Галопом в Дыртач или "Как свести с ума волка-игромана?"

Полуволк смотрел на тёмный вход в дом. Он искренне недоумевал ещё когда играл, почему никто не додумался приколотить тут дверь? Называется, «заходите, не стесняйтесь, тырьте чо хотите» Сделав глубокий вдох, он зашёл туда, тихо сняв тапочки. Казалось, никого нет. Он посмотрел на лестницу, ведущую в Снежнеград, тобишь выход из этих пурпурных катакомб и чуть не чертыхнулся от досады, что не удалось посмотреть вживую на остальные локации и поспорить о логике игры с другими персонажами. Хотя всё равно проход был почему-то заперт, а сам Кайнон в этом доме чувствовал себя как на минном поле, стараясь не шуметь. Он хотел бы однако, поболтать с «селёдкой под бронёй» и сказать, что она очень воинственная и крутая. Геймер улыбнулся, представив это. Он всегда к бойким персонажам в играх относился с обожанием. — Неужели я мог бы им что-то сделать вживую? — Одними губами, произнёс черноволосый. Его сердце защемило, а сам он хотел ударить по чему-нибудь. Он ругал себя, за то что игра сделала его таким ранимым. Несколько дней назад он ни за что бы не поверил в своё появление здесь лично. И ведь именно здесь, а не в какой-то действительно любимой игре, где, правда, от него мокрого места не оставили бы в первые же минуты, наверное. Кайнон направился в детскую и встал перед дверью. Стучать очень не хотелось. Лучше бы кто-нибудь открыл с той стороны и так. А ещё лучше вообще плюнуть на всё это, убежать и прихватив Кайлу, свалить из этой психушки. Эта мимолётная мысль вектором вперёд пронеслась у него в голове, но… Нет. «Тук-тук» постучал геймер одним пальцем, собрав всю волю в кулак. Но никто не ответил. — Она издевается? — Прошептал голубоглазый, немного подождав. Глубоко вдохнув, он легонько подтолкнул ладонью дверь и она с тихим скрипом открылась. Геймер приметил отсутствие замков. Действительно, о личном пространстве тут не слышали. В комнате царил полумрак. Он экстренно отыскал переключатель и когда тут стало светло, увидел спящую на одной из кроватей Чару. Впрочем, почему на одной из кроватей? В игре он отчётливо помнил что кровать была одна в комнате этого дома, а тут две. Сейчас эта комната вызывала кучу разных эмоций. Настороженный волк в пижаме немного со скепсисом смотрел на спящего ребёнка в травяного цвета свитере с жёлтой полоской. Даже во сне она улыбалась. Точнее «оно», как тот приметил для себя. Зачем вообще всё время с улыбкой, как обкуренное дитя Пеннивайза ходить, думал он. Девочка тихо сопела и не шевелилась. Дрыхла с поджатыми ногами и обеими руками под головой. Голубоглазый не сразу поверил, что она спит вообще. Его взгляд застыл на волосах девочки. Почему-то очень захотелось их потрогать, но по внутренним ощущениям, был риск лишиться руки. Сейчас Чара выглядела как обычный, среднестатистический, жизнерадостный ребёнок, у которого в своей жизни единственным проявлением насилия должно быть разве что отбиванием комаров от носа, мешавших спать. Но комаров в этой подзёмке вроде не было, по крайней мере в Руинах. Полуволк некоторое время смотрел на её расслабленное лицо, которое сейчас совсем не было жутким. Кайле бы даже захотелось потрогать пальцами румяные щёки девочки, будь она тут. Она то не знает наверное, что за всей этой невинной милотой скрывается ходячее воплощение последующих ночных кошмаров геймера. Он присел на пол и прислонился к шкафу, от нечего делать, принимаясь рассматривать рисунки. Точнее даже детские каракули, которыми была обклеена некоторая часть стены. Будить это розовощёкое