Misfit

Не то чтобы Рей была очень раздражительным человеком, однако некоторые вещи выводили из себя даже ее. Такое случалось, к примеру, когда Норайо начинал сетовать на жизнь, не обращая внимания на какие-либо попытки обратиться к нему. Обычно Арису конечно справлялась своими силами, но иногда всё-таки приходилось притаскивать Сэтоши, который тут же приводил нерадивого учителя в чувства обещаниями о сокращениях зарплаты и выговорах. Хотя все и так знали, что от такого специалиста как Норайо никто никогда бы не избавился, но после посещения мастерской управляющим Хикэру действительно успокаивался. Ненадолго, но все же. И конечно хорошо, что Тойя по уровню сварливости ещё не дорос до Норайо, однако, похоже, что все к этому шло. — Почему бы тебе не отпустить меня прямо сейчас? — в конце концов, Рей сделала все, что могла: подлечила этого странного мальца и даже аппаривала именно в указанное место, а не куда-нибудь в Хоккайдо. Хотя даже это далось Арису тяжело — она слишком долго использовала магию лишь понемногу, и поэтому ее слабому и непривыкшему к нагрузкам телу уже требовался отдых. И в данный момент единственное, чего хотелось Рей — это завалиться в кровать и не вставать примерно пару десятков часов. И тем более раздражительной становилась крепкая хватка мальчишки на руке. — То есть ты хочешь просто так уйти, да? — Тойя усмехнулся, немного откинув голову назад. Конечно ему было весело, заставить Рей потратить столько энергии сможет не каждый. — А мне что-то мешает? — Нет-нет-нет, — он отпустил ее запястье, и отступив на пару шагов назад, продолжил: — Мне всего лишь была интересна твоя реакция, — довольное лицо Тойи озарила ещё одна усмешка. Казалось, того мальчика, лежащего в кустах и без живого места от ожогов, никогда и не было. И это почему-то не могло не радовать. — Что ж, если на этом все, то я могу откланяться, — с улыбкой начала Арису, так же делая шаг назад и смотря мальчику прямо в глаза, хоть они и находились на пару сантиметров выше нее. — И я надеюсь, что ты будешь и дальше беречь себя, Тойя. Хоть Рей уже давно и не была героем, однако от с детства прививаемых привычек и принципов так просто не избавиться. И Арису не могла не волноваться даже за какого-то уличного ребенка, которого скорее всего уже никогда больше не встретит. И возможно это даже к лучшему, всё-таки то, что она показала ему частицу своей силы — опасно. Поэтому Рей лишь надеялась навсегда разойтись с этим недоразумением. — Почему-то что-то мне подсказывает, что мы ещё с тобой встретимся, Рей-сан, — так и не поняв отчего вздрогнув — то ли от пугающего обещания, то ли от непривычного обращения, — Арису уставилась на Тойю, склонив голову. В это время мальчик уже дошел до поворота в какой-то переулок, наконец-то оставляя Рей одну. Однако перед тем, как окончательно исчезнуть, Тойя все же остановился, повернувшись в сторону девочки и произнес одни довольно искренние слова: — И спасибо, — по сравнению с прошлым его голос стал намного тише, будто бы на самом деле он и не хотел быть услышанным. — Возможно, если бы не ты, я бы умер там. Не то чтобы все было настолько серьезно, однако Арису понимала, что скорее всего для этого ребенка сегодняшняя ночь была действительно важной. Поэтому она лишь с улыбкой кивнула, принимая благодарность, на которую Тойя лишь по-доброму ухмыльнулся, скрываясь в темноте. Что ж, Рей тоже уже пора. И почему-то предчувствие говорило девочке о том, что эта встреча была до потрясающего занимательной. Хотя, возможно, печально известная удача Поттеров сработает даже здесь. Кто знает? В любом случае, Арису стоило огромных усилий открыть глаза на следующее утро, когда всегда веселая Теруко впустила яркое солнце в ее комнату. Начинался ещё один день и Рей искренне не понимала, почему решила выйти из дома именно вчера. Если бы только она не встретила того странного ребенка — Тойю, — то ее секрет и дальше был бы надёжно скрыт. А теперь даже она не могла предполагать, что случится. Он выглядел как тот, кто живёт в самых низах общества, поэтому наверно сильно беспокоиться об этом не