Я не помню! I don’t remember! 1

Вы уже поняли, как много причин было у США и Германии, чтобы оставить собственного ребёнка Великобритании. Это ответственность, они ещё были не готовы к такому. Мешало появлению новой семьи и чувства. У американца и немца попросту не было той искры эмоций и чувств, которая есть например у Союза с Рейхом, или у Великобритании с Францией, попросту нет. Нельзя никого заставить полюбить, от этого будет больнее только обоим. Если у родителей между собой нет любви, то и к своему ребёнку они полноценную любовь дать не смогут. Ведь один его вид, постоянно напоминал бы о том, каким образом всё это произошло. Штаты всё время пытался заставить себя полюбить, хотел, но Германия был не для него. Он просто чувствовал, что эта страна — не его судьба. Только не она, но ЕС ведь не был виноват, так что о нём старались заботиться. Ещё одна из причин, по которой Америка отдал своего сына, это враги. Вы помните их врагов. Сирия и Иран, в то время они были ещё молодые и более рисковые, что только доставляло проблемы. Если бы США официально объявил о том, что ЕС его младший брат, а соответственно, сын Велика и Франции, то того ужасного случая бы не произошло. Ведь Сирия пусть и враждовал с Британией, но в одиночку ничего бы не смог сделать, а Иран имеет нейтральные отношения и рисковать, наживая себе врага в лице одного из влиятельных стран, не особо хотелось. Поэтому-то, Америка и отдал сына отцу, чтоб тот взял его под своё крыло. Но это произошло только тогда, когда Евросоюзу исполнилось где-то четыре или пять лет. А что было до него?

