last nights of summer

      Небольшая серая машина легко неслась по трассе среди шумящих деревьев. Город уже остался позади, а вокруг зеленой, шумящей листвой раскинулся лес. Изредка мимо проносились огромные коттеджи, хозяева которых, вероятно, были удачными бизнесменами, которым посчастливилось выкупить немаленькую площадь земли в этом тихом месте.       Джош, лениво откинувшись на спинку сидения, барабанил пальцами по рулю в такт музыке. Только когда из динамиков зазвучало его собственное пение, Дан уменьшил громкость и наконец оторвался от прослушивания треков. Только тогда он смог полноценно окинуть взглядом уже знакомую местность.       Он не был тут уже около пяти лет, однако казалось, что только вчера по этой самой дороге он уезжал на своей машине из этого места.       Тогда в нем ярким пламенем горело желание поскорее уехать из дома, где, как ему казалось, родители совершенно не понимали его. Практически вся его семья так или иначе принимала участие в их столярном семейном бизнесе. Джош был единственным, кого это дело совершенно не интересовало.       Возня с бумагами, переговоры с важными людьми и постоянные поездки на разные мероприятия, что всегда были неотъемлемой частью жизни всего семейства Дан, никогда не были Джошу по душе. Это и становилось причиной их с родителями частых скандалов и, в конце концов отпраздновав свое восемнадцатилетие, Джош быстренько собрал вещи и уехал из дома.       Пять лет назад он ехал по этой же дороге таким же теплым летним вечером, оставляя позади свое родное поместье, семью и прежнюю жизнь. А сейчас он возвращался обратно. И причиной тому стало то, что впервые за столь долгое время родители написали ему письмо. И не просто письмо, а приглашение на день рождение его матери, которая решила устроить целую вечеринку, пригласив своих коллег, друзей и многих родственников.       Сначала Джош отнесся к этому с большим энтузиазмом. Несмотря на частые ссоры и недопонимания, он все-таки успел соскучиться по своей семье, однако повода просто заехать к ним и увидеться он никак не мог найти. Джош быстро сообщил родителям, что он с радостью приедет на праздник. Однако сейчас, когда до дома оставалось всего лишь пару километров, парень уже начинал жалеть о своем поступке.       Во-первых, последние годы его жизни тут были буквально наполнены ежедневными скандалами и криками. Собственно, именно из-за этого недопонимания он и решил уехать. Также его не особо утешала мысль о том, что на праздник приедет куча его родственников, которые вряд ли оценят такой способ жизни самого Джоша: прожигание лет в бесперспективной и сомнительной (по их словам) карьере музыканта, отсутствие малейшего интереса к семейному делу и сложные отношения с родителями.       Во-вторых, пока Джошу придется коротать целую неделю в особняке вместе со своей семьёй, его группа, скорее всего, будет веселиться где-то на концертах без него. И как бы долго мать Джоша не пыталась приучить его к деловой рубашке и пиджаку, Дан все равно считал, что даже самый простой концерт под открытым небом, сидя просто на траве, будет куда интересней любого бала и прочих важных вечеринок.       С этими мыслями Джош равнодушно смотрел на дорогу, пытаясь на ходу придумать разные варианты приветствия с родителями и просчитать разные пути развития их диалога.       Джош не особо надеялся на теплый прием. Скорее он ожидал опять увидеть этот строгий и осуждающий взгляд Кэлли на себе, который всегда заставлял его почувствовать себя неуютно и вызывал его недовольство одновременно.       Наконец вдалеке показался дом, в котором Джош провел свои первые восемнадцать лет жизни. Его руки крепче сжали руль, однако разворачиваться и возвращаться обратно уже было слишком поздно.       