Его грозовое облако

Накахара сегодня же закончил своё задание, которое ему сказал, а скорее приказал, выполнить глава портовой мафии. Убить одного бизнесмена, который, видите ли, слишком мешался, а сегодня, между прочим, у него должен был быть выходной. Лежал бы на мягком диване, уже давно нуждавшемся в замене, смотрел телик, который уже плохо показывал и иногда даже сам выключался, разогрел бы себе остатки еды из почти не работающего холодильника. Да кого он обманывает, было бы у него желание, переместился бы куда подальше из района, в котором жил. Даже если он и сам считается противозаконным жителем, всё равно, ежедневные кражи, домогательства, а порой и убийства ему уже крайне надоели. Хотелось спокойствия, порой просто расслабится, а так. В отель не заселишься, дома не расслабишься, на работе спать не дадут, так потом еще и насмехаться будут. Вот и ходит это грозовое рыжее облако по всему зданию портовой мафии, ища тихий угол. Разговаривать ни с кем ни хочет, все эти смеющиеся голоса уже надоели по горло, прикончил бы их всех, да вряд ли получится. Пластмассовый бочонок урны со звуком, который раздался по длинному коридору, упал на бордовый ковер, этим давая рассыпаться, небольшому количеству мусору прямо на него. Руки сжаты в кулаки, прямо приставлены к туловищу. Выдохнув, направился к выходу, шагая ровными шагами в чёрных деловых штанах. Помещение было темное, источников света мало, но парень знал план здания лучше, чем Мори Элис. Завернув за последний угол к выходу, заметил краем глаза до смешного знакомый плащ кофейного цвета. Ногти до кровавых царапин впились в ладонь рук, дыхание сбилось, глаза налились кровью — вот он, его шанс вымесить всю злость. Практически бегом начал идти к своей жертве. Осаму разглядывал не спеша помещение, подмечая, что изменилось с его ухода, не сразу замечая надвигающееся грозовое облако. Кулак в черной перчатке уже замахнулся, но на середине дороги был остановлен. — Как ты сюда попал? — выделяя каждое слово, сквозь зубы прошипел еще больше рассердившийся парень, давя на руку Дазая, попытавшись сделать хоть что-то. — Успокойся Чуя, я к Огаю, он меня попросил прийти, — парень улыбнулся этой красной от злости морде, отпустил его руку и скрылся. — Ну и катись к чертовой матери! — прокричал в пустующий коридор Накахара. Злость не ушла, а только увеличивалась. Вскоре от нервов Чуя начал чесаться. На его запястьях образовались красные пятна, в следствии образовавшиеся в белые полосы, а ещё через некоторое время и в красные царапины. Парень сидел почти перед кабинетом его босса, ожидая, когда выйдет Осаму. Через почти час кареглазый вышел, со спины маша рукой на прощанье, а из глубины кабинета, даже до Чуи донеслось: «Иди ты нахер со своим ядом!» Поняв, что сейчас полностью себя спалил в наглой слежке, быстро встал, намереваясь по-быстрому свалить, но не получилось. Рыжеволосого резко схватили за рукав его черного как смоль плаща, поворачивая на сто восемьдесят градусов. — И что мы делали перед кабинетом начальника? — притянув его к себе вплотную, спросил Дазай. — Не твоё дело! — огрызнулся Накахара, пытаясь вырвать руку из крепкой цепи парня. — Ты сегодня раздражительнее, чем обычно. Недотрах что ли?— последнее, он сказал на ухо рыжеволосому, притягивая его еще ближе. Бледное лицо Чуи окрасилось пунцовым цветом, только теперь от смущения. Он не знал, куда деть вторую руку, пытаясь ее пристроить то в кармане, то просто поближе к телу. — Что молчишь? Неужто я прав? — шепот переменился в соблазнительный лепет, который сейчас предоставлялся только одному человеку. Чуя непоколебимо молчит. — Тогда позволь мне. Взяв его за руку, повернул лицом к себе, впиваясь в его губы, горячим, пылким, настойчивым поцелуем. Прижав тело Накахары впритык к своему, чтобы последний ощутил возбужденность в его штанах. Небольшой бугорок можно было заметить даже через штаны, от чего Дазай ухмыльнулся, когда парень заметил его. Проведя вниз по позвоночнику, нащупывая каждую горбинку, каждую складчатость ровной кости, приблизившись