ТФП - Новое начало

      Би немного замешкал, и Нокаут приехал быстрее него.       — Хей! Черт… Ладно! Потом я предлагаю реванш! — Со смехом сказал автобот и, сменив альтформу, зашел с медиком на базу, которую они оборудовали в бывшей столице автоботов — Иаконе.       Приехав первым, Нокаут трансформировался и самодовольно улыбнулся, проходя на базу вместе с новым другом, если конечно его можно так назвать.       — Ахах, посмотрим — Загадочно посмотрел он на Би. Из-за этого чёрно-жёлтой машинке стало как-то неловко.       Медик умел флиртовать даже взглядом своих красных окуляр, довольной улыбкой и своим сверкающим видом. Это в нём точно не исправить.       — Ладно, у меня есть дела, нужно проверить обстановку. — Бамблби подошёл к консоли управления и включил земной мост, после чего скрылся в его сине-зеленом свечении.       Проводив Бамблби странным взглядом, Ноки направился в свой мед.блок, уже обдумывая слова, которые он скажет пациенту       Все это время Стар лежал на месте, с кислой миной считая трещины на потолке. Его поедала скука, причем такая, что уже хотелось выть.       Однако, услышав голоса где-то за дверями мед. отсека, Старскрим насторожился и оскалился, дернув руками снова.       Но… Толку-то ноль.       Слыша шум шагов, сикер решил притворится спящим, надеясь, что так его трогать никто не станет.       Он закрыл глаза и перестал шевелиться, но внимательно сконцентрировался на звуках, повышая чувствительность аудиосенсеров и вникая в каждый шорох. Дабы если что, оказать хоть какое-то сопротивление.       В помещение неторопливо зашёл Нокаут. Оказавшись наедине со Старскримом, медик застал его спящим. Уснул? Не уж-то от скуки… Может оставлять друга прикованным к платформе действительно было ошибкой…       Хитро улыбнувшись, доктор медленными и тихими шагами подошёл к «спящему» истребителю. Проведя своими коготками по краю платформы, он обошёл её кругом, прищуренными глазками осматривая Скрима. Так как такие шаги были ему не свойственны, а никаких слов он не говорил, то сикер не мог узнать, кто же решил втихаря пробраться к нему в лабораторию.       Долго рассматривая неподвижного друга, Ноки ласково погладил чужую грудь, обходя пальцами красную эмблему десептиконов. Пройдя своей рукой выше, он аккуратно прижал её к худой щеке Старскрима. Нависнув над больным, док чуть наклонился и легонько коснулся губами чужих губ.       Беспредельничает, пока его пациент спит, вот ведь гад.       Старскрим открыл глаза и посмотрел на фейс Нокаута в полном ахере.       — А ты не обнаглел ли часом?! — рыкнул он, довольно сильно дернувшись и едва не освободившись.       — Пфе, Нокаут, какого блять шлака ты это делаешь?! — он покачал головой, пытаясь вытереть рот, но не мог. — Ух, зараза, только я сейчас освобожу руки, пиздец тебе и твоей краске!       Когда Старскрим открыл глаза и начал дёргаться, доктор быстро отстранился, поначалу непонимающе глядя на своего пациента. Потом он усмехнулся и самодовольно прищурил окуляры.       — Я всего лишь разбудил спящую красавицу — С хитрой улыбкой проговорил он, вспоминая об этой сказке, с которой довелось ознакомиться ещё на Земле.       А вообще, спорткар знал, что его друг не спит, ибо приборы и вентиляция доказывали это.       Старскрим сверлил нахального медика своим испепеляющим взглядом алых окуляр, явно гневно настроенный.       После чего все-таки перестал вырываться, ибо это бесполезно. Но вот сикера передернуло от вновь накатившей волны злости, и он снова рыкнул.- Заднеприводный…       Голос был грубый, хрипящий и с явными нотками истерики. Ох, Старскрим такой Старскрим… Пха-ха, никогда не меняется.       