2
11 октября 2020 г., 22:15
Выйдя в космос, Тинн включил автопилот до захода на орбиту Седьмой Магистрали, до которой было полсуток лета, и развернулся к пассажиру.
– Я Тиннас. Как и Ар, пилот «Водомерки», – дружески сказал парень. Называть корабль по-океански, откуда родом подруга, Тинн не любил. К тому же общегалактический – универсальный язык для всех. На нем они говорят с Арайей и большинством клиентов. С меньшинством – по транслятору.
– Дэлко, – осторожно представился тот.
– Пошли, – прервала знакомство Ар, видя, что жать руки мужчины не собираются. Дэлко смотрит на Тинна недоверчиво и с подозрением. Приятель, пусть и не интроверт, но и не рубаха-парень, к посторонним с обнимашками не полезет. Да и смысл узнавать друг друга близко, если через двенадцать часов Дэлко сойдет на планете. На это время необязательно бы и каютой его обеспечивать. Но Арайе не хотелось, чтобы он торчал в рубке или шатался по «Вонтрапере» из интереса. И если мужик все-таки это предпримет, то искин сообщит, и Ар будет начеку. Мигом приструнит. Дедов кораблик она ревностно оберегала от прогулок чужаков по нему, расценивая их как посягательство на личную собственность. Это ее и Тинна летающий, но все же дом.
По пути к каютам они миновали кухонно-столовую зону, отделенную от рубки коридорчиком и раздвижной переборкой.
– Вот, – Арайя отодвинула дверку у второй слева каюты. – Изнутри можешь закрыться на сенс-замок, но открывать створку придется вручную: никак электронику не починим.
– Это что? Капсульный отель? – опешил Дэлко, замерев на пороге прижизненным памятником самому себе.
С отелем, где сдавались микроскопические площади, каюту, конечно, не сравнить. Она была явно побольше, ибо в ней помещалась койка вдоль стены с иллюминатором, справа от кровати выступ-тумбочка, слева – встроенный узкий шкаф. Собственно, все. У Тинна и Ар были аналогичные. И ничего, жили там. И даже двери редко закрывали. Клаустрофобией никто из них не страдал: просто обычно здесь все свои. Пассажиров они брали, но нечасто и на короткие маршруты. И те обычно довольствовались креслами у шлюза.
– Нормальная каюта. Маленькая, конечно, – признала Арайя. – А что тебе надо на один перелет? Королевские апартаменты?
Дэлко вздрогнул, чуть не выронив сумку.
– Сойдет, – процедил он, зашел внутрь и без благодарности задвинул дверь. До Ар донесся писк блокировки.
– Скажите, пожалуйста, какой цац, – хмыкнула Арайя. Своими пафосными замашками и «выхухоленностью» Дэлко действительно походил на птицу, водившуюся на Океане. Пестро окрашенный, с высоким хохолком и пышным хвостом цац, обожавший прихорашиваться, смотрясь в водную гладь, зачастую настолько увлекался, что не замечал приближения хищника. За невнимательность расплачивался понятно чем.
– А у вас кормят? – после повторного писка дверь снова отодвинулась. Пассажир, несомненно, услышал негативную оценку своей персоны: звукоизоляция с поставленной миссией не справлялась.
– Кашей, – ехидно ответила Ар, ничуть не смутившись. Да она ему про оценку и в лицо может повторить.
Опять задвигание двери, писк. Ясно, от каши Дэлко отказался.
Правда, она будет с тушенкой. Но об этом Арайя не распространилась. Обойдется цац. Он ведь платил только за пролет. Проголодается, попросит поесть – они ему скажут, что за пищу отдельная плата. Раз уж Дэлко такой богатый, то пусть раскошеливается.
