Всё пройдёт...

На создание моего первого фанфика меня вдохновила работа «Sing me to sleep». Всем советую почитать, до слез прям…       «Всё пройдёт…» Что вы должны почувствовать, читая этот заголовок? - Не знаю. Кого-то он наводит на радостные мысли, кого-то наоборот, кто-то начинает размышлять над неоднозначностью этой фразы, а кто-то и не понимает, что же в ней такого. Надеюсь, после прочтения данного «творения», вы поймёте о чём я.       Это было 6 октября. Антон, как и в обычный другой учебный день, шёл в школу, решив закурить, что последнее время хотелось делать всё чаще и чаще. По дороге, как всегда, он встретил Диму, лучшего друга, который жил рядом и почти каждый раз случайно выходил в то же время, что и Шаст. Позов также закурил, что он делал редко, но, видимо, у него утро тоже не задалось. И ребята вместе пошли к школе, обсуждая предстоящий учебный день. Перед тем как зайти в это ненавистное место на восьми часовую каторгу, парни съели пол пачки жвачки, чтобы от них не несло табаком. У Антона всегда с собой была именно мятная жвачка, и не потому что он курил и старался перебить ею запах, просто как-то приятно от неё становилось, причём как во рту, так и на душе. Почти как от курения, хотя это и странно звучит. В жвачке вообще есть вещества, которые вызывают зависимость? Просто, кажется, Антон реально подсел, так как съедать за день почти целую пачку — ненормально. Ну, наверное. А, вообще, какая разница? Ничего же от неё не случится, так что похер. Кстати, месяц назад Диме исполнилось 18, и только тогда он начал курить и то, лишь за компанию с Антоном, так что кроме него ещё никто не знал о вредной привычке Димы.       Уроки в этот день были жутко скучными и ничего толком не происходило. Общался Антон также практически только с Димой, ведь они были старые друзья. На перемене Антон ему рассказал, что сегодня наконец-то будет его первое занятие в театральной студии, в которую он так давно хотел пойти, но не было возможности. Парень немного переживал из-за этого, ведь ему придётся прийти уже в готовый коллектив, в котором все друг друга знают уже месяц, если не больше. Однако после того, как Дима его выслушал и подбодрил, стало намного легче.       Наконец, закончились все уроки. Шаст забежал домой и решил не переодеваться, понимая, что уже опаздывает. Ну, конечно, опоздать в первый же день, что может быть лучше?       «Залетев» в театральную студию, он встретил доброжелательную девушку, которую уже видел в тот день, когда сюда записывался. Она указала на нужную ему дверь и сказала скорее проходить, ведь занятие по вокалу уже началось. Парень понимал, что опаздывать в первый же день ужасно, и тут же ринулся в сторону двери, моментально преодолев расстояние до неё. Он резко дёрнул за ручку и вошёл. Антону стало слегка не по себе, ведь чуть больше десяти человек, а в том числе и учитель, начали озадаченно смотреть на него, ведь он ворвался без стука, так внезапно открыв дверь. И учитывая то, что это Шастун, вместо того, чтобы извинится за опоздание, он не нашёл ничего лучше, чем сказать: — Здрасьте, Антон! — вспомнив дурацкую рекламу жвачки. Пара человек даже поняли отсылку и издали нечленораздельные звуки, чем-то смахивающие на смех. Учительница, в свою очередь, сказала: «Привет, я Алёна!» и указала на стул, на который можно присесть. Во время занятия парень постоянно замечал, что на него как-то странно поглядывают одногруппники. И только под конец занятия до него дошло, что это из-за его нелепого вида. Мало того, что он опоздал, во время распевок практически не попадал в ноты, тем самым привлекая внимание педагога, которому приходилось по несколько раз объяснять Антону одно и тоже, так ещё и сидел с растрёпанными волосами и в неподходящей форме. Все были в чёрных штанах и футболках, ведь в театральной студии всё же присутствовал некий дресс-код, а он один, как дебил, припёрся в бежевых брюках с синим джемпером, надетым поверх белой рубашки.       После вокала, к слегка растерянному юноше, подошла его одногруппника. Она была очень красивая девушка необычной внешности. Высокого роста (не такого как Антон, конечно, но всё же), очень худая и с короткими коричневыми кучерявыми волосами. Некоторые кудряшки были окрашены в розовый и не до конца смывшейся фиолетовый цвет, что выглядело довольно забавно, но привлекательно. Антон ещё на занятии обратил на неё внимание. И нет. Не из-за причёски. В то время, как она пела, вся группа, а вот том числе и Антон, с нескрываемым восхищением в глазах смотрели на неё. Её голос вибрировал, но при этом звучал уверенно, он наполнял комнату своим волшебным звучанием, невероятно поражая, отчего на теле у парня появлялись мурашки. — Привет, я Аня! — улыбнулась ему девушка. — А ты, как я уже поняла, Антон. — нелепо хихикнув, вспомнила она.       