На его ругательства и фырканье Нокаут лишь усмехнулся и сказал:       — Какая жалость… А я уже хотел было тебя освободить… Но видимо не судьба — с наигранной жалостью проговорил он. — Хорошо, что ты не знаешь о том, что я делал с тобой, когда ты был в стазисе…       О да, ему нравилось видеть беспомощность истребителя. Ноки доставляло странное садистское удовольствие видеть кого-то прикованным к платформе и полностью подвластным доктору. А когда это не «кто-то», а сам Старскрим… По телу от кайфа даже волна тока проносится.       — Ч… Что?! Нокаут, перестань издеваться и освободи меня немедленно!.. Аэ… — Тот в шоке раскрыл глазки на слова про стазис, в процессор полезла всякая дребедень. Бывшего десептикона захлынула истерика.       Глаз дернулся и тот уже перешел на крик, невзирая на боль, дергаясь и стараясь отключить крепления.       — ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ТАК СО МНОЙ ПОСТУПАТЬ!!! Я СТАРШЕ ТЕБЯ ПО ЗВАНИЮ, И ВООБЩЕ, ТЫ, НАГЛАЯ САМОДОВОЛЬНАЯ СВОЛОЧЬ! — Старскрим еще много чего мог кричать… Острые края на руке все-таки отключили часть энергокреплений и он резко потянулся к доктору, поцарапав его когтями, но совсем чуть-чуть. Эх, едва не дотянулся.       Такие крики и бешеные дёрганья Старскрима весьма сильно встревожили доктора, который сразу понял, что тело пациента ещё слишком слабо для таких активных действий. Повернувшись к другу, он с искренним волнением посмотрел на него, но встретился с его когтистой рукой. Царапина пришлась на сверкающую идеальную грудь медика. Тот жалобно взвыл, осматривая свою потерю.       — Ну держись! Сейчас я!.. — Старскрим освободил когтями себя и встал на ноги, готовясь к атаке. Однако… Сикер не учел того, что сервоприводы не готовы для нагрузки, тем более у него весьма тяжелые крылья, которые обычно либо заставляют его горбится, либо выгибать спинку в весьма пикантном варианте.       — Старскрим! — сердито рявкнул Нокаут когда увидел, как освободившийся истребитель пытается идти.       Ноги затряслись, шарниры заскрипели и по телу пронеслась боль. Сикер упал лицом вниз, едва успев поставить перед собой руки.       — КХАХ! — он болезненно вскрикнул и заскулил. Однако такая боль заставила его успокоиться, и тот закашлял, ведь голосовой модулятор из-за сильной вибрации начал побаливать.       Старскрим… Разочаровался в себе. Крылья опустились, но он не мог поднять взгляд на Нокаута. Последний раз таким беспомощным он чувствовал себя, когда Мегатрон избил его. Снова.       Вздрогнув от непонятного страха за друга, Нокаут кинулся к нему и помог принять сидячее положение.       — Что же ты делаешь… Совсем процессор отшибло? — Немного ворчал он, но потом заметил подавленное состояние друга.       Аккуратно обняв его, медик позволил крупной туше повалиться на себя, чтобы не напрягать больную гидравлику. Поглаживая Скрима по спине и опущенным крыльям, он принялся его успокаивать своим ласковым голосом.       — Тише… Тише… Всё хорошо… — Уверял он пациента, — но пока тебе нельзя так много двигаться.....Нужно немного подождать, пока ты восстановишься… Скоро ты будешь таким же сильным, как всегда, но сейчас нужно с этим повременить…       Стар поднял брови, он крайне удивился. Нокаут ведет себя так… Спокойно и по доброму. Неужели у автоботов набрался?       Скрими опустил голову, смотря в пол и молчал… Истерить дальше, сил не было, а от прикосновений к чувствительным сикерскрим крыльям, тот вздрогнул и чуть отстранился от доктора. По телу прошел ток, отзывающийся приятным, ранее таким незнакомым чувством.       — Не трогай меня. Т… Там. Кхм. Ненавижу, когда кто-то трогает мои крылья. И… Я спокоен.       Погладив Скрима по щеке, медик вынудил его посмотреть доктору в лицо, на котором была успокаивающая улыбка и тёплый взгляд окуляр.       Однако их потревожили резкие стуки в запертую дверь медблока.       — Нокаут! — кричал кто-то из автоботов. — У вас там всё нормально?!       Не растерявшись, Ноки с привычной усмешкой ответил:       — Да, всё отлично! Я немного переборщил… Здесь такой беспорядок, так что я выйду, когда приберусь!       