Обрывки с тетрадных полей

— Тоесть у вас есть попугай, а вы это скрывали? — Мы не скрывали, просто никто не спрашивал. — А как спросят, если вы не скажете? — Ой, да всё, хватит.       Осторожно чешу попугая по голове, в попытках не причинить ему дискомфорта. Таскэ стоит рядом и внимательно наблюдает. На вопрос про имя он отмахнулся и сказал, что не придумали. Если придумают — привяжутся, а забрали его только на время. — На дороге валялся побитый. Может быть коты попытались съесть. Я не знаю. В любом случае он выздоровел, и его пора отпускать. — Ти нежно отводит от меня попугая, сидящего на пальце и выходит вместе с ним из трейлера, попутно пересадив на плечо. Рабочие будни, начинающиеся именно так — редкость, за которую так и хочется ухватиться. Волнистый попугайчик сидит на его плече и не думает улетать. Таскэ ругается, слабо подёргиваясь, в попытках согнать. Еле слышно усмехаюсь. Он просит помочь. Подношу к лапкам попугая палец, но малыш прыгает на моё плечо и смешно чирикает. Открываю гугл переводчик. — Можно я его себе оставлю? — сухо звучит из динамика. — Не вытаскивай его из клетки, пока он не проснулся. Наваляет кучу размером с чайную ложку. — тихо смеюсь. Попугай в ответ заливается чириканьем, словно всё понимает и смеётся вместе со мной. — Смейтесь-смейтесь, поймешь, когда на себе прочувствуешь. Он мне так на стол нагадил. — малыш снова начинает чирикать. — Мы идём работать или нет? — вновь звучит из динамика смартфона. — Да-да, а ты, — Таскэ указывает на попугая. — Помалкивай пока не попросят. — малыш подлетает и садится на мою голову, путаясь лапками в коротких волосах.       Вечером хочется одного — упасть на кровать и не вставать, но прямо сейчас я не могу себе этого позволить, к сожалению. Придумать куда поставить просторную клетку — сложнее, чем казалось. Возле кровати не выгодно, у двери неудобно. Малыш спрыгивает с головы и подлетая к закрытому шкафу, садится на самый верх. Тянусь к телефону, на что попугай начинает громко чирикать. Мысленно ругаюсь, что он запрещает мне с ним говорить, но всё же достаю телефон. Гугл не даёт ответа, а малыш продолжает галдеть. Убираю смартфон обратно в карман и ставлю клетку рядом со шкафом. Попугай тут же успокаивается и залетает в открытую крышу. — Как бы тебя назвать… — думаю я, перебирая в голове бесконечный поток разнообразных имён. — Рири. — выдаёт попугай, отчего я чуть не падаю на пол. — Рири. — повторяет он. Я снова тянусь за телефоном. Он снова начинает галдеть. — Я не могу говорить без телефона, малыш. — звучит из динамика. — Тебя зовут Рири, да? — попугай слабо чирикает, как бы соглашаясь. Думаю, что сошла с ума, раз начала понимать, что он хочет сказать. — Рири. — повторяет попугай и начинает вычесывать лапкой перья. — Рири так Рири. — думаю я, уходя на кухню, чтобы насыпать малышу еды и наполнить поилку.       Таскэ кажется, что это мальчик, но он не совсем уверен. Говорит, что пол попугаев можно узнать только у ветеринара, а они водили его только два раза: когда определить было ещё невозможно и когда проверяли вылечился ли. Говорит, что вылетело из головы, но пожимает плечами и утверждает, что теперь это не его забота. Ему никогда не нравились попугаи и он не собирается объяснять почему. Танкист снова кричит, отчего Рири, напугавшись, слетает с плеча и садится на голову, в попытке спрятаться в волосах. Таскэ извиняется и уходит. Сталкер подбегает и спрашивает, что это такое промелькнуло рядом, интересуется, всё ли в порядке. Только лезу рукой в карман, как Рири начинает верещать. — Попугай?! Да ладно! — восклицает Сталкер, чем ещё раз пугает малыша. Парень неловко извиняется. Отмахиваюсь, пытаясь показать жестами, что всё нормально. — Не даёт тебе говорить, да? — удручённо киваю, в попытках снова достать телефон, но уже незаметнее. Рири непреклонен. Танкист просит младшего брата помочь. Парень убегает, попрощавшись даже с попугаем. — Рири. — щебечет малыш, поворачивая голову в сторону убежавшего Сталкера. — Пойдём к ветеринару, Рири. — думаю я и выдвигаюсь к врачу.       Рири оказался абсолютно здоровым мальчиком. Еду, на удивление, я подбирала ему правильную. Ветеринар сказал, что малыш будет в полном порядке, но всё же стоит подобрать клетку побольше. На вопрос, можно ли оставить ту, что есть, просто не закрывать вообще — ответил, что тоже нормальный вариант. Малышу нужна свобода, чтобы он не вырывал свои перья. Таскэ, с Танкистом на пару, пришли проведать Рири. Я не упустила момента пошутить, что они похожи на парочку. Хэй, естественно, разозлился. Малыш спокойно сидел на коленях Таскэ, вычёсывая перья. Танкист предпочёл его не трогать. Расспросили что да как, пожелали удачи и ушли работать. Рири вырвал пёрышко. — Стой! Прекрати! — забывшись, проговариваю вслух, кидаясь к попугаю, но резко закрываю рот руками. Рири довольно чирикает и, взяв перо в клюв, садится на мою голову. Оставив его там, возвращается в клетку. — Рири, блин, ну какого лешего. — снова в забытьи проговариваю в слух, но тут же осекаюсь, доставая из волос голубенькое перо. Попугай начинает громко чирикать. Вставляю перышко за ухо и озираюсь, в попытках понять, кто кроме меня находится в комнате. — Слышишь? Слышишь? Это я! Рири! Тебе переводит моё перо! В испуге падаю на пол.