My dragon

Это должна была быть обычная встреча с японцами, как уверял его Намджун. Ничего серьезного, просто встреча двух глав для финального подписания соглашения о сотрудничестве и мире. Всё должно было быть хорошо и никого лишнего, как уверял его Сокджин, но что-то пошло не так. Спокойную обстановку в элитном ночном клубе за закрытыми дверьми вип-зоны сначала разрушает один выстрел, а потом с десяток таких же. Якудза мёртв, глава корейской мафии ранен. С десяток жертв: как головорезов, так и мирных. В их кругах завелась крыса, и эта крыса хотела сорвать мирное соглашение с японцами, что ей и удалось. — Какого, блять, хуя, Джин? — шипит глава, крепко прижимая к боку, где кровоточила рана, пиджак, который дал ему его помощник.— Намджун? — Я, блять, не знаю! — нервно и немного громче выкрикивает блондин, которого назвали Джином. — Я проверил всех! — шипит парень, давя на газ и лавируя между машинами. — Это крыса со стороны японцев. — Сука, — ругается мафиози, беря из рук Намджуна, что сидел рядом на заднем сидении, телефон. — Найдите мне эту тварь, а также заказчика, — ледяным голосом говорит в трубку мужчина. — Юнги, ты как? — хмурится Намджун, рассылая сообщения всем их людям о готовности, а также контролируя устранение проблем в том самом клубе. — Нормально, жить буду, — хриплым голосом отвечает тёмноволосый. — Вот только пуля, похоже, не вышла. — Твою мать! — ругается блондин, дрифтуя на повороте. — Не трогай мою мать, она святая женщина, — морщится Мин, когда машину заносит и он ударяется о ручку двери раненым боком. — Куда мы едем? — В больницу, куда ещё, — фыркает водитель, давя сильнее на газ, когда видит здание в конце улицы. Через некоторое время три чёрных тонированных джипа останавливаются прямо возле входа в приемное отделение Скорой Помощи. Первым выходит Намджун, отдавая указ выбежавшим охранникам занять места и следить. Потом, получив отмашку, выходит блондин и вместе с Намджуном они помогают выбраться Юнги из машины, который уже начинал сильнее бледнеть, потому что потеря крови была уже приличной. Под охраной они входят в почти пустую приёмную, где их встречает тут же побледневшая девушка за ресепшеном. — Врача зови сюда, быстро! — рычит Намджун, смотря на испуганную девушку. — С-свободные врачи, пройдите в приемную срочно! — по рации говорит медсестра, отдавая дрожащими руками бланк приёма пациента мужчине с серыми волосами. — Минджи! — по приёмной раздаётся возглас, а к регистратуре подбегает молодой парень с розовыми волосами. — Т-там доктору Чхве нужен невролог в операционную, срочно! — запыхавшись, говорит парень в белом халате, не обращая внимания на побледневшую коллегу и внушающих страх людей. — Слушай, милочка, мне плевать, какому там доктору что нужно, — ледяным тоном говорит Намджун. — Если сейчас же не примут этого человека, — Ким указывает рукой на Юнги, который уже затрудненно дышал, — я разнесу всю больницу к чертям собачьим, — рыкает сероволосый и бьёт кулаком по столу ресепшена. Девушка вздрагивает и уже хочет открыть рот, но ее перебивает розоволосый парень, который хмурится и подходит к Юнги, осматривая прижатый окровавленный пиджак. Парень поднимает взгляд на блондина, который настороженно смотрел на врача и придерживал за спину своего босса. — Что произошло? — спокойным тоном спрашивает парень. — Пулевое ранение, — шипит Юнги, смотря из-под чёлки на паренька. Он точно врач? Слишком молодой и вообще, он школу-то хоть закончил? — Пуля вышла? — задаёт ещё один вопрос розоволосый и тут же осматривает спину. — Раз крови нет сзади, значит, она всё еще внутри, — сам отвечает задумчиво парень и резко встаёт на ноги, чем пугает Сокджина, который