Уверенно солгал. А вообще, часть этих слов — правда. Он действительно немного переборщил. В следующий раз нужно будет тщательнее подбирать слова.       Подняв тяжёлое тело, медик осторожно, чтобы не причинить лишней боли, положил его на платформу, на этот раз не приковывая.       — Пока что ходить нельзя… Я же не смогу лечить тебя вечность, — усмехнулся он.       Истребитель чуть дернулся от голоса за дверями, потом посмотрел на Нокаута. Солгал. Как привычно. Старскрим тихо усмехнулся и слегка заулыбался, медленно поднимаясь и снова принимая лежачее положение на платформе. Болело все. От крыльев до ног, от экзо до эндоскелета. Предаконы знатно его потрепали и если бы не Нокаут, Скрими бы уже давно отправился в колодец искр.       — Я не собираюсь лежать тут как мусор, Нокаут. Ты знаешь, что я ненавижу лежать и ничего не делать! — Рявкнул он. — Однако… — Голос стал резко более тихим и мягким.       — Я всё же послушаю тебя, на сей раз. И не стану вставать… Нгх… Думаю, так я смогу овладать ногами быстрее…       Он сел, ведь лежать было больно, спина и крылья уже затекли, ведь в лежачем положении они неестественно разведены в стороны, а при длительном положении это доставляет весомый дискомфорт.       Подвигав крыльями, сикер свёл их вместе и вновь развел в стороны, а после заставил их принять обычное положение.       С шумом выдохнув воздух из вент систем, Старскрим снова осмотрел себя. Покоцанный, в заплатах, но целый. Более менее.       Удовлетворённо вздохнув вентиляционной системой, Нокаут со спокойной улыбкой посмотрел на друга. Он прекрасно знает о чувствительности крыльев, но они ему слишком сильно нравятся. Порой он даже жалеет, что не умеет летать…       — Прости, я немного переборщил, — всё же как-то неловко извинился он.       Что ж, манеру извиняться он тоже от автоботов нахватался? А он быстро предаёт свои старые привычки…       — Мне нужно тебя осмотреть. — Пробормотал он.       — Да-да… Конечно. — Старскрим махнул рукой, мол… Валяй. Сам спокойно сидел на месте и наблюдал за доктором. После чего все же снова лег и положил свои руки себе на живот.       Осмотрев немного потревоженное тело сикера, Нокаут не обнаружил никаких существенных проблем. Отойдя от платформы, он принялся исправлять небольшую царапинку у себя на груди. Доктор, конечно, понимает, что когти это своеобразное оружие Старскрима, но порой ему хочется отцепить этому истребителю руки, чтобы он прекратил царапаться. Серьёзно, это уже не первый раз!       Фыркнув, он закончил со своим внешним видом и самодовольно покрасовался перед импровизированным зеркалом.       — Без Брейкдауна полировать себя стало труднее, — покачал он головой, а потом снова посмотрел на друга.       — Одна тысяча триста сорок шесть трещин. — Вдруг заявил пациент, после чего повернул голову к Нокауту. — Не удивляйся, мне было очень скучно.       Старскрим закатил глаза, сказав это с усмешкой.       Взяв машинку для полировки, Ноки с довольной улыбкой подошёл к истребителю.       — Ты тоже должен сверкать, Скрими~       Видя, как медик приближается к нему с полиролью, сикер начал хмурится и оскалился.       — Не смей трогать меня своей штукой! Нокаут! Нгх…       Медик принялся полировать своего пациента, вопреки чужим словам. Он полировал всё, даже крылья, ласково поглаживая их и довольно щурясь.       Сикер скрестил свои руки и заворчал. Приходилось добавлять воска на машинку, чтоб она заполняла трещины и царапины, и даже так, видеть не покоцанного Старскрима это нечто невообразимое.       — И… Не называй меня Скими… — Старскрим все ещё ворчал, проклиная своего «мучителя», но в конце концов смирился и сидел спокойно.       Нокауту было особенно приятно полировать чужие ножки с каблуками. Раньше он ещё подшучивал насчёт каблуков, сравнивая Скрима с Арахнидой, но теперь уже просто улыбался и иногда целовал голень или бедро. Как, например, сейчас.       