— Привет, я Чонгук.
9 октября 2020 г., 21:12
Примечания:
Я опоздала на 12 минут, но это стоило того. Здесь нет никакой пошлости, лишь милота и щепотка юмора. Приятного чтения!
— К Чёрту Тэхёна, – думает Чонгук, когда его звонок отправляется на голосовую почту в третий раз подряд. Он ещё раз нажимает кнопку звонка, чтобы убедиться в этом. К чёрту Тэхёна и его дурацкий правильный график сна, который заставляет его спать нормальные человеческие часы вместо того, чтобы бодрствовать всю ночь. И за то, что поставил телефон на беззвучный режим, чтобы не слышать звонков Чонгука. И пока он этим занимается, чёрт бы побрал Чимина за то, что он так быстро выгнал его из квартиры, что у него не было времени проверить, действительно ли есть у него с собой ключи. К чёрту его многоквартирный дом за то, что он такой старый, что в нём даже используются ключи вместо клавиатуры, как везде во всей этой чёртовой стране.
Чонгук слышит в ухе сигнал голосовой почты, проклиная всю ситуацию, и ему хочется закричать. Конечно, он этого не делает, потому что сейчас 3 часа ночи, а он внимательный человек, даже когда пьян в стельку. Он довольствуется тем, что очень громко кричит в своей голове.
Всё, чего хочет Чонгук ╴это лечь в постель и проспать двенадцать часов, чтобы проснуться без похмелья. Но нет, это было бы слишком просто. Так что вместо того, чтобы подняться на лифте в свою квартиру, ему придётся вломиться в свою собственную чёртову квартиру. Ему уже не в первый раз приходится это делать. На самом деле, он делает это так часто, что это сводится к привычке. Ему просто нужно потратить секунду, чтобы вспомнить, что именно это за привычка. Это первый раз, когда он делает это, будучи пьяным, что будет непросто, так как Чонгук едва чувствует свои руки.
Чонгук распахивает входную дверь своего многоквартирного дома с большей силой, чем намеревался, и выходит на свежий воздух. Он стоит возле входной двери, чтобы оценить тот факт, что на улице уже не так жарко. Просто умеренно душно. По крайней мере, теперь у него есть шанс не совсем пропотеть через рубашку с таким количеством физической активности, которую он собирается сделать.
У подножия лестницы он резко поворачивает налево и идёт по аллее рядом со зданием. Он смотрит на пожарную лестницу, пытаясь прикинуть, сможет ли он сейчас прыгнуть достаточно высоко, чтобы спуститься вниз по лестнице. Нет другого способа узнать, кроме как сделать это. Чонгук бежит по аллее к лестнице. Подойдя достаточно близко, он подпрыгивает в воздух, его руки тянутся вверх, чтобы ухватиться за нижнюю перекладину. Он чувствует, как кончики его пальцев задевают перекладину прямо перед тем, как он начинает падать обратно на землю.
— Чёрт побери.. – думает он. Он должен поработать над своим прыжком во время следующего посещения тренажёрного зала. А пока ему понадобится ящик, чтобы встать на него и прыгнуть. Он оглядывает переулок. Мусорный контейнер будет слишком тяжёлым, чтобы его можно было сдвинуть, особенно в пьяном виде и в одиночестве. Во время своего осмотра Чонгук замечает молочный ящик, лежащий рядом с мусорным контейнером. Это подойдёт.
А может, и нет. Молочный ящик слегка сдвигается в сторону, когда Чонгук ставит на него ногу. Нет, это должно сработать, других вариантов нет. И Чонгук не собирается ехать на такси через весь город, чтобы разорвать в клочья Чимина. Он видел, как Чимин занимался сексом столько раз, что хватило бы на всю жизнь.
— Ладно, глубокий вдох ╴и вперёд, – думает про себя Чонгук. Он подтягивается, упираясь ладонями в кирпичную стену, а затем ставит другую ногу на ящик с молоком. Он слегка сдвигается под дополнительным весом, но не кажется, что он рухнет. Это хороший знак.
Ещё один глубокий вдох, и Чонгук снова прыгает к подножию пожарной лестницы. На этот раз он чувствует, как пальцы правой руки хватаются за перекладину и тянут её вниз, когда он приземляется на землю. Второй пробный раз ╴это победа. Спустить лестницу до уровня земли было самой трудной частью. Теперь всё, что нужно сделать Чонгуку, это подняться по пожарной лестнице и залезть в окно своей гостиной.
