В преддверии Ада

Особняк Гогенцолернов. Спустя некоторое время, Кристина едва смогла открыть глаза. Где-то отдаленно слышался шум, топот. Яркий свет ударил будто в глаза. Наконец придя в себя, девушка присела на кровати, осматриваясь. Она, как считала, должна была находится в номере, но никак не в больничной палате. -Что? — недоуменно спросила сама себя девушка, и рванула с кровати, не заметив то, что была поставлена капельница. Игла вылетела с вены и кровь полилась по руке. — Черт, черт! Эй! Кто-нибудь?! Немедленно, рядом с кроватью Кристины Маркелл, возникли две медсестры в белых халатах и масках, скрывавшихся их лица. Не говоря ни слова, одна из женщин вытерла кровь с руки девушки, продезинфицировала рану на ее руке, перевязала бинтом, вторая, так же молча убрала капельницу. Дверь в палату открылась, медсестры вышли, но вместо них вошёл мужчина — тоже в белом халате и с маской на лице. Но Кристи интуитивно узнала его — по глазам. Это был тот самый водитель мини-буса, который привёз её сюда. Только теперь он больше напоминал то ли врача, то ли санитара. На кармане его халата она увидела странный символ: двух свившихся зелёных змей. — Кто вы? И почему меня доставили в бессознательном состоянии и в палату, вместо номера? Где мои вещи? — Ее голос дрогнул, руки слегка тряслись от страха, так как и сердце которое начинало набирать бешенный ритм. — Меня зовут Энтони Хоук. Я ассистент доктора Волмера. Вы сильно простудились и три дня пролежали в беспамятстве, с высокой температурой. Мы диагностировали у Вас воспаление лёгких, с подозрением на вирусную инфекцию. К счастью, анализ дал негативный результат, кризис миновал и в ближайшее время Вам разрешат покинуть палату. Ваши вещи мы просушили и сложили в шкафчике. — Энтони кивнул головой и только сейчас Кристина заметила в стене две раздвижные белые дверцы. От слов мистера Хоука ей стало не по себе. Три дня! Целых три дня она была без сознания и её пичкали какими-то препаратами. — Странно все это, но я не чувствую ухудшения со стороны своего здоровья. — Кристина оперевшись о спинку рядом стоящего стула рукой, села на кровать. Ноги почему то отказывались долго её держать стоя. — Ооой. Голова кругом. Мистер Хоук, — Девушка взглянула на ассистента, — надолго я здесь? — Осторожно она поинтересовалась у рядом стоящего мужчины. — Мы применяем для лечения пациентов самые новые препараты, — ответил Хоук. — Поэтому Вы быстро пошли на поправку. А время своего пребывания здесь Вы определяете сами. У нас же санаторий, а не тюрьма. — Глаза Энтони слегка прищурились и Кристина поняла, что мужчина улыбается ей, хотя его лицо всё так же было скрыто медицинской маской. — Санаторий. Ну да. Конечно, Вы правы, мистер Хоук. Если вы не возражаете, я хотела бы побыть одна. — Кристина слегка улыбнулась, давая понять мужчине, чтобы он убрался восвояси. Когда же тот пожелал скорейшего выздоровления и скрылся за дверью палаты, девушка невольно сжала губы. «Ну да, конечно, санаторий. Только люди вот не возвращаются с него…». На этих мыслях ее взгляд все ещё был устремлен на двери. Ближе к вечеру, превозмогая слабость во всем теле, Кристина слегка приоткрыла двери палаты и выглянула. В коридоре стояла гробовая тишина. Осмелившись выйти из палаты, девушка направилась по коридору в поисках медсестринской либо же ординаторской. Шаги гулким эхом разносились по коридору. Казалось, что санаторий пуст и Кристина здесь — единственное живое существо. Но вдруг в самом конце длинного коридора отворилась дверь и Маркелл услышала довольно неприятный звук: удары двух деревяшек по мраморному, холодному полу. Приглядевшись, она увидела человека на костылях. Ей даже показалось, что это — ребёнок, поскольку он был невысокого роста. Кристина поспешила туда и едва не столкнулась с этим человеком. Перед ней, опираясь на костыли, стоял совсем молодой парнишка, можно сказать, подросток, обе ноги которого, ниже колен, были в гипсе. Юноша посмотрел на Кристину. — Здравствуйте, мисс… — начал парень и осекся. — Я