уже завёл руку за спину к пистолету, но его останавливает Юнги. — Помогите его довести до смотровой, — кивает в сторону направления, а потом кричит Минджи: — Не стой столбом, вызови невролога, а я пока господину помогу! — Пак Чимин, ты не-… — пытается сказать медсестра, но не успевает, потому что парень скрывается за дверьми. Пак Чимин, двадцать пять лет. Он почти выпускник медицинского университета, проходит интернатуру в самой лучшей больнице Сеула и мечтает стать лучшим многопрофильным врачом. В принципе, у него всё прекрасно получается. Последний год интернатуры, он вполне хорошо заменяет старших врачей, когда приёмная Скорой Помощи разрывается. Пару раз проводил лёгкие операции под чутким руководством старших и уже зарекомендовал себя перспективным начинающим врачом. Вытащить пулю и зашить рану — для Чимина это пустяковое дело, он уже много раз таким занимался, но вот пациенты никогда не питали особого доверия к молодому парню. Из-за его милого личика и цвета волос все думали, что ему нет и восемнадцати, и всегда шокировались, узнав настоящий возраст парня. Поэтому и этот внушающий настороженность мужчина, и его сопроводители, со скептицизмом выходили из смотровой, не стали исключением. — Вы сможете сами снять рубашку? — уточняет Пак, пока обрабатывает свои руки и надевает перчатки и маску. — Я похож на беспомощного? — фыркает Мин, наконец расслабляя руку, которой держал рану, и снимая рубашку. — Только ты там в обморок не упади, — хмыкает Мин, сидя спиной к доктору и уже зная, какая будет реакция у этого паренька. Дело в том, что всю спину Мина украшал детализированный дракон с витиеватыми узорами. Огромный рисунок, внушающий всем страх в этой стране, ведь это знак, что Мин Юнги — глава корейской мафии. Да, Юнги знали все, но не каждый хотел ссориться с ним. Он — самый сильный глава Азии, и даже полиция не вмешивается в их дела, потому что им просто выгодно. Мафия сильно не бушует, смотрит за порядком, да ещё и приносит прибыль в теневой бюджет страны. Почему бы не закрыть глаза на разные разборки мафиозных кланов? — С чего бы я должен- Чимин замирает на полуслове, во все глаза глядя на широкую, в меру накачанную спину тёмноволосого мужчины, а также на красивый и завораживающий рисунок дракона. Пак в жизни никогда не видел такой красоты, даже у его друга, Чонгука, не такие красивые рисунки на теле. — Вау, — восхищенно выдыхает интерн, не отрывая сияющих глаз от рисунка. Юнги сводит брови к переносице и понимает — что-то не так. Мафиози поворачивает голову и смотрит в глаза доктора, в которых искры восхищения. «Такого не может быть!» — проносится в голове Юнги. И это действительно странно, ибо никогда и ни у кого не было такой реакции, как у этого паренька! У Намджуна и Сокджина — пофигизм. У тату-мастера, что ему набивал дракона, — удовлетворение. У других же были только страх и ужас. Но ни у кого не было такого неподдельного восхищения ещё! Юнги бы и дальше с непониманием и долей искреннего удивления смотрел на Пака, а Чимин часами бы стоял и смотрел на эту татуировку, если бы за окном не пронеслась карета Скорой Помощи с сиреной и не привела бы интерна в чувства. — Так, давайте я обработаю рану и вытащу пулю. На всю операцию ушёл час, за который Юнги успел полностью изучить лицо этого розоволосого парня. Милое личико — это безусловно, но эти глазки-щёлочки и пухлые губы не давали покоя, когда Чимин уже накладывал повязку и давал рекомендации. Его маленькие пальчики касались оголённой кожи мафиози, и Юнги даже не замечал этого. Вернее, замечал, но ничего не говорил. — Вот так, — с улыбкой говорит Пак, закрепляя бинт. — Ох, какой всё же красивый у Вас дракон, — снова