Flashback

США метался из стороны в сторону, прямо перед дверьми комнаты, откуда его выгнали ещё пару часов назад. Волнение было настолько сильным, что даже не ясно, из-за чего оно, или из-за кого. В голове проносились мысли, «А если что-то произойдёт?», «Вдруг он пострадает?», «А если он будет ограниченным?». Из мыслей его вывел звук открывающейся двери, из который вышла женщина в возрасте. Америка сразу же метнулся к ней и стал спрашивать. — Ну что? Как он там? Всё в порядке? Ничего не произошло? — заваливал он вопросами женщину. — Господин США, успокойтесь, с ребёнком всё хорошо. Жив, здоров. — спокойно ответила она, после чего услышала облегчённый вздох. — Вы можете зайти проверить, вот только не беспокойте его, он ещё слаб после такого. — Хорошо. Спасибо вам и я надеюсь, что… — Не волнуйтесь, об этом никто не узнает, даю слово. — Тогда я вам позже всё отправлю. — До свидания, господин США. — попрощалась женщина, после чего покинула его компанию. А Штаты так и остался стоять перед дверями, не решаясь зайти. Вдруг это ошибка? Может не стоит? А у него есть выбор? Пока американец решался, голос из комнаты спросил. — Не зайдёшь? — голос был слабый, полный умиротворённости и горечи. США не тянул и напряжённо взялся за ручку двери и открыл её. Свет от окна секундно ослепил его, от чего он зажмурился, но когда прошёл дальше, оказавшись под тенью, то увидел. Германия устало, но с улыбкой, сидел спиной к кровати, держа в руках что-то, запеленованное в одеяло. Америка подошёл, медленно, будто боясь разбудить это «что-то», а точнее кого-то. Пройдя поближе, он увидел этот комочек, что спокойно спал в объятиях, сжав кулачки и поддёргивая краями губ. Получалась своеобразная улыбка, которая пробила нашего США на слёзы. Германия, что смотрел на эту реакцию, был доволен, он поудобнее взял ребёнка в руки и предложил американцу. Тот сперва опешил, не зная, что делать, ведь никогда не держал детей в руках, тем более таких маленьких. Собираясь с духом, Штаты дрожащими руками взял его в руки, осторожно, боясь разбудить, или не дай бог уронить его. Он поднёс ребёнка поближе к лицу, когда тот видимо проснулся, всматриваясь на эти цвета. Насыщенный темно-синий, с кругом из двенадцати ярких звёзд, темные как смоль волосы, глаза, разных оттенков. Похожих на смешение серого, зелёного и голубого. Казалось, что этот цвет не от мира сего. Он был похож на США и одновременно не похож. Темные волосы, прямо как у Германии, острый носик от Америки, даже родинка на левом виске, прямо как у него. Но глаза… Глаза были совершенно непохожие ни на что. Он никогда не видел такие глаза, ни у людей, ни у стран. Они были особенные, переливаясь между тремя цветами. В один момент, он казался бесцветным и тускло-серым, потом мог позеленеть, а если всмотреться, можно заметить яркие оттенки голубого. Краска жизни была наполнена ими, и Штаты надеялся, что они никогда не исчезнут. Он сам не заметил, как начал плакать, продолжая смотреть на своего сына. Америка хотел было погладить эту пухлую щечку, что так умиляло, но его руку, а точнее палец, перехватил малыш. Ребёнок схватился за него и неосознанно крепко держал, преподнеся к лицу и улыбаясь. В этот же момент, Штаты просто был в шоке, ведь прямо на его левом запястье, увидел небольшой чёрный круг, похожий на родимое пятно. Оно означало лишь одно. — Германия, неужели он… — дрожащим голосом спрашивал американец, не веря своим глазам. — Да, ты всё правильно заметил. Он не страна, он — объединение. — спокойно смотря в глаза другу, говорил немец. Как они это поняли? А всё из-за пятна. Ведь по природе, у всех стран и объединений есть одно родимое пятно в виде чёрного круга на запястье. Вот только у стран он на правой руке, а у объединений на левом. Так они и определяли, кто кем рождается. Странно но факт. — Он вообще не похож на нас. Может потому что он объединение? — подытожил Штаты. — Не уверен. Вспомни ООН. Чей он сын? — с усмешкой спрашивал немец. — Хех. Ну, как старший брат Китая, они совсем не похожи. — Вот именно, он совсем не похож на своих родителей. — добавил Германия. — Как ты его назвал? — спокойно спрашивал США. — ЕС, или по другому, Европейский Союз. — умиротворенно ответил немец. — Евросоюз… красивое имя. — продолжая смотреть на уже успевшего заснуть сына, прошептал Америка. — Добро пожаловать в наш мир, ЕС. — это он сказал так тихо, что и сам не заметил, после чего, мягко поцеловал лобик малыша.

***

Германия прятался, прятался от всех. Живя спокойно со своим сыном до тех пор, пока тому не исполнилось год. Немец любил его, любил всей душой, только его одного. Пусть он и не питал чувств к США, это не помешало ему полюбить родного сына. Когда пришло время расставаться, немец пал духом. Он поддерживал себя словами, что это ради него, ради его безопасности, ведь сейчас он слаб. Страны только и ждут его падения, он не мог позволить ЕС пострадать. Уж лучше он сам станет чьим-то рабом, но не позволит ограничивать жизнь сына. Самым верным решением было отдать Евросоюз Америке, ведь у него есть большая семья, что сможет помочь в случае чего. Рассказать Рейху о сыне Германия так и не решился, ведь не ясно, как бы тот отреагировал. Рискнуть не смог.

