Путеводная звезда

Не сказать, что Металликана была зла… Она скорее испытывала досаду за неизбежное зло, перелистывая тысячи тысяч отчётов, зная, что эта самодовольная морда где-то шатается, и, верняк, скачет по молодым доступным девкам. Нет, она его никогда в жизни не ревновала, просто хотела свернуть ему шею за факт его существования, и почему-то порой от этого становилось стыдно. Был ли на всём белом свете человек, который сделал для неё больше, чем Акнология? Наверное, нет. Но это не меняло факта, что она не могла сдержать неутолимого желания выдавить большими пальцами эти голубые глаза. А серьёзно, как он это вообще делает? Нет, она биолог, а не моралист, так что россказни про «полигамность», это не к ней! Её интересуют только два чисто физиологических момента: во-первых - эта морда даже не кирпичом, потому что кирпичи об эту морду ломаются… Она проверяла. А во-вторых: ему уже почти полтинник, там уже сердечко должно ёкнуть. Хотя если подумать… Вдруг Металликана отвела глаза куда-то в сторону и немного болезненно закусила губу. Шутки про «каменное сердечко» главы Комитета Безопасности резко стали очень несмешными, да и вообще отдавали запахом крови и тухлятины, а от осознания того, что пережил «самый худший человек на свете», сердечко ёкало у всех осведомлённых. Что ему монастырь задрать? Он выжил там, где сдохли даже тараканы. - Доктор Рэдфокс! – в помещение без стука влетел лаборант и тут же подлетел к столу немного опешившей от такой наглости брюнетке. – Срочное донесение от главы Комитета Безопасности! Они направляются в Райскую Твердыню и велели подготовить территорию для сорока горных львов, а также распорядиться о… - Пошёл вон. – тихо, вкрадчиво выдала женщина, а алые глаза очень грозно блеснули из-под чёрных волос. – Прямо сейчас. - Но доктор Рэдфокс… - Я сказала: «ВОН»!!! Лаборант вздрогнул и, решив не испытывать судьбу, спешно вылетел из кабинета. В конце концов, он свою работу сделал, а дальше пусть сами разбираются. А пока молодой учёный пытался удрать как можно дальше от невменяемой главы Исследовательского Центра, Металликана лишь отложила документы и как-то неоднозначно посмотрела на руки. Они нездорово дрожали, отчего брюнетка не слушающимися руками достала шприц и вколола себе инъекцию. Опыт не пропьёшь, а потому она сделала это профессионально точно, даже не чувствуя, как иголка входит в вену. А быть может, причиной этому было совсем другое? Она даже не сомневалась, что Акнология сможет убедить Хвост Фей выйти им на помощь, но искренне надеялась, что Игнил не даст добро им даже войти на их земли. Сейчас в Райскую Твердыню направлялись десятки горных львов, а также их наездники, потому что просто так эту ораву кошек не увезти. - Дьявол. – выругалась женщина, сжимая и разжимая кулак. – Дерьмово… Больше, чем просто дерьмово. На этом Металликана поднялась, направилась к шкафу, достала оттуда уже привычный костюм биологической защиты, привела себя в порядок и связалась с нужными ей инстанциями. Надо было ехать в Магнолию, дабы обеспечить поставки «кошачьего корма», а это нехилый такой удар по экономике сельского хозяйства бункера. Ладно, человек – тварь живучая и жрёт синтетический кофе половину, а то и всю жизнь под куполом. Перебьются пару месяцев ненатуральной колбасой, а кому не нравится - она смело предложит отправиться в Райскую Твердыню… Если, конечно, переживут инкубационный период и естественный отбор. Металликана больше всего на свете ненавидела две вещи. Первой был: бухой в хламину Акнология, и, слава эволюции, такое случалось очень редко, но, если случалось… Господи Помилуй. Однако, даже эта неприязнь не меняла факта, что пила она с ним только водку, так как проверять его реакцию на чай она не хотела, ведь была о ней наслышана. А второй вещью были вот такие вот мероприятия! - Совет находит данное решение не целесообразным. – степенный дядечка в строгом костюмчике недоверчиво глядел на женщину. – Такая расточительность может стоить нам огромных последствий. - А что на счёт последствий обрушения купола? – как бы невзначай поинтересовалась брюнетка. - Доктор Рэдфокс, я попрошу вас придержать ваши шутки. - А я не шучу. – алые глаза с вызовом посмотрели на вмиг оживившуюся толпу дядечек в строгих костюмах, что начали нервно елозить на своих местах. – Мы потеряли караваны, и очень скоро Магнолия ощутит нехватку сырья, особенно Исследовательский Центр. - В этом ваша проблема, доктор Рэдфокс. – недовольно выдал чиновник средних лет, поправляя очки. – Вы слишком ослеплены Исследовательским Центром, забывая о том, что помимо разработки Вакцины есть и другие проблемы. Сейчас вы просто просите нас скормить более сорока процентов сельского хозяйства горным львам, которые якобы… - Я даю добро. – раздался грозный мужской голос, от которого в зале вмиг возникла тишина и все повернулись. Биолог даже не дрогнула, однако уголки губ незаметно приподнялись, а алые глаза с интересом глянули на пожилого чиновника, что смерил остальных ничтожным взглядом. Это был низенький старичок, уже седой и с виду даже дряблый, но все знали, что такой оплеухи, как этот, влепить не мог больше никто в совете. - Господин Макаров! – вмиг опешил тот, что был в очках. – Это же безумие! Вы вообще понимаете… Но вдруг старик поднял руку, жестом веля захлопнуться прямо сейчас, а после - твёрдо глянул на брюнетку и, выдерживая паузу, тихо заговорил: - Металликана, зачем нам нужны эти «кошки»? - С Западной стороны зачастили пропадать караваны, причём без остатков. Те, кто вернулись, рассказывают про разбойные нападения. - Но с западной стороны пустыня! – уже начал откровенно напирать чиновник. – Там не может быть абсолютно ничего! - Там Крокус. – с нескрываемой издёвкой выдал старик, исподлобья посмотрел на чиновника и гаденько улыбнулся. – Рай на земле, изумительнейшее из всех мест. Видал, какие фотографии «Нефритового Дракона» на главной площади. Они в общую сеть выложены. Может, такого же замутим, а? - Макаров. – сквозь зубы выдохнул мужчина и утёр