чудо-юдо геймер и не думал. Ишь чего, сама сказала, что хочет с ним о чём-то перетереть, а теперь дрыхнет. Хотя, может это он слишком долго болтал с Кайлой, слушая так же об её делах тут и девочка просто устала ждать. Может сейчас именно и нужно разбудить? Черноволосый внутренне сжался. Ну нет, ну нахер. Но он ведь спешит! Чем быстрее это закончится, тем лучше. Теперь нахмурившийся Кайнон думал, как ещё понежнее разбудить это нечто и чтобы она не стала сразу приниматься за свои штучки. Он поджал левую руку, как будто собираясь её просунуть сквозь прутья, за которым скрывалась хищная кошка и закусив губу, положил ладонь девочке на голову. Дрожь чувствовалась даже сквозь перчатку. Чара не проснулась и никак не отреагировала, а рука будто примагнитилась к её волосам. М-да, неловко. Кайнон всегда чувствовал себя не в своей тарелке рядом с маленькими детьми, тем более спящими, а тут такое. Он просидел так с минуту, а ладонь от нервов уже нагрелась. Тут девочка развернулась на другой бок и ещё при этом обхватила руку Кайнона до локтя. Тот при этом успел встать наполовину, но руку уже было не убрать. Её очень крепко обнимала любительница шоколада. Опешивший полуволк не был намерен в такой позе проторчать ещё непонятно сколько времени. — Эй, вставай давай! — Резким полушёпотом потребовал Кайнон. Он принялся потихоньку высвобождать свою конечность, но девочка ещё сильнее её сжала. То что она не спала, он уже понял по тихому хихиканью. — Да ты ж не спишь! — Негромко воскликнул он. Розовощёкая только сейчас приоткрыла глаза. — Чего так до-олго? — Протянула она обиженным тоном. Руку отпускать не собиралась, видимо. — С сестрой разговорился. — Сквозь зубы, сказал он. Врать тут даже и не к чему было. — Я свою руку обратно получу? Она затекла уже! — Девочка зарылась носом в его шерсть и широко улыбнулась. — Не-а! — Она с такой силой дёрнула за эту руку, что Кайнон потеряв равновесие, всем своим весом рухнул на Чарину голову. Правда продлилось это всего секунду, потому что тот вскочил как ошпаренный и качаясь, чуть не наступив на собственный хвост, встал в центре комнаты. — Ой, как смешно! — Вскричал чуть не словивший новый микроинфаркт, Кайнон, тяжело дыша. Розовощёкая вставала, протирая глаза. — Не притворяйся нормальной, после того что мне устроила! — Ну почему-у? — Чара обиженно нахмурила брови. — Я ведь тоже ребёнок! — Полуволк как обычно хотел съязвить в стиле, она не ребёнок, а непонятно чтo. — Лет то тебе сколько? — Вместо этого спросил он. Та откинула голову вбок. — Не знаю, ты мне возраста не придумал. — Тот опустил уши и скосил глаза куда-то в стену, понимая что забыл с кем вообще говорит. Полуволку до сих пор было непривычно, что он с ней не одного роста. — Что же ты такое, Чара? — Пробубнил он. — В основном человек, к сожалению. — Зевая, ответила та. — Ладно, так, о чём ты хотела поговорить? — Полуволк попятился в сторону, когда розовощёкая встала. — Иди за мной! — Она юркнула в коридор. — Что? А тут поговорить нельзя, что-ли? — Черноволосый вышел из комнаты и увидел что любительница шоколада, достав из ящика ботинки, сейчас натягивала их на носки. — Давай, идём! — Звала она, выбегая из дома. Тот надел свои тапочки, ругаясь под нос на себя за то что собирается сейчас слушаться это, в основном являющимся человеком, нечто. Он бежал за ней довольно долго в сторону тёмной части катакомб и приметил, что бегает девчонка почти так же быстро, как и летает. С другой стороны, размять ноги было полезно. — Эй, смотри, это часть фоновой локации! — Звонко кричала