Чай

— Не буду портить утро и говорить, на что это похоже по вкусу. Джон еще не до конца проснулся и сидел за столом, вяло моргая. Угрюмо цедил чай. Горячий, черный, крепкий, с легким запахом чего-то, что ему очень не нравилось. Ровно как и вкус: то, что он медленно потягивал из кружки, больше походило на подкрашенный кипяток, а не на популярный дома напиток. Николаю же пойдет. Несмотря на размеры своего жалования он всегда покупал дешевые чаи, стоимость которых не превышала и сотни рублей — этим и довольствовался. Джон ночевал у него уже второй день. Готовился к миссии, ради которой явился в Россию с огромным кейсом. Он лежал на мягком диване в небольшой гостиной, а внутри — снайперская винтовка, что послушно ждала своего часа. — Добавь еще сахара, — посоветовал Николай, на что Джон отрицательно помотал головой, поставив белую кружку в красный горошек на стол. Квартира у того маленькая. Однокомнатная, которая при наличии в ней двух здоровых мужчин казалась вообще крохотной. Но она уютная. Видно, что в ней и правда живут: в прихожей на пластмассовой полке стояла обувь, грязная и не очень, а на тумбе напротив, где чуть сверху висело зеркало, лежали связка ключей, какие-то свертки бумаги, чеки из магазинов да прочая мелочь. В светлой ванной ютились бутылочки со средствами по уходу за волосами, в гостиной у окна стояла сушилка с мокрой одеждой, а в спальне… наблюдались суровый бардак и незаправленная большая кровать. Комфортно. И тепло, несмотря на настоящую русскую зиму за окном. Джон потер ногу о другую ногу, когда взял с плоской тарелки бутерброд. Во всей квартире реально тепло, и это не давало ему окончательно проснуться. Плюсом он одет в носки, которые тоже нехило грели, оттого приходилось едва ли не клевать носом. Так хорошо, тихо и спокойно, в приятной компании — красота. — Я тут хотел спросить, — Джон откусил кусок. Бутерброды у Николая (которые он со смешком назвал сэндвичами), конечно, получились термоядерными: ломтик от буханки белого хлеба, сыр и толстенный кружок копченой колбасы. От такого мигом пересыхало во рту — приходилось запивать отвратительно невкусным чаем. Николай перевел взгляд с небольшого телевизора на стене на британского гостя. Чуть улыбнулся, кивнул, мол, слушаю. Выглядел он ничуть не лучше: растрепанный, в мятой футболке с логотипом какой-то метал группы и перекрутившейся золотой цепочкой на шее. Джон хотел ее поправить и совсем случайно, невзначай провести рукой по мягким волосам, но побаивался заснуть… в «ответственный момент». А утро получалось таким ленивым! Вот вроде и подходит для разного рода развлечений, а вроде лучше не надрывать горло и спину и спокойно позавтракать под бубнеж репортера, что рассказывал о вчерашнем футбольном матче между российскими командами. Джон увлеченно его смотрел. Вместе с Николаем, разумеется. — Помнишь, когда мы вчера ходили в магазин? — Да. Джон прожевал очередной кусок бутерброда, пока Николай пил чай. — Потом мы встретили несколько пожилых женщин на лавочке около дома. — Да. Николай кивнул с легкой улыбкой, Джон же сощурил синие глаза. — О чем вы разговаривали? — О недавнем скандале в чате дома. — Я слышал свое имя. Джон нахмурился. Он не знал русский (пусть Николай и старался научить его хотя бы выговаривать обыкновенное «Коля»), но отчетливо слышал, как соседка из квартиры слева, Екатерина Ивановна, произнесла пару раз «Джон», поглядывая на того, пока он сиротливо стоял в сторонке, держа в руках пакеты с продуктами. У него вообще появились подозрения, что его русский пилот сплетничает с теми, кто живет рядом с ним: уж слишком часто те улыбались да повторяли что-то про Великобританию и армию. — Те пенсионерки спросили, надолго ли ты приехал. Я сказал, что на пару дней. Марина Сергеевна просила передать, что ты хорошо выглядишь. — Я? — Джон усмехнулся. — Это флирт от нее? — Нет, просто ты нравишься ей и Екатерине Иванне. — Я заметил, — он отпил немного чая, разделавшись с первым бутербродом, и потянулся за печеньем, покрытым молочной глазурью с одной стороны. — Скажи честно, ты рассказал им о нас? — Чуть-чуть. — Пожилым женщинам. Ты рассказал им о том, что смотришь футбол вместе с британским солдатом, держась с ним за руки. Так? — Почти. Прости, просто они не каждый день видят иностранца. Им же интересно, — виновато улыбнулся Николай. — Но они нас не осуждают. Наоборот, они тебя хвалят, потому что, когда ты здесь, я не включаю громко музыку. — Какой ужас, — коротко рассмеялся Джон. — Это еще ничего. Они много чего похлеще спрашивают. — О, Боже. Ты хотя бы ничего из более личного им не рассказываешь? — Нет! Иначе они от меня никогда не отстанут. — Вот и славно. Вот Джон никому не разбалтывает о том, что происходит в стенах этой квартиры. А у него ведь тоже пожилые соседи есть. Хотя Николай у него ни разу не был… нужно организовать. Хоть чай нормальный ему даст, а не эту дешевую пародию.