холодную испарину со лба рукой. – Крокус в двух тысячах километров от нас. - Расскажи об этом Акнологии. – Макаров улыбнулся до самых ушей. – А я расскажу тебе, как глава Комитета Безопасности в свои двенадцать лет вырвал тренеру правые руку и ногу, после чего голыми руками спорол брюхо и вытряхнул кишечник. Охрана успела отреагировать до того, как ситуация стала бы фатальной: тренера собрали, кишечник упаковали, конечности пришили и через два года он даже вернулся к службе… Но больше Гилдартс никогда не хватал Акнологию за загривок, а говорил с ним в очень тихом и вежливом тоне. - Это вы сейчас на что намекаете!? - Ему было двенадцать, и он был один!!! – гавкнул старик, от чего толпа резко затихла, а Макаров глянул на брюнетку, что с трудом сдерживала улыбку. – А теперь, мои дорогие, я скажу вам очень неприятную вещь: без любого, находящегося в этой комнате Магнолия сможет прожить! Мы сможем прожить без программы образования, без контроля над качеством пищи. Мы даже сможем прожить без сельского и аграрного хозяйства! А вот без чего мы не сможем прожить, так это без Исследовательского Центра, ибо он отвечает, в первую очередь, за медицину в целом. А ещё мы не сможем без Комитета Безопасности… И, нет, мы, конечно, в состоянии организовать порядок под куполом, но проблема в том, что Комитет Безопасности отвечает за Райскую Твердыню. А Райская Твердыня – это аппарат искусственного жизнеобеспечения Магнолии, и если мы его потеряем… - старик сделал драматическую паузу и откинулся на спинку стула. – Если начинают пропадать караваны, то в первую очередь под удар попадает Магнолия, потому что Райская Твердыня «выкрутится», так как они поддерживают связи с десятками поселений. Более того - их солдаты адаптированы ко внешним условиям, в отличие от наших, которые вообще ни на что не способны, кроме как обрабатывать сырьё, которое нам поставляют. Сохранить целостность и функциональность Райской Твердыни – это самое необходимое. И в интересах Магнолии, я считаю, что ради этого можно разок «покормить кошек»… Ведь, если угроза реальна, то ее нужно ликвидировать, пока она не подошла слишком близко. Совет ещё долго что-то ворчал, бубнил, противился, однако, худо-бедно, было выдвинуто соглашение о временных поставках живой скотины в Райскую Твердыню под немного облегчённый взгляд брюнетки. Они выиграли время, а значит, теперь придётся срочно выиграть борьбу. Собрание Совета глав Магнолии длилось несколько часов, а потому, вышла Металликана оттуда выжатая, как лимон. Её терзали мысли, которые ей очень не нравились, и факт, что ей нужно возвращаться в Райскую Твердыню, ну очень не радовал. Ладно, она ещё тут, а значит, есть возможность заглянуть в Исследовательский Центр, проконтролировать эксперименты, оставить указания, и, быть может, обстоятельства вынудят её задержаться в Магнолии на несколько недель… Или месяцев. - У нас есть причины нервничать, Металликана? – тихий старческий голос вырвал брюнетку из дум и заставил улыбнуться, после чего доктор развернулась к, довольно грозному по виду, дедушке. – Скажи мне честно. Крокус представляет для нас опасность? - На данный момент они оккупируют территорию с полезными ископаемыми и минералами, а также разоряют караваны с сырьём. – женщина обречённо выдохнула и отвела алые глаза в сторону. – На сколько опасность в зоне досягаемости - вопрос очень спорный, но Акнология считает, что эти люди не остановятся. - Ты ему веришь? - Я – глава Исследовательского Центра. Акнология – глава Комитета Безопасности. Я буду ему верить даже тогда, когда буду откручивать его голову. - А силёнок-то хватит? - А я включу обаяние. – довольно оскалилась брюнетка, но тут же улыбка сошла с лица, и она как-то отрешённо посмотрела в сторону. – Акнология редко ошибается, а если точнее – никогда. Он – идеальный лидер, как бы мне не хотелось признать обратное, а потому, да - я верю ему всецело. Исследовательский Центр будет работать на износ под его командованием, выполняя самые безумные приказы. - Мета. – голос дедка резко стал холодным и колючим, а взгляд – пронзительным. – Я скажу тебе, как есть. Когда я увидел Гилдартса – лучшего тренера новобранцев в бункере и Райской Твердыни, с вырванными конечностями и вспоротым брюхом, я подумал, что на него напали горные львы. Когда мне показали фотографию двенадцатилетнего пацанёнка, я как сейчас помню: у него волосы такие короткие и густые, торчат, во все стороны, словно его током шибануло, большие голубые глазки, а взгляд такой, потерянный, как пыльным мешком стукнутый. Честно, я улыбнулся, такой очаровашка на меня с картиночки смотрит. – тут мужчина притих. – Я перестал улыбаться, Металликана, когда мне показали видео с камер наблюдения. Самое эпичное заключается в том, что всё это вышло действительно без какого-либо злого умысла. Малому просто сказали встать в строй, а Акнология начал капризничать, из-за чего Гилдартс, ДАЖЕ НЕ ДОПУСКАЯ МЫСЛИ, что всё это дерьмо выльется в нечто подобное, схватил его за шиворот и потащил. Я потом ещё неделю от увиденного зрелища отходил, но знаешь, скажу тебе по секрету… Я угроблю всю сельскохозяйственную деятельность, если Хвост Фей выдаст нам своих монстров, на защиту от Крокуса, потому что, Металликана, если эти шакалы доберутся до Магнолии, хотя бы в числе трёхсот голов… Они пробьют купол. А если их будет тысяча или, не приведите боги, несколько тысяч… Старик резко замолчал, а Металликане и не нужно было ничего объяснять. Дело дрянь - это знали все, однако, в отличие от остальных членов Совета, Макаров Дреяр не пытался спрятаться от проблем или «накрыть тряпочкой», чётко осознавая всю тщетность положения. - Держите меня в курсе, Мета. – тихо попросил старик и направился в прочь. – Я сделаю всё, что в моих силах, однако не могу гарантировать, что это продлится долго. Меня тоже пытаются подвинуть, но я буду держаться, сколько смогу. - Спасибо, Макаров. – немного грустно улыбнулась женщина, провожая взглядом старика. – Мы этого не забудем. Ладно, время оставить