Папина драгоценность

— Моя Раон опять плачет? — мужчина с приятным низким голосом поднимается из-за столика и подходит к коляске с младенцем. Смотрит влюблёнными глазами, словно готов подарить ей весь мир. Он и готов — только ждёт, пока подрастёт, чтобы осыпа́ть своими благами эту маленькую крошку. За соседним столиком сидят его телохранители и следят, чтобы боссу и его дочери ничто не угрожало. Сложно быть владельцем крупной корпорации и при этом вести обычную жизнь — с простыми походами в кафе и прогулками с ребёнком в парке. Мужчина бережно берёт малышку на ручки, и она, услышав знакомый приятный голос, мигом успокаивается, глядя большими чёрными глазками-пуговками. Такая малышка — сладкие щёчки, пухлые ручки, пушистые волосики на голове, что кучерявятся, словно пушок одуванчика. Эта картина вызывает восторженные вздохи женщин и стоны зависти у девушек. Не каждый день увидишь, как мужчина с такой любовью возится с ребёнком. Всем интересно, кого же он ждёт. В его ожидании сомневаться не приходится, потому что напротив его тарелки стоит ещё одна порция салата — явный знак, что будет спутница. Или спутник. — Крошка проголодалась? — мужчина гладит девочку по голове с особым трепетом, будто небеса даровали ему хрупкое сокровище. Она и была для него такой — самой важной драгоценностью, за которую папа готов карать не злыми речами, а пулей в лоб. И ты это прекрасно знаешь. Стараешься держать мужа в узде. Но когда дело касается вашей маленькой принцессы, на место твоего рассудительного мужчины приходит жестокий тиран, сметающий всё и вся на своём пути. — Джунсо. — Да, господин? — мгновенно появляется один из широкоплечих мужчин в чёрном костюме. — Из машины принеси молочко для Раон, только подогрей его на кухне этого заведения. И только попробуй перегреть, — произносит приятным голосом, чтобы не пугать малышку, но взглядом обещает смерть, и вряд ли она будет быстрой. — Понял, — телохранитель спешит на парковку выполнять требование босса. Тебя задержали на работе, и ты стараешься быстрее перебирать ногами. Не любишь заставлять своего мужчину ждать. Тем более когда он спит и видит, как бы запереть тебя дома, чтобы не перетруждалась, была рядом и радовала своей лаской только его. В компании он — злой босс Ким Намджун, который одним своим именем вселяет в людей ужас. С тобой — любящий мужчина, готовый ради любимой на любые жертвы и не считающий себя в проигрыше. Твой ревнивый Джуни. Он такой только с тобой. А для вашей дочери существует третий вид Намджуна. И зовут это чудо — Моня. Этот Моня готов затискать дочь до кряхтения, не позволяя ей вырваться из любящей хватки заботливого отца. Ты видишь через дорогу ваше кафе и спешишь к пешеходному переходу, уже предчувствуя, как муж зажмёт тебя в своих крепких руках, вызывая сбившееся дыхание и желание уединиться в подсобке. Вы, собственно, именно там и умудрились сотворить чудо по имени Ким Раон. Сколько Джун тогда выслушал криков от тебя… Ты не была готова к детям, даже не успела ощутить вкус замужней жизни — ведь со свадьбы и года не прошло. Наслушалась рассказов подруг, что после рождения детей мужчина теряет интерес к своей женщине, и до мурашек боялась потерять его любовь. Он стал для тебя воздухом, смыслом жизни. Ты не успела им насладиться, а уже пришлось делить его внимание с другим человеком. Очень требовательным человеком, нужно заметить. Только Ким, узнав о твоём положении, сразу запретил работать, даже несмотря на маленький срок. Выделил тебе водителя и строго-настрого запретил прикасаться к ключам от твоей любимой машины. Поначалу тебя это бесило: лишение личного пространства в твои планы не входило. Только однажды ты увидела, как твоя скала, твой Джун, с особой нежностью прятал маленькие башмачки вглубь своего шкафа. В тот момент ты поняла, как это для него важно, и позволила ему проявлять заботу одному ему известными способами. Твои желания исполнялись по щелчку пальцев. Хочешь клубнику? Держи. Вот только объём и сорт ты не уточнила, поэтому целый час хлопала глазами, глядя на ящик клубники сорта «Бидзинхиме»*. Захотелось понюхать мокрый асфальт? Ну что ж… Вкусы странные… Но наутро возле твоего дома уже работали люди, укладывавшие новый асфальт под окнами, а горничные поливали его водой. Захотелось прогуляться по снежному