Академия ГИБСГ

Хруст попкорна. Фильм оказался предсказуемым и оттого не волнующим, поэтому Володя умиротворенно наслаждался картинками, сменяющимися на большом экране. Заливистый смех, проходящий по залу волной и возвращающий за собой прежнюю тишину и сконцентрированность на просмотре. Парень перестал посматривать на вход ещё до того, как в фильме обозначилась завязка. Приглушённый свет и ощущение безопасности. Фильм приближался к кульминации. — Молодой человек, куда? Где ваш билет?! — неприятно-звонкий голос сотрудницы кинотеатра обратил на себя внимание не только Володи. Взлохмаченный блондин ворвался в зал. — Мне нужно к Володе, — требовательно сказал Дио. Шокированная ситуацией женщина округлила глаза: — Чего?! Вы что, наркоман? — схватив парня за руку, она повторила ещё раз: — Оплатите билет! Бейсболист недовольно отвлёкся от разглядывания лиц, мелькающих в темноте. Небрежно достав из кармана пятитысячную купюру, он спросил: — Столько пойдёт? Женщина уставилась на деньги. Недоумение на её лице сменилось довольной и всё-на-свете-понимающей улыбкой. Слегка поклонившись, сотрудница оставила зрителей один на один с блондином. Володя устало потёр виски от тревожного осознания своей участи. В надежде остаться незамеченным, он припустился на сидении и вжал голову в шею. — Извините, — сказал Дио скорее для формальности, чем от раскаяния, — вы не видели здесь Володю? Последняя фраза повторилась не один десяток раз — раз за разом получая отрицательный ответ, Дио настойчиво продолжал поиски друга: — Ну, такой, парень. У него хвостик ещё классный, а на лице краска до сих пор не обсохла. Заметив знакомую причёску, блондин взбудоражено подбежал к незнакомцу и стал дергать его за аккуратный хвостик. Маленькая девочка начала плакать. Расстроившись, Дио безразлично продолжил поиски. — Извините, вы не видели здесь… Сидящий на первом ряду Володя не выдержал: — Блять, ты долбаеб? Довольный бейсболист мигом спустился с десятого ряда и, игнорируя осуждающе-злые взгляды зрителей, комфортно уселся рядом с уже успевшим устать от него парнем. Володя молча предложил другу попкорн. Дио был тем самым человеком, про которого говорили: «Лучше бы он был немым». После нескольких комментариев блондина о несуразности сюжета, отсутствии таланта у актеров и плохого качества съемки, у парня в руках зазвонил телефон: в зале раздался трек «скрипка супер песня клубняк». — Опа, мама звонит, — сказал Дио и встал, а затем, пританцовывая, направился к выходу. Перед тем, как выйти, он показательно исполнил пару ловких элементов из тектоника. Володя, для которого эти движения были произведены, равнодушно попивал колу и, не отвлекаясь, наслаждался фильмом. Возможно, он был единственным в зале, кому это удавалось. Блондин вернулся спустя несколько минут и продолжил комментировать фильм: — Ой дебил… Ну куда ты… Художник окинул взглядом соседа, активно жующего попкорн, и поинтересовался: — А откуда у тебя телефон? Ты же утопил свой. — Так я достал его, — ответил Дио так, словно это было в порядке вещей. Володя не удивился безумию своего друга. — Кстати, — сказал блондин и показал пальцем в сторону фильма, — я что-то приспу… пропустил? После произнесённого вопроса в зале заиграла приятная мелодия, а на экране высветились титры. Люди стали покидать свои места. Парни оказались одними из первых в очереди на выход, когда Дио с улыбкой заявил: — Фильм был очень клёвый. Особенно концовка. Брюнет скептически взглянул на лицо друга: — Ага. Иногда Володя всерьёз задумывался о том, какие именно мысли проскакивают в голове блондина; как он рассуждает и почему поступает именно так, как поступает; что движет парнем и отчего он своим поведением лишь вызывает интерес, а не, наоборот, отталкивает. Это напоминало не имеющую решения физическую задачу: подходящая формула не приходила в голову или вовсе не существовала. Володя взглянул на высокого парня, рассматривающего буквы на большом экране — он был единственным, кто это делал. Эксцентричный и спонтанный Дио иногда раздражал, но чаще вызывал приятные эмоции, заставляющие почувствовать жизнь здесь и сейчас. Словно находясь рядом с ним ты можешь быть кем захочешь и делать то, что захочешь — и тебе ничего за это не будет. Брюнет улыбнулся своим мыслям. Парни покинули зал и направились в сторону гардероба, когда широкоплечий мужчина подошёл к Дио и крикнул: — Эй, блондинчик! Это ты обидел мою дочь?! Студент в непонятках несколько раз моргнул и обернулся, ища вокруг себя блондина. — Кого он зовёт? — с неподдельным удивлением уточнил Дио у своего друга. Незнакомец взглянул на парня сверху вниз: — Я с тобой разговариваю! — В чём дело? — Это ты обидел мою дочь?! — Ты о ком говоришь? — шокировано переспросил бейсболист. — Кто посмел? Я сейчас же отомщу ему! Мужик осознал, что разговаривать с человеком, стоящим перед ним, бесполезно, и вырвал из рук парня телефон, на котором всё это время играла электронная музыка. Дио почти дотянулся до накаченной руки незнакомца, когда тот с размаху швырнул мобильник об пол. — Э, ты чё творишь?! — крикнул Володя. — Ебать! А я тут причём? — произнёс Дио вслед уходящему мужику, а затем нагнулся, чтобы подобрать смартфон. Разбитый экран отражал яркий свет от лампы и грустные глаза парня. Он обреченно сказал: — И как я теперь буду слушать музыку?! Володя ободряюще похлопал друга по плечу, но, не получив позитивной реакции, неловко убрал руку. Художник знал, что телефон для блондина — это нечто намного большее, чем средство связи, ведь парень даже не постеснялся достать его из туалета своей собственной рукой. Брюнет протянул Дио свой смартфон и неуверенно сказал: — Можешь взять мой. Глаза блондина заблестели; на радостях он горячо спрятал Володю в своих объятиях. Дио прошептал слова благодарности так, чтобы только брюнет смог их услышать. Художник спрятал своё лицо, опустив его на плечо друга — так, чтобы никто не узнал, что он покраснел.