сантименты и приступать к работе. А пока Металликана пыталась разобраться с тем, что делать, миловидная блондинка сидела в своём лагере и с грустью листала статью за статьёй. Магнолия была автономным бункером, поэтому своя новостная сеть там присутствовала, а у Люси, как у жителя Райской Твердыни, доказавшего свою пригодность, даже был свой ноутбук, чтобы иметь связь с миром... Или она была связью с миром? В очередной раз, перелистав сводку новостей, на глазах навернулись слёзы. В Магнолии собираются устраивать фестиваль, новый бутик открыли, какая-то новая модель пробилась на вершины топа, а Люси сидела, листала, листала… Листала. Вдруг блондинка открыла новую вкладку и дрожащими пальцами ввела до тошноты знакомый запрос, а поисковик выдал изумительные фотографии прекрасного фонтана. «Нефритовый Дракон», словно хозяин мира, глядел на всех ничтожных людишек. Он был подсвечен со всех сторон прожекторами, свет которых преломлялся в воде. Это было официально, самое красивое творение архитектуры во всех крытых бункерах, но информации о Крокусе было не так много - сказывалась удалённость и проблемы связи. Бункера общались между собой, предоставляя информацию о друг друге. По данным, которыми оперировала Магнолия, Крокус общался со всеми оставшимися оплотами человечества, однако у Магнолии была возможность общаться только с Крокусом. Фактически, Крокус был своеобразным «центром мира», выступая, как самый технологический и развитый бункер из когда-либо созданных: он существенно сокращал нагрузки на передатчики, усиливая и улавливая все сигналы. Идеальное решение для разбросанных по всему миру бункеров. - Когда-нибудь я там побываю. – чуть слышно выдохнула Люси, с любовью глядя на переливы нефритовой чешуи дракона. - Опять бездельничаешь. – голос главы Комитета заставил девушку вздрогнуть и повернутся к самому плохому дяде на свете. – Ты связалась с Райской Твердыней? - Да. – виновато выдохнула Хартфилия. – Совет выдал добро на выделение живого скота для горных львов. - Очень хорошо. – Акнологии явно не нравилось состояние биолога, что как-то потерянно прижимала к себе ноутбук. – Ну, давай, скажи мне что-то интересное. - Да нечего тут говорить. – Люси силилась проглотить тошнотворный ком. – Всё закончилось, так и не успев начаться. Она уже собралась закрыть ноутбук, как вдруг экран был пойман ловкими пальцами главы Комитета, после чего мужчина осторожно повернул к себе изображение. Нефритовый Дракон грозно скалился, но выражение Акнологии заставило Люси немного напрячься. Совершенно спокоен, без какого-либо намёка на эмоции, на его лице не дрогнул ни один мускул… Даже дыхание малость замерло, но спустя пару секунд мужчина лишь механически захлопнул ноутбук и посмотрел на Хартфилию высокомерным взглядом: - Поверь мне на слово, он совсем не такой красивый, как ты думаешь. - А вы откуда знаете? – тут Люси очень оживилась, а карие глаза засияли. – Вы видели Нефритового Дракона!? Расскажите о нём! - … - по выражению лица Акнологии было сложно понять, о чём он думал, как вдруг мужчина немного грустно усмехнулся. – Туда бросают монетки и мелкие безделушки. Считается, что если загадать желание и бросить в фонтан дорогую тебе вещь, желание обязательно исполнится. - А вы верите в это? - Ну… Моё исполнилось. - Правда!? – Люси аж подорвалась на месте, а улыбка растянулась до ушей. – А что вы загадали!? - Хм. – мужчина лишь наклонился, а лицо вновь приобрело холодные безразличные черты. – Хартфилия, поднимай свою жопу и марш на обработку ваших тараканов… Или что там ваша наставница велела накопать! Живо!!! Люси не нужно было повторять дважды, а потому блондинка буквально подорвалась, на ходу меняясь в лице и спеша унести ноги, пока точно не получила по первое число. Акнология же на это смотрел с явной иронией и насмешкой, но тут в голове вновь всплыл образ величайшего творения архитектуры в истории куполов. Никогда он не вспоминал его с любовью или трепетом… Скорее, с ностальгией и каким-то внутренним облегчением, однако что-то родное в его образе всё же было. Мерным шагом, направившись в сторону своего ненаглядного бронетранспортёра, Акнология с чувством выполненного долга и душевным умиротворением уселся в своё законное место и гордо осмотрел свой отряд. Огромное иссиня-серое чудовище крадётся к блондинке, которая даже не смотрит в его сторону, а учитывая довольную рожу его невменяемого всадника, сейчас будет вопль, от которого с гор сойдут лавины. Гажил уже отработанно собирает своих монстров в строй; Леви шерстит по картам и что-то рыщет в документах; Жерара и Зигрейна нигде не видно, но учитывая, что вместе с ними пропала и Эльза, искать их ближайшие минут пятнадцать лучше не стоит. Остальные новички и старички тоже готовились к отправке. По просьбе Исследовательского Центра, дабы собрать необходимые материалы для исследований, было решено сделать небольшой крюк в сторону Запада, который занял лишние сутки и удалил отряд от Райской Твердыни. Пилить до неё теперь было добрых четыреста километров, зато они пойдут вдоль гор, а не по бездорожью, а значит, что смогут добраться за день, и это не могло не радовать. Всё складывалось даже относительно неплохо, но сердечко главы Комитета Безопасности было не на месте... А он привык слушать этот «кровяной насос». - Ну что, по коням!? – довольно заявил ввалившийся водитель, не без наслаждения вслушиваясь в вопль таки настигнутой Хартфилии. – Ну, пипец, что творит! Если всё выйдет как надо, то к ночи будем в Райской Твердыне! - Это хорошо. – сухо ответил командир. - Шеф, с вами всё хорошо? - Заводи и поехали. Было видно, что Акнология совсем не хочет говорить, а потому водитель решил не докучать расспросами и просто приступил к прогреву движка. Вопреки ожиданиям, колонна двинулась уже где-то через добрых пятнадцать минут, а дальше держали путь строго на Север, чтобы выйти из горного хребта. По расчётам, этот нелёгкий путь занял бы у них добрых два часа, а учитывая, что «лихую тройку» сгрузили в один багги, который