Чонгук медленно поднимается по лестнице, не желая упасть и разбиться головой о бетон под ним. Смерть действительно омрачит его ночь. Он добирается до первого этажа более усталым, чем обычно. Когда ему приходилось это делать, он находил, что карабкаться вверх по историям веселее всего. Но прямо сейчас алкоголь в его организме начинает истощаться, и это заставляет Чонгука неохотно поднимать свои конечности больше, чем нужно. Он никогда не жалел, что не обладает телепортационными способностями больше, чем в этот самый момент. Может быть, он включит его в свой список желаний на день рождения.
Вздохнув, Чонгук смотрит на лестницу, по которой ему нужно подняться. Лучше поторопиться, чтобы ему не пришлось спать на пожарной лестнице. Он начинает считать, когда поднимается, чтобы следить за полом, мимо которого проходит. Его глаза закрываются при каждом приземлении. Добравшись до своего этажа, он останавливается у окна. Окно сделано так, чтобы из него можно было выйти, чтобы Чонгуку не пришлось протискиваться через него. Не так, как тогда, когда он жил в родительском доме и должен был пролезть через крошечное подвальное окошко, чтобы попасть внутрь.
Он стоит, уставившись в окно, ещё несколько секунд. Он очень надеется, что Тэхён оставил её незапертой. Он пока не пытается это выяснить.
Стоя там и не пытаясь открыть окно, Чонгук чувствует себя немного похожим на NPC в видеоигре.
— Она заперта. – шепчет он себе под нос своим лучшим голосом, производящим впечатление обычного грубого игрока в видеоигры. Он фыркает над собственной шуткой. Кто-то должен быть здесь, чтобы оценить его юмор.
Есть только один способ узнать, заперта она или нет, поэтому Чонгук дёргает за ручку. Он вздыхает с облегчением, когда окно начинает медленно открываться. Как можно медленнее и тише Чонгук открывает окно, стараясь не разбудить Тэхёна. К тому времени, как он протискивается в окно, Чонгук уже наполовину спит. Он закрывает и запирает за собой окно, прежде чем шаркающей походкой войти в гостиную.
Он шаркает в гостиную с закрытыми глазами. Как будто вся его энергия покинула тело в ту же секунду, как он понял, что вернулся домой. Он решает, что ему даже не придётся тащиться в спальню через всю квартиру. Не открывая глаз, Чонгук падает лицом на диван и погружается в глубокий сон.
***
На следующее утро Чонгук проснулся слишком рано и обнаружил, что над ним стоит человек со сковородкой в руках. Мужчина выглядит одновременно испуганным и сердитым. Он также самый красивый мужчина, которого Чонгук когда-либо видел. Ясно, что этот человек недавно проснулся. На нём пижама с маленькими овечками, а волосы торчат во все стороны. Каким-то образом ему всё ещё удаётся выглядеть как модель. Первая мысль Чонгука заключается в том, что, возможно, этот человек ╴один из любовников Тэхёна, и он чувствует лёгкий укол ревности при этой мысли. — Кто ты такой? – спрашивает Чонгук, протирая сонные глаза. Мужчина поднимает сковородку чуть выше при этом движении. — Кто я такой?! Кто ты такой, чёрт возьми? – кричит в ответ незнакомец. Чонгук вздрагивает от громкого голоса этого человека. У него болит голова, и он просто хочет снова заснуть. Может быть, если бы он спал в своей постели, весь этот разговор не состоялся бы. — Меня зовут Чонгук. — Чонгук? – повторяет мужчина. Чонгук утвердительно кивает. — Ладно, Чонгук, какого чёрта ты делаешь в моей квартире? — Что ты имеешь в виду говоря о сво...