Спустя всего несколько минут Джош въехал на территорию особняка. Со знакомым ему глухим звоном кованые высокие ворота закрылись за ним.       Припарковавшись, Джош быстро достал из багажника свои сумки, закрыл машину и только потом осмотрелся.       Все же тут ничего не изменилось за прошедшие пять лет. Все кусты и газоны в садике были аккуратно подстрижены, клумбы с яркими красными гвоздиками были хорошо ухожены и ограждены белыми камнями. Вымощенная гравием дорожка вела вперед, к небольшому фонтану с причудливыми узорами и каменными фигурками рыб.       Джош поднял голову к возвышающемуся перед ним четырехэтажному особняку. Его нежно-желтые стены словно излучали тепло и навевали старые воспоминания о детстве, проведенном здесь. Вечернее солнце ярким оранжевым светом отражалось в высоких окнах.       Барабанщик еще раз окинул взглядом безлюдный сад, вдохнул знакомый запах хвои и только потом, взяв свои сумки, двинулся по дорожке к дому.       Не успел он дойти до здания, как вдруг чьи-то руки крепко схватили его за плечи. Джош выронил сумки и, резко повернувшись, схватил нападающего за запястья.       — Твою мать, ты мне сейчас руки сломаешь!       — Джордан?       Увидев перед собой младшего брата, Джош тут же отпустил его. Тот выровнялся и, поправляя рукава рубашки, с улыбкой продолжил:       — Ты все так же хорош. Продолжаешь заниматься боксом, да?       — Еще раз так меня напугаешь — не удержусь и врежу! — старший недовольно скрестил руки на груди, однако спустя секунду смягчился. Джордан, пожалуй, был единственным, с кем Джош все это время продолжал поддерживать контакт. В конце концов, только его младший брат знал о его карьере музыканта и только он всегда поддерживал Дана.       — Я очень рад тебя видеть. Как ты?       — Вроде, все еще в порядке, несмотря на предсказания наших родителей.       — Ты за все это время практически не изменился, — Джордан сделал шаг назад, — все еще дуешься на них… Даже внешне ты как-то особо не поменялся. Все те же тоннели в ушах, та же кепка козырьком назад и те же вредные, хитрые глаза…       Джош улыбнулся. Сам Джордан тоже особо не изменился за все это время. Его хорошо уложенная прическа, строгая рубашка и галстук явно давали понять, что этот человек, несмотря на столь молодой возраст, не нуждается в деньгах. И это было чистой правдой: среди всех троих братьев именно Джордан проявлял самый большой интерес к семейному столярному бизнесу и именно он пошел по стопам родителей.       Джордан протянул руки для объятий. Джош, не колеблясь, сделал шаг вперед, и братья крепко обнялись.       — Я рад, что ты наконец вернулся в семью, — младший похлопал барабанщика по спине.       — Вообще-то… Я тут только на неделю. Отпраздную день рождения матери, а потом поеду обратно.       Кажется, это немного расстроило Джордана, но он пытался не подавать виду.       — В любом случае я рад, что ты тут. Подумать только: прошло пять лет, как ты уехал, а практически ничего тут не изменилось. Родители, кстати, очень соскучились по тебе.       — Правда?       Джордан махнул кому-то рукой. Джош обернулся и только сейчас заметил, что к ним уже спешит молодой парнишка, работающий тут прислугой.       — Оскар, будь добр, отнеси вещи Дана в его комнату.       Тот кивнул, легко подхватил сумки Джоша и энергичной походкой направился в дом.       — На самом деле, это так, — продолжил Джордан и вместе с братом пошел к дому, — родители и вправду довольно-таки волновались о тебе. Просто… ты всегда был очень заносчивым и часто не хотел понимать их…       — Они тоже не хотели понимать меня, — возразил старший, — они все время пытались навязать мне наш семейный бизнес, хотя я ни черта этим не интересуюсь и тем более не понимаю. Им всегда было все равно на то, что было интересно лично мне.       