шёл вначале вереницы, два часа езды будут не такими фатальными, как прежде… Или нет? - Значит так! – скрипя зубами, выдал Зигрейн, пытаясь не смотреть и не слушать то, что творилось на заднем сидении. – Если вы двое сейчас же не прекратите, я остановлю машину, Жерар сядет за руль, а я сяду назад к Эльзе! - Не ворчи! – шею недовольного водителя тут же обхватили женские руки, а горячее дыхание обожгло ухо. – Меня тут на всех хватит! Через два часа выйдем из гор, а там… От настойчивых домогательств, тройку отвлёк вызов по рации. Не сказать, что Зигрейн не хотел поднимать, но делал это крайне неохотно, пытаясь не задеть средством связи несчастную оружейницу. Эльза не слышала, что там было сказано в этих помехах, однако, когда багги резко ударил по тормозам, а она чуть не улетела вперёд - это Скарлетт ощутила сполна. Аловолосая уже набрала в лёгкие воздух, чтобы высказать, что она думает, как вдруг Зигрейн подорвался на месте, повернулся лицом к колонне и вздёрнул руку вверх. Лицо у него было встревоженным, и даже напуганным, а потому колонна тут же остановилась. - Зиг. – осторожно поинтересовался Жерар. – Что случилось? - Мистган на связи. – рвано выдохнул Зигрейн, продолжая упорно махать бронетранспортёру. Надо признать: все были в лёгком смятении, никто не понимал, что произошло, и только Акнология злобно сжал челюсть, хватаясь за рацию. Пытаясь настроиться на нужную волну, мужчина через несколько секунд поймал сигнал, но сказать что-то в эфир не успел. - Код «красный», боевая готовность: сто двадцать секунд!!! – раздался надрывающийся голос одного из Фернандесов. – Остановить вереницу, побег невозможен, только отражение!!! Численность: тридцать два, окружают с Севера и Запада, уже зашли со стороны Юга!!! Стрелять только на поражение!!! Акнология… - тут голос в рации предательски надломился. – Это не люди. - Спасибо, Мистган. – рвано выдохнул Акнология, быстро отключился и, буквально, вылетел из внедорожника. – Так, все по местам, это не учение!!! Мы в полной жопе, и уже не имеет значения, умеете вы стрелять или нет!!! Никаких Парализаторов, только боевые патроны и только в голову!!! Все «либералы», «парламентёры» и прочие «гуманитарии» сегодня будут разорваны в клочья, и сегодня это буду не я!!! Повторяю: «ТОЛЬКО БОЕВЫЕ ПАТРОНЫ»!!! Гажил!!! - Да! – хозяин стаи кошек заметно нервничал, а вместе с ним и вся живность, включая сводного брата. - Как на дичь!!! – скомандовал глава Комитета Безопасности. – Никакой дискуссии, жалости и мыслей!!! КАК НА ДИЧЬ!!! ЭТО НЕ ЛЮДИ!!! Нацу хотел было что-то возразить, но вдруг Хеппи встал на дыбы, едва не сбросив наездника, прижал уши и грозно оскалился в сторону Западной части хребта. Уже через пару секунд стая львов, включая Лилейного, подхватила инициативу своего собрата, а у Акнологии душа ушла в пятки: - Стреляйте только в голову… ТОЛЬКО В ГОЛОВУ, ЭТО ПРИКАЗ!!! Сидящие по багги новички даже не сообразили, что происходит, а потому пожившие только и успевали, что вкладывать им в руки оружие, пытаясь не запоздать со своим предохранителем. Люси толком не знала, как держать этот пистолет, провалив все учения, однако не успели молодые биологи очухаться, как над головой что-то блеснуло, а со стороны багги с близнецами раздался выстрел. Кровь забрызгала напуганных девиц, тело рухнуло на землю в пяти метрах… И понеслось на них. Это был человек. Не Дракон, а самый обычный, каких присылают в Райскую Твердыню из Магнолии. С обычным лицом без чешуи и когтей, но на этом сходство их заканчивалось. Чем бы ни была эта тварь, казалось, она даже не заметила, что ей прострелили плечо: бешенные чёрные глаза были навыкате, а со рта хлестала пена с кровью. Обросший, грязный, он был похож на зверя, в руке которого была то ли палка, то ли арматура. Он летел сломя голову на багги с запуганными девушками, и остановился лишь тогда, когда дробь напрочь разнесла голову незваного гостя в кашу. - ХАРТФИЛИЯ!!! МАКГАРДЕН!!! – голос главы Комитета разнёсся по всему хребту. – Взяли пистолеты и быстро из машины!!! ХОДУ-ХОДУ-ХОДУ!!! Надо признать: это действие заставило учёных выйти из оцепенения, после чего они просто вылетели из багги, не открывая дверей, перескакивая через ограждение и падая прямо на землю. Паника, страх, непонимание, всё это скрутило новичков… А дальше начался Ад. Один из горных львов надрывно завыл, от чего Гажил резко обернулся, и даже не понял, что увидел. Человек семь просто «вгрызлось» зубами в его питомца, кто-то кидался на зверьё с палками и арматурами, а львы опешили от такого, так как не были готовы к подобному морально. Ещё человек десять бросилось на машины, всё так же вооружённые непонятно чем. Они бросались на солдат, пули пролетали насквозь, а те даже дрогнули! Это было каким-то неслыханным и невиданным безумием, поэтому брюнет вмиг обрёл контроль над собой и зажал в зубах заветную свистульку. Как на дичь и никакой лирики!!! Горные львы стройным загоном кинулись в атаку, но даже они прежде не сталкивались с подобным. Дикари нападали на машины, людей, львов, и, казалось, они даже не видели разницы, а лишь бросались, бросались… Бросались. Паника, все мельтешат, бежать некуда, а потому, в один миг новобранец замешкался и оцепенел, чем незамедлительно воспользовались незваные гости. На него навалились кучей из пяти человек, у него не было шанса даже в теории, а потому всё, что оставалось маленькой девочке с лазурными волосами – это смотреть. Такого лютого ужаса Леви не ощущала никогда и нигде. Всё тело онемело, карие глаза наполнились слезами, она была в паре секунд от того, чтобы словить очередной приступ, но не могла сделать ничего… Только смотрела. Они ели. О боги, кругом свистели пули, рычали львы, ошмётки мозгов разлетались во все стороны, а они ели. Пять человек, заваливших несчастного новичка… Они рвали его, вгрызаясь зубами в одежду, разрывая в клочья, как собаки отдирали мясо от кричащего в агонии новобранца. Леви так и не поняла, как он это сделал, но один из дикарей просто голыми руками