восхищённо говорит Чимин и касается пальчиками контура рисунка. Юнги немного в шоке. Он в шоке от этого парня, он в шоке от его смелости. Мин в шоке от самого себя и своих ощущений и мыслей. Мину не хочется отрубить руку этого наглого мальца. Главе не хочется, вообще не хочется, всадить пулю в лоб мальчишке. Юнги не противны чужие прикосновения к его дракону! Алло, Мин Юнги, тебе что, вместе с ранением ещё и в голову ударили? Потому что, какого черта? Ты хочешь, чтобы эти ладошки всегда касались тебя, особенно так трепетно рисунка на спине?.. — Ага… — отвечает мужчина заторможено, но тут же берёт себя в руки и отстраняет руку парня, вставая. — Спасибо, доктор… — Юнги смотрит на парня, склоняя голову. — О, нет, я не доктор пока, — улыбается мило Чимин. — Я интерн — Пак Чимин! — Интерн?.. — удивляется Мин. — У тебя явно талант, — хмыкает главарь и поворачивает голову на резко открывшуюся дверь. — Пак Чимин, мелкий негодник! — кричит залетевший мужчина в белом халате. — Ты хочешь, чтобы меня уволили за твои вольности? — Ну доктор Чхве, — обиженно дует губы розоволосый, тут же ойкая от удара по руке. — Пациент же доволен, и я сделал всё ювелирно! — Да как ты можешь! — возмущённо сопит мужчина и поворачивается к Юнги, кланяясь и наконец смотря на него. — Прошу прощения, не переживайте, он способ- Доктор Чхве остановился на полуслове, смотря широко распахнутыми глазами на Юнги и осознавая, КТО перед ним. Кажется, Чимин слышал, как сглотнул его куратор, хотя сам не понимал, что происходит и почему все так пугаются и бледнеют. — Вы… — Я, — усмехается Юнги, морщась от лишних движений, но надевая обратно рубашку. — Доктор Чхве, я разочарован, что ты был занят, когда мне нужна была помощь, — спокойно говорит Юнги, выходя из смотровой и зная, что за ним последуют. — Но я прощаю тебя, — заключает главарь мафии и слышит облегчённый вздох. — Ты должен благодарить этого паренька, только он спас твою жалкую жизнь, — усмехается он, подписывая бумаги, и смотрит на бледного доктора и непонимающего Чимина. — Д-да, спасибо, господин Мин, — почтительно кланяется Чхве. — Спасибо, Чимин-и, — ухмыляется Мин, придвинувшись близко к пареньку, и заглядывает в его глаза. — Надеюсь, ты станешь хорошим доктором, — мужчина пару секунд медлит, а потом под всеобщий шок наклоняется и целует такие манящие губы розоволосого. — Увидимся, — подмигивает Мин и удаляется со своей свитой. — Что за…? — шокировано лепечет Чимин, смотря, как три джипа уезжают. — Господи, — выдыхает Чхве, хватаясь за сердце. — Скажи спасибо Богу, что не убили! — говорит мужчина и даёт подзатыльник розоволосому. Чимин ещё долго возмущается, пока ему не раскладывают всё по полочкам. Кто такой Мин Юнги, и почему все его так боятся. Чимин также не ожидал узнать и то, что мафиози ненавидит, когда прикасаются к его рисунку, но тогда встаёт вопрос: почему ему ничего не сделали? Сначала Пак думал, что по его душу придут позже, мол, не при свидетелях, но прошла неделя, и всё так же тихо. Правда, под дверью он чаще начал находить шоколадки и плюшевые игрушки. Сначала было страшно, настолько, что он просил Чонгука с ним первые три дня ночевать и провожать до дома, Чон-то ещё тот качок, но потом, со временем, Чимин привык и лишь улыбался и мило краснел, когда приходил с пар и видел под дверью новое лакомство и игрушку. В этот раз была ещё и записка: «Я заеду за тобой в семь вечера, надеюсь, ты пойдешь со мной на свидание? Мин Юнги». Чимин взвизгивает, понимая, что сейчас пять вечера, а он выглядит, как помотанный жизнью дворовой кот, после смены в больнице. Спросите, почему не боится Чимин? Ответ на этот вопрос хочет знать и Чонгук. — Я тебя не