, надеясь, что постепенно она научиться сдерживать свою ревность и доверять мне.       Когда я снова вернулся в Мюнхен, всё стало намного спокойней. Моё расписание позволяло мне раз в два месяца прилетать на неделю в Токио. В таком режиме и прошли два с половиной года моей жизни, пока однажды всё не изменилось.       Я отдыхал после изнуряющей летней сессии, поэтому несколько дней безвылазно провёл в съёмной квартире, которую снимал вместе с Джедом. Предупредил всех кто может меня искать, что со мной всё в порядке, просто мой номер будет вне зоны доступа.       Мамору Чиба временно не существует.       Решил даже не заводить будильник, вот это я бунтарь. Хотя, бунтарь по привычке проснулся в шесть, но позволил себе ещё два часа бесцельно проваляться в кровати. Мог бы и дольше, но услышав грохот и короткое «Чёрт возьми!» раздавшееся с кухни, встал посмотреть.       К тому моменту когда я зашёл Джедайт, убирал кастрюли в шкаф. На столе рядом с плитой стояла банка с молотым кофе и турка, которая вот уже два года не использовалась нами для варки ароматного напитка.       — И этими губами ты целуешь свою маму? — насмешливо вопросил я.       — Какое остроумие, видимо ты выспался? — проговорил Джед потирая пальцами переносицу.       — Пожалуй, что да. А ты, как я погляжу — нет, — действительно, под голубыми глазами блондина залегли глубокие тени.       — Зришь в корень! С трёх часов утра кто-то звонил мне на мобильный с периодичностью в двадцать минут. Я брал трубку, однако ответом мне были лишь хрипы и треск, — изрёк друг не сводя глаз с турки на плите. — После четырёх звонков я сдался и выключил телефон, но больше так и не смог уснуть, — издав обреченный вздох он выключил плиту.       Затем обернулся и добавил:       — Кстати говоря, номер оператора токийский.       — Хмм, ты конечно же позвонил матери? — спросил я присаживаясь на высокий стул у барной стойки.       — Да, в первую очередь. А потом Нефриту и Хелене, — сказал Джедайт задумчиво помешивая кофе в кружке.       — А что с кофеваркой? — я обратил внимание на вышеназванный прибор.       — Ещё не смотрел, может ты взглянешь? Боюсь у меня на неё не найдётся свободного времени, — друг запустил пятерню в свои волосы и взлохматил кудрявую шевелюру.       У Джеда оставалось ещё несколько экзаменов, так что всё своё время он тратил на подготовку к ним.       — Конечно, не вопрос, — я встал намереваясь сходить в спальню и взять кейс с инструментом, но тут меня осенило. — Может это Саори? Я давал ей твой номер.       — Может быть. На новом телефоне у меня нет её в контактах, — мы не сговариваясь, одновременно отправились по своим комнатам за гаджетами.       Джедайт вышел в гостиную с озабоченным выражением лица. Наверняка и на моем лице возникло беспокойство, потому что я чувствовал небольшой дискомфорт на коже в районе лба. Так бывает, когда я сильно хмурюсь. Последствия детской травмы.       — После выключения, звонили ещё десять раз, — проговорил блондин, уставившись в экран телефона и я продиктовал ему номер Саори. Мой гаджет всё ещё молчал.       — Нет, последние цифры не совпадают, — добавил он покачав головой.       Не успел я и слова сказать, как раздалась трель моего мобильного. Звонил отец Саори, я перевёл растерянный взгляд на друга и развернул экран к нему. Джед тоже непонимающе свёл брови. Я поспешил ответить:       — Здравствуйте Мистер Оосава.       — Здравствуй Мамору, ты вероятно удивлён моему звонку?       Я определенно был в смятении, а ещё встревожен. Мы виделись с отцом Саори несколько раз, но ни разу нам не довелось общаться по телефону.       — Да, что-то произошло? — прямо спросил я, решив не ходить вокруг да около.       С каждым мгновением чувство беспокойства всё больше увеличивалось в моей душе, казалось ещё немного и разорвёт грудную клетку.       — К сожалению да, я не могу связаться с Саори уже сутки. Она не звонила тебе? — мужчина говорил так спокойно о пропаже своей дочери, что я поразился его выдержке.       — Нет, на мой номер не поступало звонков. Мы разговаривали с Саори пару дней назад, — Джед быстро сориентировавшись принёс мне свой ноутбук с открытой страницей бронирования билетов. Я благодарно кивнул ему и быстро оформил билет на ближайший рейс.       — Ясно, — в трубке раздался тяжёлый вздох, первая демонстрация его отцовских чувств. — Держи меня в курсе, если тебе что-то станет известно.       — Конечно, я вылетаю в два часа дня. Мне бы хотелось помочь Вам с поисками, — проговорил я вытаскивая чемодан из кладовой. — Надеюсь Саори отыщется раньше, чем я приеду.       — Спасибо Мамору, буду рад помощи. Ты прилетаешь в аэропорт Ханэда?       — Да, в десять утра, — Джедайт уже успел сделать парочку сэндвичей и сварить мне кофе, пока я судорожно искал рюкзак, который возьму в салон самолета. — Тогда до встречи.       — До встречи.       После того как я положил трубку, на меня нахлынуло осознание серьезности произошедшего, окатывая ледяной волной. Я замер. Тысячи вопросов и предположений, одно хуже другого, беспорядочным ворохом вспыхивали в голове. Саори не из тех девушек, которые влипают в историю. Кроткая, спокойная и вдумчивая, способная правильно оценивать возможные риски.       — Садись уже есть, у тебя будет время проанализировать все в самолете, — сказал блондин, заставив меня взять себя в руки. Видимо он обо мне слишком хорошего мнения.       — Если бы это был анализ, — Генсо выгнул бровь безмолвно спрашивая, что же я имею в виду. — Это было хреново оцепенение.       — Естественная реакция, ты же не робот. Тем более Саори много значит для тебя, — спокойно провозгласил блондин.       — Спасибо, за какие же заслуги мне достался такой друг? — сказал я, с трудом выдавливая улыбку.       — Просто ты хороший человек Мамору, — ответил Джед похлопав меня по спине. — А если ты хотел услышать остроумный ответ, то это к другому твоему другу.       Спешно позавтракав я отправился собирать чемодан с рюкзаком, затратив на сборы около получаса. До аэропорта на такси можно было добраться за сорок минут, но мне требовалось решить некоторые организационные вопросы в университете. Поэтому я быстро принял душ, попрощался с Джедом и вызвал такси. Ещё час потратил на улаживание дел, а после отправился в аэропорт Франца-Йозефа Штрауса. Уже сидя в самолёте и наблюдая за парящими облаками в иллюминатор, мне вспомнились странные звонки на телефон Джедайта. Это не могло быть простым совпадением. Хотя, если звонили по поводу Саори, то почему Генсо, а не мне?       Как только мы приземлились, я тут же позвонил другу. Джед не ложился ожидая моего звонка по прилету и без отлагательств скинул мне номер достающий его прошлой ночью. Я сделал пробный звонок, но телефон оказался отключён.       Встречать меня никто не собирался, поэтому я стремительно пробирался через толпу, пока не услышал своё имя. Ко мне шёл Мистер Оосава, как всегда, аккуратный, серьёзный мужчина, видимо не расстающийся со своим классическим костюмом. А я — сущее недоразумение в спортивных брюках, худи и кедах. Хотя, как ещё должны одеваться люди для комфортного двенадцати часового перелёта?       — Здравствуйте Мистер Оосава, — проговорил я поклонившись, мысленно одергивая себя от протягивания ладони для рукопожатия.       — Здравствуй как полёт? — буднично спросил мужчина после короткого поклона.       — Замечательно, спасибо. Есть хорошие новости? — стук моего сердца должен был слышать весь терминал. Я не мог приглушить тревогу за свою девушку.       — Пока нет, я бы хотел поговорить с тобой. Ты некуда не спешишь? — мужчина взглянул на свои часы Minase и перевёл выжидающий взгляд на меня.       — Нет, я здесь только ради Саори, — у меня было скверное предчувствие чего-то плохого, ведь Мистер Оосава вёл себя так будто его дочь исчезает уже не первый раз.       Мы расположились за столиком в ресторане с видом на взлётную полосу. Я заказал кофе, а мужчина чёрный чай. Он долго не решался начать разговор. То взглянет в окно, то покрутит чашку в руках, то потрогает нагрудный карман, то мельком посмотрит на меня. Затем он всё-таки решился заговорить.       — В первую очередь хочу сказать, я сожалею о том, что ты узнаешь об этом так поздно, — подобные фразы не предвещают ничего хорошего. — Моя супруга ушла из жизни, когда Саори исполнилось всего четырнадцать. Сам понимаешь девочка подросткового возраста лишившаяся матери, как ей было трудно переживать потерю. Я к сожалению, тоже справлялся плохо и целиком растворился в работе, а лучше бы больше заботился о дочери, — мужчина тяжело вздохнул и сделал глоток чая. — Так вот, всё начиналось довольно невинно, Саори много фантазировала придумывая воображаемых братьев и сестёр, всяких питомцев и тому подобное. Я думал, что это игра, детская шалость, но она со временем совершенно серьезно стала воспринимать их существование. Рассказывала одноклассникам разные истории про своего племянника, которого и в помине у неё нет.       Я шокировано взирал на изливающего мне душу мужчину, ожидая когда он наконец скажет, что всё это глупая шутка. Но с каждым мгновением и словом моя надежда на такой исход таяла, как лёд под палящим зноем. В горле пересохло, я выпил половину чашки всё ещё горячего кофе, не сразу замечая, что обжег им нёбо. Я не притрагивался к алкоголю больше трёх лет, но сейчас бы не отказался от стаканчика виски, а лучше бутылки.       — Сам пытался донести до неё, что это всё выдумки, а в ответ получал кошмарные истерики. Дело доходило до самоистязания и мне пришлось обратиться к психиатру. Дочери назначали седативы и перевод на домашнее обучение.       У меня не укладывалось в голове, как я мог этого не заметить? Никто из моего окружения не замечал. Значит племянник и его потерявшаяся собака были вымыслом, бредом человека с нездоровой психикой? Я ущипнул себя, чтобы проверить не сплю ли я до сих пор в самолёте.       Не сплю!       — Потом она встретила тебя, стала более живой и жизнерадостной, так как прекратила приём психолептиков. Но когда ты уехал, всё стало ещё хуже, чем раньше. Саори каждый день была нервной и раздражительной, плохо ела и спала, не хотела покидать свою комнату. Это был сущий ад, поэтому после нового года психиатр прописала средства посильнее. Барбитураты. Конечно же они помогли, но самый пагубный побочный эффект дал о себе знать.       — Привыкание, — горько констатировал я и сжал кулаки под столом.       Во мне проснулась просто испепеляющая ярость, гнев и злость. Прежде всего на самого себя, невнимательный олух, думающий лишь о себе любимом. А ещё на Мистера Оосава, который не решился сказать сразу о проблеме. Я бы попытался помочь, стал просто другом для Саори, ведь также был в не простой ситуации. И мне помогли родные люди.       — Да, — коротко ответил он и в точности, как я десятью минутами ранее залпом осушил кружку. — Она говорила, что закончила курс лекарств и я не покупал их. Оказалось Саори нашла другой способ получения более сильных наркотических препаратов.       — Чёрт! Не может быть, — пробормотал я. Теперь мне стала ясна причина её холодности и отстраненности. Саори списывала всё на плохое самочувствие, а я не настаивал. Потому что не хотел напугать её.       — Да, — мужчина судорожно вздохнул и прикрыл лицо ладонью. — Саори записала мне сообщение, где назвала себя… назвала себя шлюхой не достойной тебя, Мамору, — голос его дрогнул, а маска холодности треснула и по лицу отца покатились слёзы. Не представляю какого ему, я знаю о ситуации меньше часа и меня уже охватило отчаянье, а он с этой трагедией уже семь лет.       — Мы найдём Саори, обещаю, — уверенно провозгласил я.       Во мне поселились противоречивые чувства. С одной стороны я хотел помочь и мне была не безразлична судьба Саори.       Но.       И это «но» было очень большим. Я не мог больше встречаться с ней. Ибо всё то время, которое мы были вместе моя девушка была на лекарствах, влияющих на нервную систему. Препаратах изменяющих сознание. Знал ли я настоящую Саори? Знала ли она себя настоящую? Звучит пугающе, но мне отчего-то казалось, что в теле взрослой девушки, до сих пор живёт девочка четырнадцати лет потерявшая мать. Забота и участие которой просто необходима подростку переживающему гормональную перестройку и противоречивость эмоций. Для Саори это жуткая реальность длится на протяжении семи лет. К тому же получается, что кроме отца и меня у неё нет близких. Поэтому как я могу бросить её в беде?! Однако, о существовании нас как пары не может быть и речи. Ведь мне стало совершенно ясно, что я стал для неё ещё одной зависимостью. От которой тоже нужно избавиться. Мои чувства к Саори не были достаточными, ни капли не похожими на окрыляющую и исцеляющую любовь. Всего лишь привязанность и только. Видимо я настоящий мерзавец, но будет хуже если мне придётся притворяться и играть на её чувствах. Она не достойна такого.       — Мистер Оосава, происходило ли подобное раньше? — мужчина непонимающе воззрился на меня. — Пропадала ли Саори?       — Однажды, она исчезла на целый день и отключила мобильный, но к ночи вернулась домой сказав, что была с твоей тётей, — мужчина потёр запястье левой руки и тяжело вздохнул. — Я даже не посчитал нужным проверить это, — его ладони мелко дрожали, поэтому он положил их на стол и сцепил в замок. — Ещё один раз Саори сутки не появлялась дома, хотя на звонки отвечала. Правда игнорировала мои вопросы о том, где находится.       — Ясно, — я всё-таки не ошибся в выводах. От этого мне не стало легче. — у Вас есть предположения где она может быть? — надежды на точный ответ у меня не было.       — Нет, но поверь мне я искал. В каких только злачных местах не побывал за прошедшие сутки, — горько изрёк Мистер Оосава опустив голову.       В моём разуме уже формировался план действий, ведь я знаток паршивых баров и клубов. Пусть в те мрачные времена, когда меня знала каждая бродячая собака в подворотне. Чаще всего, моя буйная головушка была проспиртована, словно плавающие в формальдегиде поврежденные органы, которые демонстрируют опасность злоупотребления алкоголя и курения. Но мне всё-таки запомнились места, где ошивались более опрятные и обеспеченные студенты. К сожалению подонков толкающих дурь там тоже было немало. Хотя вероятно те самые студенты поэтому в них и обитали. Возможно Саори в одном из таких.       — Послушайте, мне нужно освежиться после полёта, а Вам отдохнуть после бессонной ночи, — высказался я наблюдая за тем, как мужчина потёр глаза рукой. Он попытался как-то возразить, но я жестом прервал его. Не шибко вежливо с моей стороны, однако, сейчас не время церемониться. — Я буду максимально быстрым, за это можете не переживать. К тому же мне известны кое-какие места, о существовании которых большинство горожан не знает.       Мистер Оосава задумался над моим предложением. А я тем временем пытался просчитать, сколько времени у меня займёт посещение шести заведений с сомнительной репутацией. Не хотелось приплетать сюда Нефрита, потому что друг и так слишком уж часто меня выручал. Однако, на данный момент это не устроенный мною дебош с целью повышения адреналина в крови, а спасение из беды Саори. К тому же, что в голове у тех нелюдей, которые снабжают её наркотиками мне было неведомо. А если Саори не в силах твёрдо стоять на ногах, то устрой те ублюдки драку я бы не смог им ответить с девушкой на руках. Лучше заранее просчитать все риски. Поэтому выбора у меня не было, ведь Неф самый надежный человек в Токио. Ну, а Хелене вообще не стоит знать об этом, она слишком впечатлительна. Тем более ситуация Саори отдаленно напоминала мою, тётю точно хватил бы удар от таких потрясений.       — Хорошо, но держи меня в курсе, — проговорил Мистер Оосава вставая из-за стола и вновь принимая бесстрастный вид. От безутешного отца не осталось и следа, я вновь поразился его выдержке.       Вместе мы прошли к выходу из аэропорта, мужчина набрал водителя и предложил подвести меня. Я согласился подумав, что так доберусь быстрее. От скорости моих действий может зависеть здоровье Саори. В машине царило молчание, я всё ещё пытался проанализировать произошедшее. А Мистер Оосава видимо думал о своей дочери, постоянно потирая то одно, то другое запястье. Жест выдающий его волнение.       — Спасибо тебе Мамору, — проговорил мужчина посмотрев мне в глаза, сразу после того как мы вышли из машины возле моего дома.       — Пока меня не за что благодарить, — сказал я и поклонился ему на прощанье, а он мне в ответ.       Квартира встретила меня холодностью и мраком. Несмотря на то, что в ней было убрано, и даже чувствовался запах свежести (спасибо клинингу). Уютнее в жилище не становилось, здесь было слишком пусто. Меня всегда смущало это, ведь по словам Хелены ни рамок с фото, ни мелких безделушек, ни цветов в горшках, ни даже мальчишеских игрушек здесь не было. До того как приехать в больницу, чтобы забрать напуганного и маленького меня, тетя посетила квартиру родителей. Хотела взять мои вещи, но и их не обнаружила.       Загадка.       