Душа в поисках тепла

– Ну, конечно, легче во всем обвинить ребенка, который даже вам противостоять не сможет, – зло шипит девушка, слегка склоняясь корпусом вперед и тут же угрожающе замахиваясь на двух подростков лет четырнадцати. Карина теперь не может, когда кто-то пытается свалить на другого свои проступки. Накосячил – признавай, а дальше капризничай, как хочешь и не извиняйся за свое дело. Зло блеснув глазами, девушка все же решила не пачкать руки, и потому просто кивнула напуганным до чертиков мальчишкам в сторону двери. Пока сладкая парочка спешно ретировалась под яростный взгляд старшей, Карина успела придумать, как отомстит этим не очень умным, но явно наглым детям, и только через мгновение почувствовала, как ее коснулись. Темноволосый мальчишка крепко обхватил ее за пояс, носом уткнулся в живот и пробурчал что-то о том, что и сам бы справился. Луффи попал в этот приют всего несколько месяцев назад, но уже показал свой характер, и почему-то не понравился части старших детей. К счастью, острых зубов Карины хватает на всех, и поэтому она окружает и так несчастного ребенка хоть какой-то заботой. Настолько ласково, насколько может, гладит мальчика по голову, и поворачивает голову в сторону двери, откуда донесся тихий стук. Карине шестнадцать, и она самый старший ребенок в этом приюте. Устало вздыхая, девушка покачивает головой, разминает шею и снова слышит стук в дверь. В этом месте таким занимается только один человек – Сяо Цзю. Выходец из хорошей семьи, получивший хорошее воспитание, и глубоко несчастно дитя, потерявшее все в одиннадцать лет. Карина знает его уже три года, и мальчишка всегда помогает ей, беря на себя смелось проводить воспитательные беседы. Такое разделение ролей действительно верно, ведь она умеет только угрожать да тумаки раздавать. – Уснули? – лениво потягиваясь спрашивает Карина, следя за тем, как Сяо Цзю садится на диванчик рядом с ней. Он кивает, едва заметно улыбается и берет книгу, которую так и не дочитал со вчерашнего дня. Карине совсем не стыдно, что она постоянно отвлекает его от чтения и втягивает в какие-то приключения. У нее нет друзей, она постоянно всем угрожает, и только А-Цзю да Луффи не убегают прятаться от нее, и не жалуются всем остальным, что она опять сделала что-то страшное. А ведь Карина никогда не перегибает палку, но, должно быть, слишком ярко реагирует на некоторые вещи. Тихо взвыв, девушка ложится на диван, совершенно бессовестно используя колено Сяо Цзю в качестве подушки, и прикрывает глаза. Спать она может и со светом, о чем мальчишка знает, однако все равно опускает холодную ладонь на ее глаза. Карине восемнадцать, но ее воспитание все еще оставляет желать лучшего. – Вы с дуба рухнули? Какая к черту магия?! – подслушивать нехорошо, но и Карина не хороший человек. Она видела, как Лу на какой-то серьезный и важный разговор забрали какие-то люди, и, конечно же, поспешила вмешаться. Мальчика подпрыгивает на месте, отшатывается в сторону от незнакомых людей, но и к Карине не подходит. Это кажется ей странным, но девушка все же преодолевает небольшую комнату и встает перед ребенком, закрывая его от странных людей. В магию, как и во все другое сверхъестественное (ту же любовь), Карина не верит, а потом думает, что это лишь очередной предлог, чтобы сделать ребенку больно. Луффи – маленькое солнышко, пусть и немного глупенький, но очаровательный малый, который смог подружится с ней и даже растопил ее вечно холодное сердце. Глаза одного из мужчин наполняются раздражением, а потом – медленно меняют свой цвет на кровавый. Карина не сильна в переговорах, но она уже вмешалась, а потому не может отступить. Ей на помощь – а может просто на шум – приходит притихший еще сильнее за последний год Сяо Цзю. Карина не верит в магию, но собственными глазами видит, как все вокруг покрывается льдом, а тело ее друга распадается, как разбитая ваза. Осколки уже не склеить, как бы они с Лу не пытались. Сяо Цзю умер. Луффи забрали из ее жизни. Карине двадцать два, и никакая любовь ей не нужна. Она просто стоит перед надгробными плитами и вглядывается в такие родные имена. *** Карине снятся странные сны с десяти лет. Просыпаясь от непонятного холода, который, кажется, пробирается до самой души, девочка едва слышно вскрикивает