– вопрос Чонгука замирает у него на языке, когда он в первый раз оглядывает квартиру. Это определённо не его квартира. Стены такого же нежно-бежевого цвета, как и в квартире Чонгука и Тэхёна, но всё оформлено по-другому. Квартира, в которой он сидит, гораздо более взрослая, чем их собственная. Там целая стена книжных шкафов с местом для встроенного телевизора. Диван намного мягче, чем у них, и определённо не подержанный. Есть даже фотографии на стенах и растения, стоящие на полках. Чонгук думает, что, вероятно, именно так выглядит квартира в одном из этих домашних журналов. Не то чтобы он когда-нибудь читал их. — О... – говорит Чонгук, закончив осмотр квартиры. — Как я сюда попал? — Это отличный вопрос, Чонгук. Я надеялся, что ты сможешь на него ответить. Чонгук снова оглядывается, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, которая позволила бы ему понять, как он оказался в чужой квартире. Разумеется, он ничего не находит. — Я пролез через окно. – говорит он, внезапно вспомнив об этом. Он указывает на окно, как будто человек забыл, где находится его собственное окно. Мужчина поднимает брови: — Так что, ты собирался обокрасть меня, а потом устал и решил вздремнуть на моём диване? Это объяснение имеет одновременно и наибольший, и наименьший смысл. Какой грабитель просто заснёт и ничего не украдет? Очень, очень плохо. — Нет, – качает головой Чонгук, – я живу здесь. Мужчина снова поднимает брови. Сковородка свободно повисла в его руке, явно забытая. Судя по всему, Чонгук не представлял особой угрозы. — Ну, только не здесь. Но в этом здании. Мы же соседи. — И ты влез через окно, потому что? — О, я был очень пьян и забыл ключи перед тем, как выйти. Мой сосед по комнате не отвечал на мои звонки, поэтому я поднялся по пожарной лестнице. Между прочим, я действительно собирался залезть в своё окно. Я не знаю, что заставило меня пройти через твоё. — Так у тебя есть привычка вламываться в собственную квартиру? — Только когда мне нужно быть находчивым, когда дверь моей квартиры заперта. Просто чтобы ты знал, это первый раз, когда я залезаю в чужое окно. — О, хорошо, тогда я особенный, – говорит мужчина, сарказм сочится из каждого слова. На секунду Чонгука это раздражает. Потом вспоминает, что он буквально ворвался в его дом. Парню позволено быть таким саркастичным, как ему нравится. Это только справедливо. — Ладно, думаю, мне пора. — говорит Чонгук, медленно поднимаясь с дивана. Он не хочет напугать мужчину, чтобы тот ударил его сковородкой. Мужчина слегка приподнимает сковородку, когда Чонгук встаёт, как будто только что вспомнил, что держит её. — Мне кажется, я злоупотребил твоим гостеприимством. Мужчина тихо фыркает. Это приятный звук. Чонгук вдруг захотел узнать, как звучит его настоящий смех. Эта мысль заставляет Чонгука хотеть следующей встречи. — Это седьмой этаж, чтобы ты знал. — Я живу на шестом. – говорит Чонгук. Он уже на полпути к входной двери, пытаясь выбраться как можно быстрее. Он удивляется, как ему удалось подняться на этаж выше, чем он хотел. — Тогда тебе, наверное, стоит поработать над подсчётом во время пьянства. О! Он забыл сосчитать этаж, мимо которого проходил, взбираясь по этой дурацкой лестнице. Какая глупая ошибка. Чонгук старается не корить себя из-за этого. На месте Чонгука любой поступил бы точно так же, особенно такой пьяный, как он. — Да, наверное... – Чонгук всё ещё слишком похмельный, чтобы быть вежливым, как он знает, что должен быть. Он распахивает дверь и выходит в коридор. — Приятно было познакомиться, Чонгук. – говорит мужчина, когда закрывает за ним дверь. Чонгук очень надеется, что он не столкнётся с этим человеком в подъезде в ближайшее время. У него было достаточно смущения от этого, чтобы продержаться всю жизнь. По крайней мере, его смущение доставит массу удовольствия Тэхёну и Чимину, когда он расскажет им эту историю.***
Он сможет это сделать. Он вполне может это сделать. Всё, что ему нужно сделать, это сделать несколько глубоких вдохов, и тогда он полностью сможет постучать в дверь. Чонгук сжимает в руках пластиковый контейнер и даже не пытается постучать в дверь. Не похоже, что у него действительно есть выбор. Он должен постучать в дверь или вернуться в свою квартиру и объяснить Тэхёну, почему он этого не сделал. Оба варианта звучат крайне непривлекательно для Чонгука. Он предпочёл бы стоять в коридоре перед этой дверью целую вечность. В то утро Тэхён заставил Чонгука пойти на кухню и испечь печенье в