понимаю… — раздражённо вздыхает Чон по видеосвязи. — То ты со слезами просил меня тебя сопровождать и ночевать, а теперь наряжаешься на свидание с этим мафиози! — Гук-и, ну подумай сам, я практически спас ему жизнь и, если бы он всё же хотел меня убить, я не думаю, что он бы звал меня на свидание для этого, — улыбается Пак, укладывая свои розовые волосы. — Тем более, он не сделал мне ничего плохого, почему я должен отвергать его? — А мне кажется, ты просто влюбился, — скептически тянет Чон и попадает в точку, видя, как покраснел его друг. — Нет! — Ага, так я тебе и поверил, — усмехается парень. Чимин возмущённо назвал друга «идиотом» и, попрощавшись, отключился. Время на часах шесть пятьдесят, и под окнами уже стоит Мерседес люкс класса, а на дверцу опирается Юнги и курит. Пак делает пару глубоких вдохов и выходит из дома. Чимину было неловко. Просто потому, что он видел, что Юнги пытается делать всё, как обычные люди, но розоволосый видел, что это не тот Мин Юнги. Он понимает, что мафиози никогда не был на свиданиях, да и вообще не сложно догадаться, что он вообще не был в каких-то долгих отношениях, кроме секса на одну ночь. Чимин смущенно смеялся и подкалывал мужчину, когда тот предложил выиграть ему игрушку в автомате, и парень понимал, что мужчине самому неловко, и он чувствовал себя неуверенным. Поэтому Пак решается, что надо бы это прекратить и дать Юнги вздохнуть свободно. — Послушай, — Чимин мягко перехватывает руку мужчины, когда тот уже хотел купить бумажный фонарик, потому что: «это же романтично и этим обычно занимаются парочки?» — Что? — Не надо быть со мной кем-то другим, — с улыбкой говорит Пак, немного краснея. — Ты понравился мне именно такой, когда приехал в больницу. — С ранением? — хмыкает Мин. — Нет! — хмурится Чимин и бьёт по плечу мужчину. — Не смей больше появляться предо мной в крови! — Ты сейчас меня ударил? — поднимает бровь Юнги. — Ты хоть знаешь, что за это бывает людям, малыш? — Юнги разворачивается полностью к Чимину и хищно прищуривается. — И что же, господин Мин? — в той же манере отвечает ему Пак. Чимин не робкого десятка. Можно сказать, у него отсутствует инстинкт самосохранения, когда он рядом с Юнги. За все то время, что они были на свидании, Пак всё же согласился мысленно с Чонгуком — он влюбился. Упал в эти чёрные глаза. Упал и не поднимется, потому что не хочет. — То, что обычно бывает, ты не увидишь, — мотает головой Мин, недолго рассматривая глаза напротив. Юнги тянет парня за ворот блузки и впивается поцелуем в его пухлые губы. Сначала просто касание, а потом Чимин смелеет, впуская хёна в свой рот. Нежно, крышесносно и с кучей любви. Именно так можно охарактеризовать их поцелуй посреди оживленной набережной на глазах у большого количества людей. — Ты не знаешь, на что подписываешься, — шепчет Юнги после того, как воздух в легких заканчивается. — Но я не могу тебя отпустить… — Не отпускай, — говорит Чимин, улыбаясь и обнимая мужчину за шею. — Я сильный, я вытерплю, хён! И Юнги не отпускает. Они уже два месяца вместе, и Мин больше не старается быть обычным, а Чимину и не нужно. Он латает его подчинённых, учится у Юнги стрелять из оружия и драться. Чимина обходят стороной и слова не могут сказать — потому что он - пара главы мафии. Чимину предложили сразу стать доктором в больнице, даже без документов об окончании университета, но Пак не согласился и устроил Юнги жесткий выговор. Мин тогда просто надулся, как маленький ребенок, которому Чимин двадцать минут объяснял, что ему не нужны подачки и деньги Юнги, он хочет сам всего добиться! Намджун с Сокджином теперь постоянно ржут над Мином, но ему плевать на эту парочку, ведь в начале их отношений они