Все не так, как было

POV Брайан

      Я медленно возвращал свое сонное сознание в норму. С испугу проснувшись, я посмотрел на время. До будильника оставалось ещё полчаса. Проклиная все подряд, я со стоном обратно упал, зарываясь в подушки. Спал я по прежнему плохо. По дороге в школу ни Николаса, ни Эдди я не встретил. Что было мне на руку, можно было спокойно дойти в школу, проводя мысли в порядок. Зависнув в прострации, я не сразу услышал, как меня зовут.       — Брайан, подожди минутку, — мне навстречу быстрым шагом подходил парень, проскочила мысль, будто я где-то уже его видел. — Фух, ты слишком быстрый.       — Прости конечно, мы знакомы? — спросил я и, судя по его расстроенному лицу, он обиделся.       — Хах, я так и знал, что ты меня не узнаешь. Позволь представится, Эдриэль Течч, можно просто Эд.       — Чем я могу помочь? — я нервно теребил лямку портфеля: я бы не хотел опаздывать на урок.       — Точно, так вот, у нас скоро отборочные в волейбольную команду для основного и запасного состава, не хотел бы поучаствовать?       — Почему я? Конечно, я преуспел в последний год в волейболе, но думаю, есть и игроки лучше меня.       — Я наблюдал за тем, как ты играешь, у тебя есть все шансы попасть в команду, ты довольно гибкий и шустрый, и силы хватает, так что не позвать тебя грех. Да и Маркус не против и просил, чтобы ты пришел, хотя бы ради любопытства.       Маркус капитан нашей волейбольной команды. Грубый, резкий, но в целом, могло быть и хуже. Он реально очень хорош, наблюдая как-то за их игрой, я поразился его навыками, его подачи убийственны, блоки непробиваемы. Мне до него как до луны и обратно.       — Мне приятно, что мои навыки оценил сам Маркус, — это действительно невероятно, ведь играю я посредственно,— но я правда как-то не уверен. Отрицать не буду, я люблю волейбол, но все же… — я не мог точно сформулировать свою мысль.       — Но все же подумай над моим предложением, можешь даже друзей позвать, прийди хотя бы просто ради интереса. — он протянул пёструю брошурку, которая оповещала про отборочные. — Если что, отборочные на следующей неделе в среду в 16:00. Я надеюсь ты приедешь, и ещё, слушай, Брайан…— Эдриэль немного покраснел, — Я бы хотел… — я почувствовал прикосновение к своему плечу.       — Хэй, доброе утро, — это оказался Николас, удивительно, как он не забежал в последние секунды перед звонком. Хотя о чем это я, обычна только я так и делаю.       — Привет, — я улыбнулся ему и сразу же вернул свое внимание к Эдриэлю. — Прости, нам пора на урок, я подумаю над твоим предложением и возможно даже приду, — почему-то эта идея кажется не такой уж и плохой.       — Хорошо, я буду ждать, не забудь, в среду. Пока.       — Пока, — мы с Ником направились в класс.       — Что за тип? — он недовольно посмотрел на меня.       — Это… Эм… Как же его… — я мысленно дал себе по лбу, он буквально пару минут назад говорил свое имя. — Я забыл.       — Что он хотел? — теперь я недовольно посмотрел на него.       — Это допрос?       — Отвечать вопросом на вопрос не культурно, — Николас нахмурил брови.       — Тц, — я недовольно закатил глаза, — приглашал на отборочные в волейбольную команду, сказал, что можно привести друга, — он вопросительно поднял бровь, — Идея довольно не плохая, пойдешь со мной? — он неопределенно пожал плечами.       Уроки как всегда скучные, на них ничего не меняется кроме моей неприязни к ним, с каждым разом растущей всё больше и больше. На обеде заняли свое обычное место, но через некоторое время к нам подсел Эдди. У него было сегодня окно, поэтому он решил потратить его с пользой. Когда я увидел его обед, то начал возмущённо бухтеть:       — Ты с ума сошел? Опять в больницу захотел? Тебе же сказали две недели сидеть на диете.       — Что не так?! Не смей трогать мою еду, это святое. Хочешь, чтобы я с голоду умер?       — Да ладно, Брайан, ничего страшного не будет из-за одного раза, — в наш разговор влез Николас.       — Нет, не ладно, — я опять повернулся к Эдди, — не умрёшь, если некоторое время будешь питаться овощами, возьми хотя бы не такой жирный, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты опять уехал на две недели, — я потупил взгляд в свою тарелку, аппетит пропал моментально, отодвинув от себя тарелку и отпил немного воды. Это были ужасные две недели без него. Хоть и бывало, что мы не виделись по несколько дней, но я знал что он рядом и может прийти в любой момент, но когда Эдди был далеко, это воспринималось по другому. Знал, что это не смертельно, но я очень скучал по нему. Я даже на улицу выходил только в школу и в магазин.       — Ладно, только из-за твоего милого личика, — он ушёл.       — Брайан, все нормально? — я кивнул, но так и не поднял голову.       Когда Эдди вернулся, уже с салатом, овощным гамбургером с сыром, соком и фруктами. Он положил возле меня мое любимое шоколадное пирожное с орехами, на лицо невольно вернулась улыбка.       — Прости, я наверное загнул со своей опекой. Давай, если ты продержишься все эту неделю, я приготовлю все, что ты захочешь.       — Ох, красавчик, тебя никто за язык не тянул, — он с довольным лицом принялся за еду.       — Хэй, а я? За меня забыли что ли? — Николас с наигранно обиженным лицом уставился на нас.       — Ты не на диете, так что можешь есть все, что хочешь.       — Я хочу поесть твоей еды, —Николас коснулся моей ноги под столом.       — Ладно, я приготовлю вам двоим что-то.       Напряжение за столом немного спало и все с довольным лицом отправились на свои уроки. Когда пришло время последнего урока, Николасу позвонили.       — Кто звонил? — спросил я, останавливаясь возле перекрестка коридоров, потому что последние уроки у нас разные и нам нужно было расходиться.       — Допрос? — я нахмурился.       — Если хочешь, можешь не отвечать, — я развернулся, собираясь уходить, но через мгновение меня схватили за руку и заволокли в какую-то подсобку, прижимая к стене.       — Теперь понимаешь, как это неприятно? — его выражение лица сложно было разглядеть, так как тут было темно.       — Ты спросил это только чтобы проучить меня? — он лишь кивнул. — Скотина, — я обнял его, оперевшись подбородком о плечо, — прости.       — Мне мама звонила, просила, чтобы не задерживался после школы. Нужно посидеть с Кэсси, так что не смогу тебя подождать. Так что, до вечера?       — Конечно, — я мило улыбнулся ему, он аккуратно наклонился и мягко, почти невесомо поцеловал меня. — Я выхожу первым, — он кивнул, облокотившись об стену, я вышел и направился в спортзал.       Так как на физкультуре делились на группы и каждый играл в то, что хотел, я всегда выбирал волейбол. Сегодня того парня не было, но я сразу же забыл про него, как только началась игра.       День был не очень. Из-за недосыпа раздражение наростает и сложно держать эмоции под контролем. Повздорил с Ником и Эдди, из-за этого настроение было где-то на уровне плинтуса, поэтому решил забыться в игре, да так сильно, что несколько подач улетели в аут, ещё несколько чуть не прилетели учителю в лоб… Слава богу, что у него хорошие рефлексы, нападающий удар угодил блокирующему в нос и чуть не разорвал сетку. Успокоился я только тогда, когда учитель пригрозил меня выгнать с урока. Дальше пошло более-менее нормально, но силу удара пришлось контролировать. Когда все разошлись, я попросил у учителя разрешение остаться ненадолго в спортзале, он дал добро, но сказал закрыть его, как закончу, и отнести ключ в учительскую. Оставшись один на один, я дал себе волю. Мячи летели один за другим, каждый из них приземлялся все ближе и ближе к ауту. Подавать умел по разному, но больше всего любил подачу в прыжке. Когда все мячи прошли через меня по третьему кругу, и по мне стекал уже десятый пот, ноги тряслись и рука неприятно горела огнем, я почувствовал, как к моему плечу прикоснулось что-то холодное.       — Ты слишком сильно гоняешь себя, что случилось? — сказал Эдди, когда я развернулся к нему, вытирая лицо майкой. Забрав у него бутылку, я с жадностью выпил почти все. — Ты же знаешь, что нельзя так сразу много пить. Так что случилось?       — Все нормально, — я поправил наколенники и волосы, из которых тоже капал пот из-за мокрого лба.       — Твои последний 8 подач улетели в стену, это не нормально, обычно ты контролируешь себя.       — Пошли я приму душ и буду собираться домой. Будь добр, отнеси ключ в учительскую, пока я заберу вещи.       — Я не отменял свой вопрос, — я кивнул и направился в душ.       Эдди ждал меня уже возле выхода.       — Ну?       — Да не знаю я, просто захотелось сбросить пар, набухтел на тебя, на Николаса. Даже сам не понял, за что. Такое чувство, что я превращаюсь в стерву.       — Ну, допустим, на меня набухтел за дело, за это я должен извиняться, а на Ника-то за что?       — Вот именно, сам не понял, ко мне утром подошёл как-то парень, предложил прийти на отборочные, как раз пришел Николас и спрашивал с таким лицом, будто допрос устраивает, а когда предложил со мной пойти, такое чувство, что ему это все в тягость. Ты знаешь, я не люблю беспричинную ревность, в принципе и сам не ревную, думал до тех пор, пока он не ответил, кто ему звонил. Короче задница. Мне нужно было спустить пар и это помогло, теперь все нормально, по крайней мере я на это надеюсь. — я поправил мокрые волосы и струсил влагу. — Нервы шалят, мне нужно срочно поспать иначе будет катастрофа.       — Ты знаешь, я в любом случае на твоей стороне, всегда и везде, если тебе нужно, ты всегда можешь поговорить со мной и все рассказать. Вот только… Мне страшно… — его голос дрогнул, он спрятал руки в карманы, — Мне правда страшно, что из-за этих отношений, ты забудешь, что есть я. Не пойми неправильно, я рад, я безумно рад, что ты счастлив, я так этого желал. Но у меня такое чувство, что с каждым днём ты от меня все дальше и дальше, маленькими шагами, конечно, но уверенно вперед. Но я так же хочу иногда заскакивать к тебе на чай, просто поваляться и послушать музыку, даже если не о чем разговаривать, я все равно иногда хочу быть рядом. Мне кажется, я заслуживаю этого, спустя столько лет вместе, — он шмыгнул носом и коснулся ладонью лица.       — Эдди… Что ты такое говоришь?! — я развернул его к себе лицом, он из последних сил держался, чтобы не расплакаться, но слезы медленно, но уверенно стекали по его щекам. Я не выдержал и обнял его. Он не из тех людей, которые показывают чувства, но сегодня, видать, была последняя капля, — Не вздумай! Не смей такого говорить! Ты дорог мне, даже не представляешь, насколько, — я почувствовал прикосновение к своей спине, — Прости, прости меня. Я не должен был позволить тебе думать о таком. Просто все навалилось на меня как снег на голову, я не могу к этому ещё привыкнуть, мне просто нужно время, чтобы адаптироваться. Господи, да ты можешь прийти в любое время дня и ночи, да, я буду злится, ругаться, но все равно спокойно налью тебе чай и просто молча буду тебя слушать, либо молчать вдвоём. Так что даже не смей думать о таком, ты незаменимый, только потому, что ты нужен и важен для меня, как друг. Как брат. Ты ведь часть моей семьи, — постояв ещё какое-то время так, он оттолкнул меня, развернулся, вытер лицо ладонями и пошел вперёд. До моего дома мы дошли в тишине, но когда уже нужно было расходиться, он подал голос.       — Спасибо, — и ушел.       — Придурок, — сказал я тихо, слабо улыбаясь, — Это я должен тебя благодарить.       Постояв ещё какое-то время, я направился в дом. Настроение было где-то между хуже некуда и ниже плинтуса. Как я мог такое допустить, тоже мне, друг называется. Сев на тумбу в коридоре, я с чувством приложился затылком об стену. Будто бы это помогло вернуть мозг в нормальное состояние. Такое было… блять, да никогда такого не было, чтобы Эдди был на гране истерики, только я виноват в этом. Нужно как-то загладить свою вину, необходимо снова устроить вечер, как делали это раньше — море чая, тонна вкусняшек и куча сериалов. Оставшись довольным своей идеей, я просто направился в комнату. Сегодня я правда перестарался, потому что ноги все ещё неприятно подрагивали, но душ я принимал в школе, так что решил немного перекусить. Утолив свой голод, я умостился на диван и включил телевизор, по нему показывали фильм «Хроники Шанары». Он заинтересовал меня, и я довольно хорошо провел время. Почти под конец фильма мне позвонил Николас и, накинув на футболку рубашку, я вышел. К моему удивлению, я встретил Эдриэля. На удивление, я вспомнил его имя.       — Хэй, Брайан, привет ещё раз. Ну как, ты подумал над моим предложением?       — Привет, мне нужно немного времени. Дашь мне его?       — Конечно, — он начал переминаться с ноги на ногу, — Слушай, я хотел кое-что тебе сказать. В общем, не буду тянуть время — ты мне нравишься, — мое сердце пропустило удар. — Я знаю, это немного неожиданно, но, может, мы все же попробуем. Давай сходим на свидание, — он уверенно шагнул ближе ко мне. — И только не нужно говорить, что ты против этого всего, у тебя друг би.       — Откуда ты знаешь?! — мы не особо общаемся с другими, нам и в своей компании хорошо, мало кто знает, что мы дружим.       — Я знаю больше, чем ты думаешь, — теперь этот человек начал меня пугать. Он схватил меня за руку, сильно сжимая ее, я скривился. Для такого не сильно массивного парня хватка у него стальная. Движения кистью приносили боль.       — Отпусти, ты делаешь мне больно, — рванул я, пытаясь освободить свою руку.       — Я не отпущу тебя, пока ты не отвечаешь мне.       — Я не могу ответить на твои чувства, у меня уже есть любимый человек, — в его глазах читалось разочарование и злость.       — Нет, ты не можешь, я так долго этого ждал, я следил за каждым твоим шагом, — он схватил меня за другую руку. — КТО ОН?! Кто забрал тебя у меня?!       — Прости, но ты долбаный псих, — меня переполнял ужас, кажется, от страха все оцепенело. — Отпусти меня сейчас же! — движения рукой все ещё приносили боль.       — НЕТ! — он громко крикнул, — Если ты не будешь со мной, то хотя бы я сделаю то, чего так желал, — он закрыл глаза и потянулся к моему лицу, мгновение спустя мои губы накрыли… РУКА?! Я успугался когда услышал громкий и рассерженный голос.       — Какого тут происходит?! — его голос как гром среди ясного неба, от него у меня пошли мурашки по спине. Сначала я обрадовался, но теперь мне страшно, он не видел всего и мог понапридумывать Бог знает что. Я почувствовал, как мои руки отпустили и рука, которая закрывала мне рот, исчезла.       — Ну так что, мне кто-то объяснит, какого тут происходит?! — Николас был зол и очень сильно.       — Николас… Это не то, что ты подумал, — самая тупая фраза которую я мог сказать. Она сделала только хуже, почему в такие моменты, эта фраза единственная, которая приходит в голову.       — Тц. Из всех фраз ты сказал именно ее. Это таким ты занимаешься, когда меня нет?! — я полностью развернулся к Николасу и мог видеть все его эмоции. — Тебе в лесть, когда за тобой бегают толпой?! — он махнул рукой в сторону, — Сначала Энни, я не поверю, что у вас ничего не было, Дамьен который, скорее всего, к тебе что-то чувствует, возле тебя постоянно кто-то ошивается и это неимоверно раздражает, теперь этот, — он ткнул пальцем в парня рядом, — мне кажется, или ты просто издеваешься надо мной?!       — Эдриэль… — сказал тихо я, но тут же пожалел об этом.       — Эдриэль?! Значит, у него уже имя появилось, а только утром ты говорил мне, что в душе не ебёшь, как его зовут! Может, ты просто врешь мне про свои чувства, а сам бегаешь направо и налево! А со мной только потому что тебе скучно! — он был зол, даже не просто зол, он был в ярости.       — ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ?! — крикнул я в ответ, я не мог продолжать это слушать, каждое слово больно резало по сердцу.       — Что видел, то и говорю! — он кричал не тише моего, — А вдруг так и есть, мне кажется, я и доли правды не знаю!       — Заткнись! — я влепил ему пощечину, на щеке сразу образовалось красное пятно, — Заткнись сейчас же и не говори то, о чем позже пожалеешь! Так вот, кем ты меня считаешь?! — я ткнул в него пальцем, — ШЛЮХОЙ?! Которая бежит к первому встречному, кто пальчиком поманит! Не думал, что ты такого мнения обо мне, — по моим щекам скатились слезы от злости. Я смахнул их. — Скотина ты, Николас, больше всего я не люблю несколько вещей — когда меня обвиняют в том, чего я не совершал, предательства близких и сладкий перец. А теперь ты! — я развернулся к Эдриэлю, ударил его со всего размаху, и тот упал на землю. Я ухватил его за шиворот и занёс руку для удара, но быть не стал, — Ты чертов ПСИХ! Что ещё за «следил»?! Если ты и правда это сделал, то должен знать что мой отец отличный адвокат и я спокойно могу подать в суд и тогда твоя жизнь покажется адом! Ты только что разрушил мои отношения! Да как ты жить с этим будешь?! Ты подорвал доверие моего любимого человека ко мне же! — я зло кричал прямо ему в лицо, моей злости не было границ, — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! — он зажмурился, я сжал кулак, но ударил асфальт возле его лица, раздирая костяшки, но боль так и не почувствовал. — Пошел вон… — сказал я тихо, но он так и не шевельнулся, — Пошел прочь! — крикнул я громче и отпустил его шиворот, — Чтобы я тебя больше не видел! — он попятился назад и со всей скорости убежал. Разочаровано вздохнув, я сел на бордюр, рассматривая кровоточащие костяшки. Кажется, я немного перестарался. Рядом со мной уселся Николас и закурил.       — Как со мной ты начал часто курить, — я грустно улыбнулся, он лишь выдохнул дым.       — Как со мной ты начал часто плакать, не могу видеть твои слезы, — я задрал голову и посмотрел на небо, через мгновение почувствовал прикосновение к руке, и как переплетаются наши пальцы.       — Прости? — он опять выпустил клуб дыма.       — И ты это у меня спрашиваешь? Ты ведь понимаешь, что неправ? — он положил голову мне на плечо, — Не подлизывайся, ты же знаешь, что херню сказал? — Николас продолжал молчать, — Скажи хоть слово, у меня такое чувство, что я сам с собой разговариваю.       — Правда прости, — говорил он тихо и спокойно, будто недавней злости и не было. — Я просто взбесился, он мне сразу подозрительным показался, когда мы уходили от него утром, я обернулся и его взгляд был неприятным. Когда я увидел эту картину, то, как он держит тебя за руку и лезет тебя целовать, я не сдержался. У меня ... кхм, некие проблемы... Ай, не важно.       — Он держал меня не так, как ты… — я погладил его ладонь большим пальцем, — Не так нежно… — я приподнял рукав кофты, вокруг запястья были красные отметены. Николас немного сжал руку.       — Прости, я должен оберегать тебя, а делаю только хуже.       — Отношения после ссор становятся только крепче.       — Но почему у меня такое чувство, что я все испортил?       — Ты накручиваешь себя.       — Накручиваю? Блять, Брайан, — он вскочил, — Да я назвал тебя чертовой шлюхой! Как я мог такое сказать?!       — Николас… — я грустно посмотрел на него. Вроде и правда, он обидел меня, вроде как я должен злится, но… Вот это «но» и не даёт мне злиться на него. — Сядь, — он сел и опять закурил. — Я люблю тебя… — Николас ошарашенно посмотрел на меня.       — Я тоже, люблю, — он выкинул окурок и взял мое лицо в свои руки, — Тебя, тебя и только тебя, прости меня, идиота, за все, что наговорил, сказал то, что первое пришло в голову. Я сам себя простить не могу, как я буду тебе в глаза смотреть, я облажался, — он отпустил мое лицо и посмотрел вниз.       Хочу поцеловать его. Взяв парня за подбородок, я впился ему в губы, целовал так, будто это в последний раз.       — Заткнись, просто заткнись, — говорил я между поцелуями, — Простил, — поцелуй, — Конечно простил, что я буду делать без тебя, как теперь я буду жить без тебя если ты уйдешь, я теперь не смогу забыть это чувство радости при виде любимого человека, чувство волнения при поцелуях, чувство безопасности в твоих объятиях. Я не смогу только потому, что люблю тебя, скотина, — я не смог сдержать слез и расплакался ему в шею: как только представлю, что его нет рядом, так и гаснет все.       — Прости, правда прости. Я довел тебя до слез, не могу смотреть на них, — он прикоснулся ладонью к моей щеке.       — Николас, пошли, — я встал и взял его за руку.       — Куда? — он встал и вытер большим пальцем мои ещё слезы.       — Туда, куда я хотел тебя давно отвести.