качестве извинения за вторжение. Они использовали один из хорошо проверенных рецептов мамы Чонгука. На всякий случай, как выразился Тэхён. Чонгук предпочёл бы никогда больше никому об этом не говорить. Он вежливо притворится, что никогда в жизни не видел этого человека, если вдруг столкнётся с ним. Это кажется ему совершенно прекрасным планом. ━ — Какого хрена Чонгук? Ты же не можешь просто привидеться человеку, в чью квартиру вломился. – Чимин слегка не согласен. ━ И вот он здесь. Он стоял перед дверью мужчины. В нормальных штанах. Держа в руках контейнер с печеньем и его дыхание. Чонгук делает пару глубоких вдохов, чтобы успокоить своё беспокойство. Затем он собрал всё своё мужество и громко постучал в дверь. Сам того не желая, Чонгук затаил дыхание, ожидая, когда откроется дверь. Это не займёт много времени, чтобы открыть его. Но Чонгук совсем не готов к тому, что он видит, когда дверь открывается. Чонгук чувствует, как его рот слегка приоткрывается от удивления. Человек, которого он встретил вчера утром, почти побледнел по сравнению с той версией, которая стояла перед ним, хотя они были одним и тем же человеком. Воскресный утренний мужчина выглядел мягким и нежным, даже со сковородкой в руке. Этот человек выглядел так, словно никогда бы не воспользовался сковородкой, чтобы врезать Чонгуку. Человек, стоящий перед ним, похоже, даже не колебался. На днях этот человек был помят и выглядел тёплым и уютным. Прямо сейчас этот человек выглядит дорого и опасно, очевидно, вложив в свою внешность и время, и деньги. Это делает его невероятно прекрасным и деловым. На нём явно рабочая одежда. Это всего лишь простая синяя рубашка и чёрные брюки. Они просты на вид, но материал выдаёт, сколько они стоят. Две верхние пуговицы его рубашки расстёгнуты, обнажая кусочек кожи. На ком-то другом это не было бы заметно, но на нём... Это определённо греховно. И Чонгук глубоко потрясён. Очевидно, что Чонгук не тот, кого этот человек ожидал увидеть в своей двери. Его взгляд суров, в нём нет ни капли тепла, пока он не поднимает глаза к лицу Чонгука. Когда он узнает Чонгука, лицо мужчины расплывается в весёлой улыбке. — О, привет. Я не ожидал увидеть тебя снова после того, как ты сбежал отсюда на днях. И после того, как я запер все окна. – говорит он, и в его голосе звучит лёгкий смех. — Я... – Чонгук, съёживается от собственной неловкости. — Я надеялся, что мы сможем начать всё сначала. С чистого листа. — Да, я думаю, мы могли бы это устроить. Я произвожу отличное второе первое впечатление. – говорит он с лёгкостью. Мужчина всё ещё мягко улыбается, но в его улыбке столько доброты, что Чонгук вынужден отвести взгляд. Чонгук откашливается и снова смотрит ему в глаза. На мгновение его поражает, насколько они красивы и сложны. — Меня зовут Чонгук. – он убирает руку с контейнера и протягивает её в воздух между ними. — Приятно познакомиться. Я живу в квартире под твоей. — Я тоже рад с тобой познакомиться, Чонгук. – мужчина протягивает руку и с привычной лёгкостью берёт руку Чонгука в свою. Его рукопожатие крепкое, но мягкое, как и всё остальное в нём. — Я Сокджин. Произнося эти слова, Чонгук понимает, что до этого момента он не знал имени Сокджина. Это делает все мысли Чонгука о Сокджине немного более неуместными. Он чувствует, как его щёки начинают гореть, и гадает, заметно ли это. Надеется, что нет. Наступает тишина, в которой ни один из них не произносит ни слова. Он чувствует себя немного неловко и неудобно. По крайней мере, так думает Чонгук. Но он думает, что большинство вещей неудобны, поэтому он готов переждать это. Лицо Сокджина слегка меняется, как будто он перестраивает свои мысли. Это очень тонкая вещь. Он слегка приподнял брови и скривил губы. Чонгук даже не заметил бы этого, если бы не смотрел так пристально на лицо Сокджина. Может быть, он просто перешёл на соседский образ мыслей. Это то, с чем у Чонгука возникли проблемы. Он чувствует себя самым далёким