стоит, однако… Сам факт того, что она позволила этому произойти, пугал. Хотя такие мысли пугали не меньше. Казалось бы, когда-то Арису была бы рада лишь тому, что смогла помочь человеку, а сейчас заботиться лишь о собственной безопасности. Просто смешно. Не сдержавшись от нахлынувших эмоций, Рей слишком громко поставила на стол стакан с соком. — Эй, Рей-чан, ты в порядке? — резко подняв голову, девочка круглыми глазами уставилась на ничего не понимающего Акане. «Ох Мордред», — все, что пронеслось у нее в мыслях. Сейчас вся семья Арису завтракала, и поэтому столь грубое поведение Рей наверняка их взбудоражило. На нее смотрели все кто только находился в комнате, а сама девочка, смутившись, тихо промямлила: — Извините, я просто задумалась кое о чем, — снова собравшись, Арису улыбнулась, делая глоток из злополучного стакана. — Я правда не хотела никого пугать… — Ох, что ты, Рей-чан, все в порядке, просто это прозвучало довольно неожиданно, вот и все, — Акане все ещё был таким же прекрасным отцом. Мужчина встал со своего места и осторожно подошёл к дочери, присаживаясь на колени и беря ладони Арису в свои. — Я понимаю, почему ты сегодня так волнуешься, всё-таки ты впервые встречаешься со своим новым учителем, разве не так? Ох черт, как она могла об этом забыть? Рей всегда знала, что происходит, с кем и где; девочка старалась запомнить всю информацию, которую она получала на уроках и быть в курсе всех новостей агентства. Все, чтобы иметь хоть какой-нибудь, пусть даже и иллюзорный контроль. Однако в последнее весь карточный домик рассыпался. И у этого должна быть причина. Причина есть у всего. — Да… Я правда очень волнуюсь, Акане, — девочка прикусила нижнюю губу и сжала ладони отца. В любом случае, сейчас лучше плыть по течению и воспользоваться ситуацией, поэтому если они хотят считать поводом беспокойства это, то пусть будет так. — Ни о чем не переживай, Оне-чан, — к боку Арису прижалось теплое тельце, а маленькие руки обняли сестру, пытаясь успокоить. И хоть это и выглядело смешно, Рей не могла не улыбнуться. — Если кто-то будет тебя обижать, то ты всегда можешь сказать мне! И я обязательно защищу Оне-чан! Малыш Юкине встал в стереотипную геройскую позу, напоминая одного из его кумиров — Всемогущего. Все же этот мальчик заслуживал целого мира, разве не так? И Рей с радостью подарит его брату. — Ну, если так говорит мой милый Юки-чан, то мне не о чем волноваться, — Арису с нежностью потрепала младшего по голове, на что тот скривился, однако даже не попытался уйти от прикосновения. — Я не думаю, что Айзава-сан как-то навредит тебе, милая, — Акане поднялся, подхватывая Рей под плечи и беря ребенка на руки. Хоть девочке и было уже девять лет, она была крайне хрупкого телосложения, из-за чего такому герою, как ее отец, совершенно не составляло труда время от времени носить Арису на руках. — Но на самом деле, меня конечно все ещё удивляет твой выбор, Рей-чан. Мы могли бы позволить обучать тебя кому-то более квалифицированному… Это было правдой. У девочки не было особой причины для того, чтобы выбрать именно этого человека. Однако на своем опыте Рей знала, что люди часто при обучении и последующей жизни концентрируются на своей причуде. И так как официально какой-либо силы у Арису не было, соответственно она должна была научиться сражаться своими силами. Хотя бы ради собственной защиты. И кто бы мог помочь ей в этом лучше, чем человек, который имеет полное представление о квирках и методах противостояния им? — Ну, я просто часто слышала имя Айзавы-сана от других героев в агентстве. Все отзывались о нем как о талантливом герое, против которого не работают причуды, и я подумала, что… — Арису поджала губы, обводя взглядом помещение. Акане внимательно слушал ее, как и Юкине, сейчас сидящий на месте Рей. Лили так же изучающе смотрела на нее, крутя в руках ненужную вилку. То, что она за сегодняшний завтрак не сказала ни слова сильно настораживало Арису. — Ну, он гораздо лучше поймет мою ситуацию и сможет научить меня большему чем люди, которые с детства пользуются квирками. Хмыкнув, Акане проницательно