разорвал брюшину. Тогда-то и началась настоящая резня, только уже между пятёркой. Они рьяно хватали содержимое брюшной полости: кто-то урвал себе печень, сосед кинулся едва ли не сверху, чтобы отобрать, пока остальные жадно заталкивали себе в рот другие органы. Новобранец уже не кричал, потому что его лёгкие вырвали вместе с трахеей и пищеводом… А Леви смотрела. Она смотрела и не могла понять, что такого вчера она выпила, что ей снятся такие кошмары, однако от раздумий её вырвал внезапно попавшийся в поле зрения дикарь. Она даже толком не видела его лица за засохшей пеной с кровью, грязью и слипшейся бородой. Он бежал на неё, и в этот момент в голубой головушке щёлкнуло, что она вот-вот разделит участь несчастного коллеги. Дрожащие пальцы выхватили шприц и Парализатор, а Леви выпустила, по меньшей мере, пять ампул, однако подействовали они не на «жертву», а на «стрелка». Отточенный мозг биолога абсолютно отказывался принимать, что после пятикратной дозы можно шевелиться, а этот пёр, как чёрт. Да, его немного заносило, но он летел на Леви с нечеловеческим криком, явно желая полакомиться её содержимым. Биолог ничего не сделала, руки опустились, она не могла даже пикнуть, как вдруг её буквально снесли в сторону. - Твою мать, МакГарден. – сквозь зубы прорычал Акнология, хватая за волосы девушку и за скальп поднимая на ноги. – Я сказал: «ТОЛЬКО БОЕВЫЕ ПАТРОНЫ»!!! С этими словами мужчина резко повернулся назад и выстрелил в голову дикаря в упор, что черепную коробку просто разметало в стороны. Некогда прохлаждаться, надо заныкать куда-нибудь эту бестолочь, а то он не может с ней бегать! Не думая ни секунды, глава Комитета Безопасности сплюнул, пытаясь не смотреть на напуганную девицу. Да, пенка уже подкатила к горлу, даже примесь крови в ней чувствовалась, однако только приступа ему не хватало. Надо собраться, отряду нужен адекватный командир, а после… Это был даже не рефлекс, а скорее интуиция, отчего Акнология со всей силы швырнул МакГарден в сторону на землю, после чего на него кинулись трое. Один бросился спереди, второй пытался зайти с боку, а рассудок не сразу смекнул, что это распространённый приём загона. А бояться надо того, что нападёт сзади. Руки дикаря сомкнулись на шее главы Комитета, зубы намертво впились в загривок, и в этот момент Леви показалось, что тридцать два обезумивших дикаря – это не так страшно. Дикарь не почувствовал боли, ему просто стало как-то неудобно висеть, покуда голову другого уже раскололи пополам вырванной до плеча рукой. Третий вроде успел среагировать, но не успел отскочить, а потому с удара ноги ему снесло половину челюсти. Зубы разлетелись, кость всмятку, а тот, что висел на шее, даже слегка протрезвел, однако, не успел он и звука издать, как каким-то неведомым образом его схватили за ногу, а дальше он не видел… Акнология, собственно, тоже. Словно Лилейный крохотного оленёнка, Акнология просто схватил безрукого дикаря за ногу и начал буквально вбивать того в землю, как хлыст. Он умер с первых двух ударов, размозжив голову в кашу, заливая кровью своих собратьев, но Акнология не мог остановиться. Теперь его уже ничто не остановит. Даже напуганная Леви не станет причиной смены настроения. Творящееся с главой Комитета нельзя было описать словами: его просто перекрыло так, что единственным отличием от нападавших было то, что он был опрятно одет и побрился. Пена изо рта с примесью крови не то, что шла. Казалось, его рвёт ею. Вены, выступавшие на шее, и лице, словно, вот-вот должны были лопнуть от напряжения, тело свела невыносимая судорога, в глазах полопались все капилляры, а зрачки не оставили от голубой радужки даже крохотного ободка. Вдруг на весь горный хребет разнёсся нечеловеческий вопль, мешающийся с животным рыком и клокотанием, а это обезумевшее нечто бросилось на врага. В этот момент, оставшиеся дикари резко глянули в сторону самого опасного человека, а потому коллективно было принято решение ликвидировать угрозу первостепенной важности. Их хорошо побили, а потому из тридцати двух осталось всего девятнадцать, восемь из которых бросились на Акнологию, остальные же распределились между оставшимися. Люси дрожащими руками перезаряжала пистолет - она даже не смотрела, куда стреляла, ей было плевать, однако одного ублюдка застрелить всё же смогла. Господи, ну почему всё дерьмо мира сосредоточенно именно вокруг неё!? От этих мыслей она и не заметила, как к ней подбежал очередной ненормальный с арматурой и уже собрался разнести эту прелестную голову. Она стреляла, не глядя на него, но эта тварь не чувствовала, а потому смогла подойти вплотную, как вдруг раздался выстрел, и Хартфилию в очередной раз забрызгало содержимым обезумевшего дикаря. Кровь, мозги и костяная крошка стекала с одежды и лица блондинки, но не успела она что-то сказать, как тут же была подхвачена за шиворот и утащена куда-то вверх! - Держи патроны!!! – скомандовал на редкость серьёзный и собранный Драгнил, закинув девку на спину своего любимца и сунув той в руки очередной магазин. – Да что это за черти, мать твою!? Откуда они вообще лезут!!!??? Вопрос остался без ответа. Люси вцепилась в иссиня-серую шерсть, как в самое дорогое, что у неё было, а Драгнил палил по ублюдкам без какой либо жалости и сострадания; Гажил загонял львов, как на охоте, и ему очень не нравилось то, что уже троих малышей забили арматурой!!! Ситуация с новичками была ещё хуже: двоих съели, одного доедали, остальные отбивались, как могли. Зигрейн и Жерар не жалели ни пуль, ни технику, а Эльза только и успевала, что подавать оружие, но даже такие профессионалы не могли предугадать всё. На них кинулись трое сразу: Жерар ответил стрельбой на одного, Зигрейн подстрелил другого, а Эльза не успела взять оружие, отчего тварь уже заскочила на баррикаду, как вдруг пуля вошла со стороны затылка и вышла через лоб. Тело рухнуло прямо к ногам оружейницы, а Эльза только и успела поднять глаза, как тут же встретилась лоб в лоб с синим ёжиком волос и витиеватой татуировкой на очень