Какая разница?

2 сентября, воскресенье. [03:34] Тео и Тейд сидели за кухонной стойкой, весело вспоминая и обсуждая последнюю смену в баре. — Аххаха, да ты гонишь… Ты даже тряпкой бар хрен протрешь во время работы, все лясы точишь с гостями, да выпендриваешься своими недоспособностями, — парировал светловолосый. — Аххаха, неправда!.., — наигранно оскорбился парень, хотя и осознавая, что так и есть, прибираться он не очень любит, тем более в баре во время процесса, он же не дурак — вместо того, чтобы веселиться — махать тряпкой. Через мгновение к двум парням кто-то подошёл, встав между ними, немного поодаль, и взгляд его был направлен в сторону МакКоя, на что он сразу же обратил внимание встречаясь с глазами подошедшего в ответ. — Что-то случилось? , — спросил он, отпрянув от столешницы, и повернулся в пол-оборота к пришедшему, выпрямившись в спине. Белобрысый рядом последовал примеру друга. Тут же начиная возвышаться над голубоволосым пареньком, подошедшем к ним. — Мне те придурки, — указав беглым взглядом куда-то за спину темноволосого, — Загадали мне желание., — продолжил он неуверенно. Его стопы начали, чуть заметно и как-то по-детки перекатываться с пятки на носок. Тео глянул на своего друга, ситуация их обоих веселила и вводила в легкое замешательство. — Так.? , — выжидающе, с иронией в голосе, вопросил сероглазый, не сдерживая усмешки. Темные глаза подростка тут же взлетели в потолок, будто вспоминая, что же ему загадали. — И они сказали, — он ещё раз сглотнул, нехотя возвращаясь глазами к лицу МакКоя, — Ну, знаешь, чтобы мы с тобой поцеловались. После сказанного голубоволосый облегченно выдохнул, что не ускользнуло от цепких серых глаз, подмечающий каждую деталь. — Так и сказали? , — вскинул Тео брови в насмешливом удивлении и вновь глянул на своего некогда собеседника. В ответ последовал робкий кивок. — Ну раз уж загадали… Собеседник, в свою очередь, поглядывал то на темноволосого, то на подошедшего к ним на вид младше них парня, с изумлением и искоркой в глазах какое-то время просто наблюдал, но решил обозначить своё присутствие: — Господи как это, блять, работает… — в воздух пробубнил друг, — Сколько сосаться то можно, скольким ты тут уже засунул свой язык в рот, — светловолосого уже не слушали, поэтому он лишь хлопнул друга по плечу и поспешил ретироваться. Оставшись наедине — если это можно так назвать, — Тео без промедлений склонился к голубоволосому, к самому его лицу и их глаза встретились. МакКой хищно улыбнулся, заметив, что парень смутился от близости. Но по всей видимости его желание переиграло смущение — тот положил узкие ладони на плечи темноволосому, большими пальцами уперевшись ему в шею. Тео понял, что так сосаться с ним будет не очень удобно, поэтому, подняв парня на руки, легко усадил его на вытянутую столешницу сбоку от них. После чего упёрся руками с обеих сторон от голубоволосого и, хитренько улыбнувшись, находясь совсем близко лицом к его лицу, приступил непосредственно к делу. Их губы соединились и стали активно сталкиваться между собой. Тео решил не выжидать, тут же вовлекая их в довольно глубокий поцелуй. Парень не отставал, обвивая тонкими руками шею, и голенями ног вжимая его ближе к себе. На мгновение они оторвались друг от друга, чтобы получить необходимую дозу кислорода. И темноволосый снова искристо и чуть пьяно улыбнулся, глядя на сидящего перед ним на столе паренька, который не стал убирать конечности от него, все также прижимаясь к высокому парню. — Меня, кстати, Марк зовут… — негромко выдохнул голубоволосый. — Очень приятное знакомство, Марк, — в который раз усмехнулся тот. По всей видимости Марк хотел продолжения их занятия, поэтому обнимал шею темноволосого все крепче. — А тебя как? , — как-то по-детски, как показалось сероглазому поинтересовался тот. — Тео. — Круто… — голубоволосый снова припал к его губам, позволяя языку