такими же были, если не хуже. Юнги по-настоящему счастлив, таким его никто никогда не видел. Он не перестал быть угрозой всей стране, нет. Он счастлив тогда, когда никто, кроме его близких, не видит. Чимин ничего не просит взамен на любовь, что дарит Юнги. Парень с трудом и руганью принимает дорогие подарки. Хотя нет, одну вещь Пак попросил у Юнги: — Не появляйся передо мной весь в крови, прошу! И с этой задачей Мин справляется на «ура»! Как и с защитой своего маленького мальчика. Все было прекрасно до того момента, когда Мин уехал в Китай по делам. Первые пару дней Чимин старался не скучать и просто работал, забрав несколько смен подряд. Потом Чонгук начал силком вытаскивать его с работы, чтобы его друг не слёг с переутомлением, всё-таки Юнги бы его не погладил за такое по головке. Сокджин, который остался контролировать дела в Корее и приглядывать за Паком, насильно на пару с Чонгуком впихивал еду в розоволосого, у которого в голове поселилась идея фикс — похудеть! Правда, после того, как на него наорал Юнги по видеосвязи, парень всё-таки перестал маяться ерундой, но загружать себя на работе и учёбе не прекратил. За четыре дня, что Юнги отсутствовал, Чимин конкретно соскучился и устал. Поэтому неудивительно, что, когда пришла смс от Мина, что он ждёт его на подземной парковке больницы, парень летел на всех парах. Пока Чимин ехал в лифте, ему позвонил Сокджин, который хотел сказать, что он его заберёт, но никак не ожидал следующей фразы: — Хён, не нужно! Юнги же приехал, я вот как раз иду к нему, он ждёт меня на парковке, — счастливо пропел Пак, выходя с лифта и оглядываясь в поиске знакомого Мерседеса. — Какой Юнги? — не понял Джин. — Чимин, Юнги приедет только через три дня. — Что? — удивился Пак, хмурясь. — Но кто тогда прислал мне смс с его номера? Чимин хмурится, пытаясь понять, и слышит визг шин. Сокджин догадывается быстрее и кричит Паку в трубку: — Беги! Розоволосый стартует со всех ног, петляя между припаркованными машинами и не давая и близко приблизиться догоняющему его минивену. Чимин выбегает с подземки, бежит вдоль здания к большой парковке и входу в больницу. Его сердце бешено стучит, а паника поднимается всё сильнее. Увидев, как из-за угла выскакивает машина, Пак шмыгает в кусты, затаившись и на корточках аккуратно переходя в противоположную сторону. Посидев так пару минут, парень аккуратно высовывается, оглядываясь. Никого. Делая шаг, розоволосый натыкается на пару мужчин крепкого телосложения, пугаясь, Чимин хочет убежать, но ему не дают, прижимая тряпку ко рту и носу. Хлороформ — Чимин понимает это сразу, стараясь не дышать и вырываясь из крепкой хватки, но поздно. Прошло пятнадцать минут после пропажи Чимина, когда Сокджин позвонил Юнги и всё рассказал. Ещё через несколько часов Юнги уже экстренно приземлился в Сеуле и сейчас устраивал разнос охране и особенно Сокджину с Чонгуком. Да, бедного Чона в прямом смысле выдернули из квартиры и привезли в особняк Юнги. Хоть Чонгук и знал по рассказам от Чимина, что Мин не настолько жёсткий, но всё равно было страшно немного. — Как можно было, блять? — расхаживая по гостиной, ругался Мин. — Приглядеть за одним, блять, человеком! — Юнги, хватит, я уже сказал, это моя вина, я не понял, что его телефон взломали, — закусив губу, говорит Сокджин, отворачиваясь. Это один из самых больших его проколов за всю работу на Юнги. Джин был очень хорошим хакером. Можно сказать, даже лучшим во всей Азии. Юнги забрал всех лучших ребят себе. Так вот, Сокджин просто расслабился. Вернее, контролировать троих сложно, когда двое находятся за тысячу километров и они впервые уехали без Сокджина на встречу, а третий под носом и очень