к его лицу, закусил мочку уха, следом ее зализав. — Если честно, то я уже на пределе, — частое дыхание из-за возбуждения, которое было во власти всего его тела, не давало ему нормально отдышаться между сильными порывами желания вытрахать его прямо здесь и сейчас. Вдохнув побольше воздуха, совершал небольшие попытки привести своё дыхание в порядок и с энного раза у него более-менее получилось. Голубые глазницы искали выход из этой ситуации, долго оставаться с ним было нельзя, ведь ещё немного, и он сам превратится в одно возбужденное облако. Через несколько молчаливых моментов в своих запястьях Накахара почувствовал расслабление, но только на мгновение. Отпустив его руки полностью, он всего лишь поменял позицию, снова захватив одно из запястий в свою крепкую хватку, выводя из здания. Солнечные лучи доставляли дискомфорт глазам, из-за резкого перемещения в яркую область из темной. Перед зданием портовой мафии до блеска натёртая стояла машина, которая пару раз мигнула, оповещая об отключении сигнализации и открытии дверей. Не долго думая, Осаму открыл переднюю дверцу, бросая парня на сидение, следом садясь за водительское. Заведя мотор, выехал на главную дорогу, заставляя рыжеволосого парня пристегнуться и сжаться в кресло всем телом, ведь брюнет ехал, не думая сбавлять скорости, а на спидометре показывалась цифра, достигающая 120 км/ч. Сигналя и негодуя, некоторые авто гудели им вслед. Пару крутых поворотов, и машина резко останавливается возле кирпичной стенки. Ключ был вынут, дверь чуть не вылетела с петель, ремень безопасности отстегнут, Накахара чуть ли не силком вытащен на улицу. Не в силах себя сдержать, Дазай прильнул к губам Чуи, не отрываясь, на автомате закрывая машину. Зелёные двери двухэтажного здания распахнуты с необычайной силой, рыжеволосый был протолкнут вперед, тем самым от него отстраняясь. Брюнет со спины закрыл дверь на замок, медленно идя к своей жертве. Парень, немного испугавшись, начал отступать, не подумав, что сзади него может быть какая-то преграда. Сделав еще несколько шагов, отступился и упал на каменную лестницу, неприятно ударившись пятой точкой. Осаму наступал, и каждый его шаг отдавался по всему пространству, грозясь наступить на упавшего парня. Взяв того за шиворот рубашки, поднял на ноги, продолжая идти вперёд, заставляя Чую перебирать ногами, чтобы тот еще раз не грохнулся. Встав на последнюю ступеньку, сделал резкий разворот, впившись в его губы, окинул того на рядом лежащий матрас. Плащ цвета кофе первым полетел на деревянную поверхность пола, следом он вылез из ботинок, откидывая их куда подальше. Резко прогнувшийся матрас оповестил об прибытии на него русоволосого парня. Чуя хотел отползти, но Дазай быстро вернул его на место. Теперь черный плащ был снят, следом и жилетка, которая облегала и подчеркивала подтянутость его тела. Только Осаму хотел расстегнуть первую пуговицу, как был остановлен рукой парня. — Так нечестно. Я остался без жилета, теперь снимай свой. — Мышка хочет поиграть с кошкой? Хорошо, пусть будет по-твоему, — ухмыльнувшись, немного отодвинулся от парня, расстегнув пуговицу на своем жилете, вытянув грудную клетку вперед, как можно медленнее, показывая изгибы своего тела, снял вещь каштанового цвета. Не дожидаясь пока вещь долетит до пола, ловко начал расстегивать пуговицы на рубашке. Через пару мгновений рубашка тоже полетела на пол. Оставшийся верхний корпус в большинстве в своем виде был в бинтах, но это ни капельки не смущало обоих. На этот раз Чуя, взяв за шею брюнета, притянув, впился в губы, пробираясь внутрь, обследуя языком того изнутри, но через мгновение Дазай взяв контроль на себя, закружился с языком парня в ярком, горячем пылающем танце. Не отрываясь, ловко начал расстёгивать пуговицы, которые чуть не с треском отрывались от тонкой ткани. Белая рубашка полетела к остальной куче вещей, открывая вид на белоснежный торс парня, упругую грудь и ровную спину. Не сдержавшись примкнув к длинной шее, прикусив нежную кожу, оставляя розоватый след от зубов, который к завтрашнему