***
Переборку в кухне-столовой никто не закрыл, и по «Вонтрапере» компрометирующе расползался мясной запах. И когда пассажир покинул свою каюту, то сразу понял, что его обдурили. Донельзя обиженный Дэлко зашел в разгар обеда в столовку. – Где взять воды? – спросил он с плохо скрываемым недовольством. Словно его должны были обеспечить отдельным кулером, но почему-то забыли. – Фон там круфки, фон там питьефая фода, – с набитым ртом Ар показала сначала на навесную полку, потом на флягу с дозатором-краном. Мыли и мылись они технической водой. Для употребления наполняли емкость очищенной жидкостью в примагазинных автоматах. – Присоединяйся, – пригласил к столу Тинн. – Я кашу не ем, – высокомерно бросил Дэлко, налил воды в кружку с нарисованной несмываемым маркером марсианской жужелицей (Арайя изредка занималась художествами, причем главное для нее было желание рисовать, а не схожесть с реальным предметом или существом) и, гордо вскинув голову, удалился. – Так она с мясом. Очень вкусно, – сказал ему уже в спину Тинн и обратился к фыркавшей подруге: – Неужели он не унюхал? – Еще как! – между фырками простонала от смеха Арайя и рассказала о диалоге насчет кормежки. – Ну ты и негодяйка, – усмехнулся Тинн. – А то, – восприняла осуждение за комплимент девушка. – Да на кой с ним церемониться? Весь из себя такой, фу! Из богачей, сразу понятно. Мы для него слуги или бомжи. – Ну в принципе да. Смотрит на нас он надменно. – Вот и я о чем. Быстрее бы Седьмая – скинули его, взяли остальную платину и поискали работу. После обеда Тинн и Арайя вернулись в рубку. Сытость и чернота за обзорным окном потянули в сон. Отсутствие полноценного освещения – светились кнопки пульта и пара софитов в потолке, горевших в половину мощности, – также способствовало дреме. Ар, обхватив себя руками, клевала носом. Тинн, собравшийся откатить кресло и отклонить спинку, чтобы полулечь, услышал, как в рубке обозначился пассажир. – В моей каюте нет ванной комнаты, Тиннас, – обвинительно сообщил Дэлко. – В наших тоже, – ответил парень. Если обращение полным именем было непривычно, то повелительная интонация вовсе покоробила. – Ни ванных, ни туалетных. – Ни писсуарных, – подала сонный голос Арайя, не открывая глаз. – Санузел тут отдельный. – Я провожу, – Тинн пожалел Дэлко, который остолбенел от слов Ар, в открытую потешавшуюся над ним. Как его поразит подруга по дороге к санузлу, знала лишь она, а проверять Тинну не хотелось. Того гляди доведет пассажира, подняв ему нервы, и вторую часть оплаты он зажилит. Несколько раз они попадали в подобные ситуации. Ар понимала свою вину, злилась на себя за то, что оставила их без денег. Но на ошибках почти не училась, подчиняясь своему вредному характеру. Пройдя столовку, отсек с каютами и очередной коридор, они добрались до развилки. – Поверни направо, – сказал Тинн. Ему на ум тоже пришла маленькая каверза. Над пафосным типом не грех немножко пошутить. – Там ничего, – растерянно отозвался Дэлко. – Ну как же! – Тинн тронул стену, а точнее, сливавшуюся с ней панель. Зачем на корабле такая маскировка – не знал даже дед Арайи. Видимо, кто-то из конструкторов обожал приколы, представляя, как будет метаться команда, отчаянно мечтавшая о туалете, в поисках нужной комнаты. Взору пассажира предстал душ – кабинка со стеклянной дверкой. С одной стороны от душа располагалась раковина, над которой висело зеркало с полкой. С другой – три крючка для полотенец или одежды. И все. – А… – выдавил Дэлко. – Сортир есть, не волнуйся. По соседству. Или ты думал, мы в душ по нужде ходим? Унитазу пассажир обрадовался как родному. Заскочив в «туалетную комнату», он заперся и не сдержал вздох облегчения. Услышав его, Тинн ухмыльнулся почти как Арайя. Да, дурные примеры заразительны.