недовольном лице. Не сказав ни слова, парень схватил за пояса Зигрейна и Жерара, после чего утянул за своеобразное укрытие, и прильнул к стене, дабы не задело. - Ты же ушёл на Восток!!! – психанул Жерар, перезаряжая автомат. – Какого чёрта ты тут!? - Давай поговорим об этом после! – не выдержал «третий одинаковый», украдкой выглянув за кузов. – Дело дрянь. - Мы почти отбились! – закричала Эльза. - Мне насрать на дикарей. – спокойно и очень грозно выдал пришедший. – Папочку переклинило. - Сильно!? - Совсем. – парень осторожно пересчитал оставшихся и осел на землю. – Значит так, подождём, пока успокоится, а дальше будем думать. - А может просто… Ну, это… Чик? - Пальнём Парализатором – он нас тут всех закопает. Сидим и ждём. - на этом тройняшки с оружейницей и порешили. Леви лежала на земле, пытаясь осознать, что вообще видит. Акнология просто рвал на части, кидающихся на него дикарей, вгрызался зубами в глотки, вырывая кадык и горло, ломал конечности. В один момент глава Комитета отобрал у одного дикаря арматуру… Вот тут у обезумевшей стаи заиграл инстинкт самосохранения, а бешенство уступило место здравому смыслу. Они вдруг решили пересчитать оставшихся членов, и пришли к очень неприятному прогнозу. Решив, что пора глушить «дичь», толпа попыталась подсечь главу, отвлечь, увести в сторону, но это чудовище, потеряв рассудок от бешенства и ярости… Сохраняло бдительность и концентрацию. - Как он это делает!? – взвыл один из дикарей. – Он же вообще не должен соображать в таком состоянии!!! О чём думал Акнология, понять было трудно. Он просто убивал всё, что видел, делая это с филигранной точностью, не допуская ни одной ошибки. Когда же дикарей оставалось всего трое, один из которых лежал на земле, до двоих таки дошло, что пора валить. Бросив на растерзание своего собрата, пара выродков кинулась в сторону, однако убежать не смогли. Одному арматура вошла в затылок, как копьё, а на второго кинулись сверху. Перехватив голову, глава Комитета Безопасности резко ухватился пальцами за верхнюю челюсть и потянул вверх. Боль была адская; то, как хрустели позвонки, слышала даже МакГарден, однако уже всего через пару мгновений ротовая полость не выдержала, как и хребет, и Акнология просто вырвал верхнюю часть головы врага. Оставшийся калека как-то озадаченно глядел на мужчину. Он был весь в крови, ноги и руки были вывернуты, а он смотрел, словно не осознавая боли, как-то подозрительно прищурился и тихо, сглатывая пену, выдохнул: - Ты что… Из Крокуса? Наверное, это были единственные слова, которые на данный момент мог услышать Акнология, потому что главу Комитета Безопасности, словно вновь укусили за загривок, и он с нечеловеческим воплем кинулся на калеку. Конечности, кровь, плоть, даже некоторые органы просто летели во все стороны, а Леви смотрела. Рассудок полностью абстрагировался, она на всё смотрела, словно её это вообще не касалось. Тем временем подтягивались и остальные. Они потеряли пятерых новичков и двоих бывалых; кто-то был очень серьёзно ранен, требовалась немедленная медицинская помощь, но всех присутствующих это волновало в самую последнюю очередь. В какой-то момент наступила тишина, и только звук клокотания начальства и ломающихся костей нарушали её. Неизвестно, какими точно методами самоконтроля, но Леви смогла осторожно выудить шприц, однако ампула с Парализатором у неё была только одна. Если сейчас она не попадёт в Акнологию, то ей даже не пиздец. Её просто разорвут в прямом смысле. А быть может просто подождать… Хотя, из такого приступа самостоятельно могут выходить несколько дней. Вдруг Акнология резко поднялся на ноги и громко зарычал, силясь вновь не упасть. Выглядел он просто ужасно: весь в крови, разорванной одежде, пена с кровью до сих пор хлестала из пасти, а он этого словно не замечал. Тут мужчина схватил одну руку за запястье и крепко сжал, словно пытался унять дрожь, хоть взгляд всё ещё был мутным и глядел в пустоту. Вот он, её шанс, пока он не двигается и смотрит в сторону, но стоило МакГарден нацелить дальнобойный шприц, как он тут же был раздавлен ногой. Хруст привлёк внимание обезумевшего главы, однако увидев столь знакомую татуированную морду, как в чёрных глазах, словно даже мелькнул рассудок. Парень широко расставил руки, осторожно заслонил собой МакГарден, и немного грустно улыбнулся: - Папочка… Тебя кроет. Тут подтянулись уже Зигрейн и Жерар, отчего Акнология злобно оскалился, но всё ещё стоял на месте. Послышался то ли лай, то ли какое-то клокотание, и мужчина начал остервенело мотать головой. - Мистган. – тихо позвал Жерар. – Может всё-таки уколоть? - Парализатор не поможет в таком состоянии, он его не вырубит, а боль от укола может спровоцировать очередной приступ. Подождём чутка… Вроде, приходит в себя. В каком месте Акнология приходил в себя, Леви не заметила, но между ней и главой Комитета Безопасности стояло три Дракона, а это придавало какое-то чувство защищённости. Акнология всё так же рычал и плевался кровавой пеной, однако продолжал стоять на месте. - Папочка. – ласково проворковала Эльза, опасливо подходя к тройке ребят. – Всё хорошо, Босс, мы отбились. Давайте, возвращайтесь к нам. А вот тут Леви опешила, как биолог, так и как просто наблюдатель. Акнологию словно скрутило от приступа боли, лицо перекосило, ноги подкосились, от чего тот осел на землю. Судороги были такими сильными, что, казалось, сейчас выбьют суставы, однако вдруг мужчину выгнуло в спине, и на всю округу раздался жалобный стон. Вот сейчас начало перекашивать уже всё тело – это было вызвано тем, что напряжение отпускало неравномерно, сводя лишь отдельные участки мышц, однако с каждой секундой отпуская всё сильнее. Это длилось около минуты; рычание и клокотание сменились тяжёлым дыханием, пена перестала литься таким потоком, но всё ещё присутствовала, тело отпустило полностью, отчего Акнология едва не завалился вперёд, но был пойман ненаглядными «одинаковыми». Вид у него был такой, словно его постирали, однако смерив взглядом тройку ребят, мужчина