розовощёкая, выбежав на некую открытую местность. Тут не было колонн или растительной жизни, типа красных цветов. Повсюду были лишь высокие, заброшенные дома. Полуволк шмыгнул носом, от того что в воздухе было не очень чисто, но притемнённые оттенки окружения давали отдых слегка раздражённым глазам от яркого окраса большей части Руин. «Куда побежала?» Только успела промелькнуть мысль. — Твою ж… — Чара же, как раз стояла на крыше одного из тех домов, а Кайнон это понял, когда интереса ради посмотрел вверх. Он хмуро снизу на неё глянул, а та в ответ махнула рукой в свою сторону, показывая этим, чтобы тот лез наверх и куда-то скрылась. — Думаешь я не знаю о правиле всех фильмов ужасов, не идти за странными людьми в заброшенные места? — Крикнул он, сделав рупор из ладоней, но как и сам ожидал, ответа не было. Геймер угрюмо начал подниматься на крышу. От разворота в более оживлённое место его останавливала только просьба Фриск. Когда он оказался наверху, у него дух перехватило. Повсюду были разномастные крыши тёмнопурпурных домов с каменными выступами, как у огромных башен. Обилие теней делало это место очень загадочным, но тем не менее, величественным. — Вау! — Прошептал полуволк, глубоко вздохнув более чистым на высоте воздухом и немного выйдя вперёд, подумал что это место идеально подошло бы для тренировки воя. — Приветствую! — От столь резкого и звонкого окрика, прорезавшего тишину, Кайнон от испуга прыгнул в сторону и запнувшись, с воплями упал прямо на свой хвост под истерические переливы смеха Чары. — Да перестань издеваться! — Умоляющим тоном заорал он, освобождая хвост из-под себя! — Ты же собираешься меня убить! Сюда наверное притащила, чтобы сбросить с крыши, да? Да?! — Кайнону требовалось отдышаться, а девочка села рядом, всё ещё держась за живот от смеха. — Умора! Не узнаю того Кайнона, который пропечатал мне по носу! — Она убрала волосы с глаз. — Поверь, хотела б убить тебя, сделала это бы ещё тогда. — О каком именно «тогда» говорила розовощёкая, Вулльстоун понял, едва она вытащила свой нож из рукава. — На, даю подержать! — Девочка спокойно улыбаясь, держа его за лезвие, протянула собеседнику. Геймер вообще не узнавал в этот момент приёмную Дримуур. С одной стороны, всё те же странные заскоки в настроении, всё те же так или иначе, болезненные приколы, но что-то будто было другим. Он всё-таки из вежливости взял нож и начав осматривать его, случайно немного смял лезвие от волнения. — Ой… — К-как… Ты что наделал?! — Вскричала надрывно хозяйка предмета и вскочила с впервые примеченным Кайноном лицом настоящего испуга. — Это подарок вообще-то! — Кайнон недоумевал, какой отбитый на голову псих будет дарить нож кому-то вроде Чары, но эти мысли перекрыло появившееся внезапно приятное чувство дежавю в душе. — Твоя фишка, строить чернильные рожи, моя - гнуть железки. — Холодно, но с наслаждением сказал он и смял лезвие в неведомую кривульку. Его рукоять отделилась и упала на пол. Кайнон был словно не в себе, но его глаза не меняли цвет. Однако, шах и мат. Эта девчонка столько раз за короткое время поиздевалась над его психикой, так что теперь они квиты. — А ну вернул всё как было! — Яростно потребовала девочка полуискажённым, угрожающим голосом, дёргая пальцами. Полуволк хмыкнул. Это была всё та же Чара. На её лицо он не смотрел, но лучше всё же было послушаться, а то домой недомститель точно не попадёт. Он лёгкими движениями пальцев провёл с железкой творческую манипуляцию. Ему было достаточно хорошо помнить нужный объект, а с памятью в этом у него проблем