посмотрел в глаза дочери: — Что ж, я думаю, что в чем-то ты действительно права, Рей-чан, — но с хитринкой во взгляде, он продолжил: — Однако как я могу доверить обучение моей дорогой дочери только вышедшему из Юэй студенту? Поэтому над твоими первыми занятиями будет наблюдать Сэтоши! — а уж в том, что Шиничи проанализирует и доведет до родителей абсолютно все, Арису даже не сомневалась. — Да и мы бы с радостью понаблюдали за твоим обучением, Рей-чан, — мягкий, ласкающий слух голос Лили вмешался в разговор, обращая внимание на сидящую в стороне женщину. — Но, к сожалению, у нас с твоим отцом полно работы. — Верно, все же Токио сам себя не спасет, — Акане неловко почесал голову, взъерошивая и так в последнее время непослушные белоснежные волосы. После инцидента с Призраком он немного скинул в весе, поэтому сейчас его всегда добрые глаза выглядели уставшими и впалыми. Это заставляло Арису чувствовать себя виноватой. — Но я ведь могу пойти с Сэтоши-саном, правда, пап? И я уверен, что Теруко-сан тоже захочет пойти! — состроив умоляюще-умилительную мордочку Юкине уставился на Акане, зная, что тот не сможет отказать собственному ребенку. — Конечно ты можешь, Юки-чан. То, как Акане всегда находил выход из ситуации, устраивающий всех, всегда впечатляло Рей. Ее отец всегда был простым человеком, в отличие от той же Лили. Он никогда не заморачивался с имиджем, костюмом и геройским именем. Даже с обычной жизнью. Чем больше Арису узнавала этого человека, тем больше понимала — Акане видит мир в таком же простом, как и он сам, свете. Тех людей, которых он знает, мужчина воспринимает лишь с одной стороны. Так, Лили — прекрасная девушка, которую он узнал и полюбил слишком давно; Сэтоши — дорогой друг и товарищ, что никогда не предаст. А Рей же милая девочка, всегда улыбающаяся и добродушная со всеми дочь. Девочка с геройским будущем, но без возможности полноценно перенять семейное дело. Однако… Сам Акане не замечал насколько сложным стал сам. Он был добрым, излишне добрым и понимающим с семьёй, но когда выходил на поле боя, то моментально становился совершенно другим Арису Акане. Надевая геройский костюм, он будто надевал другую личность. А снимая снова приобретал собственные простые черты. И Рей боялась, что однажды эта хрупкая грань потеряется. Потеряется под грохотом обломков, криками жертв и сиреной скорой помощи. Потеряется из-за яркого смеха Юкине, объятий Рей и успокаивающих прикосновений Лили. И Арису сделает все, чтобы не допустить крах этой ставшей слишком дорогой жизни. Всех этих жизней. Девочку незаметно поставили на ноги и опять погладили по голове, словно она была провинившейся собачкой. — Удачи тебе сегодня, Рей-чан, — мужчина с ласковым выражением лица нависал над ней, словно пытаясь заменить собой выглядывающее из окна солнце. Вынырнув из-под заботливой руки, Арису лишь тихо произнесла: — И спасибо тебе за все, Акане. Кивнув и мило посмеявшись над всей этой ситуацией, мужчина пожелал всем хорошего дня, выходя из столовой, тут же встречая на своем пути Сэтоши и начиная что-то быстро ему говорить. Но не успевшую было закрыться дверь подхватила Теруко, врываясь в комнату. — Прошу прощения, однако сегодня Рей-чан нужно подготовиться, поэтому сегодня я забираю ее пораньше, Лили-сан! — быстро протараторив это, девушка уставилась своими невообразимо голубыми глазами на опешившую от такого напора Лили. Выдохнув, выпустив при этом лёгкий смешок, женщина мягко улыбнулась. — Хорошо, Теруко. Однако в следующий раз постарайся заходить чуть потише. Я понимаю, все сегодня на нервах, но будь аккуратнее, — Теруко немного смутилась, вжав голову в себя, но все так же продолжая смотреть на работодателя. — Мне уже нужно собираться на патруль, но пока есть время, я посижу с Юки-чаном. А ты пока позанимайся с Рей, — склонив голову на слова матери, Арису взяла Теруко за руку. — И хорошего тебе дня, Рей-чан. — Удачи, Оне-чан! — Юкине был все таким же очаровательным. — Благодарю, — ярко улыбнувшись, девочка, сопровождаемая няней, направилась к выходу. — А, и ещё, милая, — ох, Лили хотела сказать