Во всём виноват свитер

      Проходили дни, и Гарри постепенно вливался в новый режим, узнавал всё больше доселе незнакомых ему лиц. Ребята не сидели на месте и культурно развивались, посещая разные места волшебного Парижа. Кроме того, он часто наведывался в библиотеку, что тоже была закреплена за поместьем и гостеприимно распахивала двери перед любым пытливым умом. Но он приходил туда не за книгами. Он приходил туда за образами детей, что приехали сюда в одну смену с ним.       Например, он узнал ту параноидальную девчушку, что почувствовала его присутствие в поезде и изрядно разнервничалась. Сейчас она выглядела совсем иной - спокойной и задумчивой.При виде Гарри она надула щёки и, отвернувшись к массивному книжному шкафу, жеманно вздохнула.(Какие же изнеженные существа порой попадаютя в гуманитарных кругах!) Другим частым гостем библиотеки был Джимми Х. - долговязый хилый мальчишка, что носил громандных размеров очки и вечно носился со всякими горшочками и книгами по ботанике, так как очень боялся их потерять. Говорят, что вся эта суета была обусловлена обсессивно-компульсивным расстройством, от которого Джимми в лёгкой форме страдал. Занятия творчеством на природе действительно помогали ему прийти в равновесие, а вот совместные поездки по музеям и кафе вводили его в панику,так что он был редким гостем на этих мероприятиях. Если честно, Гарри они тоже заставляли нервничать, ведь он всё ещё был должен Малфою чёртову дюжину галлеонов. Как только они приезжали в какую-нибудь лавку со сладостями и подростки набрасывались на стенды с канареечными помадками, засахаренными крыльями бабочек и всем остальным добром, Поттеру становилось неловко. Особым удовольствием считалась самая дорогая и исконно французская сласть под названием «fuyant savaren*». Это было что-то наподобие магловской выпечки, пропитанной сиропом и пряностями, но, как известно, в мире волшебников не всё так просто. В скрытой от обычных людей части Франции это был своего рода "бисквит с сюрпризом", ведь сироп в нём непременно скрывался в образовавшихся во время выпекания порах, и когда какой - нибудь сладкоежка подносил деликатес к своему рту, из него моментально, словно водопад, вытекала сладкая жидкость. Она могла залить всю одежду и предметы вокруг, но стоила своих денег. Парижские маги на досуге даже проводят состязания, суть которых съесть выпечку и при этом не испачкаться, причём были случаи, когда у кого-то реально выходил этот ловкий фокус.Чем объяснить такое чудо, знают только французские волшебники, но никогда вам не признаются. И вот, перед ребятами, подсвеченный лампочками, в огромном стеклянном подносе, восседал тот самый десерт. Драко бы точно купил его, будь у него деньги, но увы все они были потрачены, а писать родителям о том, что он исчерпал все сбережения за три или четыре дня было бы максимально подозрительно. Тогда в лавке он смотрел в лицо Гарри так хмуро и одновременно жалобно, что становилось не по себе. Поттер.. Коренастый механизм с шилом в заднице, который вечно портит ему жизнь. Мальчик, который на протяжении уже трёх лет лишает его жизненных удовольствий, а сейчас и ничтожного куска лакомства, которое могло принести в его существование какой-то смысл. «-Что только движило мною в тот момент? - задумывался Малфой. - Я же просто соврал ему, когда говорил, что беру его с собой, так как переживаю за репутацию семьи. Какая дешёвая, наигранная ложь.» Порой Драко ловил себя на мысли, что в порывах гнева запросто мог бы задушить его голыми руками, но всякий раз рвал на себе волосы, карая свою отчасти тёмную душу за те страшные посылы, которые она ему передавала. Они всё ещё находились наедине со сладостями, но Малфоя вовсе не интересовал приторный рай витрин, что пестрили своим своими до одури изощренными лакомствами. Его всецело интересовал Поттер, которого по определению стоило ненавидеть за всё, что происходило между ними ранее, но теперь он не мог, и от этого становилось ещё хуже. Вот, к Поттеру идёт симпатичная темноволосая девчонка, тоже до приторной тошноты идеальная, как и эти отвратительные конфеты (по крайней мере, так думал Драко). Хрупкое и прелестное существо с бойкими глазками несло в своих ручках лакомый кусочек только что купленного «fuyant savaren» и звонко смеялось в лицо Гарри. Не боясь запачкаться, она ловко разделила добычу на двоих и поделилась с ним. Малфоя пробила дрожь, и он нервно схватился за горло, будто ещё секунда и его вывернет на все триста шестьдесят. В помещении, где всем было сладко, Драко стало солоно. Казалось, что голова вот - вот взорвётся, а воздуха в тернистых лёгких едва хватало, но он всё же был вынужден рисовать непринужденную улыбку на своём лице и делать вид, что внимательно слушает красивые французские речи шоколадницы, работавшей здесь. Быть в месте, где всё излучает позитив, но при этом чувствуя внутреннюю тревогу - особое чувство, и тот, кто с ним сталкивался, на этом моменте должен ощутить холод, слабо подступивший к рукам. Но Малфой понимал, что должен держать себя в этих самых руках, чтобы мисс Вьен и все остальные не заметили, а то лишний визит к психотерапевту ему обеспечен. Почтительно кивнув, парень сказал что хочет на минутку выйти на улицу и подышать воздухом, а то он «человек к жаре особо восприимчивый, а тут стало душновато». И опять это была ложь, ведь резные окошки лавки были настежь распахнуты. На выходе он ощущает, что сзади кто-то настойчиво приближается. Кто, если не Поттер? Драко посмотрел сначала на Гарри, а затем на его дрожащую руку, что протягивала кусочек десерта, который он видимо поделил ещё на два. Кровь окончательно отлила от его благородного лица, но он все-таки принял угощение. -Спасибо. -Это я должен говорить тебе спасибо. - улыбнулся Гарри, но получше рассмотрев Драко, он изменился в лице. - Что-то случилось? При свете солнца Малфой смотрелся прозрачным и неестественным. Вернись он в Хогвартс, его бы точно приняли за одного из призраков, день и ночь блуждающим по коридорам и ванным. Он смотрел на Гарри с лёгким прищуром, но уже не боялся останавливать свой взгляд надолго,вернее, у него уже просто не было на это сил. Лучи солнца играли на их лицах, пока летняя земля пахла лёгкой сыростью и свежестью ласкового города. По улицам носились причудливые ведьмочки-француженки в забавных чепчиках, а сизые птички на ветках пели свои вечные песни о расцвете всего живого и прекрасного в этот июньский день, но двое не замечали ничего вокруг: один жил моментом, а в другом жизнь медленно угасала. -..Я..Со мной всё хорошо.. - притворно выдавил Малфой и обернулся к лавке, выискивая кого-то через стеклянную стенку. - Я просто ищу Джека.. И, не оглядываясь, Малфой забежал обратно в лавку и махнул рукой какому-то мальчику, облачить личность которого Гарри ещё не успел.

***

fuyant savaren* - бегущий саварен