Поскольку они зашли в дом, Джош стал говорить немного тише, попутно осматриваясь.       Оказавшись в этих нежно-желтых стенах, обвешанных уже знакомыми Джошу картинами, его сразу захлестнули воспоминания о детстве. Он помнил, как, будучи совсем маленьким, постоянно носился с братьями по этим огромным, просторным комнатам. Как они, несмотря на вопли служанки, прыгали по дорогим диванам и кофейным столикам, представляя, что красный ковер под ногами — это потоки лавы.       Честно говоря, за пять лет проживания в съемной квартире и постоянного времяпровождения в звукозаписывающей комнате он уже успел отвыкнуть от такой роскоши, так что сейчас ему было слегка неуютно находиться здесь.       — Просто… Пообещай, что хотя бы постараешься не ругаться с ними, хорошо?       — Я постараюсь.       — Вот и отлично. Пошли, мы все уже собрались в гостиной.       Братья зашагали по лестнице наверх.       — Уже все родственники приехали? — тихо спросил Джош.       — Не, сейчас дома только наша семья и брат отца, ну и не считая нескольких служанок. Родственники начнут собираться только через пару дней, уже ближе ко дню рождения.       — Понял.       — И сними кепку хотя бы в помещении.       Джордан быстрым движением стянул кепку с Джоша и отвесил ему подзатыльник.       — Эй!       Джош быстро забрал свою кепку обратно и в ответ подставил Джордану подножку. Однако тот успел схватиться за перила и удержаться на ногах.       — Джош, я прибью тебя!       — Только если догонишь!       Старший щелкнул брата по носу и быстро понесся по лестнице вверх. Он слышал отдаляющиеся шаги Джордана за собой и был уверен, что младший не сможет догнать его. Джордан всегда был самым медленным из братьев.       Джош остановился перед высокой дверью в гостиную.       — Сволочь… — Джордан подошел к нему через несколько секунд, пытаясь отдышаться. — Учти: после ужина тебе мало не покажется…       — Что, замучаешь меня до смерти рассказами об экономике?       Оба тихо хихикнули. Джош поправил свою легкую зеленую курточку.       Джордан легко толкнул массивную дубовую дверь и первым зашел в гостиную. Джош несмело шагнул за ним и, выглянув из-за спины брата, быстро осмотрел комнату.       Он тут же зацепился за этот холодный и пронзительный взгляд. Дан почувствовал, как по его спине пробежали мурашки, и он непроизвольно опустил глаза.       Несмотря на это, барабанщик буквально чувствовал на себе внимательный и изучающий взгляд Тайлера Джозефа, сидящего в кресле напротив.       Джош просто терпеть не мог, когда Тайлер вот так смотрел на него. Его взгляд всегда был невероятно проницательным, и складывалось впечатление, словно он видит всех насквозь. Ничто никогда не могло ускользнуть мимо глаз Тайлера. Он никогда не упускал ни единой мелочи. Точно так же, как и их мать — Кэлли Джозеф. Впрочем, он был похож на нее не только своими глазами.       Кроме фамилии, Тайлер полностью унаследовал характер их амбициозной матери: он был таким же смышленым и гордым, когда нужно — тихим и скромным, а иногда — полным холодного спокойствия и рассудительности. И хотя в Тайлере, в отличие от Джордана, так и не проснулись предпринимательские жилки родителей, он все равно был таким же целеустремлённым. Пожалуй, именно благодаря этим чертам характера он смог добиться такого успеха в спорте.       — Привет, — несмотря на все, его голос, как обычно, звучал мягко, — рад тебя видеть, Джош.       — Взаимно.       — Здравствуй, Джош, — со своего места в соседнем кресле поднялся мужчина в темно-сером свитере и с приятной улыбкой.       — Джош, это — Энтони Дан, наш дядя. Дядя, познакомьтесь, это — Джошуа Дан.       — Очень приятно, — Джош смущенно улыбнулся и пожал руку Энтони.       — Если честно, я тоже сначала не узнал его, потому что мы виделись с ним, когда еще совсем мелкими были, — тихонько сказал Джордан на ухо старшему.       — Честно, я очень рад, что наш дорогой племянник наконец вернулся к нам.       — Я… Тоже очень рад Вас видеть, — Джош кивнул. Ему не хотелось начинать разговор о том, что приехал он только ради дня рождения матери, так что развивать эту тему он дальше не стал.       — Знаешь, а я ведь почему-то думал, что вы с Джорданом заинтересуетесь бизнесом вместе, — сказал дядя. — Насколько я помню, вы всегда были не разлей вода.       — Так и сейчас есть, — Джордан улыбнулся и сел в кресло напротив Тайлера. Джош немного обрадовался этому, поскольку теперь ему не придется занимать место напротив Джозефа и, соответственно, постоянно терпеть на себе его взгляд.       — Да, но… Мы с Джорданом все-таки довольно разные и у нас разные интересы в жизни.       — Это я уже понял. Подумать только: вы все настолько выросли, — Энтони повернулся к братьям и внимательно их всех осмотрел, — словно только вчера ты, Джош, носился с Тайлером по коридорам с дикими воплями, а Джордан с неподдельным интересом слушал мои истории о поездках в Европу.       — Джошуа Дан, — негромкий голос, внезапно раздавшийся у двери, прервал монолог Энтони, и все повернулись в сторону.       Кэлли стояла в дверном проёме с небольшой стопкой бумаг в руках. Она смерила Джоша своим внимательным взглядом, и через несколько секунд на ее лице появилась улыбка.       — Ты всё-таки практически не изменился за это время!       Она сделала несколько шагов вперёд и тепло обняла Дана. Первые пару секунд Джош был немного растерян: он совершенно не ожидал увидеть мать в таком хорошем настроении, да и вообще не мог вспомнить, когда в последний раз она была настолько дружелюбна к нему. Однако он быстро смекнул, что делать, и так же крепко обнял ее.       — Я тоже соскучился, — негромко сказал Джош.       Спустя несколько секунд они оба отпустили друг друга. Только сейчас Джош заметил, что его отец все это время так же стоял в дверном проёме. Немного поправив правый рукав курточки, барабанщик сделал шаг вперёд, вежливо кивнул и пожал руку Вильяму.       — Здравствуйте, отец.       Тот молча осмотрел Джоша с ног до головы. Его взгляд задержался на порванных джинсах на коленях и на тоннелях в ушах Дана. Было понятно, что он не особо одобряет это, однако Вильям ничего не стал говорить и только крепко пожал руку сыну.       — Как я понимаю, дядю Энтони тебе представили? — спросила Кэлли.       — Да, Кэлл, Джордан уже нас познакомил, — ответил дядя.       Кэлли кивнула. С ее лица все ещё не сходила теплая улыбка. Это была та самая Кэлли Джозеф в строгом сером пиджаке и брюках, готовая вгрызться зубами в свою идею и разбиться в лепешку, дабы достичь своей цели. Однако сейчас в ее глазах горела какая-то теплая искра, которой практически все детство так не хватало Джошу. Это даже показалось ему немного необычным, но это чувство быстро прошло.       Кэлли прошла по комнате и положила стопку бумаг на журнальный столик. Джош заметил, как дядя Энтони благодарно кивнул матери. Однако интересоваться, что именно это за бумаги и зачем дядя на самом деле приехал сюда, он не стал: это не его дело. К тому же он совершенно не имел никакого отношения к их семейному бизнесу и интересоваться его делами было бы с его стороны как-то…       — Мальчики, — Кэлли повернулась к братьям, — ужин будет совсем скоро, осталось подождать всего около часа. Почему бы вам пока не пойти и не прогуляться по саду на заднем дворе? Немного поговорите друг с другом и заодно нагуляете аппетит.       — Как скажешь, — Тайлер, который все это время сидел ниже травы и тише воды, первым подал голос, поднялся с кресла и зашагал из комнаты. Джордан, кивнув всем присутствующим, последовал его примеру. Джош нехотя поплелся за ним.       