лакомый кусочек, ведь это рычаг давления на самого сильного и устрашающего человека страны. Сокджин способный, но он не всесильный, хотя пропустить взлом телефона — это очень досадная ошибка. Такое простительно начинающим хакерам, но не ему. — Я готов понести наказание, босс, — твёрдо и уверено говорит блондин, опуская голову и стараясь не смотреть на своего возлюбленного. Намджун открывает было рот, смотря взволнованным взглядом то на Джина, то на бешеный взгляд Юнги. Нам знает, какие жестокие наказания у Юнги, потому что часто сам их проводит внутри клана. Так нужно, чтобы держать всех в узде, и поблажек не дают никому. То, что Сокджин позволил похитить любовь и слабое место босса мафии, стоит жёсткого наказания, сравнимого вообще с убийством, но Сокджин всё же ценный сотрудник, поэтому может и не совсем убийство… Намджун на это надеется. Ким вообще хочет вступиться за него, он делает шаг вперёд, собираясь уже просить понести за него наказание, но Юнги опережает его. — Да угомонись, блять, — зло выдыхает Мин, плюхаясь в кресло и зарываясь ладонями в черные волосы. — Ты знаешь, хён, что я не смогу… — уже тише добавляет мужчина, голос его звучит надломлено. Намджун с Сокджином удивлённо переглядываются, смотря на друга и босса. Они впервые видят такое состояние Юнги, чтобы кто-то мог его сломить? Даже смерть мамы никак не повлияла на Мина, а он её по-настоящему любил и уважал. Сидящий Чонгук вообще боялся сделать вдох, потому что минутная накалённая ситуация резко исчезла, но сменилась на не более комфортную. — Что мы знаем? — через пару минут спрашивает Мин, взяв себя в руки. — Кто это мог быть? — Японцы, — со вздохом отвечает Сокджин. — Я успел восстановить повреждённые камеры в больнице, и это были именно они. Видимо, всё ещё злятся на тот случай. — И зачем? Это мы должны злиться, ведь крыса была с их стороны, — морщится Намджун, немного расслабляясь, но не отходя от Сокджина. — Но вопрос еще стоит в том, чего они хотят? — поджимает губы Намджун. — Либо того, о чём мы говорили на той встрече, — говорит Юнги. — Либо… моей смерти, — выдыхает Мин, откидывая голову на спинку кресла. Намджун с Сокджином молчат, понимая, что чёрноволосый прав. Чонгук издаёт нервный смешок, больше похожий на икоту, и тянется трясущейся рукой к виски, что стоит на столе. Он, конечно, храбрый и не боится ввязываться в драки с хулиганами, но он не готов к играм мафии. Вот только за друга он реально готов убить, поэтому, выпив два стакана залпом, парень выдыхает и задаёт главный вопрос: — Как нам найти Чимина? — Мои люди уже ищут и прочёсывают весь город и страну, — говорит Юнги. — А также, я думаю, они не станут долго ждать и до них уже дошла новость, что я в Сеуле, — со злостью говорит мужчина. — И, что тогда? — с волнением спрашивает Чон. — Что будет, когда они поставят условия? Ты их выполнишь или забьешь хуй? — кажется, выпить крепкий виски на голодный желудок было не лучшим решением, Чонгук. Из-за алкоголя, что ударил в голову парня, он стал явно смелее, а также инстинкт самосохранения отказал напрочь. Иначе, как объяснить то, что он тут орёт на босса мафии, у которого лежит ствол рядом с рукой? — Успокойся, — холодно чеканит Юнги, медленно вставая и подходя к разбушевавшемуся парню. — Ты понятия не имеешь, — говорит сквозь зубы Юнги, хватая за грудки Чона. — Я не собираюсь его бросать, и я сделаю всё, даже умру за него, потому что люблю! — рычит Мин, смотря гневным взглядом в немного испуганные глаза парня. — Но… — лицо черноволосого окрасил оскал, а в глазах загорелся дьявольский огонёк. — Я не собираюсь ни выполнять их условия, ни позволить умереть Чимину. Они пожалеют, что прикоснулись к нему.

