6
8 ноября 2020 г., 16:19
Все шло довольно неплохо. Ежедневно Профессор посвящал команду в план, время от времени проводил уроки, например, обезвреживания взрывчатки. Каждый вечер Нарцисса училась стрельбе с Берлином, и это уже приносило плоды. Но сегодня случилось кое-что, чего Нарцисса никак не могла ожидать.
Сегодня по плану был урок медицины. На импровизированную кушетку Профессор положил Рио и маркером проводил на его теле линии, которые обозначали какие-либо органы. Но Денвер вдруг прервал Профессора:
- Так, стоп-стоп, постойте, - сказал он. Нарцисса удивленно взглянула на него, - Вы хотите, чтобы мы изучали медицину с двумя маркерами?
- Если кого-то ранят - ему нельзя в больницу. Вам придется работать одним, - пояснил Профессор.
- Это чертово самоубийство, - буркнул Денвер.
- Заткни пасть, - оборвал его Москва.
- Одно дело - это закрыть себя в этой мышеловке, а умереть там - совсем другое, - произнес Денвер.
- Денвер, мы просим тебя доставать пули. Нам не нужны твои великие монологи, - не упустил шанса съязвить Берлин. Нарцисса закатила глаза.
- Это не так уж и сложно, - проговорила Найроби. Казалось, она была единственным человеком в группе, способным оказать экстренную медицинскую помощь, если это потребуется, - Берешь щипцы и аккуратно достаешь пулю. Вот и все.
- Выстрел - это уже проблема, - снова начал Денвер, - Если меня подстрелят - везите меня в больницу.
- Ответ - нет, - четко и резко проговорил Профессор.
- Лучше я буду раненой, но свободной, а не полностью здоровой, но взаперти, - произнесла Токио.
- Никто не выйдет, - в этом вопросе Профессор был непреклонен, - Каждый из вас - это зацепка и нить, за которую можно потянуть. Если кто-то хочет уйти, то делайте это сейчас, или оставайтесь здесь до конца ограбления, - договорил мужчина. Воцарилось молчание.
- Сколько можно вас учить? Мой член сжимается, как у Хельсинки, - промычал Рио.
- Эй, ты что вякнул про мой член? - притворно оскорбился Хельсинки. Все засмеялись, за исключением, конечно, Профессора, - Хочешь увидеть мой член?
- Прошу, хватит! - прервал смех Профессор, а затем обратился к Рио, - Давай, одевайся. Пусть кто-нибудь другой ляжет сюда!
- Ооо, Хельсинки, давай ты, - предложил Денвер.
- Нет-нет! - воскликнула Найроби и легла на кушетку. Конечно, кто-то прокомментировал это словами поддержки или смехом, а затем Токио начала показывать свои знания и начала рисовать на теле девушки линии, обозначающие органы.
Внезапно Токио замерла, посмотрев на низ живота Найроби. Неаполь это заметила и пригляделась к тому месту, на которое смотрела Токио. Осознание пришло мгновенно. На том месте находился шрам от кесарева.
Токио чуть-чуть опустила джинсы, чтобы убедиться, но Найроби резко вскочила с кушетки и закричала:
- Что ты делаешь?! Куда ты полезла? На что смотрела?
- Я?! О чем ты?! - удивилась Токио.
- Что случилось? - спросил Денвер.
- Да она лесбиянка! - произнесла Найроби, - Я не знаю, на что она там смотрела!
- Она сама лесбиянка! У нее соски стали твердыми! - оправдывалась Токио.
- Что ты сказала?! - разозлилась Найроби, и девушки сцепились. Остальные начали их держать, чтобы они друг-друг все волосы не выдрали. Нарцисса улыбнулась.
- Любишь женские драки? - прошептал Берлин. Нарцисса обернулась.
- Что? - не поняла она.
- Зачем тогда улыбаешься? - спросил мужчина. Цисси закатила глаза.
- К сожалению, должен тебя огорчить, - с наигранной печалью в голосе сообщил Берлин, - Женские драки обычно ограничиваются выдранными волосами, не более.
- Как хорошо, что мне плевать на женские драки, - усмехнулась Неаполь.
- Значит ты по мужским?
- Что? - опять не поняла Нарцисса.
- Мужские драки любишь? - спросил Берлин.
- Предпочитаю решать конфликты мирным путем, - сообщила женщина.
- Ты прямо божий одуванчик, что же ты забыла здесь, в компании жестоких и опасных грабителей? - поразился Берлин.
- Сама не понимаю, - подыграла Нарцисса. Берлин улыбнулся.