нового знакомого проникнуть ему в рот. — Знаешь… — заискивающе начал Тео, разорвав их поцелуй, — Мне тут одни придурки загадали желание: потрахаться с одним голубоволосым милым парнем сегодня, не видел его? , — наиграно полюбопытствовал он. На секунду Марк показался каким-то растерянным от такого недвусмысленного предложения. — О, ну… — он все ещё старался взять себя в руки, — Да, знаю такого красавчика, в зеркале постоянно мелькает. И… — нерешительно выдохнул тот, собираясь с мыслями, — Он абсолютно не против. *** Они среди толпы людей, плюнув на все окружающее, как и все, кто приходил на такие мероприятия, собирая все вертикальные и вообще любые поверхности, вместе двинулись в сторону спальных комнат. МакКой никогда особо не заботился о том, кто и что подумает о его внешнем виде или тем более ориентации. Он не был геем, или натуралом, или каким либо ещё меньшинством. Темноволосый никуда себя не относил. Он рассуждал так: если ему нравиться — он возьмёт то, что нравиться. И похуй у кого какое мнение. Они нашли пустующую комнату и укрывшись от чужих глаз, заперев на щеколду дверь, смогли позволить друг другу опуститься на кровать, остановится, держась друг за друга, и спокойно отдышаться. Теперь, когда отдаленная музыка лишь отдавалась негромкими басами, а светошар не мешал глазам в меру насладиться реальной картиной, они могли слышать каждый громкий и тихий вздох, и видеть помутневшие от возбуждения глаза напротив. Тео только теперь заметил, что тонкие пальцы, сильно сжав ткань на его плечах, слегка подрагивали, да и взгляд Марка нерешительно колебался из стороны в сторону. — Все нормально? , — темноволосый мягко убрал некогда сжатые на чужих бёдрах руки, оперевшись теми по разным сторонам чужой талии, заглядывая голубоволосому в глаза. Тот избегал пронизывающего взгляда, но спустя пару секунд сдался, позволив Тео заглянуть глубже. — Ага… Последовала улыбка. Тео схватился за его узкие кисти, он поднял их вверх. — Можно мне посмотреть? , — поинтересовался темноволосый, а его ладонь уже начала забираться под ткань толстовки. Он стянул кофту, сначала просто смотря, а после аккуратно прикоснуться к чужой коже. Тео легко провёл кончиками пальцев по боку. Ему захотелось увидеть больше. Лежащий под ним парень уже начал дышать громче, наслаждаясь прикосновениями. Прикосновения были лёгкими и приятными, иногда немного щекотными, от чего Марк периодически поеживался. Тео понял, что слишком нагло рассматривал тело парня. — Красиво… Смотря на гримасу смущения и заглядывая прямо в глаза тихо, но уверенно проговорил парень. — Правда?.., — сново как-то по-детски, мило переспросил тот. — Абсолютно. — Спасибо… После чего он обхватил тонкими пальцами лицо темноволосого и плавно наклонил его к себе, мягко и уже с бóльшими доверием коснулся его губ своими, чувствуя как руки Тео обвивают его тело. Тёплое дыхание щекотало губы неволей раскрывая их, намереваясь вновь принять в себя чужой язык, но неожиданно для подростка, Тео прильнул к тонкой шее, расцеловывая чувствительную кожу под шум тихих вздохов и нередкую дрожь в области подтянутого живота и угловатых плечах. МакКой очертил линии ожогов кончиками пальцев, прикрывая помутнённый взгляд от наслаждения, и Марк невольно вжался коленками в бёдра парню — он расслабился в чужих руках, прижимаясь к горячему телу теснее и теснее, громко вздыхая, краснея, вплетая пальцы в темные локоны. Тео отлип от парня ненадолго, стараясь поскорее расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Наблюдая за этими нелепыми движениями Марк предложил помощь, уже протягивая пальцы ко второй пуговице, по итогу стягивая ткань с плеч. Голубоволосый на секунду тоже засмотрелся на тело парня. Его руки, наверное, машинально потянулись к нему, пальцами проводя по рельефным, но не очень раскаченными мышцами. Темноволосый наблюдал за искристым взглядом темных