от добрососедства. То, что он чувствует по отношению к Сокджину, далеко от того, что он чувствует по отношению к госпоже Чхве напротив. Возможно, это была плохая идея. Чимин, вероятно, возразил бы, что означает, что это хорошая идея. Сокджин первым нарушает молчание. Он указывает на контейнер в руках Чонгука. — Это для меня? На секунду Чонгук смотрит на контейнер так, словно никогда раньше его не видел. И тут его мозг начинает соображать. — Да, это печенье. Печенье с извинениями. – говорит Чонгук, протягивая контейнер Сокджину. — Я не знал, что ты любишь, так что это сахарное печенье. Рецепт моей мамы, а не коробочный микс! – быстро добавляет Чонгук. Он хочет, чтобы Сокджин знал, что он приложил усилия к приготовлению печенья. — Разве я недостаточно сладкий? – Сокджин приподнимает правую бровь. Чонгук открывает рот, чтобы ответить, но не издаёт ни звука. Теперь его румянец определённо заметен. Сокджин улыбается шире и тянется за печеньем. — Спасибо, Чонгук. Это очень мило! – говорит Сокджин, оценивающе глядя на печенье, а затем на Чонгука. — Я люблю практически любую еду, скоро ты это поймёшь. Это совершенно пустая мысль, но Чонгук клянётся, что его сердце замирает от этого намёка. Что они снова увидятся. Что они будут есть вместе. Этот Сокджин хочет познакомиться с Чонгуком. Чонгук так широко улыбается при этой мысли, что почти не может этого вынести. И тогда Сокджин улыбается в ответ. Может быть, это действительно была хорошая идея. Некоторое время они стоят перед квартирой Сокджина, просто болтая и шутя. Чонгук расслабляется в присутствии многих, многих плохих шуток Сокджина. Ломающая лицо улыбка никогда не покидает его лица. Прежде чем он осознает это, солнце за спиной Сокджина садится. Он не знает, сколько времени прошло, но он не хочет, чтобы это закончилось. Кроме того, он знает, что Сокджин ╴рабочий профессионал, который регулярно работает в офисе и, вероятно, у него есть много дел. Как будто читая его мысли, Сокджин наклоняет голову назад, в сторону своей квартиры. — Мне нужно приготовить ужин. Хочешь присоединиться ко мне? Чонгук хочет сказать "Да", он действительно хочет. Просто ему нужно время, чтобы подготовиться. И, конечно, они просто продолжили бы свой часовой разговор. Но почему-то, сидя за общим ужином, Чонгук наблюдал за приготовлением Сокджина, он чувствует себя так, так непохоже на то, что они делали. Поэтому Чонгук находит предлог, чтобы отказаться от предложения Сокджина, не делая вид, что он не хочет говорить "Да". Он просто надеется, что предложение придёт снова когда-нибудь, когда у Чонгука будет больше времени, чтобы подготовиться мысленно. Сокджин кивает: — Тогда как-нибудь в другой раз. Чонгук кивает в ответ и отступает на шаг от двери. Сокджин прощается с ним и медленно закрывает дверь. Улыбка не покидает лицо Чонгука до конца ночи.***
Через несколько дней вечером раздаётся тихий стук в дверь. Насколько известно Чонгуку, никто из них никого не ждёт, и Чимин просто вошёл бы, если бы это был он. Может быть, это курьер. — Ты что-нибудь заказывал? – спрашивает Чонгук Тэхёна, который роется в кухне. — Нет, а что? Чонгук не утруждает себя ответом. Он встаёт и идёт к двери, полагая, что тот, кто находится по другую сторону, просто ошибся квартирой. Он распахивает дверь, его рот уже открыт, чтобы дать указания заблудшей душе на другой стороне. Но слов не разобрать. Сокджин стоит по другую сторону двери, держа пластиковый контейнер Чонгука. Он вернулся к своей мягкой версии, одетый в уютный, выглядящий слишком большим, свитер. Он выглядит немного смущённым, когда протягивает контейнер Чонгуку. — Извините, что зашёл без предупреждения. Я хотел вернуть твой контейнер, пока не забыл. Чонгук берёт контейнер и понимает, почему Сокджин так выглядит. Контейнер слишком легкий, чтобы в нём что-то было. — Ух ты, они тебе, должно быть, очень понравились. – говорит Чонгук с улыбкой. От комментария Чонгука уши Сокджина немного