I lost my heart

- Как спалось? – ехидно спросила я Бенедикта на следующее утро. Сначала подумала, встала первая, но когда зашла в гостиную, то увидела свою любовь сидящим на диване и разминающим шею. - Отлично, – буркнул он в ответ и даже не посмотрел на меня. - Что вчера, черт возьми, произошло? - я решила сразу же пойти на таран. Все равно Бенедикт еще не до конца проснулся, слегка раздражен, - может быть, в порыве сердитости скажет, что его так обидело. - Ничего. - Да ладно тебе! - я подсела рядом. Бенедикт не шелохнулся и продолжал делать вид, что ему все равно. - Шея болит? – сочувствующе спросила я. - Вот чем вреден сон на диване. - Хватит издеваться, - Бенедикт наконец-таки удостоил меня взглядом. - Я еще и не начинала даже! - Мне стоит бояться? - Прекрати! – вот теперь я начинала закипать, - ты встал не с той ноги? - Будем считать, что так. - Прекрасно! – я встала с дивана и пошла в сторону кухни, - кофе варишь себе сам. Минут двадцать мы не разговаривали. Я включила телевизор на кухне, чтобы не было скучно, и параллельно готовила себе завтрак. Бенедикт шатался рядом, пытаясь приготовить себе кофе. Я ему специально мешала: то путь к плите загорожу, то делаю вид, что проверяю содержимое холодильника, пока он ждет, чтобы взять молоко. - Сколько можно? – раздраженно спросил Бенедикт и отодвинул меня. Я налетела на острый угол тумбочки. - Ай! Осторожней. - Прости, пожалуйста, - все равнодушие Бенедикта как рукой сняло: он сразу же подскочил ко мне, - сильно ушиблась? - Мне надо срочно пересмотреть расположение мебели на кухне, - сказала я, потирая бедро, - а то если ты так каждый раз будешь меня отодвигать, я останусь без ноги. Но спасибо, я в порядке. Сейчас приложу холод. - Извини! Чем тебе помочь? - Да все в порядке! Чего ты так переживаешь? Кстати, ты не заметил, что стал разговаривать со мной? - Заметил, - Бенедикт принял невозмутимый вид, - давай, теперь подкалывай меня. - Я вообще-то не собиралась. Бенедикт улыбнулся, наклонился и поцеловал меня в щеку. Я от удивления даже забыла о боли. Наверное, мне стоит почаще причинять себе боль. Может, добьюсь чего-то большего. *** На съемочной площадке «Шерлока» мы были уже через час. Сегодня я не сидела в трейлере, а наблюдала за процессом съемок. И, честно признаюсь, я осталась под впечатлением. Такого сплоченного коллектива я давно не видела. Все друг друга выручают, постоянно звучит смех. А за ограждениями стоит толпа фанатов. И это не мешает, а, наоборот, заряжает энергией, позитивом. Бенедикт и Мартин между дублями выглядят как очумелые (в хорошем смысле). Видно, что они наслаждаются тем, что происходит. Чтобы не скучать, я взяла с собой фотоаппарат. Сначала фотографировала съемки, но после того, как Марк Гэттис и Бенедикт вместо игры на камеру начали позировать мне, я решила уйти от греха подальше. Пошла фотографировать фанатов. Желающих оказалось много. Только и слышалось: «Нас! Сфотографируйте, пожалуйста, нас!» А я разве откажу? - А мы вас узнали! – сказала мне одна девушка, когда я показывала ей получившийся кадр. - Правда? – меня это очень удивило. - Да, вы были с Бенедиктом на лондонской премьере «Стартрека»! Я улыбнулась. - А вы встречаетесь с ним? – ой, какие они любопытные. - Эм… а он что говорит? – поинтересовалась я. - Что он свободен. - Вот и делайте выводы! – я уже собралась уйти, как вспомнила, что забыла сказать о том, где можно будет увидеть фотографии. - А вы фотограф? – спросила эта же девушка после того, как я дала ей и её подругам визитки (занимаюсь саморекламой!). - Да. - Круто! Делайте больше снимков с Бенедиктом! - Непременно. Наконец-то я ушла. Не то чтобы я была раздражена, скорей, шокирована. Со стороны толпа смотрится мило, а вот если попасть в её гущу, то тут надо срочно иметь двойника - ты разговариваешь с одной стороны, а твоя копия ведет беседы с другой, а еще надо уметь увертываться от неприятных вопросов. - Где ты была? – спросил Бенедикт. - Общалась с вашими поклонниками. - И как? - Поняла, что неплохо было бы научиться астральной проекции. Бенедикт рассмеялся. Тут подошла Аманда. - Я услышала смех. Что забавное случилось? - Лорен хочет научиться астральной проекции, - сообщил ей Бенедикт. - Я тоже иногда об этом думаю, - хмыкнула Аманда, - творческим людям это не помешало бы. Бен, вот представь: ты сидишь дома, а твой двойник посещает премьеры фильмов, конференции, а потом вы меняетесь местами. - Звучит заманчиво. И на создание семьи времени бы хватило, - сказал он и, как будто случайно, посмотрел на меня. Дайте мне сил понять этого человека! Детей от меня хочет, а как поцеловать, так только тогда, когда я налечу на какой-нибудь косяк. Но намек я поняла, да. - Тебе уже пора. А то моим детям не с кем играть, - Аманда сразу же подхватила эту тему и тоже посмотрела на меня. Я только улыбнулась. Широко, радостно. Как дурочка. У меня дар речи пропал. - Наверстаю, - засмеялся Бенедикт, но при этом все время косясь на меня. - Пойду найду Мартина, - Аманда