За время перерыва, общаясь с Аней, Антон, кажется, успел найти себе новую подругу. Аня уже третий год в студии и знает тут всех, давно занимается вокалом, учится в какой-то школе для очень умных и обожает зелёный чай. Сам Антон рассказал лишь то, что он из Воронежа, в Москву переехал два месяца назад, по инициативе родителей, а в студию пришёл сразу, как только увидел рекламу, ведь всегда мечтал хотя бы частично связать свою жизнь с актерской карьерой. Во время их диалога, к ним подходили другие ребята и обнимали Антона, приветствуя в коллективе. Да-да. Так быстро они уже перешли на объятия. Для кого-то это нормально, но не для Антона, он не привык к таким резким вторжениям на личную территорию. Парень обнимался очень редко и только с близкими ему людьми, но почему-то этих ребят он сразу почувствовал какими-то родными, не испытывая какой-либо неприязни или же неловкости, ощущая лишь теплоту. Странно, конечно, но почему-то вот так. Спустя 10 минут их общения, Аня вдруг взяла Антона за руку и повела в каком-то направлении, идя за группой. — Алёна, которая вела у нас вокал — это жена Арсения, он наш педагог по актерскому мастерству, которое, кстати, сейчас должно начаться. — поторопила его Аня, и вся группа зашла в просторный класс. Справа от выхода стояло несколько рядов стульев, на которые все начали садится и кидать рюкзаки. Слева почти на всю стену располагалось зеркало, а в конце комнаты висела шторка, по-видимому, играющая роль занавеса во время репетиций. Из-за неё вдруг вышел симпатичный брюнет лет двадцати пяти. Он был высокого роста, с хорошим телосложением, доброй улыбкой и с выразительными голубыми глазами. — Всем привет! — сильнее приподняв уголки губ, поздоровался мужчина, делясь со всеми своей позитивной энергией. И тут он заметил новое лицо в их группе: — А ты же Антон? — не переставая улыбаться, задал вопрос педагог, смотря на Шастуна. — Да… Здравствуйте. — смущенно ответил парень, не привыкший к такому вниманию, и опустил взгляд в пол. — А я Арсений Сергеевич — педагог по актёрскому мастерству, можно просто Арсений. — не отрывая взгляда и быстро, но внимательно, рассматривая нового ученика, сказал учитель. Выждав ещё паузу, он продолжил: — Ну что ж, познакомились, теперь давайте начнём наше занятие. На протяжении первых минут урока Антон чувствовал небольшое смущение и дискомфорт. У него так всегда в новой обстановке и компании, хотя в этот раз неприятные ощущения почти прошли, когда парень увлёкся работой вместе с остальными.       Занятие прошло очень интересно, оно длилось два часа, однако, никто и не заметил как быстро пролетело время. Арсений рассказал, что у него наконец появилась отличная идея для нового спектакля и ему надо понять, кому какие реплики лучше раздать, а также, кто и как взаимодействует друг с другом. Педагог проводил интересные тренинги и в конце поделил ребят на группы, дав каждой тему, по которой они должны были придумать и показать миниатюру.       Два часа пролетели незаметно, и ребята сидели в раздевалке, вспоминая самые смешные моменты во время занятия и рассказывая Антону обо всём и всех в студии. Через тридцать минут после их посиделок всех начали выгонять, так как охраннику нужно было закрыть все классы на ключ и идти домой. Все быстро друг с другом попрощались и ушли, а Шастун с Аней направились в сторону метро. Дом, теперь уже подруги, находился как раз рядом. Антон жил на Профсоюзной и ему нужно было проехать пару станций, но он не спешил, ведь возвращаться домой совсем не хотелось. Проводив Аню, Антон понимал, что ему на завтра нужно делать уроки, и только поэтому направился в сторону метро, хотя при любой возможности погулял бы ещё. Многие школьные учителя его недолюбливали, по непонятным для всех причинам. Да, он был не самым умным и не особо активным в классе, но ведь и проблем никаких не приносил, никого не доставал и не провоцировал. Ну и, конечно же, учителя любили докапываться до него. Хоть Антону и было как-то плевать на школу, одноклассников, педагогов и их мнение, всё же было неприятно, когда всему классу рассказывали, какой же ты дебил.       