покраснели. Это так мило, что Чонгук не может отвести взгляд. — Я не съел их всех в одиночку. Мой сосед по комнате тоже их ел. Но не так много, чтобы ты обиделся и подумал, что они мне не нравятся. Я хочу, чтобы ты это знал. На лице Чонгука снова появляется раскалывающая улыбка. — Я не собираюсь лгать, я, вероятно, был бы более впечатлён, если бы ты съел их все сам. — Я буду иметь это в виду в следующий раз. – отвечает Сокджин. Это такая простая фраза, сказанная без раздумий, но она заставляет сердце Чонгука сжиматься от счастья. Чонгук на мгновение замолкает. Он стоит у входа, держа в руках пустой контейнер, и в его мозгу крутится петля следующего раза. — Итак... – нервно говорит Сокджин. — Не хочешь пойти выпить кофе? Чонгук не успевает ответить, как его перебивают. Он слишком занят, пытаясь обдумать вопрос. Конечно, Сокджин намекал на то, что они будут проводить больше времени вместе в будущем, но это было так откровенно. Сокджин явно хочет провести время с Чонгуком вне их дверных проёмов. От этой мысли ладони Чонгука слегка вспотели. — Я сейчас приготовлю отличный кофе, если ты хочешь остаться и выпить его! – кричит Тэхён из кухни. Чонгук знает, что он лжёт, потому что Тэхён даже не пьёт кофе, а о его приготовлении вообще стоит забыть. — Конечно! Это было бы здорово! – отвечает Сокджин. Он смотрит на Чонгука немного смущённо. — Ну, если это вас не затруднит. Чонгук не успевает ответить ещё раз, прежде чем Тэхён выходит из кухни. Он надеется, что его лицо будет достаточным ответом. Он надеется, что это говорит о том, что Сокджин никогда не причинит ему неудобств. — Привет, я Тэхён. – говорит он Сокджину, слегка кланяясь. Он поворачивается к Чонгуку и театрально шепчет: он даже прикрывает рот ладонью, чтобы сохранить этот фарс секретности. — Ты не говорил мне, что он такой чертовски привлекательный. Лицо Чонгука пылает. Как будто оно на самом деле в огне. Он не может смотреть на Сокджина. Он никогда больше не сможет смотреть на него. Сокджин только смеётся: — Да, я часто это слышу. Я разочарован, узнав, что ты не говоришь о моей потрясающе красивой внешности. Чонгук смотрит на Сокджина, перестав драматизировать. Он произносит эту фразу с такой небрежностью, что кажется, будто он действительно понял её очень хорошо. Но когда Чонгук смотрит на его уши, они ярко-красные. Он чувствует странную радость от того, что они делятся опытом смущения из-за Тэхёна. — Отлично! Отлично! Войди в наше скромное жилище. – говорит Тэхён, взмахом руки приглашая Сокджина войти в квартиру. Несмотря на все свои странности, Чонгук рад, что он здесь. У Тэхёна всегда есть способ разрядить обстановку, которым Чонгук ещё не вполне овладел. И он ещё не уверен, что готов к назначенному одиночному свиданию с Сокджином. У него нет причин бояться проводить время наедине с Сокджином. Он просто был милым и забавным. Что определённо о чём-то говорит, учитывая то, как они впервые встретились. Это глупо, но Чонгук думает, что он нервничает из-за того, как сильно он этого хочет. Он на самом деле не знает Сокджина, но Бог хочет, чтобы он знал. Больше, чем он хотел бы знать кого-либо прежде. И это выводит его из себя. Так что, возможно, он благодарен Тэхёну и его фальшивому кофе. Чонгук следует за Тэхёном и Сокджином в гостиную. Он садится рядом с Сокджином на диван, а Тэхён возвращается к своему кофе. Он стратегически садится на диван, следя за тем, чтобы не сидеть слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы он всё ещё мог чувствовать присутствия Сокджина рядом с ним. На несколько мгновений воцаряется тишина, пока Сокджин осматривает их квартиру, но неловкости в этом нет ни в малейшей степени. Это странно для Чонгука, насколько комфортно ему с Сокджином, находящимся в его пространстве. Обычно требуется несколько визитов, прежде чем это произойдёт, но в нашем случае достаточно одного дня. — Не могу поверить, что ты перепутал мою квартиру с этой. – говорит Сокджин, поворачиваясь