Мальчик, который всем должен

Тишина. Ветер стих и ночь наполнилась блаженным теплом. Последние несколько лет он не может справиться с потерей Сириуса. Гарри надеялся, что рана заживёт, что со временем станет легче, но сердце отдаёт невероятной болью, стоит только подумать об этом. Не только близкие люди, но и вообще все гибнут рядом с ним. Пустота. Крик. Гарри открыл глаза. Ему показалось, что кто-то кричал и пару секунд он вслушивался в тишину прежде чем понять, что крик был в его голове. Глубоко вздохнул он снова затянулся и ощутил приятный огонь в лёгких. В кармане оставалось не так много сигарет и он уже устал стоять и ждать Малфоя. Зачем он вообще позвал его? Нравилась компания. Звучит странно, но Гарри правда нравилась компания слизеринца, они даже иногда могли нормально побеседовать, а не только молчать. Хоть это молчание были уютным. Его начинало раздражать, что он пытался уладить между ними конфликт, который произошёл позавчера, а тот просто игнорирует его. Потушив сигарету, он испепелил её заклинанием. Ну и пусть. Гарри не обязательно всем помогать, хоть помочь Малфою хотелось. Что-то явно было не так. Гриффиндорец понял, что тот уже не прийдёт и решил попробовать способ, который прочитал в книге. Он выбрал место, где когда-то на него и Сириуса напали дементоры. Нет лишних глаз. Но попасть туда хотелось. В Запретном лесу, который уже перестал быть запретным для Гарри, было так же тихо, как и на мосту. Воздух был свежим, но не слишком холодным, что радовало. Ему нравилась весна. Скоро конец учебного года, а он совсем не знал, что делать. Хотелось перестать существовать. Настолько увлёкшись своими мыслями он и не заметил тихих шагов недалеко позади.