что-то ещё? Интересно, — ты сможешь прийти к нам с Акане в кабинет сегодня вечером? Я бы хотела поговорить с тобой кое о чем. Кивнув на это странное приглашение и получив благодарный взгляд в ответ, Арису отправилась в свою комнату. Что бы ни хотела обсудить Лили, это было чрезвычайно важно. Все же женщина в последнее время вела себя невероятно странно даже по меркам Рей. И сегодняшний вечер был прекрасной возможностью, чтобы узнать, что же происходит на душе у ее матери. На самом деле, у Арису уже были были догадки о том, что происходит. И все они были кардинально разными. Начиная с того, что Лили недовольна поведением и воздействием дочери на агентство до размышлений о возможном желании выгнать беспричудного ребенка. Однако Рей все же была уверена в том, что ни один из всех вариантов не был правильным. Размышляя о подобных вещах, девочка вместе с Теруко добрались до тренировочной арены. На самом деле, аренами эти помещения назывались чисто номинально. Не то чтобы Арису видела тренировочные полигоны Юэй, однако была наслышана об их масштабности и разнообразии. И ей даже хотелось когда-нибудь увидеть их собственными глазами. Однако в их агентстве тоже было что-то подобное. Большие подземные площадки, которые использовались прошлыми владельцами как какие-то склады, под крылом семьи Арису превратились в прекрасные места для тренировок героев. Юкине и Рей нравилось иногда тайно пробираться туда и следить за происходящим действом. Сначала, конечно, входить туда им запрещалось, но после парочки раз, когда дети пролазили на арены через вентиляцию, Акане и Лили оборудовали специальную зону, откуда было видно абсолютно все и никто не подвергался случайным опасностям. С тех пор Рей в редкие моменты проводила вечера там. Девочке было интересно смотреть на людей, их индивидуальные стили и приемы. Но, в общем-то, там не часто случалось что-то интересное. Герои практически всегда отрабатывали одно и тоже, и разгонять воду в этом болоте приходилось только лишь зелёным новичкам. Однако скоро и их досуг начинал ограничиваться патрулем, разборками с мелкими злодеями и вечерами в барах. Что ж поделать, все громкие и яркие инциденты всегда доставались только именитым героям. Но сейчас на часто оживленных даже в рабочее время аренах было довольно тихо. Нет, конечно, где-то все ещё слышался тихий шум боя или разговоров, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило здесь обычно. Арису и Теруко спокойно дошли до одного из довольно простых ограниченных залов, который был специально оборудован для не требующих особого реквизита занятий. На самом деле, девочка тоже нервничала насчёт нового человека в ее жизни. Сейчас это поспешное решение казалось довольно глупым и необдуманным. Мордред. Возможно, стоило все же прислушаться к советам родителей и доверить выбор им. Может быть, Лили хотела поговорить именно об этом? Может быть, ей не нравится своевольничество дочери? Хотя… Разве в далёком прошлом не Рей шла одна против всего мира? Разве не она ценой собственной жизни исполнила желание Дамблдора? Так почему же сейчас боится такой мелочи?.. Похлопав себя по щекам и глубоко вздохнув, Арису кивнула Теруко, что обеспокоенно следила за движениями подопечной. Однако увидев решимость на лице Рей, улыбнулась и открыла дверь. К счастью, в девочку, зашедшую в комнату, ничего не полетело. Не то чтобы Арису это ожидала, но не отрицала вероятность этого. В последнее время она определенно излишне волнуется. В углу небольшого зала Рей заметила сидящего на матах парня. У него были длинные, смолисто-черные волосы, закрывающие его лицо, из-за чего девочка не могла разобрать выражение лица ее нового учителя. Услышав звук закрывающейся двери, подросток тут же поднялся, откидывая волосы назад и засовывая руки в карманы. В зале установилась неловкая тишина. Поджав губы, Рей лишь тупо смотрела на Айзаву, почему-то не пытаясь сказать ни единого слова и безмолвно моля Теруко о том, чтобы девушка сказала хоть что-нибудь. И слава Мерлину, ее молчаливые молитвы были услышаны. — Здравствуйте, Айзава-сан! Мое имя