дню, должен был окраситься в багровый. Следом зализав место укуса, начал расцеловывать всю шею, вместе с подбородком, иногда покусывая, оттягивая кожу. Дорожка поцелуев шла от щеки до самих ключиц, особенно выделяя ложбинку между костями. Не понравилось брюнету то, что Чуя только мычал на его ласки, не давая нормально расслышать голоса. Проведя ещё одну дорожку с ключиц на грудную клетку, нажал на торс парня рукой, придавливая его заставляя напрегнуться. Почувствовав тугие мышцы от давления, приблизившись к одному из сосков, взял в рот. Твердые розовые бугорки хорошо проскальзывали через ровный ряд зубов, заставляя их оттянуть и хорошенько прикусить. — Ах! Что ты, что ты делаешь? — дыша через раз, с прикрытыми глазами попытался произнести рыжеволосый. — То, что делаю со всеми в самом начале секса. Заставляю их показать свой голос, — немного отпрянув, резко укусил парня за другой сосок, снова ловя ушами его сладкие стоны. Недолго думая начал снимать с него штаны, развязывая ремень и расстегивая пуговицу с молнией. Одним резким движением оттянул их вниз, оголяя бедра ног. Стянув их полностью, оставляя парня в одним трусах вместе с носками, тыльной стороной руки потрогал виднеющийся бугорок через неплотную ткань трусов. Закатив глаза, прикрывая их, тяжело вздохнул. Небольшой румянец появился на щеках, выглядел он как маленький мальчик, который простудился и у него поднялась температура и в какой-то степени, у Чуи была температура, только не из-за простуды, а из-за возбуждения, от которого все его тело покрыло маленькими испаринами. От небольшого омута, рыжеволосый даже не заметил, как с него сняли ткань нижнего белья, откидывая ее куда подальше. Член, освободившийся от такой мешающей одежды, встал дыбом, и маленькая капелька смазки вытекла из головки, прокатившись, очерчивая выпирающие венки. — Осаму! Чёрт тебя подери! — яркий стон вылетел скоростной стрелой из рта рыжеволосого, когда Дазай взял в рот его стоячую проблему практически полностью. Руки от новых ощущений со стороны парня не знали себе место, поэтому он просто направил их к голове парня, прямо на макушку. Пальцы вонзились в мягкие пряди каштанового цвета, оттягивая их от самих корней до кончиков, помогая парню вбирать все глубже, пока он полностью не исчезал за стенками щек. Брюнет ускорился, помогая парню быстрее кончить, пальчиками перебирал яйца, немного сжимая их и оттягивая вниз. Пару резких движений головой, парень полностью облегает член Накахары, так что головка упиралась ему в глотку. Через мгновение тонкая струйка спермы брызнула в горло, уходя прямо в желудок. Отстранившись от парня, вынув его член из рта полностью, что он ленивой колбаской валялся у ног, посмотрел на него. Лицо не просто горело, оно пылало яркими красками! Глаза закрыты рукой и голова немного отвернута, чтобы, не дай Бог, встретиться с ним взглядом. Стук сердца можно было услышать за метр. Немного привстав, Осаму снял с себя штаны, вместе с боксерами, откидывая их в кучу белья. Рыжеволосый всё ещё прикрывал лицо рукой, когда краем глаза захотел посмотреть, что делает парень. Одним ощутимым движением, Осаму оказался рядом с Чуей, чуть ли не соприкасаясь с ним лбом. — Как ты считаешь, Чуя, будет ли честно, если мы сейчас разойдемся? — парень непонимающе посмотрел на своего партнёра, задаваясь немым вопросом. — Я тебе сейчас доставил удовольствие и помог снять стояк, а как же мой? Накахара посмотрел немного вниз, натыкаясь на стоящий член и снова повернул голову обратно. Боковым зрением внезапно увидел две руки, которые парень поставил с обеих сторон его головы. Брюнет наклонился к уху голубоглазого. — я. хочу. войти. в тебя. — медленно, тихо, но страстно и желанно прохрипел он ему на ухо, облизав раковину уха. Подождав немного когда багровый цвет дойдет и до ушей, не торопясь отстранился, все так же нависая над обнаженным парнем. Одним резким движением, не давая Чуе прийти в себя после произнесенного, повернул его на живот, нажимая на спину, чтобы тот не смог повернуться обратно. Одной рукой прижимая