глаз. МакКой резко отпрянул от него, заглядывая в помутневшие глаза. — Ты точно уже занимался?.. Голубоволосый немного растерялся. Но чтобы не казаться совсем неопытным в этом вопросе, он сделал максимально честное лицо и ответил: — Эээ… Ну, конечно! С чего ты вообще взял.? — Ну, просто… Ну, целуешься не очень профессионально, так сказать… Тео увидел, что тот пытается подобрать ответ и поэтому перебил его поток мыслей. — Ладно, похуй. Я надеюсь ты хотя бы совершеннолетний и меня не посадят. — Могу паспорт показать, — усмехнулся тот и тут же вовлёк их в новый поцелуй. Дальше Тео уже решил не пиздеть попусту, а перейти к более интересным действиям. Их бёдра плотно прижимались друг другу, оба чувствовали возбуждение партнера. Тео провёл левой рукой по телу Марка от ключиц, по груди, задевая большим пальцем горошинку соска, дальше проводя по слегка выпирающим рёбрам и, наверное, по слишком тонкой, для семнадцатилетнего парня, талии, в итоге опуская ладонь на выпирающий пах подростка, продолжая покрывать поцелуями его шею, грудь, выдающиеся ключицы и острые плечи. — Нам нужно что-то… — темноволосый отпрянул от тела, протянув руку в сторону прикроватной тумбы, но ящички оказались абсолютно пусты, — Черт, — шикнул недовольно МакКой, распрямив руки, — Придется идти в ванную. Голубоволосый и сам не был рад такой ситуации, с негодованием вздохнув и понимающе кивнув старшему, ослабил хватку на чужих плечах и бёдрах, выпуская из рук заключённого в страстных объятий парня. — Я скоро, — подал тот голос и, накинув на полуголое тело рубашку, ретировался из комнаты. Через некоторое время он наконец самостоятельно нашёл ванную комнату и, как только прикрыл за собой дверь, принялся рыскать по полочкам в поисках нужного тюбика. Заняло это, буквально, минуты две, но медлить некогда, так что, схватив смазку и упаковку презервативов, он резво покинул светлую комнату и окунулся в мрак шумной толпы. Позади он тут же услышал своё имя, произнесенное знакомым голосом. — Изменяешь мне уже, значит? — ухмыляясь, обошел темноволосого парня сбоку Тейд и встал напротив, крутя в руке жестом предложенный граненный стакан с виски. Тео в ответ довольно хмыкнул, принимая из чужих рук алкоголь и, залпом осушая ёмкость, вложил ту обратно в ладонь друга. — Вижу, ты серьезно настроен, — поиграв бровями, заметил белобрысый. — Ну так, иду обучать молодое поколение жизни, — заискивающим взглядом и самодовольной улыбкой одарил он собеседника. — Ммм, — протянул Тейд, — Ну давай, беги, альфач, — поддерживающе хлопнул он по чужому плечу и Тео, с гордой походкой направился обратно в спальню, где его ждали уже порядком трех минут. Приоткрыв дверь в спальню, он остановился в проеме, наблюдая за приятной фигурой: голубые волосы растрепаны беспорядком по подушке; тонкая кисть накрывала красную ткань боксеров в области паха и плавно медленно двигалась вверх-вниз; ноги согнуты в коленях и нешироко раскрыты; пальцы ног и руки собирали под себя простынь; грудная клетка подрагивала от тяжелых вздохов, и те отдавались от стен тихим эхом. Взгляд МакКоя от данного зрелища изменился до неузнаваемости: от самодовольного и насмешливого до хищного и пропитанного полным вожделением. Он тихо, как дикий зверь на охоте, проник в комнату, освещенную только луной и лучом света с коридора. Пальцы мягко толкнули дверь и закрыли ту на замок, оставив помещение в полумраке. Ничего не заметивший, окутанный собственными вздохами и возбуждением младший парень глубоко выдохнул от неожиданности, когда матрас рядом с ним прогнулся под чужим весом. Он приоткрыл густые ресницы и, лицезрев над собой знакомое лицо, но незнакомый взгляд, невольно расплылся в полуулыбке, приподнимая руку, некогда лежащую на кровати, к ладони сероглазого и провёл вверх по руке с той нежностью, на которую был способен в таком нетерпеливом состоянии, останавливая ладонь на