лишь обречённо выдохнул и уже привычно нахмурился. - Ладно. – осипшим голосом выдохнул глава Комитета. – Теперь можно и укольчик. Эльза лишь облегчённо выдохнула, достала свой шприц и выудила из кобуры нужные инъекции, а Акнология, в свою очередь, лишь откинулся назад и посмотрел на небо. Чуется ему, у Райской Твердыни они окажутся не раньше рассвета. - Как это? – буквально выдохнула МакГарден, привлекая к себе внимание всех, кроме Акнологии, что так же пялился в небеса. – Без… Парализаторов. Он просто… Остановил приступ… Как!? - Леви, вот сейчас вообще не до тебя! – довольно грубо огрызнулся Жерар. – Акнология, у нас много раненных и… Вдруг крепкая рука главы Комитета Безопасности ухватила «третьего одинакового», а взгляд уже привычных голубых глаз дал понять, что очередь на раздачу пиздюлей объявляется открытой. - Ты должен быть на Востоке. – плотоядно слизывая пену с губ выдал командир, глядя на парня, как на мясо. – Какого хрена ты на юго-западе? - Фух. – обречённо выдохнул Мистган, убрал руку со своего горла и уверенно глянул в глаза начальника. – Шеф, вы даже не представляете в какой именно мы жопе. - Почему ты здесь? - Малая развед-экспедиция направлялась в сторону Запада, дабы разузнать обстановку, когда в эфире раздался сигнал бедствия. Я был относительно недалеко, - в дне пути, а потому направился, дабы помочь. Экспедицию я нашёл по координатам, которые они успели забить, а это было у подножья гор на западе, однако я не обнаружил ни одного человека. Никаких останков, зато была брошенная техника, причём, довольно дорогая, что странно. Поэтому я решил пойти по следам. – тут Мистган очень болезненно потёр затылок и исподлобья глянул на главу. – Я нашёл их… К тому времени их уже доедали. Я понятия не имею, откуда этот отряд каннибалов объявился, но они жрали всё на своём пути. У меня есть подозрение, что они шли вдоль подножья гор с Запада - это логично, потому что в горах больше пищи и есть доступ к воде, но это совсем не та причина, по которой я сел им на хвост. В среднем они передвигались очень медленно, где-то один-два километра в сутки… Но как-то только они нападали на след дичи или источника пресной воды, их скорость возрастала до пятидесяти километров в день. Напрашивается очень неприятный вывод, который является нашим главным преимуществом… Вопрос только: как долго? - Они не знали, куда идут. – сдавленно выдохнул Акнология. - Именно. У них не было карты местности, поэтому они двигались наугад. Они просто не знали, что в пяти ста километрах отсюда находятся Райская Твердыня, Магнолия и Хвост Фей… Но, если бы они знали, уже бы добрались. - Твою мать. – Акнология лишь обречённо осмотрел присутствующих. – Мистган, ты видел других? - Нет, на данный момент это – единственная группа, и тыла у них нет. - Ты уверен? - Конечно. – немного самодовольно улыбнулся «третий одинаковый», за что командир лишь взъерошил этот непослушный ёжик волос. - Молодец. Сейчас пакуем всех, кто остался, зашиваем раненных, и пулей в Райскую Твердыню. Нам срочно нужно проработать территорию и план по отражению, иначе нам всем каюк! Гажил! – надо признать: главе Комитета было больно говорить, однако огромный черный кот тут же подлетел к мужчине, на пару со своим встревоженным хозяином. – Потери? - Четыре: трое молодых и один опытный загонщик. - Плохо. Что с Нацу? - … - Гажил посмотрел, как сводный брат встревожено перезаряжает автомат, упорно делая вид, что не замечает вцепившуюся ему в спину дрожащую блондинку. – Он в порядке. - Это хорошо. Выдвигаемся прямо сейчас! Караван шёл до Райской Твердыни до самого утра, ни разу не останавливаясь на привал или перекур. Они должны были добраться до безопасной территории как можно быстрее, потому что в их машинах были люди, что вот-вот должны были отдать коньки. Всю дорогу Люси и Леви просто боролись за жизнь молодых юнцов и поживших вояк, однако, если Люси просто пыталась собраться, то Леви никак не могла перестать думать. Она потратила огромный кусок жизни на изучение биологии, но никогда не встречала людей, способных без применения лекарств блокировать приступ, да ещё и в таком состоянии. Тут уже в голове почему-то всплыла фраза, сказанная дикарём, которую Леви даже не слушала в той резне, правда, сейчас она закралась глубоко. А ведь действительно: как Акнология смог сохранять концентрацию, внимательность, так ещё и относительно отдавать себе отчёт? Это просто невозможно! Но видимо глава Комитета Безопасности куда более интересный объект для исследования, нежели ей казалось. Сказать, что Райская Твердыня стояла на ушах – это промолчать. Все суетились, дёргались, бегали, а Металликана, как на зло, осталась в Магнолии! Врачи работали на износ, напуганные кадеты пытались упаковать гигантских котов по вольерам так, чтобы они их не снесли, Нацу отправился на поиски, чего бы схомячить, а Акнология, игнорируя все наставления врачей и биологов, заперся в своём кабинете и послал всех «на Запад»! Десять минут. Ему надо просто десять минут на то, чтобы прийти в себя, побыв в тишине и спокойствии. Тело ещё не отошло от приступа до конца: его ломило, а потому мужчина осторожно выудил шприц и ввёл себе непростительно большую дозу Парализатора. Всё тело начало отниматься, голубые глаза подкатились, туша бесформенной грудой растеклась по креслу, но ему было всё равно. Ему нужно было десять минут побыть в пустоте, с самим собой, чтобы даже его собственное тело не отвлекало от забытия. Парализатор имел очень интересный эффект, если ввести его правильно. Это не сон, ты продолжаешь чётко мыслить, но при этом твоё тело никак не реагирует. Вот оно, значение выражения «уйти в себя», а не что там галдят эти утурки. Сначала тело отнялось, потом пропала чувствительность, затем веки потяжелели и всё, ты в бочке, из которой не выбраться… Да и не хочется. Тут так хорошо, тебя тут никто не трогает, и вообще иногда отсюда не хотелось выходить совсем. Действие продлится несколько часов, может он даже сможет поспать, а сейчас… - А