***

Чимин очнулся с дикой головной болью и першением в горле. Глаза открыть с первого раза не получилось, но, пересилив себя, ему это все-таки удалось, вот только особо это ничего не дало. Голые стены, рассеянный свет, что шёл из окна. Чимин сидел на стуле со связанными за спиной руками. Повертев головой, Пак заметил еще стулья и железную дверь. Прислушавшись к себе, Чимин не заметил каких-то сильных болей в конечностях, кроме болевшей головы и затёкшей спины с руками. — Блять, — прошипел интерн, поморщившись от боли. — Пташка очнулась? — слышится хмык на японском языке где-то сзади. Через несколько секунд перед Чимином появляется мужчина не очень приятной внешности. Круглое, наполовину изуродованное шрамом лицо и похабная улыбка с сальным взглядом. Мужчина противно усмехается, что-то говоря на японском по типу: «Какой сексуальный». Чимин учил японский, он может понимать и говорить, но виду подавать не будет. — Можно в принципе и развлечься, пока нет босса, он точно не будет против,— облизывается мужчина. —Ну что, сучонок, отлижешь папочке? Ты же именно этим занимаешься с Юнги-саном? — Да пошёл ты, — выплёвывает на корейском Пак, его аж мутит от этих слов человека. — Что? Я тебя не понимаю,— морщится японец, наклоняясь к Паку и беря его лицо за подбородок. — Так я же тебя понимаю, — скалится интерн и со всей дури бьёт члену японской мафии промеж ног. Мужчина тут же отступает на шаг назад, хватаясь за своё самое дорогое, но боль настолько сильная, что он падает на грязный бетон, во всю глотку воя и покрывая матами мальчишку. Чимин криво усмехается и резко поворачивает голову на звук хлопков со стороны входа. — Какой пылкий, — к нему подходит ещё один японец, но этот уже говорит на корейском. Внешне он немного, но приятнее, чем этот лысый хрен, но взгляд, который устремлён на Пака, сам всё говорит за себя. — Балуешься? — склоняет голову мужчина и видимо главный, садясь на старый диванчик напротив. — И как только такую шавку не воспитали… — И как только такого кобеля выпустили на свет, — в той же манере отвечает ему Пак. За эти слова он получает удар по скуле. Да, больно, но терпимо. Он молчать и трястись от страха не собирается. Чимин смотрит исподлобья на мужчину, слизывая с разбитой губы кровь. — Твоё поведение я подправлю, — скалится мужчина. — Посмотрим, как ты запоёшь тогда. Он щёлкнул пальцами и на Чимина посыпалось несколько ударов в живот. Захрипев, интерн морщится, но ни звука не издает, стискивая челюсти. — Юнги вас размажет, и ты это знаешь, — усмехается Чимин, смотря на мужчину, что изменился во взгляде с надменного на испуганный. — Ему для начала нужно будет добраться до меня, — всё ещё надменным тоном говорит японец. — Боюсь, ты переоценил свои возможности, парень, — выпускает смешок Пак и тут же снова получает удар. И в какой-то мере Чимин прав. После того, как на телефон Юнги с незнакомого номера приходит видео, где связанного, избитого Чимина держит за волосы японец и говорит свои требования, Мин просто звереет. Такого злого главу клана не видел никто. Меньше часа уходит на то, чтобы Сокджин всё же вычислил со своей командой, где именно находится Чимин. Несколько десятков чёрных джипов подъезжают к