не было. За столько лет свои силы Вулльстоун развил как надо, радуясь что эта способность сыграла для него сейчас такую службу. Но лицо не выражало ничего, потому что он сидел и делал всё это будто под гипнозом. Не было страха, не было желания ехидничать вслух. Вот, почти готовое оружие и по совместительству предмет для того же творчества обхватило свою рукоять. От этих манипуляций нож довольно сильно нагрелся. Чара хмуро прижала его к свитеру, после починки, а её чёрные слёзы с хлюпающим звуком падали на шершавую поверхность крыши и пропадали. Кайнон же наконец поднял взгляд. Голова девочки была опущена и глаз не было видно, однако губы были сильно сжаты в дрожащую линию. Румян же на щеках за хлещущими струйками неведомой жидкости, стекающей по свитеру, тоже почти не было видно. Геймера даже не посетила мысль о том, почему он всё ещё жив. Вместо этого он усмехался в голове, думая о том, насколько этот кусок металла важен для приёмной Дримуур. Наверное так же, как и для него его бумеранг, который остался дома. Надо было не забыть взять его, тогда против надменной девчонки была бы хоть какая-то защита. Сердце защемило, от того что девочка прислонилась к области его расположения ладонью. — Ха-ха… Ты невероятен, партнёр. — Тот растирал висок. Домой. Нужно домой. — А ты притащила меня сюда столовые приборы обсудить? — Наконец-то заговорил голубоглазый. Из правого к слову, скатилась крупная слеза, но тот даже не заметил. — Нет. Я хочу ответить на все твои новые вопросы, чтобы у тебя больше не осталось причин возвращаться сюда. — Ответила девочка строго. От её детского образа не осталось и следа. Что ж, неудивительно. — С каких пор ты стала моей персональной Википедией? Я вопросы вообще хотел всем в этой игре задать, а в итоге что? Ты ж меня вообще ненавидишь. — Сухо съязвил он, после чего Чара обеими руками схватила его за волосы и медленно потянула за них, поднимая голову партнёра. Было больно, но параллельно с этим, как-то всё равно. — У тебя туго со слухом? — Медленно прорычала она, посмотрев ему в глаза и тогда уже разжала кулаки. Лицо розовощёкой выражало странные чувства. Казалось её щёки немного потухли, а улыбка выражала не насмешку как обычно, а своеобразное отчаяние. Тонкие брови стояли домиком. — Ха-ха… Я хочу чтобы ты успокоился! Просто… Просто расслабился, чтобы мы разобрались как можно быстрее! — Говорила она, находясь на грани срыва, судя по лицу. — Я стараюсь, а ты решил поиграть ва-банк на моём терпении? Тот при этих словах вскочил и чуть не полетел вниз, едва не оступившись. Мимолётный шок неожиданно привёл Кайнона полностью в себя. Адреналин забурлил в крови с новой силой. — Успокоиться? Успокоиться?! Если у меня туго со слухом, что после твоих штучек наверное неудивительно, то у тебя с памятью! — Шаги в разные стороны и развеивания своих чёрных волос руками граничили с восклицаниями. — Не, ну гляньте? — Демонстративно взмахнул ими волк в пижаме. — Собиралась захватить Мобиус, забрать мою душу, хотя это одно и то же с убиванием, и заставить холокостить тут по-настоящему, а теперь говоришь, что хочешь помочь мне не разрывать голову от своих же действий? Где блиндакс, логика во всей этой психушке?! — Заорал он, немного жалея что не может этого сделать Чаре прямо в лицо. — Отлично, ты наконец-то начал спрашивать. — Она прикрыла глаза. — Хорошо, я не собиралась захватывать твой мир. Без меня эта игра банально не будет работать. — А, так ты о своём мире печёшься, но хотела при этом видеть, как я убиваю вживую монстров?! — Геймер усмехнулся. Его