Теруко, приятно познакомиться! Я няня вашей ученицы, Арису Рей, — она протянула руку парню, подталкивая Рей также представиться. — Благодарю, я думаю, вы знаете мое имя и почему я здесь, поэтому не вижу нужды в представлении, — это был… Довольно грубый ответ. Забавно. — Вы останетесь здесь или мы с Рей-чан будем заниматься в одиночестве? — Нет-нет-нет, что вы, у меня ещё куча дел, да и за вами наблюдать буду не я, — по тону Теруко было понятно что немного грубое обращение Айзавы ее задело. — Хорошего занятия, Рей-чан! Сказав это, девушка быстро выскочила за дверь, оставляя Арису, которая ощущала себя запертой в клетке с хищником, за спиной. — Мне кажется, вы ее обидели, Айзава-сан, — поворачиваясь к учителю, тихо сказала Рей. На удивление, в ответ она не встретила ни грозного взгляда, ни угрожающих слов. Казалось, что парень даже выглядел немного… Виноватым? — Ох, черт… Теперь у меня будет выговор в первый рабочий день, да? — Нет, — поймав на себе уставший взгляд, Рей продолжила: — Теруко-сан не тот человек, который будет жаловаться начальству на подобную мелочь. Она мило улыбнулась, осторожно шагая вперёд. — Вы можете не волноваться насчёт ее слов. Сэтоши-сан действительно будет наблюдать за нами, однако ничего не услышит. Поэтому я уверена, что сегодня все пройдет хорошо, — услышав, кажется, облегченный вздох, Рей окончательно успокоилась. Возможно, первые впечатления и опасения были ошибочны. Судя по всему, Айзава был не из тех людей с сложным нравом и острым языком, как Норайо. Хотя, возможно, все ещё впереди. — Что ж, так это ты тот беспричудный ребенок, которого я должен тренировать? До этого момента никто не называл Арису беспричудной. Из такта или из уважения и сочувствия к ее родителям, Рей не знала. Однако факт остаётся фактом: Айзава Шота был первым, после установки ее диагноза, кто назвал вещи своими именами. Интересно. — И если ты думаешь, что у меня будут к тебе какие-то поблажки только из-за отсутствия квирка, то ты ошибаешься, — парень сложил руки на груди, смотря на Рей безразличным взглядом красных от полопавшихся капилляров глаз. Айзава вызывал у Арису довольно противоречивые ощущения. С одной стороны, только с первой встречи и с первых слов он вызвал уважение. А с другой, девочке почему-то хотелось узнать, может ли новоиспеченный учитель показать ей больше эмоций и сторон своей личности. Что ж, время покажет, не так ли? — Я именно на это и надеялась, Айзава-сенсей. — Прекрасно, — ей кажется, или это было сказано с толикой одобрения? — Тогда начнем? Получив ответный кивок, губы парня растянулись в небольшой ухмылке.

***

— Оне-чан, разве когда ты говорила, что хочешь обучаться борьбе, то это не означало, что ты будешь сражаться, как мама и папа? Голос Юкине вырвал Рей из ее мыслей, сейчас текущих в голове спокойной рекой. В данный момент брат с сестрой медленно шли обратно в свои комнаты. После урока Сэтоши быстро впихнул Юки в руки Арису, которая даже глазом не успела моргнуть, как управляющий куда-то утащил Айзаву. Скорее всего, в кабинет родителей. Девочка просто надеялась, что после этого разговора парень не откажется от занятий с ней. — Ну, Юки-чан, почему ты думаешь, что я не буду сражаться? — Рей посмотрела на задумавшегося мальчика, что наверняка пытался продумать ответ. Хоть в последнее время он и стал намного лучше разговаривать, однако на каждую фразу у него требовалась целая куча времени, за которую он все обдумывал и только после этого говорил. Невероятно очаровательный и умный ребенок. — Когда мы с Оне-чан смотрим на тренировки героев, то они всегда бегают и бьют друг друга, — ах, вот в чем дело. — Рано или поздно я тоже буду заниматься подобными вещами, — Рей присела на корточки и потрепала брата по голове, — Но пока мы с Айзавой-сенсеем только изучаем теорию и базу. Ведь Юки-чан не сразу начал читать книжки, не правда ли? Помотав головой, Юкине с воодушевлением ответил: — Сначала Теруко-сан учила меня иероглифам, и только потом чтению. — Вот видишь, все в нашей жизни последовательно и поэтапно, Юки-чан. — Пос… Последовательно и поэтапно? — видеть