***

Вода была холодной. Он набрал полные ладони воды и умыл лицо. Щёки загорелись и пылали, но это не было неприятным. Сидя на холодном песке, он прокручивал воспоминания, что здесь произошли. Плохое случалось чаще, чем хорошее. Решив, что в одежде будет лучше, чем без неё, Гарри снял только обувь и кофту, и, конечно, очки, оставив брюки и футболку. Он сразу ступил в воду и по телу пробежались мурашки. Правда холодно, но начатое нужно закончить. Медленно идя ко дну, Герой подумал, что хорошо было бы остаться там навсегда и сбежать от проблем. Но оставить близких на суше он не мог. Когда вода уже была по подбородок, тело стало невероятно горячим и Гарри подумал, что времени у него не так уж и много и, набрав воздуза, нырнул, ища более глубокое место. Наконец-то достигнув желанной невесомости он ощутил странное головокружение. «Головокружение под водой, что за. » На этом мысль оборвалась и он попал в ту пустоту, в которую попадал ранее. Вдруг голова наполнилась громким плачем и шёпотом. Перед глазами одна за другой мелькали картинки. Змея, Чёрная Метка и какой-то человек вдалеке. Надеясь увидеть кто это Гарри пошёл к этому человеку, но идти было невероятно трудно, буд-то он в воде. А он забыл, что находился в воде. Не пройдя ещё пол пути, он начал отдаляться от фигуры, вернее, фигура начала бежать и, единственным, что он успел заметить были светлые волосы. Он резко открыл глаза, считая, что сейчас захлебнётся или уже умер, так как не знал сколько времени провёл под водой, но в нос ударил свежий воздух. Во рту оказалось слишком много воды и её пришлось выплевать. — Блять, ты ненормальный, Поттер. Пытаясь сфокусировать взгляд, он заметил, что находится на берегу и лежит на песке, а над ним нависает никто другой как Драко Малфой. — Что ты здесь делаешь? — Я пришёл на мост, а ты пиздовал в этот сраный лес. Подумал, что ты хочешь убиться и не ошибся. — Лучше бы убился. Весь в мокрой одежде слизеринец подскочил и ударил Гарри по лицу. Он хотел что-то возразить, но тут же столкнулся со вторым ударом и яростью в глазах. — Ты хоть представляешь, что за херню несёшь, Поттер? Мы все мертвы, мы все, блять, мертвы и ничто не может нас спасти. Ничто, кроме тебя. Потому что ты особенный. У тебя на лбу светится этот дурацкий шрам, что и делает тебя особенным. Ты не должен этого делать, но Ему больше некому противостоять. — Я просто хочу быть обычным! Ты не представляешь какого это каждый день слышать, что ты должен убить самого сильного тёмного волшебника. Мне с 11 лет это твердили. У меня нет на это сил, я Б-Е-С-П-О-М-О-Щ-Е-Н. Возле меня гибнут люди, Малфой, и я вижу их смерть в кошмарах, и если ты не хочешь быть следующим, то убирайся нахрен отсюда! Тишина наполнилась дискомфортом. Гарри чувствовал как горит ударенное место, как горит всё тело, но старался не обращать на это внимания. Сейчас его внимание было приковано к слизерину, который слишком много о себе возомнил. Они никогда не были близки, чтобы Гарри приходилось мокрому в лесу стоять и слушать его крики. — Ты не понимаешь, Поттер. У тебя нет выбора, как его нет у меня. Выбор сделали за нас. И я хочу быть спасённым, но я не особенный. Ты нужен всему магическому миру и нужен мне! Если ты хочешь утопиться, то подумай хотя бы о своих чёртовых друзьях, которые питают к тебе огромные чувства. Подумай о том, что всем чертовски страшно, потому что Он убьёт всех. — Малфой глубоко вздохнул. — Но ты правда никому ничего не должен. У тебя, может, есть какая-то доля выбора, но противостоять Ему можешь только ты. И я хочу, чтобы это поскорее закончилось. Трудные времена для всех, Поттер. — Что за выбор, который сделали за тебя? Это что-то связанное с твоей семьёй? — У нас не ночь откровений. — Но ты можешь мне рассказать. — Да с какого хрена я должен тебе что-то рассказывать, Поттер? Твоё стремление помочь не приведёт ни к чему хорошему. Некоторых просто нельзя спасти, понимаешь? — Но ты хочешь быть спасённым. — Это не отменяет того факта, что некоторых нельзя спасти. Гарри понял, что дрожит. Хоть на дворе была и весна, ночи всё равно были холодными, особенно если ты до этого искупался в ледяной воде. — Ты принял её, так ведь? Малфой поднял испуганный взгляд на Гарри. Ему очень хотелось ошибиться, очень хотелось, чтобы тот врезал ему и сказал какой он идиот, но слизеринец просто стоял и смотрел на него. Было видно, что он прикладывает большие усилия, чтобы сдержать слёзы. — Покажи руку. — Ты уже её видел. — Другую руку, Малфой. — Я не обязан. — Но ты же хочешь быть спасённым, так ведь? Чёрная метка. Гарри закрыл глаза. Змея, Чёрная метка, светлые волосы, плачь, крик. Слишком много совпадений. — Убей меня сейчас. — Что ты. — Не задавай вопросов. Просто убей. Голос Драко Малфоя дрожал. Он уже не мог сдержать слёзы и те ручьём катились вниз. Разбитый взгляд. Теперь Гарри понял откуда он. — Не неси ерунду, Малфой. Ты меня вытащил из воды сегодня, как я могу убить тебя? — Да просто возьми и убей! Я не хочу жить так, понимаешь? Трудные времена. Даже ещё дети должны принимать чью-то сторону и воевать. Гарри не хотелось верить, что его почтидруг был не с теми людьми. Он был зол, но не на него, а на несправедливость, ведь точно знал, что хоть у Малфоя не идеальное прошлое, но он никогда бы сам не принял метку. Никогда. Объятия. Гарри сам того не осознавая подошёл и обнял слизеринца. Было холодно и тепло другого тела приятно согревало, хоть и не слишком тепло. Тот продолжал что-то шептать и, по видимости, плакать. Но Герой не считал, что это проявление слабости. По его щекам так же стекали горячие слёзы. В таких ситуациях просто не знаешь, как правильно поступить. — Ты не плохой человек, Малфой. Ты хороший человек, с которым случилось много плохого. Слёзы вырвались с новой силой, разбудив очередное воспоминание. Плакать не было слабостью. Это было проявлением боли и разбитости. И он продолжал обнимать слизеринца, слушая рваные вздохи и понимая, что будет трудно. Невероятно трудно. Они были лишены выбора. Трудные времена.