глаза давно приобрели золотой оттенок. — Это как объяснишь? — Я собиралась перезапустить… — Тот не дослушал эти слова и зарычал. — Не думал что ты такая любительница вранья. — Цель оправдывает средства, партнёр. — Говорила она, полыхая в ответ своими глазами. — И какова же твоя цель, парт-нёр-ша?! — Скривив пасть, передразнил Кайнон. Ему казалось что он вот-вот не выдержит, а от слова «партнёр» его уже передёргивало. — Закончить игру, которую продолжил ты, когда вернулся сюда. Я об этом говорила уже! — Девочка сжимала свои колени, вцепившись в них ногтями, а голова едва заметно подёргивалась. — О да-а, конечно, я виноват! — Полуволк остановился и зашаркал ногами. — Ну и что про перезапуск и меня? — Элементарно. Как ты считаешь, что решит новый игрок, когда зайдёт сюда и увидит чёрный экран, вместо игры? Я только соблюдаю условия. — Отчеканила она, положив руку на лоб. — Какие ещё условия? — Тот немного успокоился, но дыхание всё ещё было прерывистым. Розовощёкая смотрела на геймера исподлобья. — Ты с-серьёзно?! — По безумному лицу с красными точками вместо глаз, было трудно понять, она собирается как обычно, залиться издевательским смехом или разрыдаться. Она искренне недоумевала с того что тот ничего не помнит. Или не понимает. Геймер едва заметно кивнул и немного удивлённо скосил взгляд на то как девочка с рычащим звуком оттянула себе оба века. — Ты прошёл на худшую концовку и я уничтожила мир. Твоя линия была закончена и тут ты заявляешься сюда, как ни в чём ни бывало? Ахахахах… — Она очень сильно выпучила дёргающиеся глаза, не убирая руки с лица в кривой усмешке, словно пытаясь просверлить в полуволке дыру. — Ты УЖЕ убежал от последствий, задолжав мне свою душу! — Тот уже думал, что ничему не удивится, но Чара действительно очень серьёзно относилась к своей работе. Он это давно смекнул и впервые на самом деле всё поняв, ему вдруг перед ней стало ужасно стыдно. Подросток с дрожью в ногах опустил взгляд. — Ты вживую, будучи Фриск должен был отдать мне её, но вместо этого предпочёл остаться в разрушенном мире. Линия твоей концовки никогда не была бы завершена. Из-за тебя мне пришлось нарушить правила! Я хочу, чтобы ты убрался отсюда и никогда не возвращался! — Последние слова та в истерике прокричала и отвернувшись, свалилась на пол. Её слова некоторое время откликались эхом. Слёзы норовили наполнить глаза геймера. Он понимал, что в этот раз она не лжёт, потому что в кои-то веки всё было логично. — Могла бы просто дождаться, пока я там окочурюсь от голода или обезвоживания. Была бы тебе душа. — Пробормотал он, еле держась на ногах. Затем опустился на пол и обхватил ноющий живот. — Это невозможно, ты же знаешь. Игра не предоставляет таких возможностей завершения концовки. — Уже более спокойным тоном, без истерии, пояснила она. Кайнон в это время так же думал, что вредить сестре у неё не было резона, потому что возвращающий агрегат не сработает без неё. Он переместит их только вместе и любительница шоколада это знала. Руки сжимали карман. — Почему ты решила отвечать на мои вопросы, если можно было сразу выбросить меня эм, туда? Или почему не прогнала нас ещё в начале домой?.. — Продолжал он спрашивать, а Чара продолжала отвечать. — Смысл был прогонять. — Буркнула она. — Ты всё равно мог бы вернуться. Своим приходом ты запустил реакцию условий концовки своего прохождения. По ним нужен был сброс, а для него, душа. — Она изучающе глянула на удручённого Кайнона. — К тому же, мне было интересно, способен ли ты на реальное убийство. — Мм, ты безумна, если