и резко вскакивает с места. Рукой проводит рядом с собой, нащупывает еще сонного брата и юркает к тому под бок. То, что рядом лежит Кирилл, определенно радует Карину, но она все равно чувствует какую-то странную пустоту в груди. Сворачивается калачиком и жалуется брату, а тот на утро тащит ее к Цукишиме, но девочка не больна, ей просто очень-очень одинока и чего-то в жизни не хватает. Романова утверждает, что, кроме Тиста, ей никто не нужен, но у судьбы, похоже, другие планы на нее. Зима становится сильнее и сильнее, девочка замерзает все больше и больше, тихо жалуется по этому поводу, а потом отправляет подушку в голову внезапно зашедшего человека подушкой. Кто же знал, что это будет учитель… и кто же знал, что угрозы оттаскать ее за уши закончатся тем, что Карина намертво вцепится в бедного Луффи. С ним ей теплее и нет той пустоты в груди. Девочка не знает, почему именно так, но отпускать мужчину не собирается, прилипая, как жвачка и преследуя его на каждом шагу. – Не хочу, а значит, не пойду! – шипит девочка, угрожающе блеснув глазами в сторону Лу, и приготовившись отбиваться схваченным с чьего-то стола учебником. Карине не может сказать, что не любит врачей, однако ехать к не пойми кому и не пойми куда, девочка точно не хотела. И вообще, откуда это у Луффи такие странные связи вне ШИСУ? Впрочем, он та еще загадка, которую Карине еще предстоит разгадывать. Капризно хныкая и размахивая руками ногами, маленькая Коши наивно думала, что Лу пожалеет ее, но этого не произошло. Пиная водительское сидение, Трин тихо, но отчетливо, отпускает угрозы в сторону преподавателя, обещая покусать его, как только у нее появится возможность. Испугало ли это Луффи? Определенно, нет. Понял ли он всего ужаса ситуации? Скорее всего, нет. Мужчину, которому ее хотели показать, звали Шэнь Цинцю, и его магия имела схожее действие с ее. Это немного заинтересовало девочку, пусть она и не подпускала незнакомца близко к себе. Кажется, шла уже их третья встреча. Карина крепко обхватывает пояс Лу руками и исподлобья смотрит за все тем же ни на что не обижающимся китайцем. Она не следит за своей речью, Луффи просто не замечает всего того яда, что выплевывает девочка, а Цинцю выдает ей воспитательные щелбаны. Романова – плохой человек, который использует других – Луффи, как грелку, Цинцю – как опытный образец с похожей магией. Карина не умеет любить, ведь ее этому просто не научили, а потому сама не замечает своей привязанности к другим. Кирилл тихо фыркает, странно коситься в сторону старших, и одергивает сестру за руку. Им лучше держать людей на некотором расстоянии от себя. Карине четырнадцать, и для нее тащить Лу следом за собой на чаепитие к Цинцю – давно вошло в привычку. Кирилл кричит что-то в след, и забирает ее пирожные, чтобы угостить Дисциплинарный комитет, а Трин и не против. Подросток покрепче перехватывает теплую ладонь мужчины, и приветливо издалека машет Цинцю. – Я тут подумала, – неторопливо произносит Карина, следя за тем, как врач разливает своим гостям чай. – Вот вырасту и выйду замуж за тебя, гэгэ! – растягивая губы в довольной улыбке, обладательница разноцветных глаз с удовольствием наблюдает, как вытягивается лицо Цинцю и он медленно поворачивает голову в сторону Луффи. Он ему не поможет, Трин в этом точно уверена, однако, отчего-то, Лу отставляет чашку в сторону, и делает относительно серьезное лицо. – У тебя не получится этого сделать, – Карина вопросительно вскидывает брови и во все глаза смотрит на заговорившего мужчину, подмечая, как тихо выдохнул и потянулся за чашкой Цинцю. – Я женюсь на тебе раньше, чем она, так что не бойся. – Ты не посмеешь выйти за него замуж, потому что я не допущу этого и женю тебя на себе! – ни секунды не раздумывая, выпалила Карина, подпрыгивая на ноги и опираясь руками на стол. Казаться страшнее или выше она не стала, да и мало кто вообще заметил, как на все реагировала сама жертва возможного брата. Цинцю просто подавился чаем, неожиданно осознавая, что он должен был понять, что связался не с теми людьми еще полгода назад. Однако – почему-то – все равно продолжал общаться с теми, кто сейчас спорил о том, с кем именно ему связать свою жизнь. Можно, конечно, попробовать их остановить.. но стоило ли лишний раз привлекать внимание?