Игры по чужим правилам 2: Приключения в Швеции

После знакомства с отцом Александра — Артуром, они все уселись за стол. Как Алекс и говорил, его отец был очень добрым и улыбчивым, хотя строгость во взгляде присутствовала, что явно не позволяло пользоваться его добротой просто так. Агату он принял на ура, даже обнял и успел прошептать, что она мужественная женщина, раз решилась связаться с его сыном. Но даже учитывая, что родители Агату приняли, за столом была напряженная обстановка и дело было в Нике и Агате, которые периодически сверлили друг друга взглядами. И принципе, блондинка не сильно переживала, ведь Нильсен сейчас сидит с ней, и представил Харрис как свою девушку родителям, но ей не нравились его взгляды с рыжеволосой. Словно они только что мысленно вспоминали общие моменты, и каждый пытался передать их другому. Блондинка вежливо отвечала на все вопросы, стараясь не постукивать ногой по паркету слишком громко и не впиваться ногтями в ладонь. Вся эту ситуации выводила её из себя, и пусть из вежливости Агата улыбалась, рассказывала про Англию, то внутри она кричала от злости. — Ой, а ты помнишь, как мы постригали вместе кусты в этом дивном саду? — рыжеволосая мечтательно закатила глаза, совершенно игнорируя присутствие за столом Харрис. Оливия прокашлялась, наливая в себе бокал ещё вина, и кажется, она понимала, что флирт Николь может иметь последствия. — Да, помню, — Нильсен бездумно смотрел в тарелку, стараясь не думать о том, что будет после этого ужина. Он уже почти забыл Николь и те три года, которые он провёл с ней. Эти отношения были обречены с самого начала, потому что она хотела быть успешной, богатой и известной, а он любил детективы и хотел узнавать мир, найти что-то новое. Частые ссоры перекрывали всё хорошее, а потом она резко уехала во Францию, бросив его окончательно по телефону, хотя, не будь он слеп, понял, что сделала она это намного раньше. Он любил Николь и после неё стал обычным бабником, но Агата его изменила. — Как раз думаю самое время его посмотреть, — Нильсен улыбнулся и Николь расплылась в ответной улыбке, но Алекс перевёл взгляд на Агату и протянул ей руку. Девушка пару раз удивлённо хлопнула глазами, но тут же улыбнулась и вложила свою ладонь в руку шатена, поднимаясь. Родители переглянулись и расплылись в хитрой и довольной улыбке, а рыжая поджала губы, тыкая вилкой несчастную цветную капусту. Как только Агата и Алекс вышли в сад, шатен крепко обнял блондинку, и Харрис вздохнула, так же крепко обнимая парня, и пусть он вызвался сам увести её сюда — мысли перескакивали с темы на тему. Они прогуливались по саду медленно, даже не общая внимания на окружающую обстановку. Сейчас обоим было не до красот такой прекрасной Швеции. — Почему ты не говорил про неё? Не называл имя? — тихо поинтересовалась блондинка, поправляя платье скорее из желания занять чем-то руки, чем разгладить ткань, которая и так была в идеальном состоянии. — Агата, давай не будем об этом, — шатен чуть хмурится и девушка тормозит, выгибая бровь. — Почему? — Агата… — Нет, скажи, почему ты выглядишь так, словно боишься говорить о ней, боишься…чувств? — девушка глубоко вздыхает, но пытается взять себя в руки. — Мне не сложно рассказать о бывших, Алекс. А знаешь почему? Я их больше не люблю. Агата сглатывает и ждёт ответа, но Нильсен почему-то молчит и это бьёт сильно, больно. Отшатнувшись, Агата качает головой и уходит как можно скорее. Руки предательски дрожат, когда она пытается застегнуть пуговицы на пальто. — Агата? Вы уже уходите? — голос Оливии слышится за спиной, и девушка прикрывает глаза, выдыхая. И что ей ответить? «Ваш сын грёбанный козёл, который не может рассказать о бывшей?» или «О, простите Оливия, просто ваш сын любит бывшую, а я так, чертова группа поддержки!». Других мыслей в голове просто не было, ведь почему тогда ещё он молчит и избегает этой темы? — Каттен, подож… — шатен замирает, видя мать и девушку, и нервно взъерошивает волосы. И почему дерьмо всегда сваливает в тот момент, когда его жизнь, наконец, налаживается? — Александр Кристофер Нильсен, оставь нас! — женщина оборачивается на сына и хватает одного лишь взгляда, чтобы он сдался. Идти против матери не было смысла, ведь он характером пошёл в неё, а она может устроить войну просто из-за его непослушания. Особенно, в такие моменты. Как только парень покинул комнату, Агата обернулась, поджимая губы. — Извините, я… — О, нет, даже не думай, — женщина тепло улыбается и прищуривается. — Думаешь, я не была в такой ситуации? Была, милая, и знаю, как с этим справляться. Она берёт удивлённую девушку за руку и ведёт на кухню. Красивая обстановка не радует глаз, но вот травяной чай девушке нравится, когда Оливия поставила перед ней кружку с дымящимся и ароматным напитком. — Можно было бы виски, но думаю, тогда ты проломила бы моему сыну голову, — Оливия снова смеётся и Агата её поддерживает, кивая. — Ты можешь, это я вижу. Ты боевая, да и другая ему бы не понравилась. Просто не смогла бы обуздать его внутреннюю силу. Женщина хмыкает и улыбается. — Знаешь, расскажу тебе про его отца. Артур слишком был добрый, мягкий, а так же красивый, — Оливия ведёт бровями и Харрис заливается смехом, чувствуя, что расслабляется. Говорить с мамой Алекса просто, словно они были подругами. — Вокруг него вилось много женщин, но была среди них одна, особенная. Имя её точно не помню, но она была упёртой, но и я тоже. Мы с ней враждовали, один раз, не свойственно леди, я неплохо так показала ей хук справа. Конечно, так просто она не отстала, но Артур уже выбрал меня и, в конце концов, та дамочка приняла поражение. — Вы хотите сказать, что мне нужно избить Николь? — Агата мягко смеётся и Оливия в ужасе расширяет глаза, а потом смеётся сама и заговорщически поддаётся ближе через стол. — Ну, только если чуть-чуть, — пальцы женщины почти сходятся, но остаётся пару миллиметров между ними, как раз показывая это «чуть-чуть». Харрис качает головой, делая глоток вкусного чая, а женщина улыбается. Алекс очень похож на мать, глазами и улыбкой, цветом волос, но скулы принадлежали отцу, как и его нос. Он был сильно похож на родителей, и кажется, даже характером он пошёл в мать. — А если серьёзно… — Оливия Нильсен крутит в руках кружку и жмёт плечами. — Не сдавайся, Агата. Ты красивая, сильная и, я уверена, очень умная девушка. Мне никогда не нравилась Николь, она не подходит ему, пусть мне и пришлось терпеть их отношения три года. Рассказывать об их отношениях не стану, думаю, ты захочешь, чтобы Александр сам рассказал. Блондинка кивает и женщина улыбается. — Дай шанс моему сыну объяснить, почему он ведёт себя так нелепо. Девушка вздыхает, но кивает, потому что сдаваться так просто не намерена, однажды он сказал ей важные слова: «Jag älskar dej (я люблю тебя)». В тот день Агата не забыла его слова и нашла в переводе значения, поэтому, раз он сказал это ей — он обязан доказать, либо все его признания — пустой звук.