считаешь что маньяки всякие будут играть в вашем мире! — Он заскулил в пижаму. Даже в их с Фриск временной линии уничтоженного Подземелья не чувствовалось такая гнетущая боль. — Всё равно, попытка не пытка. — Чара встала на одном из выступов крыши, глядя на тёмный потолок пещеры и один Тоби Фокс знал, о чём она думала. — Для меня ещё какая была пытка! — Полуволк встал и направился к девочке. — Окей, я не буду тебе мозги компостировать. Просто признайся, что ненавидишь меня и на вопросы мне будет уже плевать. Мы уйдём домой. Всё равно мама не простит мне второго попадалова, так что будь уверена, мы не объявимся. — Та опустила голову. — Я тебя не ненавижу. Знаю, если бы ты хотел действительно продолжить свою линию, сделал бы это дома. — Спокойно сказала она с каким-то странным сожалением в голосе. Черноволосый приложил кулак ко лбу с досадной мыслью, что сам не додумался привести эти слова как аргумент. — Тогда зачем было всё это делать, если вне рамок сюжета ты всё равно могла сбрасывать? — Он обхватив голову, вздохнул. Впрочем, на этот вопрос ответ был известен. Любительница шоколада просто делала свою работу, но тот сломал систему. — Ладно, понял. Для игры и тебя я так или иначе по-прежнему обмудень, убежавший от последствий. — Фыркнув в усы, сказал полуволк, садясь рядом и поджав колени, он посмотрел вниз. Было немного не по себе. — И что там с моей временной линией? — Перезапущена и ждёт нового игрока. — Последовал беэмоциальный ответ. Девочка в зелёном не смотрела на сидящего неподалёку геймера. Свесив ноги вниз, она сидела и с безразличием смотрела в никуда. Ветерок едва заметно бежал сквозь волосы. — Та-ак… А Фриск? Если всё сброшено, то почему он тут? — Спросил тот, немного напрягшись. — Ровно потому же, почему ты сам ещё не у себя. Твоя линия больше не связана с ним, но он до сих пор связан с тобой и пока ты тут, он не сможет играть дальше. — Ответила она, затем добавила. — И все остальные тоже. — Ох, заманался я с этими временными линиями вашими. Пока разберёшься, мозг расплавится! — Пробурчал Кайнон и посмотрел в сторону Чары. У неё был задумчиво-выжидающий взгляд. — Прости за нож. Сам не знаю что на меня нашло. Просто мне надоели все эти твои запугивания и я как бы, отыгрался, наверное. — Почесывая затылок, извинился черноволосый. Всё же было немного неловко за все эти вопросы. — И за то что я такой тупой идиотище. — На этих словах девочка со смешком фыркнула. Вот эти слова ей уже нравились. — Мне нравится, то что ты любознательный и нравится отвечать на твои вопросы, даже глупые! — Звонко ответила она. с полуулыбкой, но затем загнула бровь. — Только если это не то, что тебя не касается. — Окей, без проблем, тогда скажи о себе хоть что-то, от чего у меня не произойдёт инфарктный инсульт взлома мозга. — Не особо думая, сказал волк в пижаме. Чара хмуро опустила голову и развела руки в стороны. — Мне нравится рисовать, нравится вязать… Больше всего люблю садоводство, но всё это мало кому интересно. — Это ты нарисовала то что я видел у тебя в комнате? — Девочка едва заметно кивнула. — Что ж, моя сестричка тоже любит рисовать и по-моему это круто. — С лёгкой долей неловкости, сказал он. — Ну-у, выходит мой мир тебя не интересует, но если бы я отдал тебе душу, что ты стала бы делать? Э, то есть… — Он понял что не правильно сформулировал вопрос. — Нет, ты бы сбросила и вернула нас, но я был бы без души или как?! — Хи-хи, схватывашь на лету, неужели? — Девочка с каре наконец-то глянула на Кайнона без злобы, но у того уже отвисла челюсть. — Каким боком я