зданию, штурмуя напрямую, воспользовавшись эффектом неожиданности. Тихо, жёстко и быстро все здание было зачищено людьми Юнги. Сам Мин с ноги выбивает дверь комнаты, где находился связанный Чимин, с ходу застреливая двоих охранников и помощника японца. Сам японец подскочил от испуга с дивана, во все глаза глядя на разъярённого главу корейской мафии. — Как…? — Ты забыл кое-что, Мизуки, — рычит Мин, выставляя руку с пистолетом на человека. — Я владелец этих земель. Я дракон, который найдёт любого, кто тронул моё. Звериный оскал и Юнги выпускает одну пулю, что летит прямо в лоб японцу. Выдохнув, уняв ярость, Мин, тут же убрав оружие, подходит к связанному парню, разрезая веревки и окутывая теплом и защитой Чимина. — Ты… Пришёл… — слабо улыбаясь, хрипит Чимин. — Конечно, любовь моя, я тебя не оставил бы, — утвердительно кивает Юнги, подхватывая парня на руки и стараясь унять панику. Чимин выглядел, откровенно говоря, плохо. Хриплое дыхание, кровь на виске и руках. Само по себе бледное состояние. — Держись, Мин-и, сейчас приедем в больницу. — Не волнуйся, — прикрывая глаза, говорит Пак. — У меня лишь ребро, сломанное… Надеюсь, лёгкое не задело… — тише говорит парень, всё же отключаясь. — Дави на газ! — рычит Юнги охраннику, тут же звоня и ставя на уши всю больницу, ту самую, где работает Чимин.

***

Нежный белый свет не давил на глаза. Размереный писк аппарата и запах спирта и медикаментов. Чимин сразу понимает, что он в больнице. С приходом в себя тут же возвращаются чувствительность и ощущения. Чимин уверен, он под обезболивающим, но голова и тело всё равно болят. Поморщившись, парень поворачивает голову набок, натыкаясь на рядом лежащую чёрную голову и сжимающую его ладонь руку. Улыбнувшись уголком губ, Чимин сжимает пальцы старшего, отчего тот тут же просыпается. Глава мафии выглядит сейчас нелепо, не как серьезный мужчина, а как сонный птенец. Мин, увидев очнувшегося Пака, тут же беспокоится о его здоровье и зовёт врачей. Те, трясясь перед взглядом Юнги, говорят, что с его парой всё в порядке и через неделю-полторы парень будет как новенький. В ребре была лишь трещина, а не перелом, и это везение на самом деле. Мин изъявил желание, чтобы Чимин мог лежать дома, а все необходимые врачи ездили к нему. И, в принципе, никто не мог и возразить, ну кроме Пака, только тот и правда очень хотел быть дома, рядом с Юнги. — Я люблю тебя, Чимин. Юнги шепчет эти слова куда-то в ключицы младшего, наконец спокойно выдыхая и расслабляясь. За всё время Мин никогда раньше так не переживал и не волновался. Вот, что делает с человеком настоящая любовь! — Я тоже люблю тебя, Юн-и. Чимин не жалел, что когда-то ослушался наставления своего наставника о том, чтобы не вздумать принимать пациентов самому. Он так же был счастлив, что вообще не испугался Юнги и, либо это из-за усталости от долгих суток, либо от чувства, что он может доверять этому человеку, хоть и веяло от него опасностью. На этот раз, Япония познала гнев главы корейской мафии в полном размере. Юнги полностью прибрал к рукам территории Японии, поставив во главу своего человека. Новости разлетелись быстро, и противиться никто не стал, ибо то, что сделали японцы, было не по правилам даже мафии.