шее. Пальцы МакКоя мягко последовали примеру темноглазого, только в обратном направлении, опускаясь от угловатого плеча к тонкой кисти, которая прикрывала сейчас возбужденную плоть. Тео заметил, как щеки голубоволосого покрылись еле заметным румянцем, и, дабы заставить парня краснеть ещё больше, осторожно взял чужую ладонь в свою, отодвинув её в сторону, и сам уже накрыл пах. Губы Марка слегка приоткрылись, шумно выдыхая, и темноволосый, очертив небольшой половой орган, надавил большим пальцем на головку. Тело его слегка вздрогнуло, он вжался затылком в подушку, еле слышно заскулив, и машинально дёрнул бёдрами, невольно сдавив пальцами шею, после чего испуганно заглянул в глаза Тео, замечая, что тот смотрит беспрерывно и прямо на него. Расслабив пальцы, подросток коснулся края ворота и поспешил стянуть ненужную белесую ткань с крепкого плеча, в чем ему пришлось помочь МакКою, оторвав ладонь от боксеров. Снятая рубашка полетела на пол, — к остальным вещам. Марк привлёк его ближе к себе для поцелуя, прикоснувшись кончиками пальцев к мужскому торсу в поисках бляшки ремня. Тео решил не заставлять их обоих ждать, поэтому привстал на ноги и быстрым движением расстегнул ремень, на своих чёрных брюках и снял их с себя, возвращаясь на кровать. Темноволосый снова оказался у него между ног. Голубоволосый лежал перед ним полностью заведённый и готовый ко всему. Ухватившись цепкими пальцами ему под коленями, МакКой рывком подтянул его бёдра ближе к себе, так что Марк оказывался лежащим прямо под ним. Но в какой-то момент, видимо отключившись от сознания, плюя на рамки, он стал отвечать на ласки темноволосого, который с каждым мгновением становился все ближе и ближе, жарче и жарче. Его руки перемещались по Марку с ярой хаотичностью, будто бы стараясь не пропустить ни сантиметра его тела. Холодные ладони с цепкими пальцами оказывались то на его бёдрах, то на талии, но на тяжело вздымающейся груди, в конце концов опускаясь все ниже и откровеннее, наконец зацепляя резинку его нижнего белья, медленно начиная стягивать их с его узкого таза. Темноглазый шумно выдохнул, когда его половые органы освободились и напрямую ощутили воздух, находящийся в комнате, который, постепенно, от их действий становился все горячее. Тео наконец снял с парня последнюю часть его одежды, откидывая яркий кусочек ткани куда-то в сторону. Дальше Мак не был столь нежен и аккуратен. Руки потянулись к ягодицам и сильно сжали их, заводя ещё сильнее. Зубы впивались в белую кожу. Руки парня также в дальнейшем были зажаты над головой, а бёдрами темноволосый сильно вжимал и вбивался в тело парня под ним, так что тот был практически обездвижен. Темноглазый в какой-то момент почувствовал, как широкая ладонь смыкается на его горле, голова запрокинулась, глаза закатились, а в легких стало не хватать кислорода. Он чувствовал удовольствие вперемешку с болью, но происходило это все так, что хотелось все больше, дольше и сильнее. Кровать скрипела от происходившего, его тело перевернули и задница резким движением руки подлетела вверх. Спина сильно прогнулась и точно будет болеть на следующий день. Тео будто жадно, слишком резко, грубо и размашисто вбивался в Тео под собой. Но зачем проявлять нежности с малознаком человеком. Тем более оба друг от друга хотят только одного — сексуального удовлетворения. Что у них прекрасно получается сейчас. МакКой оставил уже достаточно много следов на теле парня, от зубов, от слишком сильного сжатия пальцев. Его уши упивались разносящимися стонами парня. Он обожал доводить своих партнёров до того, что они не могли сдерживаться и под конец голос становился охрипшим, что больше не было сил сказать хоть слово. Это была одна из важнейших составляющих, помимо самоудовлетворения. Это было приятно, эти звуки красивые, это было возбуждающе и впечатляюще. Особенно, когда у человека изначально красивый голос.