жил бы без души? Эээ… — Он замялся и пожал плечами. — Ээ-это же душа, как-никак! — Всего лишь жил бы, ничего не чувствуя. — Чара глядела на полуволка с изучающим взглядом. — Ни сожалений, ни сострадания… — Перечисляла она, медленно растягивая каждое слово. — Ни любви! — На этих словах уголки её губ дрогнули. Голубоглазый сжал голову в плечи с недоумевающим взглядом. — Ты на серьёзных щах хотела меня оставить таким?! — А он уже начал надеяться, что всё произошедшее было мегаужасным розыгрышем. — Конечно! — Чара, поджав руки под щёки, улыбалась. — До сих пор хочу! — Ч-что сказали бы мама и Кайла, увидев меня таким?.. — Прошептал он, опять чувствуя мурашки по всему телу. — Погоди, чего? — Полуволк оглянулся на девочку. — А ты что думал, я тут в игры играю? — Она молча посмеивалась над своей же шуткой. — Играть в игру, живя в игре звучит парадоксально, так что нет. — Вставил Кайнон. Ему очень не хотелось продолжать тот цирк, но у него закралось подозрение что эта девочка таки заберёт его душу, когда у него не останется вопросов. — Оу, остряк! Хи-хи, не боишься меня? — Она смотрела на Кайнона хищным взглядом. — Какая прелесть! — Если всё то что ты сказала, когда привела меня сюда, не очередная брехня, то нет! — Кайнон даже не вставал, но всё же поджал ноги. Чара не двигалась. — Не ври себе сам. — Она прикрыла глаза, блаженно улыбаясь. — Чувствую же, что боишься. — Некоторое время они молча смотрели друг на друга, думая о своём. Полуволк словно вмёрз в каменную поверхность крыши, когда девочка начала подползать к нему с хитрым лицом. — Скажи же, что тебе страшно. — Она медленно подняла пальцем его подбородок, в ожидании ответа. Голубоглазый сглотнул. — Да, я боюсь, но не тебя. Поверь, на тебя я уже все стрáховые клетки истратил. — Он поменял в соответствующем слове ударение, немного жалея, что снова взялся за своё. — И наверное, остатки разума, н-да? — Хотелось отвести взгляд. — Чего же тогда ты боишься? — Последовал очевидный вопрос в неочевидно, заинтересованной манере. — Я боюсь, что мы с сестрой никогда не попадём домой и… — Язык геймера заплетался. — И? — Это прозвучало с настойчивостью. — И я больше никогда не смогу сказать родным и близким что… Что люблю их. — Подбородок был медленно освобождён и Кайнон, прижимая к себе руки, отвёл взгляд. — Истинный ответ. — Отчеканила Чара, присев. Её глаза были полны прозорливых огоньков, а брови стояли домиком. — Да блин, почему ты такая? Я конечно понимаю, что это твоя работа, но сейчас же не обязательно вести себя так! — Негромко воскликнул полуволк, глядя на девочку, что вопросительно сложила брови. — Нет, серьёзно, тебе гипотетически не хотелось разве иметь какую-нибудь другую роль, а не только роль Таноса местного. — Взмахнув руками, спросил голубоглазый полуволк. — Оу, зачем мне это? — Да хотя бы для разнообразия! — Воскликнул тот. — Тебе не скучно из раза в раз заниматься одним и тем же? — Ну что-о ты? — Любительница шоколада резко перекатилась к Кайнону и привстав, начала перебирать пальчиками левой руки по его грудной клетке. У того медленно начинал вздыбаться хвост. Когда эта девчонка так делала, ничего хорошего ждать было нельзя, но он держался и держал себя в руках. — Ааахахах… Знал бы ты, какое это удовольствие… — Она резко и с яростью вцепилась с ногтями в область сердца. — Какая блажь ощущать как фибры ваших душ содрогаются, разрываются от чувства отчаяния и снова собираются воедино стремлением продолжать страдать! — Чара дрожала и переходила на искажённый голос, а полуволк мычал от боли. — Страдать