наверное напугал Вас. Извините. Меня зовут Макс. Макс Лэндер. Я тут выходил… — Парень указал глазами на дверь и Кристи поняла, что это туалет. — Я лежу в восьмой палате. А Вы? — Мисс Маркелл, Кристина, — девушка сочувственным взглядом окинула парнишку, — я из 3 палаты. Я искала… — но после Кристина прикусила губу и промолчала, не договорив. — Ты давно здесь? — Уже две недели, — ответил Макс. — После того, как… — Парень явно чего-то не договаривал. Он опустил глаза, словно разглядывая свои ноги. — Что с тобой случилось? Как ты попал сюда? — Доктор Волмер… Он такой добрый человек. Когда все отказались от меня, он предоставил мне крышу над головой и лечение. Совершенно бесплатно. Из сбивчивого рассказа юноши Кристина узнала следующее. Макс Лэндер — сирота. Вся его жизнь прошла в приюте Сент-Николаус. Макс был футболистом, нападающим, играл за приютскую юношескую команду. А ещё он очень любил ездить на мотоцикле. Своего у него не было, поэтому он одалживал «железного коня» у приютского сторожа, тоже бывшего воспитанника Сент-Николаус. И вот накануне решающего матча, на который его тренер возлагал большие надежды (за победу в матче полагалось денежное вознаграждение), Макс попал в аварию и сломал ногу. Команда Сент-Николаус проиграла и парня буквально начали травить со всех сторон. Ему объявили бойкот, обвинив в проигрыше команды. Доведенный до отчаяния, Макс решился на самоубийство. Ночью он спрыгнул с крыши приюта, но не погиб, а стал калекой на обе ноги. Приют отказался оплачивать его лечение. И тут в больнице появился мистер Хоук. Макс, не читая, подписал какие-то бумаги, и его забрали сюда, в санаторий доктора Волмера. — Макс, — Кристина так и порывалась спросить о пропавших, но все же передумала, — ты поправишься обязательно, слышишь! И, ты, станешь замечательным футболистом. Они все будут гордиться тобой! Вот увидишь! — Она ободряюще улыбнулась парнишке. Их разговор прервали шаги, которые послышались неподалеку и разговор мужских голосов. Не дав Максу опомниться, Маркелл буквально затянула парня обратно в туалет и закрыла дверь. Шаги приближались, голоса становились всё громче. Видимо, мужчины не подозревали, что их кто-то может услышать. — А новенькая, из третьей, весьма ничего… — Молодцеватый голос, принадлежавший незнакомцу, и его интонация весьма не понравились Кристине. Он напомнил ей собственную юность, когда трое парней попытались изнасиловать её в тёмном городском парке, когда она возвращалась домой от подруги. И только визг полицейской сирены заставил их разбежаться… — Ты только о девках думаешь, — прохрипел ему в ответ второй голос, явно принадлежавший мужчине постарше. — Тебе деньги не за это платят. Будешь совать свой… куда не следует, сам отправишься в лабораторию, вслед за остальными. — Кристина, услышав неприличное слово, слегка покраснела и поняла, что говорили именно о ней. Девушке стало не по себе от услышанного. Инстинктивно зажав рот рукой, дабы не закричать, она тяжело переводила дыхание. Когда голоса наконец стихли и вновь наступила гробовая тишина в коридоре, они вышли. Оглянувшись по сторонам, оба разошлись в свои палаты. Остаток вечера и ночи, девушка провела без сна. На утро же в ее палату заглянула медсестра. Кристина пыталась с ней заговорить, но толку не было. Та отнекивалась и отвечала, что все вопросы к врачу. — Да что же это такое? Так позовите мне его! Сколько ещё я должна быть в неведеньи! — Едва ли не захныкала Кристина. Все же, пытаясь успокоится, она взяла в руки стакан, едва ли не выронив его, увидела в отражении зеркала мужчину в белом халате без маски. Глаза поблескивали ледяным огнем, но лицо было не читаемо. Медленно обернувшись, девушка заметила как тот, не спеша и вальяжно, входит в ее палату, прикрывает за собой тихо дверь, берет стул и садится неподалеку, скрестив ногу за ногу. — Доброе утро, Кристина. — Промолвил он чуть хриплым голосом, но, в тоже время, ей показались и властные нотки. — Д...доброе ут...тро… — Едва слышно пролепетала Кристина в ответ.