к Чонгуку. В его глазах мелькает огонек, который говорит, что он просто дразнится. — Это место слишком похоже на общежитие для кого-то вроде меня. У меня гораздо зрелая квартира. — Если под зрелостью ты подразумеваешь старость, то да. Сокджин хлопает Чонгука по плечу тыльной стороной ладони. Это заставляет Чонгука улыбнуться. Он не сопротивляется прикосновению к тому месту, где прикоснулась рука Сокджина, потому что не хочет, чтобы он думал, что это больно, однако хлопает его в ответ. — Эй, я же гость! Ты же должен хорошо относиться к гостям! — Об этом не было написано в договоре аренды. – отвечает Чонгук, пожимая плечами. Сокджин открывает рот, как будто собирается ответить, но всё, что выходит ╴это высокий смех. Чонгук мог слушать этот звук днями, даже неделями. Он хочет, чтобы этот смех продолжался. Тэхён выходит из кухни с двумя кружками в руках и ставит их на кофейный столик перед Чонгуком и Сокджином. Чонгук не может не фыркнуть от того факта, что Тэхён даже не потрудился притвориться, что собирается выпить кофе, который он приготовил. — Ты знаешь, – говорит Тэхён, садясь в кресло рядом с диваном, – я удивлен, что Чонгук был настолько диким в ту ночь. Обычно ему нужны мои нежные направляющие руки и руки Чимина, чтобы заставить его сделать что-нибудь захватывающее. — Под этим он имеет в виду, что они ждут, пока я немного выпью, а потом заставляют меня делать глупости. Тэхён глубокомысленно кивает, словно Чонгук сказал что-то очень глубокое. — С Чонгуком невероятно легко, когда он пьян. – Чонгук слегка краснеет от такой формулировки, но Сокджин, похоже, этого не замечает. — Господи, как же мне этого не хватает. – вздыхает Сокджин, откидываясь на спинку дивана. — Например, гулять и быть безрассудным с друзьями. Быть настоящим взрослым скучно. Не становитесь старше, дети. – он указывает на них обоих, как будто у них есть выбор. — Раньше ты тоже был сумасшедшим? – Чонгук удивлён. Сокджин не выглядит так, будто он сделал бы что-то из тех глупых вещей, которые Чонгук делает регулярно. — У тебя есть какие-нибудь истории? – спрашивает Тэхён, наклоняясь вперёд в своём кресле. — Так много! Был такой случай в университете... – начинает Сокджин. И вот так они часами сидят в гостиной Чонгука и Тэхёна, обмениваясь всё более возмутительными историями. Сокджин так сильно смеётся над одной из историй Чонгука, что немного плачет. Чонгук никогда не чувствовал себя более совершенным за всю свою жизнь. Они заканчивают тем, что заказывают еду на вынос из кафе "Кимбап" за углом после того, как приходит и уходит время ужина, и никто из них не делает ни малейшего движения, чтобы встать с дивана. В какой-то момент в течение ночи Чонгук двигается на диване так, что его бедро слегка касается бедра Сокджина. Он чувствует покалывание во всём теле, когда Сокджин сдвигается, чтобы немного сильнее прижаться к нему. Он мог бы умереть таким счастливым. В конце концов, когда солнце уже давно село, Сокджин с тихим вздохом встаёт с дивана. — Мне пора идти, мне уже давно пора спать. Он смотрит на Чонгука со странным выражением, как будто пытается что-то сказать глазами. Как будто он хочет, чтобы Чонгук что-то сделал. Чонгук вообще не знает, как это интерпретировать. Может быть, он слишком много думает. Он встаёт и идет за Сокджином к двери. Чонгук чувствует странную грусть, видя, что Сокджин уходит. Логически, он знает, что Сокджин будет всего лишь этажом выше, и что они увидятся. Но он чувствует, что было бы странно постучать в его дверь без извинений печенья. У них даже нет номеров друг друга. Чонгук хотел спросить, но всё это время не мог собраться с духом. Теперь он действительно сожалеет об этом. Это значит, что нет никакой гарантии, что он увидит его снова. Сокджин останавливается прямо за дверью и поворачивается лицом к Чонгуку. С улыбкой на лице он задаёт вопрос, который Чонгук планировал задать сам. — Итак, когда ты пригласишь меня на настоящее свидание?