склону? Летишь в Новую Зеландию. Гуляешь по заснеженным лугам и вдыхаешь чистый горный воздух. — Я принёс молочко, босс, — Джунсо протянул бутылочку и застыл в ожидании, пока его отпустят. — Оно горячее!!! Ты перегрел! — начал шипеть рассерженный Намджун, и ты, кажется, вовремя вплыла в кафе, вызвав вздох облегчения у телохранителя. Все знали: только ты способна удержать этого зверя на волне адекватности и спокойствия. — Дорогой, ты чего пугаешь бедного Джунсо? — гладишь мужа по плечам, даря столь желанное умиротворение. — Привет, дорогая. Просто кому-то жить надоело, — огрызается муж, глядя на побелевшего работника, а ты мягко указываешь второму телохранителю на столик, чтобы тот сел и отошёл от стресса, который каждый раз вызывает твой супруг. — Ты перегибаешь, — говоришь, присаживаясь на соседний стул рядом с Джуном. У него на руках ваша дочь, и ты голову готова дать на отсечение, что это самое чудесное зрелище в твоей жизни. Его любовь к тебе не прошла. Наоборот, она приумножилась и превратилась из обычной романтики в обожание, благодарность и чувство всепоглощающей искренности, которым он топит тебя изо дня в день. — Ты слишком добра к ним. Если я буду мягким, они перестанут меня бояться. — Они и не должны. Заставь их не бояться, а уважать. Это намного важнее, — опять даёшь дельный, взрослый совет, за который Джун непременно будет благодарен. Ты его опора, его навигатор, не дающая сойти с намеченного пути. Не дающая забыть, что дома его ждут и любят. Любят не за деньги, а за то, каким он является человеком. Ты полюбила его, ещё когда он был бедным студентом, пытавшимся продать свои программы крупным корпорациям и получавшим отказы чаще, чем ты называла его по имени — а делала ты это часто. Ты в него поверила, доверила ему свою первую любовь, свою жизнь, своё будущее. И он искренне это ценит, не позволяя усомниться в себе даже на мгновение. — Как прошёл твой день? — он целует тебя в висок. Хотелось бы обнять, но руки заняты маленькой госпожой Ким. — Хорошо. Сегодня директор привёл своего сына, и я показала ему фото нашей Раон, — начинаешь рассказывать обычные вещи, но муж ловит каждое твоё слово с особым трепетом. — И что? — уточняет Джун, не отрываясь от дочери. — Она ему понравилась, — говоришь, улыбаясь. — Он пообещал взять её в жены. — Что?! — кафе оглушает крик мужа. Дочь вздрагивает от испуга, а ты давишься салатом. — Джунсо!!! — Да, босс! — парень тут как тут. — Джун, что происходит? — смотришь непонимающе. — Выкопай яму за городом. Я покончу с его родословной! — Ким Намджун!!! — шипишь на мужа. — Ты с ума сошёл?! — Босс… — телохранитель стоит в шоке. — Джун, ему всего семь лет!!! — злишься, потому что психоз мужа иногда переходит все допустимые границы. — Джунсо! — он, кажется, уже забыл, что телохранитель всё ещё стоит возле стола. — Да?! — Яму копай маленькую, — бросаешь взгляд на мужа и пытаешься подобрать слова, потому что окружающие уже кидают косые взгляды, а бариста явно собирается вызвать полицию. — Этот засранец ростом метр в прыжке. — Ким!!! Мать твою!!! Намджун!!! — чеканишь каждое слово, и у Джунсо сводит желудок. Потому что ты так ругаешься, только когда по-настоящему зла. А в гневе тебя шугается даже муж. — Это ребёнок! — И что? Он позарился на мою драгоценность!!! — пытается оправдаться. — Джун… — ты пытаешься взять себя в руки и говорить спокойно. — Она девочка, и, судя по семейному генофонду, она будет очень красивой девочкой. — И что? — он не улавливает твою мысль. — У неё в будущем будут мальчики… — мягко готовишь его к взрослой жизни вашей трёхмесячной дочери. — Не будут. Будет жить в монастыре. Отношения — только после моей смерти… — бубнит под нос, а ты умиляешься. — После моей смерти и ещё три года. — Ты же не будешь каждого отстреливать… Поэтому не нужно так психовать… — шепчешь мужу на ушко. — Буду не отстреливать… Буду тихо, мирно убирать… Без мокрухи… — ты улыбаешься и целуешь мужа в губы. Он давит улыбку, рад, что сгладил оплошность. — Вы поэтому купили участок рядом с кладбищем? — в тишине кафе этот вопрос от Джунсо звучит слишком звонко, и ты отстраняешься от мужа. — КИМ НАМДЖУН!!! — кричишь на мужа свистящим шёпотом. — Я говорил, что тебе жить надоело??? — вопрос адресован Джунсо, который уже убежал в машину. От греха подальше.