I lost my heart

- Тише-тише, - Бенедикт ласково гладил меня по голове. Он сразу все понял и пытался меня успокоить, а я вцепилась в него и не хотела отпускать. Казалось, что если я это сделаю, то он испарится, а мне легче от того, что он рядом. Минуты через две меня начала охватывать жуткая паника. Я резко отпрянула от Бенедикта и быстро пошла в ванную комнату, открыла шкафчик над раковиной и взяла баночку успокоительного. Затем передумала и поставила её на место. Открыла кран, умылась, посмотрела на себя в зеркало. - Бен,- позвала я его. - Что? – он тут же появился в дверном проеме. - Отвези меня в больницу. - Без проблем. Я чувствовала, что еще немного - и я сорвусь. Мне хотелось кричать, ругаться, крушить и ломать все, что находится рядом, руки тряслись, я часто дышала. Я не могла свыкнуться с мыслью о произошедшем. Злилась на себя за то, что думаю об этом, что на самом деле все это неправда. Через десять минут мы уже были в машине. Я барабанила пальцами по коленке, кусала ногти. Мне хотелось, чтобы Бенедикт ехал быстрей. - Мы могли бы проскочить, - всплеснула я руками, когда загорелся красный свет. - И попасть в аварию, - Бенедикт указал на проезжающий прямо перед нами автомобиль, - Лорен, успокойся, пожалуйста. - Не могу! - громко и резко сказала я. Мне казалось, что красный свет горит уже целую вечность, секунды тянулись с черепашьей скоростью. Наконец, снова загорелся зеленый. Мы поехали. Я все барабанила и барабанила пальцами левой руки по коленке. Бенедикта это стало раздражать, потому что он легонько взял меня за запястье. - Ты за дорогой следи и держи двумя руками руль, - раздраженно буркнула я, но мне было приятно чувствовать его прикосновение. Он никак не отреагировал на мое замечание. Доехали мы до больницы, как мне показалось, через миллиарды лет. Кейт стояла у входа и курила. Я быстро подошла к ней. - Здесь запрещено курить, - сказала я. Кейт одарила меня взглядом: «Думаешь, меня это волнует?». - Я еще не позвонила его родителям, - голос подруги звучал спокойно, но как-то надломленно. К нам подошел Бенедикт. Во взгляде Кейт появилось удивление. - А я думала, что он со своей девушкой, - сказала она. Мне захотелось провалиться сквозь землю. - Она на съемках, - Бенедикт был невозмутим. - Актриса? - Модель. - Пф, - Кейт поморщилась. Я понимала, что состояние подруги оставляет желать лучшего. Она хочет показать, что этого всего следовало ожидать, но я-то знала, что Кейт была совершенно не готова к такому исходу. И сейчас очень опасный момент, когда она может сказать что-то не то или сделать, и даже простой её взгляд мог ранить до глубины души. Она нашла объект для того, чтобы выместить на нем злость на весь белый свет. И этим объектом совсем случайно стал Бенедикт. - И ты решил провести время с Лорен, впрочем, как всегда, - на лице Кейт появилась усмешка. - Она мой друг, - прозвучало как-то неубедительно. - Пойдемте в больницу, - перебила я их начинающуюся перепалку. К тому же Кейт уже докурила сигарету. - Зачем? - подруга резко перевела взгляд на меня, - уже не к кому идти. Так что можешь спокойно отправляться со своим другом домой. Я не понимаю, зачем вы приехали. Утешать меня? Да все в порядке. Со мной все в порядке. Подумаешь, мне надо позвонить родителям Мэтью и сказать, что их сына больше нет, - Кейт достала из кармана куртки телефон и стала набирать номер, затем положила его обратно со словами: «Не могу...» Мне так захотелось её обнять. Но я боялась даже на миллиметр к ней приблизиться. - Уходите отсюда, - продолжала Кейт, - мне пока ничего не надо. И ты, - она показала пальцем на Бенедикта, - если еще раз обидишь мою Лорен… Я тебя в порошок сотру. Договорив, Кейт развернулась и пошла обратно в больницу. Минуту стояла тишина, нарушаемая только звуками проезжавших машин и отдаленной болтовней людей. Я посмотрела на Бенедикта, он стоял с закрытыми глазами, и его плечи сотрясались от беззвучного смеха. - Что такое? – испуганно спросила я. - Я такой дурак. - Не поняла? - И не спрашивай, я просто дурак. - Прости её, - я решила, что все дело в Кейт. - Я и не обижался на неё. Ну ладно, дурак так дурак. Бенедикт серьезно посмотрел на меня, и по моему телу прошел озноб от его взгляда. - Ты мне сейчас напомнил Хана, - нервно хихикнула я. - Даже так! – Бенедикт стал подходить ко мне, и с его лица не сходила пугающе коварная ухмылка. Я попятилась назад. Что происходит? - Думаешь, твой