Приехав в половину десятого, Шаст зашёл в квартиру уставший и с единственным желанием — поскорее лечь спать. Но ХА. Какой наивный. Поспать решил. Ага, сейчас! Хрен тебе Тошенька, а не сон. "Почему?" — спросите вы. — Да потому! Потому что это его обычный день, и как только он вошёл, сразу услышал недовольные крики своей семьи. Дома у Антона вечная ругань. Всех что-то не устраивает и постоянный бардак. Казалось бы, только Шастун навёл порядок во всей квартире, а через час уже опять срач. И несмотря на то, что Антон никогда не мусорит и за всеми всегда убирает, за грязь всегда ругают его. Ещё у него есть младшая сестра Настя. Он её любит, да и она его вроде тоже, но выбесить она может ТАК СИЛЬНО, что ты просто хочешь кого-нибудь убить, а точнее — её. Да и бардак в основном из-за неё. Как только она успевает мусорить? Никто этого не понимает и, по-видимому, никогда не узнает. Конечно, как только Антон зашел на кухню, ему сразу начали предъявлять за грязную посуду в раковине, которую тот не оставлял, ведь он даже почти никогда не ест дома. Он в принципе почти не ест. Перекусывает иногда на школьных завтраках и обедах, хотя чаще всего не доедает, ведь как это можно есть? Из чего это делают вообще? Там же всем явно плевать на санитарию и какие-либо нормы кулинарии! Парень понимает, что спорить с родителями бесполезно. Ведь он это сто раз уже проходил. Как только начинаешь говорить, что тут нет твоей посуды, у тебя спрашивают: «Почему? Ты что помыл за собой, а за другими сложно? Или ты сегодня ничего не ел? Почему ты ничего не ешь?..» или же «А откуда тогда посуда?..» и всё в таком духе. Ну и после обязательно начинают пилить мозги, и, в итоге, как ни крути, ты виноват. Антон уже свыкся с этим и понял, что ничего не сделать. А вообще, он любит свою семью. Очень. Правда! И они его тоже. Родители почти всегда готовы поддержать морально или материально. Они всегда за него и уважают его выбор. Казалось бы, идеальная семья, но эти выяснения отношений на повышенных тонах, вечное вхождение в его комнату без разрешения, непонятные обвинения и бардак — не дают покоя. Для Антона всегда главным было личное пространство, уважение друг к другу, чистота и тишина. С уважением у них вроде ещё относительно нормально, а вот с остальным очень сложно…       Сделав все уроки, а точнее только то, что было важным для Антона и то, что он собирался сдавать, а это: русский, математика, английский и литература (слава Богу, завтра не было литературы, ведь по ней ещё сочинение писать). Антон со спокойной душой пошёл спать. Он почти никогда не делал остальное домашнее задание, разве что пробегал глазами по тексту параграфа перед уроком и иногда списывал дз у Димы на перемене. Учился парень не так уж и плохо, почти без троек, хотя, школа его вообще не волновала. Для него главное в жизни: успешно сдать экзамены, поступить в приличный институт на бюджет, а после найти работу мечты и зарабатывать там хорошие деньги. Любовь в планы Антона никогда не входила. Он даже ни с кем не встречался толком. А зачем тратить время на отношения, которые всё равно закончатся, и останется только боль? Шастун понимал, что в семнадцать вряд ли встретит свою судьбу, так зачем трепать себе и другому человеку нервы? Вместо этого парень много читал, иногда занимался спортом, подрабатывал, делал кучу вещей по дому, размышлял о будущем и представлял как должна складываться его судьба. И жил он так долго… лет семь-восемь. Предполагал, что асексуален, искал адекватные способы заработать, для себя писал сценарии к фильмам, надеясь, что может стать режиссёром, был помешан на худобе, старался не привязываться сильно к людям и снимался иногда в массовках, в надежде, что это хоть как-то поможет ему с карьерой. Но нет. Он тратил кучу сил и времени, никак не продвигаясь, зарабатывая за весь съёмочный день (а это часов шесть) от силы чуть больше тысячи рублей. В принципе его устраивала его жизнь и позиция в отношениях с людьми. Но. Всё проходит… всё когда-то заканчивается. И не заметно для Антона его жизнь постепенно начала меняться, как раз с этого дня.       Перед сном Шастун всегда вспоминал прошедший день, размышляя над многим, поэтому мысли о занятии с Арсением его не смущали. Ну он о нём думал, и всё. Ничего в этом такого нет, верно? Просто классный учитель, вот и всё. Для Антона это совершенно обычные размышления. И, как раз-таки с этими мыслями, что Арс топовый, красивый препод, Антон и заснул. Для него не было проблемой признать, что человек красивый, если это действительно так. То есть, если ему нравится человек внешне, вне зависимости от пола, в этом же нет ничего такого, это просто факт, и не нужно из-за этого напрягаться, он же не собирается с этим человеком спать. Ну и, конечно, думать о каком-то человеке тоже нормально, но Антон ещё не понимал, что будет думать о нём ещё долго, а с каждым днём всё чаще и сильнее. Это будет невыносимо — это чувство непонимания, съедает изнутри, сбивает привычный ритм жизни, мешает планам на будущее, выбивает из колеи и насильно вытаскивает тебя из зоны комфорта, в которой, чёрт возьми, так комфортно. Так зачем же её покидать?