Генофобия, и что в ней плохого?

Чон Хваен только двадцать три года, а уже столько проблем. Вчера ее бросил парень, теперь даже трубку не поднимает. Ее всю ночь грызли мысли о том, что она сделала не так. Она не сказала ничего плохого Чимину, но чувствовует она себя все равно виноватой. Ей было безумно стыдно и перед Тэхёном. Он в этих отношениях ни при чем, а получил по первое число. Наверное, из чувства вины она и взяла его халат постирать… Она достала ткань из стиральной машины, расправляя и внимательно изучая, не осталось ли пятен. Она сразу вспомнила о самом мужчине, о его томном взгляде и приятном теноре. Он был рожден для того, чтобы стать врачом. Ему хочется доверять, лишь поговорив с ним.

***

— Хваен? Девушка обернулась, услышав свое имя и застыла в изумлении. — Господин Ким Тэхён? — она не ожидала его встретить на улице вот так вот просто. Он улыбался, как умалишённый — так был рад ее видеть. Удивительно, но как она влияет на него! Брюнет был одет в бежевое пальто, из-под которого выглядывала серая водолазка. Большой клетчатый шарф красиво ниспадал с его широкой шеи, закрывая ту от ветра. Брюки в тон пальто и темные лоферы. Черные кудри его ещё более небрежно трепались на ветру — совсем оброс. Кстати говоря, подойдя чуть ближе, можно было заметить щетину над верхней губой, что его потрясно украшала. — Просто Тэхён. — заявил он, устав слушать официальные обращения. Девушка тоже была одета довольно тепло: джинсы, белые кроссовки и молочного цвета пальтишко, наглухо застегнутое в целях защиты от ветра. В руках был чемодан и куча пакетов. — Ты почему с сумками? — поинтересовался Ким, подходя ближе. — Я от Чимина. Вещи забирала, — вздохнула она, печально опуская взгляд на асфальт, но затем оживилась и улыбнулась, как бы забывая о проблемах, — Вот, иду домой. Ким легко перехватил тяжёлые сумки с вещами из рук Хваен: — Я провожу тебя, пойдём! Почему эти семьсот метров, пройденные вместе были такими лёгкими и приятными? Они и не задумались над этим. Девушка открыла дверь квартиры ключём. Ей почему-то было не страшно впускать Тэхёна в свою квартиру, будто он давний знакомый или друг. — Ты живёшь здесь одна? — зачем-то спрашивает Ким, с разрешения девушки снимая лоферы. — До расставания жила с Чимой. — у мужчины зубы заскрипели в ответ на это прозвище, — Ну, да. Так-то живу здесь, одна. Проходи, Тэхён, не стесняйся. Брюнет аккуратно прошел в гостиную, объединенную с кухней, расположился на диване, пока девушка носилась из комнаты в комнату, убирая лишние вещи. «Это же нормально, пить чай в гостях у пациентки?» — подумал он, когда перед ним опустился подносик с чайником и печеньками. Квартира была совсем маленькой, но это то, что нужно для одного человека или пары молодых людей, живущих вместе. В кухне-гостиной было тесно: холодильник, плита, раковина, объединенные столешницей. Небольшой диван, на котором сидел гость, был с трудом рассчитан на двоих, кофейный столик напротив, а хозяйка квартиры по ту сторону столешницы умещалась на пуфике. Тэхён не видел остальных комнат, но смог предположить, что и они крохотные. — Извини, что таким образом прерываю наше молчание, — внезапно заговорил мужчина, — но я остаюсь твоим врачом, поэтому спрошу: ты теперь сможешь произнести то запретное для тебя слово? Девушка мгновенно изменилась в лице. Видно было, как ей не хочется возвращаться к этому. — Ну, я тренировалась. — горделиво заметила она, — Но не смогу произнести это… — Значит, ты всё-таки не пыталась? — он выгнул бровь. — Нет-нет! Я хочу сказать, что не смогу заменить «интимные отношения» на нечто более конкретное. Но я тренировалась! — Послушай, говорить «интимные отношения», имея ввиду «секс» — это тоже самое, что говорить «мамонт», подразумевая «слона». Понимаешь?! Мамонт не слон! — Тэхён со всей силы стукнул по столу ладонью, от чего кружка с чаем опрокинулась влево, разливая содержимое на кафельный пол, — Прости… — Ничего страшного, я вытру! — девушка бежит в ванную за полотенцем, пока Ким не знает, куда себя деть. И что ему делать с такой сложной клиенткой? Проблема точно была заложена ещё в юном возрасте, мало того — она явно подкрепляется кем-то. И Ким думает, что это родственники девушки… Хваен возращается очень быстро, на ходу скользя по плитке босыми ногами. Внезапно, она останавливается у самого дивана, но не видя границы разлитой воды, наступает прямо в лужицу и подскальзывается с громким «а-ай». Тэхён подскакивает с мягкой обивки и успевает схватить девушку за руку, дёргая в свою сторону, уберегая ее затылок от поцелуя с полом. Зато не уберегает себя от тушки в пятьдесят килограммов, которая очень хорошо падает прямо в его объятия. Теперь им обоим неловко. Потому что девушка лежит на Тэхёне, повалив того на диван. А его руки крепко сжимают ее талию. Хваен с шумом вдыхает воздух в лёгкие, параллельно ощущая приятный парфюм врача, голова кружится. Никто из них не решается отстраниться, а пора бы! Она поднимает голову, встречаясь с тёплыми глазами. — Извините, то есть…извини, пожалуйста! — она пытается отстраниться, операясь руками о грудь парня, но крепкие руки мужчины не дают освободиться. Он смотрит ей в глаза, опуская взгляд на розовые губы. Они именно розовые, натурального цвета — Чон никогда их не красит, он заметил. Руки, словно каменные, не хотят расслабиться и пустить Хваен. Она чем-то так привлекает… Время будто замерло, стрелки на настенных часах перестали работать. Лица в паре сантиметрах… Ровно два дня назад он узнал, как ее зовут, узнал буквально все о ней, о всех ее страхах и комплексах. Удивительно, но то не пугает Кима. Он, скорее, боится потерять ее из виду. Она как прохожий, который, кажется, вот-вот — и скроется за углом. Он ей не враг, не друг и не товарищ. Их ничто не связывает. А как ее удержать? «Что нужно, чтобы всегда смотреть на тебя вот так?» — думает он, все ещё гипнотизируя взглядом ее губы и глаза… Ох, эти бледного цвета глаза! Почему они такие печальные и веселые одновременно? — «Что я творю… умалишённый.» — заключает Ким и не сдерживает порыва. Он вытягивает шею вперёд, медленно приближаясь к ее губам, наблюдает за реакцией. Девушка ничего не предпринимает, лишь смотрит на его губы в ответ, тяжело дышит, трепетно сжимая в кулачке ткань воротника его пальто: Тэхён так и не снял его с себя. — Можно.? — зачем-то спрашивает мужчина, обжигая горячим дыханием нежную кожу. — Д-да… — робко выдыхает она, тая в чужих руках. Их губы соприкосаются, полностью накрывая друг друга только спустя секунды. Оба привыкают, Тэхён начинает медленно и нежно шевелить губами, задевая чужие языком. Хваен мычит то ли от неожиданности, то ли от удовольствия, когда мужчина с нахлынувшей страстью проникает внутрь, сплетая языки. Ким со всей нежностью обнимает ее за плечи, одной рукой проводя по линии скул. Они снова целуются аккуратно, без дерзости и дикости. И оба теряют нить реальности ровно до того момента, пока не слышат шевеление ключа в замочной скважине…