Ему нравилось чувствовать своё превосходство над больными пациентами, но ещё больше ему нравилось ухаживать за Старскримом, заботясь о его самочувствии и внешнем виде.       Когда спорткар перешёл к ногам, дес сначала не обратил внимание, спокойно позволяя тому полировать себя, но когда тот коснулся серво губами, Старскрим мягко говоря… Прихуел.       — Дорогой доктор, что ты делаешь? — с непониманием спрашивает тот, упираясь руками о платформу и поднимаясь. Как требовал Нокаут, он поднял ножку выше, от чего выглядел со стороны весьма похабно. Однако ни о чем таком сикер не думал, просто удивлялся поведению доктора все сильнее и сильнее.       На вопрос пациента док лишь самодовольно улыбнулся и хитро посмотрел на Скрима снизу вверх. Прижавшись щекой к внутренней стороне бедра сикера, он замурлыкал, продолжая полировать другую ногу.       Старскрим после этого усмехнулся и наклонил голову на бок, хитро щурясь и улыбаясь. Сикеру это напомнило где-то начало войны или последние курсы академии, когда Старскрим имел большую популярность у фемок и мехов, и нечто похожее было с одним партнером, перед небольшой игрой.       Но после сикер полностью погрузился в военное дело и как-то забил на развлечения. А после… Снова заболел болезнью власти… Желая ее больше всего на свете и видя в ней всю свою цель. Ох хотел вернуть её, так как потерял из-за чертовой войны всё, к чему стремился, всё свое юношество. После академии, конечно же.       Не удивительно, что у Нокаута есть парочка фетишей, касаемо тела истребителя. Да, он знал эту механическую тушку наизусть, проведал почти каждый уголок.       Снова поцеловав чужое бедро, он вдруг как-то печально заговорил:       — Примерно это я делал, когда ты был в стазисе… — Отведя взгляд в сторону, Ноки ещё немного подумал, но всё же решил сказать. — Когда ты оторвался от предаконов… Я впервые видел тебя настолько… Побитым… Мне не впервой видеть подобные картины, бывали случаи и похуже, но когда именно ты был в таком состоянии… У меня тогда вся жизнь перед окулярами пронеслась… Я так испугался за тебя…       Продолжив полировку, медик не поднимал взгляда на друга, чтобы тот не увидел всей вселенской тоски, собранной в двух красных окулярах. — Мы с Ретчетом сделали всё возможное, чтобы спасти тебе жизнь, чтобы ты выглядел как новенький. Мне казалось… Казалось, ты провёл в стазисе вечность… Я очень скучал по тебе, Старскрим.       — Эу… Нокаут… Ты не… Хм? — Сикер хотел что-то сказать, съязвить, но дальнейшие слова спорткара поразили его. Старскрим поднял брови и продолжал слушать уже молча.       Наконец подняв на него взгляд, Нокаут мягко улыбнулся доброй улыбкой, а в его взгляде было такое сильное, но незнакомое Скриму чувство, что стало даже как-то неловко.       — Но ты всё же очнулся… Ты не представляешь, как я рад тебя видеть…       — Кхм… Как-то… Неловко. Мне это напомнило случай на Немезиде, когда… Мы спасались от террорконов. Тогда… Мы могли просто умереть, я думал, что ты по этому мне тогда сказал, а сейчас, просто на ровном месте… — Стар отвернул голову и закрыл лицо рукой.       Такое откровение… Оно… Вызвало смешанные чувства у сикера. А когда Нокаут поднял на него взгляд, то мог увидеть на щеках едва заметное голубоватое смущение, которое становилось все ярче и ярче.       Снова опустив голову, Нокаут печально продолжил:       — Когда ты восстановишься и захочешь уйти… Я не стану тебя держать, но знай, что мне будет очень тебя не хватать…       Вдруг он подумал, что Скрим посчитает его слова глупыми и смешными. Немного испугавшись этого, Нокаут продолжил молча полировать красивые и стройные ноги.       — Тут… Все весьма сложно, Нокаут. Я… Не… Не могу вести дружбу с кем-либо. И на это есть причины. Я никому о них не рассказываю но… Как ты знаешь, я не всегда был правой рукой Мегатрона во время войны… Да и звание получил не сразу. Вспоминая время до войны… Мне становится на столько тошно, что… Хах… Мне проще не обращать внимания на эту боль в искре, забирая их у других.       