Братья один за другим спустились на первый этаж, молча прошли по коридору и вышли на задний двор.       — Вы тут ремонт делали? — спросил Джош, осматриваясь.       Джордан кивнул:       — Ещё года два назад. Мама решила пересадить многие клумбы, поставить беседку. Это переросло в более капитальный ремонт. В любом случае мне нравится, как получилось. Что думаешь?       Джош ответил не сразу. Он окинул взглядом поменявшийся сад. Большой каменный фонтан посредине наполнял садик приятным шумом воды. Чуть дальше от него стояла круглая деревянная беседка в окружении жёлтых гербер. Трава на газонах была аккуратно подстрижена. Вокруг дорожки из гравия цвели те же красные гвоздики, что и на клумбах перед домом. Неподалеку от беседки появился небольшой прудик с белыми кувшинками и фарфоровыми фигурками лебедей.       — Да, тут… Красиво, — ответил Джош, не зная, что ещё сказать. Садик действительно выглядел уютно, но не настолько, чтобы впечатлить старшего.       — Ясно, тебе не нравится.       — Я не сказал, что мне не нравится! Тут красиво, но меня не особо впечатляют садики особняков. Ты лучше скажи, зачем приехал дядя Энтони, — осторожно спросил Дан.       Джордан вопросительно посмотрел на Джоша:       — Я не слепой, — ответил барабанщик, — мама ведь ему какие-то бумаги принесла. Он тут по каким-то делам бизнеса?       — С каких пор ты интересуешься семейным бизнесом? — Тайлер уставился на Джоша, вскинув одну бровь.       — Мне просто интересно, — отрезал Джош.       После нескольких секунд тишины Джордан заговорил первым:       — Честно, я не знаю. Мама сказала, что он приедет заранее, потому что у них есть какие-то незаконченные дела.       — Какие-то? То есть ты не в курсе?       Джордан немного помолчал, только потом медленно продолжил:       — Они заполняют некоторые бумаги, чтобы привлечь к бизнесу ещё какого-то человека.       — Кого?       — Понятия не имею.       — Но ты же работаешь с ними!       — Но они мне не рассказали! Даже Тайлер не в курсе.       Тайлер посмотрел на Джордана, затем на Джоша и кивнул.       — А это странно, Тайлер же у нас любимчик родителей, — тихо сказал старший. И хотя в детстве они с Тайлером часто дурачились вместе, со временем жизнь разбросала их по разным дорогам. Джош пошел по своей собственной тропе, покинув родительский дом, а Тайлер послушно следовал словам матери и подался в спорт, так и оставшись нежиться под родительским крылышком.       Джошу всегда казалось, что Тайлер был единственным ребенком в семье, к которому относились более-менее хорошо. То ли из-за одной фамилии, то ли ещё чего-то их мать всегда и во всем поддерживала именно Тайлера. Даже Джордан, являющийся, по сути, единственным наследником их бизнеса, не получал столько похвалы, как Тайлер.       Джозеф, не медля ни секунды, сразу недовольно ответил:       — Я не их любимчик. И вообще, возможно, если бы ты был более спокойным и хоть иногда слушался родителей, тебе бы не пришлось уезжать отсюда!       — Так, тихо! — Джордан быстро встал между братьями. — Давайте постараемся не ссориться хотя бы перед днём рождения нашей матери?       — Только если он не будет меня провоцировать, — Джош отвернулся от Тайлера. Тот только недовольно хмыкнул, но ничего не ответил.       — К тому же мне кажется, у Джоша и так неплохая жизнь без нас, так ведь?       Он добродушно посмотрел на старшего. Было понятно, что Джордан пытается вытянуть ситуацию и поддержать более приятный разговор. Так что Джош всего лишь вздохнул и уже спокойно заговорил дальше: ему правда не особо хотелось конфликтовать сейчас.       — На самом деле… Все правда не так уж и плохо. В принципе, я даже рад, что уехал, потому что сейчас у меня все довольно хорошо складывается… — Дан почувствовал, что взгляд Джозефа опять словно прожигает его насквозь. И Джош решил продолжить говорить об этом назло младшему. — Сейчас я играю в музыкальной группе, я там барабанщик.       — Родители в курсе? — быстро вставил Тайлер. Джош немного засуетился.       — Пока… Нет. И я не планирую рассказывать им это в ближайшее время.       — Представляю, что будет, если они об этом узнают, — улыбнулся Джордан.       — Поэтому я и не хочу пока говорить.       — Вы часто выступаете? — спросил Джордан.       — Эм… Не особо. Мы ещё пока… Не особо популярная группа, — мягко ответил Джош. Не будет же он открыто признаваться, что на самом деле прослушиваний у них действительно очень мало. — И… Концертов у нас пока тоже немного. В основном мы выступаем на разных фестивалях, если нас приглашают. А так… Мы часто проводим время в звукозаписывающей студии. Правда, если речь заходит о написании слов песни, я обычно сижу в сторонке. Я не очень хорош в этом. Но принимать участие в создании музыки я люблю…       Джоша прервал телефонный звонок.       — Дико извиняюсь, — Джордан достал из кармана телефон, сделал пару шагов в сторону и взял трубку.       Джош с Тайлером остались стоять в сторонке, наблюдая за разговором брата. Спустя минутку Джордан пришел к ним обратно.       — Я очень извиняюсь… — быстро заговорил он. — Мне нужно отойти к родителям, тут один вопросик появился. Я правда очень сожалею, я постараюсь прийти так быстро, как только смогу…       — Все в порядке, — Джош немного улыбнулся. Он был немного расстроен тому, что Джордану придется уйти, но останавливать его он тоже не собирался.       — Ещё раз очень извиняюсь. С меня кофе и что-то вкусненькое!       Джордан побежал обратно к дому.       — И вы двое! — крикнул он перед тем, как забежать внутрь. — Никаких ссор, истерик и драк!       — Постараюсь! — крикнул в ответ Джош. Джозеф лишь молча кивнул.       Только после этого Джордан скрылся в здании.       Джош вздохнул и посмотрел на Тайлера, что молча стоял рядом. Он не был особо рад тому, что теперь ему придется проводить время в его компании.       Они молча шагали к беседке, смотря под ноги и не решаясь заговорить. Джош пытался придумать какие-то темы для разговоров, чтобы разбавить эту неловкую паузу, однако в голову так ничего и не приходило.       Тайлер, казалось, был полной его противоположностью: вредным, внимательным и холодным ко всему. К тому же он всегда был похож на их мать своей амбициозностью и умением сохранять спокойствие в нужных ситуациях. Пожалуй, в какой-то мере именно из-за этих сходств с Кэлли Джош и недолюбливал его.       Они дошли до беседки. Тайлер медленно зашёл внутрь. Дубовые доски тихо скрипели под ним, пока Джозеф обходил беседку. Джош оперся о перила, рассматривая задумчивое лицо младшего.       Вдруг Тайлер повернулся к нему и негромко заговорил:       — А… Ты сразу нашел группу, в которую можно вступить? Или ты сам ее организовал?       Обычно Тайлер никогда не интересовался личной жизнью Джоша, так что такой вопрос заставил Дана немного растеряться.       — Ну… Сначала я объединился с одними знакомыми из Колумбуса, а потом к нам присоединился ещё один парень.       — И все эти пять лет ты был в группе?       — Нет… Я… Когда я только приехал в Колумбус, я работал в музыкальном магазине. Выступал иногда на каких-то праздниках, если нужен был барабанщик. Только спустя время познакомился с ребятами, с которыми я сейчас в группе.       — И… Часто вы собираетесь так… Придумывать песни?       — Довольно часто. Вообще, придумывать песни и музыку — это сложно, и просто так с фонаря ты ничего не сделаешь. А особенно сложно, когда к тебе совершенно не приходит вдохновение.       Тайлер подошёл ближе к Джошу и тоже оперся о перила беседки. Старший заметил странный блеск в глазах брата, но не стал останавливаться.       — Если у тебя нет вдохновения и настроения — не получится написать ничего дельного. Чтобы писать, нужны… Эмоции. Чувства. Вдохновение. Если у тебя нет ничего, то текст будет сухой, никому не нужный и неинтересный. Обычно текст пишут, когда ты чем-то вдохновился или на эмоциях. В принципе, так же и с игрой на барабанах. Я не могу ничего придумать, если у меня банально нет настроения. А иногда бывает так, что тебя прям захлёстывает вдохновение, и ты пишешь песню буквально за один вечер.       Джош посмотрел на Тайлера. Внимательные глаза Джозефа буквально блестели и жадно бегали по лицу старшего, словно боясь пропустить хотя бы одно его слово. Джош замер. Ему кажется это, или Тайлеру действительно было интересно слушать его рассказы о группе?       — В общем… — медленно продолжил он, следя за взглядом темных глаз Тайлера. — Из-за этого часто бывает сложно. В группе нужна слаженная работа. А это невозможно, если у кого-то сегодня есть вдохновение, а у остальных участников — нет. Но мы пытаемся. Я не очень хорош в создании текста песни. И я… Правда восхищаюсь теми, кто может создать что-то такое… Что… Может зацепить. Скажем так.       — Если честно, я… — Тайлер наконец оторвал глаза от Джоша и немного опустил голову.       Джош вопросительно посмотрел на замявшегося Джозефа.       — М…       — Что?       — Ладно, ничего, — Тайлер быстро выровнялся и вышел из беседки. — Пошли, пока Джордана нет. Мама все равно просила показать тебе твою комнату.       Джош внимательно посмотрел на Тайлера в надежде, что он всё-таки расскажет, что случилось. Однако буквально за пару секунд тот растерянный Тайлер взял себя в руки, и его глаза опять смотрели на Джоша холодным спокойствием.       — Просто забей, правда. Пошли быстрей.       Расправив плечи, Тайлер поспешил обратно в дом. Джош, вздохнув, поплелся за ним.       Проходя по коридорам и поднимаясь по лестнице на третий этаж, братья не разговаривали. Джош не был уверен, стоит ли расспрашивать Тайлера о его словах. Да и сам Тайлер, кажется, не хотел говорить об этом.       Они прошли в конец коридора, и Тайлер остановился рядом с дверью.       — Вот. Тут твоя комната.       — Да, я помню.       — Просто мама попросила показать тебе на всякий случай, — Тайлер пожал плечами.       — Ладно. Спасибо.       — Да, пожалуйста, — краешки губ Джозефа дрогнули в едва заметной улыбке. — Где-то через час будет ужин, так что не задерживайся.       Джош кивнул. Под пристальным взглядом Джозефа он зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. Дан выдохнул, повернулся и осмотрел комнату.       Родители ничего не трогали тут. Кровать посредине комнаты была застелена серой простыней и одеялом. Сквозь неплотно закрытые жёлтые шторы в комнату проникали лучи вечернего солнца. Рядом со столом, на котором лежали стопки бумаг и блокнотов, стоял книжный шкаф. Книг в нем было немного, однако Джош когда-то прочитал их все. В основном там были криминальные хроники, триллеры или фантастика про инопланетян.       Большинство полок были заполнены фигурками различных героев из игр и фильмов, кое-где лежали кассеты с музыкой, в самом углу последней полки лежали свёрнутые в трубку плакаты и рисунки, взятые Джошем из разных журналов, купленные в музыкальных магазинах или даже просто украденные из кинотеатра.       Джош услышал отдаляющиеся шаги за дверью. Похоже, Тайлер ушел только сейчас.       Барабанщик медленно шагнул вперёд, сел на кровать, всё ещё осматривая комнату. До ужина остался всего час. Он довольно-таки устал после дороги. За этот час он мог бы немного вздремнуть.       Дан поправил рукав курточки, быстро снял обувь и наконец лег на кровать. Уставившись в потолок, он начал думать, как бы повеселиться предстоящую неделю. За всеми этими мыслями он даже и не заметил, как спустя всего несколько минут погрузился в сон.