подмигнула мне, похлопала Бенедикта по плечу и оставила нас вдвоем. - Ты такой странный! - сразу же сказала я, чтобы опять не оказаться в чем-нибудь виноватой. - Почему? – нахмурился Бенедикт. - У тебя на уме только семья, а ты не предпринимаешь никаких шагов. - Да потому что кто-то не воспринимает все всерьез! - громко и с чувством ответил Бенедикт. Я даже испугалась немного. - Я-то как раз и воспринимаю все всерьез! - Я быстренько отошла от шока и решила обороняться до конца, - в отличие от некоторых! - И в чем это я несерьезен? - У меня такое впечатление, что я не твоя девушка! Я не ощущаю с твоей стороны проявлений ко мне каких-либо чувств! Мы только ведем беседы да ругаемся! И это ненормально для двух «влюбленных», - я показала кавычки, - людей. - А для меня нормально! – Бенедикт уже не просто громко отвечал мне, он был раздражен, - мне не важно, насколько я тесен в физическом плане со своей второй половиной, мне просто нравится, когда она рядом со мной. И я люблю, когда ты рядом, я люблю, когда ты подкалываешь меня, сердишься. Я люблю то, что между нами происходит. Это что-то особенное, и такого раньше не было. Мне просто приятно быть с тобой. Вот ты стоишь сейчас напротив, а я все это говорю, и меня просто распирает от нежности! - Его голос становился спокойней, тише, - и не думай, что для меня все это не всерьёз. Как раз наоборот. И вчера я обиделся только потому, что решил, что ты относишься ко всему поверхностно. Бенедикт замолчал. Он ждал моей реакции. Вокруг было подозрительно тихо. И как только я открыла рот, раздались аплодисменты. Нас слушала почти вся съёмочная группа. - Ребят, - громко обратился к нам Марк, - если вы после такого не поцелуетесь, то я тогда точно ничего не понимаю в этой жизни. Бенедикт посмотрел на меня взглядом «нам не отвертеться», медленно подошел, обнял за талию и притянул к себе. В ответ я вцепилась ему в плечи, так как мои колени предательски тряслись и казалось, что я сейчас рухну в обморок у всех на глазах. - Быстрей, - процедила я сквозь зубы так, чтобы слышал только Бенедикт. Он еще крепче прижал меня к себе. Какими же стальными могут быть его объятья! - Я хочу насладиться моментом, - шепнул он. - Ой, да ладно тебе! – я не вытерпела и поцеловала его первая. Бенедикт мигом ответил, причем сразу же взял инициативу на себя. И снова мир пропал, растворился, остался где-то позади. Пусть так будет всегда! Хочется жить, не чувствуя никакого давления со стороны: только мы вдвоем решаем, что нам делать дальше. Хочется, чтобы сейчас на нас перестали смотреть, потому что было очень неловко. Но рядом Бенедикт - и мне немного спокойней, он знает, что делает, и он этого ждал, так пусть же насладится моментом. На его улице тоже наступил праздник. Порадуйтесь за него, так как он много радовался за других. Я разрываю поцелуй, так как чувствую, что еще немного - и я не смогу удержать себя в руках, а Бенедикту надо работать. Смотрю через его плечо на Аманду, она широко улыбается и показывает большой палец. - Дома продолжим, - шепчет мне Бенедикт и отпускает. Вид у него при этом очень довольный. - Так, все, - командует Марк, - насладились любовной драмой, теперь возвращаемся обратно к детективу. И снова все начинают суетиться. Рабочий процесс возвращается в привычное русло. Я выхожу на улицу. Мне срочно нужно подышать свежим воздухом. Честно сказать, я немного рада тому, что сейчас произошло. Наконец-то все разрешилось. Мне больше не надо строить догадки и сомневаться. И мне от этого легче. Но от того, что о наших с Бенедиктом отношениях знают все, как-то не по себе. Но я надеюсь, что люди в съемочной группе ценят личную жизнь друг друга и не станут рассказывать о ней всему миру. Я не заметила, как ко мне подошел мой старый знакомый – Майкл. Помните такого? Одноклассник, которому я отказала? А теперь известный папарацци, любимчик главного редактора “The Sun”. - Лорен! Какие люди! – радостно воскликнул он, - а я смотрю: ты или не ты! Всё-таки - ты! - Майкл, - улыбнулась я, - а ты чего здесь забыл? - Гонюсь за сенсацией! - гордо ответил он. - И как успехи? - Почти догнал! – он показал мне свой фотоаппарат, на котором… о, господи… снимки со мной и Бенедиктом. – Вы такие беспалевные! -Ты не посмеешь это напечатать! – угрожающе сказала я. - А кто мне запретит? Ты? - Пожалуйста, Майкл, - взмолилась я, - не надо! Что я могу сделать, чтобы это не попало в печать? - О, как мы заговорили! - Майкл усмехнулся, - сходи со мной на свидание! Я об этом еще со школы мечтаю! - Ты больной? - Тогда завтра это будет в печати! - А делай что хочешь, - я махнула рукой, - я не собираюсь портить отношения с Бенедиктом из-за такого идиота, как ты. Пожалуйста, печатай. И чтобы еще больше не разозлиться, я развернулась и ушла. Мне было очень обидно, вплоть до того, что стало трудно дышать. Но надо взять себя в руки. Если так происходит, значит, так надо. Я не буду бояться давления общества. Я сберегу наши с Бенедиктом отношения. Я на все готова ради этого.