подобное вдумчивое и схмурившееся лицо ребенка было невероятно мило. — Не забивай пока себе этим голову, Юкине, — Рей усмехнулась, — если проще, то это значит, что всему свое время. После этого небольшого разговора, мальчик затих до конца пути, видимо, переваривая полученную информацию. Однако перед тем, как Арису отправила бы Юки в его комнату, чтобы тот дожидался прихода Теруко, он неожиданно подал голос: — Но почему тогда причуда Оне-чан не появилась вовремя? Этот вопрос, заданный собственным братом, немного удивил Рей. Всё-таки, насколько она знала, никто из их окружения уже пару лет не задевал эту щекотливую тему. И все же, в сегодняшние сутки вопрос квирка поднимался уж слишком часто. — Почему тебя это так волнует, Юки-чан? — после ответного вопроса мальчик немного стушевался, однако собрался с мыслями и продолжил: — Возможно ты всего этого не замечаешь, Оне-чан, но я знаю, что почти все герои смотрят на тебя как-то не так. Я не могу объяснить, почему, но меня это очень-очень злит, — ладошки мальчика сжались в кулаки, а голос, до этого довольно громкий и уверенный, задрожал. — Они все почему-то жалеют тебя, но я то знаю, что ты лучше их всех! — от обилия чувств у ребенка из глаз потекли слезы, которые он никак не мог остановить, хоть и безуспешно пытался. И Рей не могла ничего сделать. Только лишь с ошеломлённым выражением лица слушать слова брата. — И этот новый учитель… Я думаю, что все они смотрят на нас свысока! Рыжие волосы мальчика совсем растрепались, будто бы олицетворяя своего владельца: не имеющего порядка на сердце и в душе, бессильного перед собственными эмоциями. Арису постаралась нежно улыбнуться и прижать зареванного ребенка к себе. — Хэй, Юки-чан, — она попыталась привлечь его внимание, что не сразу, но вскоре получилось. — Мой милый, дорогой брат, я понимаю, что все это сильно злит, но какая нам разница с того, что говорят о нас другие? — Юкине отодвинулся и, склонив голову, уставился своими невероятно зелёными глазами на сестру. — Ведь, как ты и сказал, мы знаем, что лучше них всех, не так ли? Получив в ответ неуверенный кивок, Рей облегчённо вздохнула. — Я уверена, что за последние несколько дней ты невероятно устал. Все же ты хоть потрясающе умный и уникальный, но все ещё маленький ребенок, — на попытку возразить, Арису лишь покачала головой. — Так что почему бы тебе не отдохнуть сейчас, пока Теруко ещё не забрала тебя, Юкине? — Ага, Оне-чан, я думаю, ты права, — зевнув, протянул мальчик. Быстро доведя брата до небольшого диванчика в его комнате, накрыв одеялом и закрыв занавески, Рей снова оказалась в коридоре. В том, что Юкине так быстро уснул не было ничего необычного. Арису по собственному опыту знала, что после выброса скопившихся эмоций тело покидают все имеющиеся силы. Поэтому, хоть сейчас было только начало вечера, девочка оставила Юки отдыхать. У нее было ещё одно очень важное дело. И Рей думает, что сейчас самое время направиться к Лили. И не то чтобы Арису волновалась… Хотя кого она обманывает, девочка чертовски волнуется. Она целый день и все занятие с Айзавой никак и нигде не могла найти себе места. И это было довольно смешно. Смешно с того, насколько важными стали люди этого мира для Рей. В момент ее первой жизни она хоть и быстро и сильно привязывалась к людям, взять того же Сириуса, однако так же быстро могла их отпустить. В конце концов, она жила во время войны и постоянные потери союзников пусть доставляли и невероятную боль, но были фактом. С которым тогдашняя Гарриет смирилась. А сейчас она так нервничает только из-за разговора и призрачных опасений и надежд. Усмехнувшись про себя, Рей тихонько постучала в нужную дверь. Услышав приглушённое «Входите», девочка без каких-либо усилий зашла в кабинет. Напротив большого панорамного окна за своим столом сидела Лили, сосредоточенно разбирая какие-то бумаги. Но завидев гостя, женщина тут же отвлеклась, и ее взгляд, до этого строгий и усталый, превратился в нежный и виноватый. Опять. — Ах, Рей-чан, рада тебя видеть. Как прошло твое первое занятие с Айзавой-саном? — жестом пригласив дочь