На поиски полотенца и шампуня я затратил минут десять, пока рыскал по шкафам, позвонил Нефриту и попросил того приехать ко мне, если он не занят. Я не старался ему что-либо объяснить, справедливо рассудив, что это не телефонный разговор. Друг вроде и не собирался особо расспрашивать меня, просто обрадовался моему приезду раньше срока. Приняв душ я отправился на просторы интернета, в надежде получить данные о владельце номера, терроризировавшего Джеда прошлой ночью. Мне казалось, что это ключ, который поможет в поисках.       Благодаря обучению в ТУМ мне удалось обзавестись полезными знакомствами. Хакер Джо Крэйн, был одним из таких знакомых. Талантливый и увлечённый, но не решительный в общении с девушками. На клавиатуре работал словно виртуозный музыкант исполняющий симфонию на фортепиано. К тому же за свои услуги парень назначал умеренную плату. Не то чтобы я часто к ним прибегал, однако, бывало пару раз. Однажды в качестве вознаграждения он попросил позвать на свидание девушку от его имени.       Мне повезло, что Джо был полуночником и в пол пятого утра ещё не ложился. Фортуна явно была на моей стороне, ибо парень сказал, что дело пустяковое и через десять минут всё будет готово. К тому же на вопрос об оплате он ответил: «сочтёмся!». Спустя семь минут у меня уже появились данные владельца и местоположение при последнем включении. Увидев адрес куда нам предстоит отправиться я понял, что удача повернулась ко мне одним местом.       Раздался звонок в дверь, не сразу долетевший до моего слуха. Потому как безрадостные мысли вытеснили из моей головы все остальные, включая и скорый визит Нефрита. Надевая на ходу футболку я проковылял в прихожую квартиры и едва распахнул входную дверь как Санджоин по традиции заключил меня в крепкие дружеские объятия.       — С приездом, бро! Я принёс мамину фокаччу и гужеры, — весело изрёк шатен и тут же скривился. — Чёрт, ну почему ты никогда не вытираешь волосы после душа?       — Спасибо Неф. Наверно это моя вредная привычка, — бесцветно проговорил я, стягивая влажную футболку, а после накидывая сухое полотенце на плечи.       — Гляжу ты не вылезал из спортзала и наверняка очень жаждешь встречи с Саори, — он указал на мой торс, красноречиво поигрывая бровями при этом. Но лицезрев мой озабоченный взгляд с его лица мигом сползла ухмылка. — Что такое?       Мне пришлось поведать ему всё что случилось за прошедшие сутки. Я не боялся рассказать другу историю Саори, ведь точно знал, что она не выйдет за пределы этой комнаты. Нефриту и Джедайту я безоговорочно доверял. Санджоин молча слушал меня и с каждой минутой становился мрачнее. Когда я закончил в комнате повисла оглушающая тишина. Мой разум перестал пытаться просчитать всё на свете и на меня накатила усталость. Я не хотел снова впасть в депрессию, не время и не к месту. Нужно выручать Саори.       — Сказать, что я в шоке, — это ничего не сказать, — пробормотал Нефрит еле слышно, прерывая длительное молчание. — Она конечно девочка со странностями, но у кого из нас нет собственных тараканов в голове? Такого я никак не ожидал. Друг, если тебе нужно выговорится, то я к твоим услугам.       — Пока у меня нет слов, потому что нужно действовать, — сказал я, собирая беспорядочные мысли в кучу.       — Ты можешь рассчитывать на меня, — твёрдо заявил Санджоин, как обычно, готовый прийти мне на помощь. Однозначно у меня лучшие в мире друзья. — Куда едем?       — Бар «Korova», — бесцветно произнёс я. Хотя внутри меня зарождалась гневная буря.       Как это место ещё не сравняли с землёй? Почему из немалого списка поганых заведений Саори оказалась в самом паскудном? В хреновом чемпионе по скверности! В это место не просто пропускают мелких дилеров, закрывая глаза на происходящую внутри содомию лишь бы получать проценты от распространения запрещённых веществ. Наркотики там продаются прямо за барной стойкой! Само заведение и есть дистрибьютор. Бьюсь об заклад, что вместо кухни у них нарколаборатория.       — Дерьмо! — коротко выругался Неф.       Друг знал это место, последнее откуда он меня вытащил. Я конечно же всего лишь выпил там, вернее будет сказать напился. Тут меня передернуло от мысли, что посети я это заведение ещё раз мог бы и пристраститься к вещам опаснее алкоголя.