ты, правда, желания исполняешь? – тихий детский голос раздался сразу отовсюду, словно звучал в голове. – Исполни моё. Если бы Акнология мог подорваться, он бы сначала вылетел в окно, а уже потом разбирался, кто это сказал, однако вещество в организме упорно выполняло свою работу. Он даже не мог открыть глаза, в то время как всем нутром почувствовал, как над ним что-то склонилось, и от этого хотелось выть. Такую беспомощность он ощущал разве что только… Вдруг мужчина резко распахнул глаза и в этот момент ему реально показалось, что он сошёл с ума. Огромный Нефритовый Дракон гордо взирал на главу Комитета Безопасности, что в свою очередь отчаянно начал мотать головой из стороны в сторону. Прожектора светили со всех сторон, обмываемая десятками струй зелёная чешуя переливалась всеми цветами радуги, кругом ходили счастливые люди, кто-то смеялся, кто-то ворковал, и никто не замечал мужчину, что смотрел на эту картину с ужасом. Голубые глаза вновь упёрлись в Нефритового монстра, а к горлу подкатил тошнотворный ком. Он был прекрасен во всех смыслах. Казалось, лучи света доходили до самого купола, что укрывал сие сооружение и его стража. Воистину, этот фонтан был настоящим стражем Крокуса, но Акнология лишь рухнул на колени, вцепившись в волосы, и силясь не закричать. Это сон, это бред. Сейчас он проснётся и всё это закончится. Всё это закончится! - Я тебе не верю. – всё тот же детский голос раздался всего в нескольких метрах от мужчины, что глава Комитета, уже не скрывая слёз, посмотрел в сторону. Прямо возле фонтана у самого края стоял мальчик, сжимая в руках какую-то монету. Мимо пробегали дети, гуляли парочки, но ни они, ни мальчик друг друга не замечали… Да и на фоне этой картины он не вписывался вообще. Кругом все улыбались, смеялись, радовались, жили, а этот… Ему было лет одиннадцать: он стоял босыми ногами прямо на каменной плитке, рваные штаны, которые не то, что про стирку не знали - эта тряпка уже больше напоминала рваные бриджи, потому что не доходила даже до голени. Помимо штанов, на мальчишке был какой-то рваный плащ и костяное ожерелье, короткие иссиня-тёмные волосы торчали во все стороны, а голубые глаза с далеко недетской злобой, и, даже, обидой глядели на мужчину. - Ты обманул их. – укоризненно буркнул ребёнок, крепко стиснув челюсть. – Ты обманул их всех, и продолжаешь обманывать… Но, меня ты не обманешь… Потому что я помню. Я всё помню! ВСЁ!!! – по щёчкам потекли слёзы, а мальчишка вновь уставился на дракона, и с несвойственной надеждой в заплаканных глазах бросил монету в фонтан. – Я – Вожак, и я ухожу. С этими словами мальчишка просто развернулся и направился прочь. Он шёл сквозь невидящую толпу, даже не глядя на неё. Наоборот, он пытался не смотреть и не видеть, потому что нет ничего хуже, чем это место. Кругом мельтешила толпа, все были счастливы, но Акнология лишь подорвался и кинулся в сторону юнца. Он шёл медленно, но догнать его было невозможно, всё время что-то мешало, не хватало сил, не хватало воздуха, люди улыбались, предлагали помощь, но он лишь пытался хотя бы приблизиться к мальчику. Вдруг земля провалилась прямо перед главой, отчего он замер, глядя на силуэт мальчишки. Юнец, по ту сторону пропасти, в один миг остановился, медленно повернулся к мужчине и даже с каким-то наездом выдохнул: - От него ещё никто не убежал… Обернись. Повинуясь какому-то животному позыву, глава Комитета Безопасности повернулся туда, куда ему велел ребёнок, и сердце едва не остановилось. Огромное Нефритовое чудовище носилось по идеальному городу и просто топтало всё на своём пути. Гигантская туша каменного монстра давила счастливых людей, размазывая семьи по стенам, но этого никто не видел. Все улыбались и радовались, восхищались «главной достопримечательностью Крокуса», а то, что эта тварь рушит дома и жрёт людей - всем было как-то всё равно. Он рвал их на части, под восхищённые взгляды, давил всё на своём пути, как вдруг сорвался с места и кинулся в сторону Акнологии. - Я всё помню. – вновь раздался детский голос. – Всё помню. Но мужчина этого не услышал, так как последнее, что он смог разобрать – это огромная пасть Нефритового Дракона, и ужас, который он мог испытать только в Крокусе. *** - ААААА!!! – казалось, от крика главы Комитета Безопасности полопаются стёкла, однако, на счастье, полопались только сосуды в глазах. Ногти впились в стол так, что грозили разодрать поверхность в клочья, по лицу бежали капли холодного пота, сердце грозилось вырваться из груди, а приступ не накрыл лишь из-за остатков Парализатора в организме. Сон. Нет, кошмар всем кошмарам, отчего мужчина лишь тяжело выдохнул и потёр лицо. Вдруг осознание поняло нестыковку происходящего, и мужчина посмотрел в окно. На дворе уже начинало вечереть, а командир лишь обречённо растянулся на столе. Нихрена себе поспал, так и седым проснуться можно. А вообще, надо бы сходить к умным чудикам и попросить налить себе чего от нервов… Ну или в бар. Дрожь не проходила, и почему-то в голове главы Комитета Безопасности мелькнула мысль, которую он гнал от себя очень долгое время, но руки сами потянулись к выдвижному шкафчику. Осторожно выудив заветную коробочку и поставив на стол, мужчина не искал логики в своих действиях. Вот он, «ящик Пандоры», который он зарёкся открывать, но что поделать, нервишки нынче ни к чёрту. Медленно, без резких движений, Акнология открыл шкатулочку и выудил оттуда какое-то костяное ожерелье, довольно долго вглядываясь в детали. Помнится, когда-то он не снимал его вообще, даже когда спал, а потом как-то не прикольно стало, да и вроде отпустило. Ага, как же! Нихрена его не отпустило, только хуже сделал, поэтому, не думая об общем имидже, мужчина повязал коллекцию трофейных костей себе на шею и, видят боги, ему стало легче. Наверное, это просто условный рефлекс. Такая родная и привычная тяжесть на шее, даже не нужно ничего пить… Или нужно? Просто взять и забыться. Да, это было бы самым правильным и лучшим решением, вот есть только одно «Но». Он ничего не забыл.