Старскрим вновь с шумом вздохнул и опустил крылья, смотря в одну точку. Он погружался в воспоминания.       — Видишь ли, Нокаут… Я… Я не всегда был один…       Когда сикер заговорил, медик поднял на него внимательный и спокойный взгляд. Старскрим редко кому-либо открывается, но ведь Нокауту можно верить, да? Он единственный, кто не станет вредить ему, единственный его друг, который остался после войны, единственный кто точно попытается залечить все раны… Даже душевные. Ведь врач уже не раз доказал, что он готов спасти истребителю жизнь. И на самом деле он всегда знал, что Скрим просто не может быть таким злым без причины. Сейчас Нокауту выпал шанс узнать эти самые причины.       Закончив полировку, он убрал инструмент в сторону и присел рядом с другом, успокаивающе глядя на него.       — Ты можешь мне рассказать о своём прошлом, — уверил док, — возможно, тебе полегчает…       Посмотрев на чужую грудь, где потенциально должна находиться искра, Нокаут как бы мысленно дополнил, что полегчает искре Старскрима. Он знал, что проблемы настоящего берут свои корни из прошлого. И сейчас спорткар хотел разобраться, изучить не только тело, но и искру друга, потому что он действительно хочет помочь ему.       — Я тебя выслушаю, — спокойно сказал он, слегка выдыхая вентиляцией.       Ноки словил себя на мысли, что он сейчас очень похож на Бамблби. Поначалу это разочаровало, но потом он пришёл к выводу, что нет ничего плохого в том, чтобы быть чем-то похожим на автобота. У них с Би много общего и они вполне могли бы быть хорошими друзьями. Но об этом он позаботится потом.       — Ну… Знаешь, мое взросление, юношество были весьма… Своеобразными. Несмотря на то, что я принадлежал среднему классу по мнению многих был крайне слабым. Но… Зато с весьма крепким процессором. — Старскрим чуть постучал когтем по голове и тихо хрипло засмеялся.       —  Несмотря на годы унижений из-за слабости в физическом плане, я окончил школу с высшим баллом, а когда поступил в летную академию, начался настоящий ад. У меня долго не получалось… Я стал… Посмешищем… Был там один… Любил издеваться надо мной. Зеленоглазый стервозный сучий сын. Надеюсь, он уже давно сдох. — Стар сделал паузу.       — Вне академии я всегда был дома, никуда не выходил толком. Полностью посвящая себя учёбе. Как видно, это мне сильно помогло, когда я ушёл и был одиночкой на Земле. Пхах… Н-да. Я уже планировал покинуть академию, заняться чем-то… Чем-то другим.        Старскрим подпер голову рукой, и рассказывал, смотря в одну точку.       — Мне казалось, следующие ворны издевательств я не переживу но… В один из дней, за меня заступилась пара мехов, которых я после смог назвать друзьями. И знаешь, благодаря их дружбе, я кардинально все изменил в себе.       Старскрим посмотрел на Нокаута и улыбнулся.       — Начался восход. Благодаря своему уму, смекалке, хитрости я отомстил обидчику. На финальном экзамене моя триада разнесла всех в пух и прах заняв лидирующую позицию! — Старскрим жёстко прожестикулировал, махнув руками. Голос стал более задорный. Сикер всегда любил поговорить, особенно похвастаться. — Благодаря звездным циклам, что я проводил дома, копаясь в теории, я перешел на испытания, уготовленные нелегкой учебной программой. Знания аэродинамики и поддержка меня сделали лучшим во всей академии! Наша триада сикеров была самой первой, мы такое вытворяли в воздухе! Неуловимые! Быстрые и чертовски прекрасные! Я был их лидером! Я стал ведущим!      Старскрим поднял руки, словно показывая небо.       — Ох, что же было это за время! Тандеркрекер и Скайварп… Мои ведомые… Те, кто поверили в меня, стали моими лучшими друзьями и вдохновленный, я вел их за собой! — Старскрим засмеялся.       — Скайварп такой забавный… Глупый неимоверно, но бесконечно преданный мне, своему лидеру. Однако его шуточки порой меня выводили из себя… Самое интересное, что я иногда не мог поймать его, ведь эта падла имела возможность телепортироваться! Весомая особенность, которая была неимоверным преимуществом, но и бесящий меня штукой! Тандеркрекер… Он… Более спокойный, замкнутый… Но даже высокомернее чем я! Пхаха! Помню, как они меня оторвали от учебы и потащили на арену Каона, где я впервые увидел Мегатрона и вдохновился им. Мне казалось, таким я должен стать. Сильным, непобедимым, ЛУЧШИМ ЛИДЕРОМ! Причем лидером не только триады…       Старскрим загадочно улыбнулся, потом выдохнул и уперся руками себе в колени, успокаивая себя.       — Когда началась война, я долго размышлял над стороной… Но вскоре решил пойти за тем, кто вдохновил меня. Хотя, не это было самой важной причиной… На мне лежала огромная ответственность, а Каон находился весьма близко к Восу, выбери я не правильную сторону всё бы кончилось иначе… Присоединение пошло не по плану… Когда сикеры перешли под командование Мегатрона, я … Я стал лишь командиром своего отряда… — Скрим говорил с такой досадой, будто думал, что достоин куда большей должности в новой для него фракции. — Сначала мы были отрядом разведки… После, стали подниматься по карьерной лестнице, я вел их за собой… Но… — Голос стал тише и вновь начал хрипеть.       — Нас поджидала засада… Своих же. Тех, кто принял другой путь. Тогда я потерял их. Я… Я остался один, на груде тел моих погибших сознаковцев и врагов. Я… Смотрел в их потухшие глаза и все еще не верил, что их больше нет. — Старскрим закрыл рот рукой, кусая свои губы. Было видно, как трясутся его крылья, походу он вспоминает все в деталях.       — Подступала новая волна автоботов. Я… Я понимал, что мне придется их бросить иначе… Останусь лежать вместе с ними… Но я не улетел. Я остался. И принял бой в одиночку. Собственными когтями вырывая их искры, пока моя пульсировала в полной ярости… Тогда. Тогда я понял, как сильно мне нравится убивать. Тогда я понял, как сильно жажду убить каждого, чтоб они поняли мою боль, почувствовали как это…- Снова вздох.       — Вскоре прибыло мое подкрепление… Меня доставили в госпиталь. А после, к Мегатрону, который повысил меня, но я… Не чувствовал победы. Ведь… В этот момент должны ОНИ были стоять со мной… Они… Т-Те, кого я вел за собой, те, кого… Ох, Праймус…— Тот чуть заскулил, но потом собрался с мыслями и с волей, дабы Нокаут не видел его слез.       — Моей целью, кроме убийства, снова стала так же карьера. Я дослужился до заместителя Мегатрона, еще когда война не охватила ВСЮ планету. Сейчас… Я просто не могу, Нокаут… Не могу по-другому. Я смотрю в голубые окуляры автоботов и вижу, как Тандеркрэкер нарывается на меч, как в груди Скайварпа появляется огромная дыра в тот момент, когда он закрывает меня от ракет.       Молча вслушиваясь своими аудиосенсорами в каждое слово Старскрима, доктор пытался прочувствовать чужие эмоции, непрерывно наблюдая за жестами и взглядами пациента. Он представлял, как это всё было в прошлом и даже начал понимать своего друга. Выслушивая его, он будто переживал все эти события вместе с ним. Слушая о бывших друзьях Скрима, спорткар пытался мысленно их представить.       Когда рассказ был закончен, Ноки устремил печальный взгляд своих окуляр на истребителя.       — Я тебя понимаю… — Тихо сказал он. — Я понимаю, какого это… Потерять друга… — Вспомнив о Брейкдауне, он стиснул зубы от горечи. Всё же после его смерти жить доктору стало труднее.       — Понимаю, какого желать власти… — В процессоре сразу всплыл момент, как он хотел стать правой рукой Старскрима. — Однако… Это всё прошлое, которое разрушено и которое уже не вернуть. Не вернуть точно так же, как и наших друзей. Даже если ты убьёшь всех автоботов до единого…       Тут он вспомнил, что тоже является автоботом, и представил, как Скрим вырывает его искру, от чего чуть дернулся. Нахлынули флешбеки из прошлого, но которые быстро прошли.       — Кхм… Ни Тандеркрекер, ни Скайварп не вернутся к тебе. Да и… Агх… Война не щадит никого и способна забрать любого. Но даже ей пришёл конец, а мы… Должны научиться жить в мире, чтобы больше не было потерь.       С какой-то горечью посмотрев на друга, он чуть потянул к нему руки, видимо намереваясь обняться, но всё же в последнюю секунду одёрнул манипуляторы.       — Я потерял Брейкдауна и не хочу потерять ещё и тебя… Но один ты не выживешь. Не заставляй меня испытывать эту боль… Я......Я знаю, ты можешь измениться, ты можешь жить в мире. Уверен, твои друзья хотели бы, чтобы ты был счастлив… И я тоже этого хочу.       Он осторожно взял в свои руки когтистые кисти сикера и прижал их к своей груди, заглядывая в красные окуляры.       — Мы смогли дожить до окончания войны. Сейчас всё изменилось, и тебе тоже нужно измениться… Тогда ты найдёшь своё место на новом Кибертроне… Я обещаю, что помогу тебе адаптироваться, чтобы ты был счастлив здесь, с нами… Со мной… Я знаю, что ты можешь это сделать. Автоботы нам больше не враги, и поэтому ты до сих пор жив. Прости их… И прости меня… У тебя и у всех есть много ошибок, но каждый заслуживает шанс исправиться.       Он снова так близко к Старскриму, снова такая необычная для них тема, и снова у Нокаута странное желание поцеловать чужие манящие губы. Однако ему приходится отпустить чужие руки, опустить свои окуляры и молча ждать решение своего друга.       — Пхех… Ты говоришь совсем как Прайм, Нокаут. — Слово «прайм» он сказал с каким-то пренебрежением и брезгливостью.       После чего забрал свою руку и отвернулся от него, снова опустив крылья до самого низа.       От слов про «Прайма» бывший врач десептиконов замер и вспомнил тот момент, когда Оптимус покидал их. Сейчас он осознал всю свою тягу к автоботам и всю схожесть с ними. Это и пугало и раздражало. Возможно, Нокаут действительно слишком сильно поддался их влиянию, но он просто говорил то, что думает.       — Прощение… Едва ли я на это способен. После того, как ты меня вылечишь, я улечу отсюда… Не могу смотреть в ненавистные мне окуляры автоботов. Слишком… Тяжело.- Старскрим снова лег на платформу и стал смотреть в потолок.       — Твоей вины здесь нет, Нокаут. Ты выбрал свою сторону, я выбрал… Никакую. Раз десептиконов больше нет… То… — Он оскалился и зарычал, проводя когтями себе по груди, разрезая броню, где был знак, причем так, что закапал энергон. — То нет и во мне смысла.       Он часто задышал. Больно все-таки… Но как не крути, он это сделал.       Молча и даже как-то печально слушая слова Старскрима, Нокаут сильно удивился, когда истребитель поцарапал самого себя, он захотел подправить царапины, но…       — И нет, Нокаут, ты не знаешь. Нет того, что может удержать меня рядом с такими как вы. Сам себе поражаюсь. — Старскрим с презрением посмотрел на врача, после чего рыкнул и взял его рукой за щеки, подтянув к себе и чуть впиваясь в них когтями.       — На дух не переношу… Колесников. — Он резко отпустил бывшего сознаковца, оттолкнув от себя.       Красные окуляры спорткара встретились с презрительным взглядом, а прослушав его слова, он просто впал в ступор. Для него такие слова были болезненными, но то, что Скрим сказал далее, всё же немного угомонило разболевшуюся искру медика.       — Однако… Всё же даже так… Почему-то нахожу у себя желание общаться с тобой. Это даже странно.- Старскрим задумался. — Мх… Все-таки наверное потому… Потому что считаю тебя своим товарищем.       Он пожал плечами и снова лег.       — Товарищем… Который… Который всегда выслушает и поможет. Хм… — Он посмотрел на Ноки снова с задумчивым видом. После чего покачал головой и закрыл глаза.       — Я даже не представляю, чем могу заняться, даже если останусь… Гм… Возможно…       У Старскрима появилась идея, он захотел найти своего бывшего лидера и поговорить с ним, что тот собирается делать теперь и возможно найти ответы на свои вопросы… А вообще, Старскрим уже сильно запутался, процессор стал нагреваться, участилось дыхание. Он уже не знал о чем думать. В голову лезли воспоминания, лезли представления страшного, жуткого будущего и совершенная неопределённость в этом мире.       Старскрим закрыл лицо руками, и отключил оптику, пытаясь привести мысли в порядок, но ничего не удавалось.       Когда истребитель закончил, Нокаут хмыкнул и положил свой инструмент обратно на стол, видимо передумав залечивать царапину и удалять повреждённую эмблему товарища. Раз Скриму так угодно, то пусть ходит с расцарапанной грудью.       — Как я уже сказал, — совершенно холодно и безэмоционально заговорил док, — я не собираюсь тебя здесь держать. Как только восстановишься… На этом моя работа будет окончена.       На этих словах закрылась дверь. Ноки покинул медблок.       — Грубиян… — фыркнул сикер.       Тяжело вздохнув, Нокаут запер лабораторию, чтобы пациент случайно не сбежал. С подавленным видом он отправился к пункту отправления, заранее прихватив аптечку. Активировав земной мост, он отправился на стройку. Наверняка тут нужна медицинская помощь, а если нет, то лишний работник точно не помешает, ну… Или просто так, постоит. Для красоты. Он сейчас был слишком расстроен, чтобы оставаться на базе. Вообще, Нокаут просто хотел отвлечь себя от плохих мыслей. Тем не менее, по нему было сразу видно, что он не в настроении, ведь даже его ярко-красная краска сейчас начала казаться тусклой.       Старскрим лишь опять громко фыркнул и вновь стал смотреть в потолок.       — Ну серьёзно, что мне теперь делать? Если я попытаюсь восстановить десептиконов, меня тут же пристрелят, или того хуже, если я улечу, то до меня доберутся предаконы. Но… Оставаться с автоботами… Черт, да они же все колесники! Нгха… — тот разочарованно вздохнул, и решил перейти в спящий режим, но резко сел и задумался.       — Постойте-ка… На Кибертроне всегда были города-государства. Я… Я могу заняться восстановлением моего Воса, и тогда в управлении города, а значит, и в совете я буду иметь власть! ХАХ! Гениально! — Старскрим широко улыбнулся и после задумался, прислонив руку ко рту.       — Но просто так мне не доверят восстановление… Так как автоботы имеют на Кибертроне сейчас власть, все вернувшиеся сюда будут считать их лидерами, а значит, они могут повлиять на восприятие моей личности… Хм… Если мне удастся наладить с ними отношения, тогда я не просто получу защиту от предаконов, но так же неприкосновенность со стороны прибывших на Кибертрон! А также целый город, один из самых шикарных, один из самых промышленных! — Старскрим засмеялся и прилег на платформу снова.       Вос — это родина Старскрима. Город сикеров, имеющий много высотных зданий и большие моря чистого, концентрированного энергона под поверхностью планеты. Так же он находится совсем близко с Каоном, расположенном на южном полюсе планеты и Иаконом, который расположен на северном полюсе. Такое идеальное расположение сделало город одним из самых богатых. Благость и процветание…       Поэтому, Старскрим решил взяться именно за него. В конце концов… Для многих летунов это был родной дом.       Теперь… Оставалось самое сложное. Адаптация.       Старскрим рассчитывал лишь на выгоду и власть, но не учел того как общение с автоботами будет влиять на него.       Он перестал огрызаться, стал более вежливым, хотя по-прежнему был истеричкой, скептично относящийся к колесникам. Сикер, хули. Они почти все такие.       Восстановление шло полным ходом, но Стар никому не говорил что хочет остаться. Потому что такое заявление было бы чересчур громким.       Он просто вел себя… Не как враг, ни как пленный. А как… Союзник. И вроде даже делал что-то без корысти. По желанию. Или же притворялся?.. Старскрим очень хороший актер.