мир в безопасности, Лорен? Это лишь иллюзия. Я смотрела на Бенедикта и думала, как бы удрать понезаметней. Между тем он продолжал: - Обнадеживающая ложь, чтобы защитить твое сердце, наслаждайся последними мгновениями мира в нем, ибо я пришел, чтобы захватить его. И тут меня замкнуло. Расстояние между нами все сокращалось и сокращалось, сокращалось и сокращалось. - Стой, - я вытянула вперед руку и коснулась его груди. - Что такое? - Я не могу так. -Черт, Лорен, я тут старался, нагнетал романтику, и в ответ слышу: «Не могу». А действительно, к плевать на всё. Этот горе-романтик устроил мне тут целое представление, можно даже сказать, я воочию наблюдала самого Хана. Кто там его девушка? Модель? Стой в сторонке, модель. Стой и завидуй. Я схватила Бенедикта за воротник куртки и притянула к себе. Он явно не ожидал такого напора, но, судя по взгляду, ему это понравилось. - Я вас не понимаю, мистер Камбербэтч, - прошептала я прямо в его губы. - Иногда я сам себя не понимаю, - прошептал он в ответ, - но я же только что сказал, я дурак. И пусть это будет моим оправданием. - Помолчи. Та-дам. И вот мы уже целуемся. Здесь вам и бабочки в животе, и неожиданно машины и голоса утихли, и теплый ветерок подул. И вообще мир перестал существовать. И мозг отключился. Короче, все стандартно, все по списку. И мне неожиданно плакать захотелось. Целуюсь, реву и крепко-крепко прижимаю Бенедикта к себе. Ребра бы не сломать ему. Но постепенно мы возвращаемся в реальность. В голове прозвенел колокольчик: «А что делать, когда поцелуй прекратится?». Мозг сразу отвечает, что деру давать. Стоим с Бенедиктом и смотрим друг на друга очень удивленным взглядом. - Это было мощно, - тяжело дыша, выдавил он, - я как будто стометровку пробежал. - Угу. «Деру, давай деру» - настойчиво требует разум. - Отвези меня домой, - тихонечко прошу я. Бенедикт кивает. Мы идем к машине, молчим, тяжело дышим. При дыхании изо рта идет пар. - Надеюсь, твоя девушка ничего не узнает, - как бы между прочим, говорю я. - Какая девушка? Вот так новости! Какая короткая память. - А! - Бенедикта озаряет, - нет, не узнает. - А мы ведь больше так делать не будем? - ну скажи, что будем, пожалуйста, скажи, что будем. Бенедикт громко рассмеялся. А я стояла и улыбалась, не понимая, почему он смеется. - Ты так ничего и не поняла? - Нет. - Лорен, ты превратила меня в глупого мальчишку. Я сам не понимаю, что иногда творю. Я старался отгородиться от всего этого. Но я не могу. Это как раз такой случай, когда мужчина рядом с женщиной теряет голову. У меня было один раз такое. И я думал, что больше не повторится. Ошибался. - И когда ты понял, что ошибся? Бенедикт задумался. - Сегодня. А что насчет вас, мисс Лорен? - А что такое? - Как давно вы неровно дышите ко мне? Я так выразительно выпучила глаза, делая вид, что вообще не понимаю, о чем идет речь. - Давненько, да, – я быстро закивала головой, как китайский болванчик, - ну ты же сам знаешь, по моей истерике в Нью-Йорке. - Я уже тогда все понял, - Бенедикт так ласково улыбался, что я еле-еле сдерживала глупую счастливую улыбку в ответ, - просто решил тебя проверить. - Думаешь, я бы стала врать и оправдываться? - Ну, некоторые девушки любят сваливать все на ПМС. - Я тоже иногда так делаю, - ляпнула я. Прощай, разумная Лорен, здравствуй, по уши влюбленная Лорен. Подошли к машине, Бенедикт открыл дверцу, и я села внутрь. Все слишком неожиданно и слишком хорошо. Еще 10 минут назад я сопереживала горю Кейт, а теперь меня переполняет счастье. Я даже не знаю, радоваться или нет. Такая перемена пугает. Произошедшее между мной и Бенедиктом подобно миражу. А точно ли это случилось? Сейчас я уже не так в этом уверена. - О чем задумалась? – Бенедикт сел на водительское кресло и посмотрел на меня. - Мы же действительно поцеловались? Бенедикт закрыл глаза, делая вид, что что-то быстро вспоминает. - Да, это определенно был поцелуй, - сказал он, - отличный поцелуй. Я успела лишь только широко улыбнуться, как на телефон пришло сообщение. От Кейт. «Прости меня. Я вела себя как дура. Пусть Бенедикт не обижается на меня». И снова счастье сменилось болью. Бенедикт взял мой телефон и что-то написал в ответ. Что именно, я не знаю. Но Кейт потом сказала, что его сообщение намного улучшило её состояние на тот момент, и что если я профукаю такого мужчину, как Бенедикт, я буду не то что дурой, а… короче, девушкой с диагнозом.