самим и щедро передавать это чувство другим, заполняясь Любовью… — Мне больно! — Не выдержал Кайнон, но Чара продолжала своей маленькой рукой с острыми ногтями давить на колотящееся в груди сердце. Тот через силу повернул голову в сторону страшной девочки. Она с наслаждением смотрела в его наполненные слезами и страхом глаза, капая на пижаму чёрной жидкостью. — Хаххах… Ведь все вы так падки до Любви! — Она прижалась к полуволку, не думая расслаблять руку. — Но мне же не нужно ничего, кроме души! — Тот скулил, в очередной раз слушая этот жуткий смех. Неужели это никогда не прекратится?! Он схватился за руку и пытался оторвать её от себя, тут же почувствовав капли. По густоте они напоминали чернила. — Хватит! — Кайнон на миг сверкнув глазами с силой оттолкнул потустороннего ребёнка. Она не могла прекратить заливаться смехом, а полуволк скрючившись от боли, медленно встал, держась за сердце. — Я вообще не о Фриск и игроках говорил! — Твердо сказал он. — Я говорил о тебе! — Чара, едва успокоившись, вопросительно глянула на Кайнона. — Тебе реально нравится смотреть, как те с кем ты живёшь, умирают снова и снова и снова?! — Неотступно продолжал спрашивать он. — Хахх-хах… Выбор невелик, знаешь ли. — Начала приёмная Дримуур, прикрыв глаза. — Ты не один хочешь, чтобы в лучшей концовке можно было спасти всех, но дело в том что в этой концовке заключается моё прощание с этим миром и, если уж ты веришь в то, перерождение в следующем. — Девочка с озорным взглядом смотрела на вытянутое от удивления лицо Кайнона. — Поэтому я физически зрима лишь на пути праха и страданий! — С жуткой улыбкой добавила она. — Т-то есть как? — Волку в пижаме было стрёмно слышать эти слова, не успевши отойти от недавнего, но всё равно его желание понять что-то ещё в этой странной игре было непоколебимым. Чара в подпрыжке встала на ноги. — Слушай же, партнёр. — Серьёзным тоном, начала она. — Если игрок проходит за Фриск с добрыми намерениями и в итоге освобождает монстров, я понимаю что мой план был провальным с самого начала и Фриск смог всех спасти банальным милосердием. Я понимаю свою неправоту в том что совершенно все люди зло. Признаю что ошибалась, упрекая Азриеля за его веру в человечество. — Девочка отвела взгляд. — Я осознаю, что Азриель не предавал меня, когда умирал за них. — Психике черноволосого было трудно воспринимать её слова всерьёз, зная что этот их Азриель сейчас фиг знает чем занят в Руинах. А занят он был игрой в стелс-миссию с Кайлой и требованием было лишь не попадаться ей на глаза. — Что ж, а на пути так называемого вами геноцида всё то же самое с точностью до наоборот. — Она резко повеселела. — Я ещё более утверждаюсь в своём мировоззрении, вдобавок начинаю считать всех монстров жалкими предателями и врагами, желаю уничтожить весь мир… — Бодро перечисляла она по пальцам. — Делаю это и всё, счастливый конец, все умерли! — Девочка, смеясь с закрытыми глазами, встала на одной ноге у края крыши и перекрёстно сложив руки на плечах, сиганула вниз. — Куда?! — Кайнон в подбеге, едва успел коснуться её ботинка. Он с ужасом опустил голову и через несколько секунд почувствовал как у него по шее что-то ползает. Резко обернувшись, он увидел перед собой естественно парящую, смеющуюся Чару, которая оттащила за уши тут же потерявшего равновесие Вулльстоуна. — Фух, да у вас тут мода на падения прям! — Говорил он, тяжело дыша, распластавшись на тверди крыши. — Хах, признаюсь, такой себе флэшмобец! — Геймер перевернулся на спину. Такое за несколько секунд пережить он не ожидал точно.