сесть на все такой же лимонный диванчик, Лили расслабленно расположилась в кресле, откинувшись назад. — Все в порядке! Мне очень понравилось! — Рей ярко улыбнулась, все же она говорила правду: в таком угрюмом подростке таился недюжинный талант к преподаванию. И Арису не терпелось его раскрыть. — Но, я думаю, Сэтоши-сан уже вам все рассказал? — Да, милая, ты права, — с лёгким смешком ответила Лили. — И не только рассказал, но и привел его к нам лично. Поэтому мы с Акане уверены, что он действительно хороший человек. Что ж, Рей все так же надеялась, что с Айзавой все хорошо. — Но, Лили, о чем ты хотела поговорить? Такой простой с виду вопрос тут же сменил атмосферу в комнате. По крайней мере, так ощущала себя Арису. Она видела, как Лили тут же занервничала, начиная заламывать пальцы и отводить взгляд. Однако долго это не продлилось. Через пару секунд женщина взяла себя в руки и осторожно подошла к дочери. Опустившись на уровень глаз ребенка, Лили взяла ладони Рей в свои. Арису понимала, что ее мать тоже волнуется, но только по непонятной для девочки причине. — Послушай меня, Рей-чан. Сейчас я могу сказать очень много всего, поэтому я прошу тебя не принимать ничего из этого близко к сердцу, — женщина в нервном жесте заправила уже отросшую челку Арису за ее ухо. — Наверное ты заметила, что в последнее время я веду себя немного странно, не так ли? — немного посмеявшись, она продолжила: — На самом деле, мне кажется, что это уже все заметили, однако никто из них не понимает почему. Угукнув, Рей сжала руку матери, пытаясь поддержать ее этим почти незаметным жестом. — Знаешь, милая, когда пять лет назад мне сказали, что моя дочь беспричудна, у меня просто земля провалилась из-под ног. Я понимала, что сделаю все для твоей защиты, сделаю все, для того, чтобы твоя жизнь была счастливой, — ее голос задрожал, точно так же как и у Юкине пару десятков минут назад. — Но я не могу не волноваться за тебя, не могу не думать, что даже в агентстве и под нашим постоянным контролем кто-то сможет навредить тебе, как это сделал Призрак. — Я все это понимаю, Лили, — Арису услышала громкий вздох и чутко посмотрела на женщину, что, казалось, была готова заплакать. Что ж, сегодня, видимо, у всех сильно шалят нервы. — И я хотела бы рассказать сегодня тебе одну историю, Рей-чан, — о? Это было неожиданно и действительно интересно. — Когда я была маленькой и жила ещё в Англии у меня был один друг. Нет. Нетнетнетнет. Если догадка, пришедшая к Арису за секунду, была правильной, то… Мордред, пожалуйста, пусть Лили сейчас скажет что угодно, только не это. — Он долгое время был для меня единственной опорой и я искренне считала его семьёй. Его звали Северус Снейп. Имя. Всего лишь одно единственное имя сейчас в мгновение разрушило всю сформировавшуюся вокруг Арису Рей утопию. — В детстве мы всегда были вместе до момента появления причуд. У меня, как ты можешь понять, она появилась, но у Северуса… Он родился беспричудным, Рей-чан. И знаешь, мы могли бы жить счастливо и дальше, но я выбрала путь героя и поэтому мы стали все меньше и меньше встречаться, — ее сбивчивый рассказ постоянно прерывался, и если бы Рей слушала, то попыталась как-нибудь поддержать Лили, однако все, что девочка была в состоянии делать — это неверяще смотреть куда-то в пространство, пытаясь упорядочить рой собственных мыслей. — А потом… Так получилось, что мы поссорились и вскоре вовсе перестали общаться. Я переехала в Японию и только после переезда узнала, что он уже мертв. Тут рассказ остановился, и до этого тараторившая без остановки Лили перевела дыхание, при этом скосив взгляд в пол и поджав губы. — Оказалось, что после нашей последней встречи благодаря своим знаниям в химии он вступил в одну злодейскую организацию, и во время одного из налетов его убили. И я… Я просто так боюсь, что что-то подобное произойдет и с тобой, Рей-чан. Лили обняла дочь, пытаясь успокоиться и привести дыхание и слова в норму. Однако все, что было сейчас в голове у Рей-чан — не откровение матери и не ее чувства. А то, что у этой Лили был свой собственный Северус Снейп.