того к матрасу, второй очерчивал прямую спину с напряжёнными мышцами. Через пару попыток Накахары вырваться, Дазай предпринял радикальные меры, прижав его голову к матрасу, при этом подняв пятую точку выше. Обводя пальчика всю спину, он все таки дошёл до ягодиц. Почувствовав что парень немного расслабился, двумя руками резко сжал две половинки, оставляя красные следы от его ладоней. На это жест, он услышал мычание, парень закусил губу. Сжав его бедра сильнее, ногтями немного впиваясь в мягкую кожу тела, наконец услышал что-то вроде стона. Надоев сжимать его булки, медленно начал продвигаться к дырке, как почувствовал рывки парня. — Остановись, не надо! Это неправильно! — к несчастью или радости, Дазай перекрывал все его попытки к свободе, задерживая того, то одной рукой, то двумя, но вообще ступнями ног. — Тогда почему не остановил меня в ещё в порту? — на мгновение Дазай перестал что-либо делать, ожидая ответа. Но не через секунду, не через минуту ответа не последовало, а напряжённая тишина уже вовсю витала в помещении. Встав с матраца, Осаму начал собирать свои вещи, рыжеволосый вернувшись в более-менее нормальную позу, начал за ним наблюдать, закусывая палец. — Войди в меня. Пожалуйста, — снова покраснел, отвернул голову и закрыл глаза рукой. Повернувшись на живот, встав в туже позу, что и его перевернул Дазай. На минуту опять прекратились все звуки. Звук скользящей стопы по деревянному паркету больно отразился в глубине ушей, а затем бросок штанов куда подальше. Осаму подошёл вплотную к его выпученной пятой точке, резко оставляя на ней след от руки. Ещё, ещё и ещё, пока все ягодицы не покраснели, а Накахара начал жалобно стонать, еле сдерживая чтобы не взвыть от боли. Затем длинные пальчики переместились к его проходу, вставляя сразу два пальца, растягивая тугие мышцы. Добавив третий палец другой руки, он начал пробовать раскрывать ее, получая болезненные стоны парня. — Ты можешь проявить хоть немного нежности? Но парень его как-будто даже не слышал, продолжая все больше растягивать узкую среду, заставляя парня скрести зубами и сжимать твердый матрас. Но в одно мгновение Дазай резко отстранился от его ягодиц, немного отходя, от чего Накахара немного напрягся, повернув голову в сторону парня. Лицо в один миг стало бледнее белого, но захотев возразить в его рот скользнуло два пальца Осаму, из-за которых он мог лишь мычать. Второй рукой, брюнет направил свой член ко входу, уже нажимая, так что головка практически оказалась внутри. — Извини, но нежным я не умею быть. — сразу после этих слов, парень вошёл до самого основания, ловя на себе болезненный крик. Вытянув пальцы с его рта, двумя руками ухватился за его талию. Выходя полностью, на члене оставалось дорожка крови, пальцем проведя по кожице, собирая кровавый след. — Дальше будет легче, но я тебя порвал, извиняй. — в противовес последнему слову, снова, так же резко вошёл, только теперь не останавливаясь. Толчки с каждым разом становись всё быстрее и жёстче, пальцы на талии грубо сжимали кожу, оставляя следы, которые к завтрашнему дню должны были преобразоваться в синяки. Полностью выходя и резко входя, выбивая последний воздух из лёгких, никак не мог насытиться. Комната пропиталась запахом застывшей в воздухе спермы, вперемешку с потом, запахом секса, их запахом. Толчки продолжались, сопровождаемые со стонами парня, который кусал себе руку и нервным рычанием брюнета. Зажав между пальцами затвердевший сосок рыжеволосого, вторую руку переместил на член парня, делая резкие движения. Несколько мощных толчков, во время которых член Дазая немного набух, от готовящей выйти наружу спермы, и прижавшись к Чуе как можно ближе, кончил внутрь, вместе с парнем. Тяжёлые вздохи, бешеный ритм сердца, голова кружится, искорки перед глазами. Не выходя, завалился вместе с парнем на один матрац, притягивая того ближе к себе. Дазай поцеловал того в макушку, они вместе погрузились в крепкий сон. Перед тем, как окончательно вырубиться, Чуя услышал на ухо, что был единственным, кто продержался до конца.