***
Войдя в свою комнату после урока, Нарцисса повалилась на мягкую кровать. Она задумалась о Найроби и ее шраме. Совершенно очевидно, что у девушки есть ребенок, но где он сейчас? Взгляд Нарциссы пал на давно завявшие цветы. Она много раз собиралась их выбросить, но всё руки не доходили. Пожалуй, уже пора распрощаться с растением. Но в голову Нарциссы пришла безумная идея: сходить к Найроби и расспросить о ребенке. Неаполь посмотрела на цветы, а затем на дверь. И вышла. Что ж... Видимо, засохшие цветы постоят на тумбочке еще немного. На полпути к спальне Найроби Нарцисса вспомнила об алкоголе и решила взять пару бутылочек вина. Сделав это, она подошла к двери комнаты Найроби и постучалась. - Неаполь? - увидела женщину Найроби, - Что тебе нужно? - Может...выпьем? - предложила Нарцисса, показав вино. - Сейчас? - удивилась Найроби, - Не пойми неправильно, но я собиралась спать и... Я хочу спать. Нарцисса с самого первого дня была вежлива со всеми участниками ограбления, и эта вежливость начала приносить плоды. Во-первых, женщину уважали, во-вторых, пытались быть с ней учтивыми, в-третьих, ей было сложно отказать. И она решила использовать это. - Найроби... Мне показалось, что ты устала, и я подумала, что тебе нужно развеяться, - произнесла Неаполь. - Ты даже представить себе не можешь, как часто я развеиваюсь, - с улыбкой ответила Найроби, - Входи. - Здесь...уютно, - проговорила Нарцисса, войдя в комнату. Девушки присели на кровать, и Неаполь начала действовать. - Мальчик или девочка? - спросила она. - О чем это ты? - удивилась Найроби. - Твой ребенок. Это мальчик или девочка? - повторила вопрос Нарцисса. - Ты за этим сюда пришла? - усмехнулась девушка. - Брось. Тебе нужно выговориться, - протянула Неаполь. Найроби хмыкнула. - Мальчик, - коротко ответила та. - Как его зовут? Сколько ему лет? - спросила Цисси. - Зачем тебе это? Тебе разве нужны чужие проблемы? - проигнорировав вопрос, поинтересовалась Найроби. - Я не знаю. И я не считаю ребенка проблемой, - ответила Неаполь. - Боже, я тоже не считаю ребенка проблемой! Просто... - Хватит бессмысленных слов, лучше расскажи про своего сына, - попросила Нарцисса. - Хорошо. Ему 7 лет, его зовут Аксель. Это значит топор, - начала Найроби, - И он крутой. Мой сын - настоящий боец, он пережил все. Он, как пробка посреди моря. Он не тонет, - воспоминания о сыне вызвали у Найроби улыбку. Нарцисса тоже улыбнулась. Но потом улыбка Найроби исчезла, а в ее глазах Нарцисса увидела боль. - Однажды... Мне нужно было продать таблетки, - произнесла Найроби, - И... Я оставила его одного. На пять минут. Я отошла лишь на пять минут, и он начал сходить с ума со своим Человеком-Пауком. Потому что Аксель хотел быть супергероем. Он ползал повсюду! У него хорошо получалось. И он вылез на террасу через окно. Потом он взял стул, встал на него и...закричал:"Мамочка! Мамочка!". И пять минут спустя приехали все: полиция, пожарные, скорая. Все... И меня поймали с таблетками, и...я села в тюрьму. А мой ребенок стал мотаться по приемным семьям. И мне не разрешали к нему приходить, звонить. Потом меня выпустили из тюрьмы, и...ничего не произошло. Мне его не вернули. Мне не позволяют видеться с ним. Но я знаю, где он. Он на Канарских островах. В семье, владеющей отелем. С ним все хорошо. - Ты его заберешь? - спросила Нарцисса. - Да. Обязательно. Увезу его на другой конец света, и каждый его день будет самым счастливым. Уж я-то об этом позабочусь, - пообещала девушка, - Вот, что я тебе скажу... Никто ничего не испортит в этом ограблении. В том числе и я. А если кто-то все испортит... Я разрушу его жизнь. - Ты была бы очень хорошей матерью, - искренне проговорила Неаполь. - Нет-нет-нет... Я была ужасной матерью. Но я все исправлю, - пообещала Найроби. Нарцисса улыбнулась, - Выпьем? - Конечно. Но выпить девушки не успели, так как раздался стук в дверь. Найроби поднялась с кровати и открыла дверь. - Я увидела твой шрам, и...он привлек мое внимание... - говорила Токио. - Токио, прости, но я больше не хочу об этом разговаривать. Входи, - пригласила Найроби, открыв дверь шире и сделав пригласительный жест. Токио вошла и, увидев Нарциссу, прожгла ее взглядом. - А ты что здесь делаешь? - спросила Токио. - Пришла к Найроби, не видно? - съязвила Неаполь. - А ты еще и язвить умеешь? Ну прям идеальная! - улыбнулась Токио. - Стараюсь, - ответила Нарцисса. - Мы собирались выпить, присоединишься? - спросила Найроби. - С превеликим удовольствием! - ухмыльнулась Токио, - Только вина будет недостаточно! Угадайте, что у меня есть? Текила! После нескольких бокалов девушки вовсю веселились. Они нацепили смешные очки и аксессуары, включили музыку, танцевали и подпевали. Найроби обмотала себя гирляндой, Неаполь распустила волосы, а Токио надела розовую повязку на голову. Веселье могло продолжаться до утра, но пришел Профессор. - Сейчас 4 часа утра, - произнес он вкрадчиво, - Завтра у нас урок. Пластиковая взрывчатка. И было бы неплохо, если бы вы отдохнули перед ним. - Да, Профессор, - захихикала Найроби. - Вам очень идет пижама, Профессор, - улыбнулась Токио. - Ложитесь быстро! - приказал Профессор. - Все вместе? - ухмыльнулась Неаполь. - По отдельности! Давайте! Все в постели! - разозлился мужчина и вышел из комнаты. - Вы слышали? - засмеялась Токио. - Он меня возбуждает, - захихикала Найроби, - Сильно было заметно? - Ооо, да! - улыбнулась Токио. - Ну и пусть знает! - засмеялась Найроби. Девушки захихикали и повалились на кровать Найроби. - Эй, а я где буду спать? - возмутилась она. - Не наши проблемы, принцесса, - ответила Неаполь, и Токио засмеялась. - Полностью...ик...согласна! - воскликнула Токио.