***

Стук в дверь, то, что отвлекло семью от приятного чаепития. Великобритания не любил, когда его отвлекают от любимого дела, особенно, когда он пил чай со своей любимой женой. Он сам встал со стула и прошёл в коридор. Стуки не прекращались, но по ритму было видно, что человек либо напуган, либо взволнован. Никакой агрессии или ненависти, значит, это не враги. Подойдя к нему и спросив, кто там, ему ответил неожиданно знакомый голос. США. Не думая ни секунды и открывая дверь, Британия застыл, ведь не ожидал его появления. Франция, что подошла чуть позже, так же стояла и смотрела на сына. Она не ожидала увидеть Америку, стоящего прямо перед ними и держащем в руках, годовалого ребёнка. Страна или объединение? Вопрос хороший, но сейчас не до него. — Отец, матушка, простите, что так поздно, я не помешал? — спокойно спрашивал Штаты. — США? Это… это… — не зная что сказать, заикалась Франция. — Проходи. Надеюсь, ты сможешь всё нам объяснить? — без эмоций спросил британец, но это только внешне. Внутри он также был удивлён не меньше и ужасно хотелось узнать, что вообще происходит. — Хорошо. Где-то через 10 минут, после того как ЕС уснул, Америка уложил ребёнка в комнате, после чего прошёл в гостиную, где его уже заведомо ждали родители. У них было много вопросов, очень и очень много, но спешить нельзя. Нужно дать Штатам самому всё рассказать. Сев напротив отца, США сперва тяжко вздохнул, собираясь с мыслями. — Отец, матушка, извините за такое неожиданное появление, но у меня есть просьба. — спокойно говорил американец, а в ответ молчание. — Так вот, можете ли вы позаботиться о ЕС? — ЕС? — непонимающе подтвердила Франция. — Да, ЕС, или же Европейский Союз, будущее политическое объединение, а также… мой… сын. — в конце уже тише сказал США. — Сын? Стоп. Откуда? Когда? — уже удивлённо возникал Великобритания, он не мог понять. Сын? Неужто у него появился внук? Вот это новость. — Прошу, не задавайте так много вопросов. Просто ответьте, можете ли вы временно присмотреть за ним? — смотря прямо в глаза, просил Штаты. — Я не против. — ответила француженка, чем ввела мужа в ступор. — Франция? — Дорогой, тут не о чем думать. Если он ребенок нашего сына, то наш внук. Неужто ты не сможешь о нем позаботится? — смотря на удивленного Велика ответила девушка. — Не в этом дело. Просто… это слишком неожиданно. Но зачем ты просишь присмотреть за ним? — Из-за врагов. Ты же знаешь, что у меня сейчас слишком много конфликтов, особенно с СССР. Я не могу гарантировать безопасность сына, только не сейчас. — ответил США. — А что насчёт второго родителя? — в этот момент, от вопроса Британии, Америка не слабо вздрогнул. — Не вздумай врать, что она человек. Я по глазам вижу, что это другая страна. — Я не могу рассказать, кто второй родитель. Простите, у нас свои причины. — отвернувшись и сжав пальцы между собой, ответил американец. Он был напряжен и напуган, не только вопросами, но и всей ситуации в целом. Англия это заметил и не стал выпытывать из него ответы, зная, что вряд ли их получит. — Хорошо. Я не против. Мы поможем, но давай спросим мнение остальных. Дети, не прячьтесь, я же вижу, что вы подслушиваете. — немного громко сказал англичанин, смотря на дверной проем. Все остальные также повернулись туда и увидели, как оттуда выходят Канада, Австралия и Новая Зеландия. Видимо, они заметили приход Америки, который уже давно с ними не живет. — Прости, отец, просто не решились выйти. — ответил канадец, смотря на своего старшего брата. — Хорошо, раз уж вы всё слышали, спрошу снова. Вы не против появления племянника в нашей семье? — немного улыбаясь, спросил Великобритания. — Конечно нет. Пусть я и не ожидала такого от США, но как я могу быть против? — первой ответила Зеландия. — Я буду только рад. — уже сказал Канада. — Ну, я тоже за. — сказал самый младший из сыновей. — А можно его увидеть? Он наверняка очень милый, а то мы детей уже лет 100 не видели. — требовала Зела, ведь была права. Ей 130 лет, а она ведь, самая младшая в семье, точнее была самой младшей. — Я надеюсь, он не похож на нас с Зеландией? А то надоело, что нас вечно путают. — с усмешкой спросил Австралия. — Давайте вы сами всё решите. Пойдёмте.- сказав это, Штаты встал с дивана и пошёл в сторону своей комнаты, где должен был спать ЕС. Но когда открыли дверь, то оказалось, что малыш уже давно не спал. Плача не было, что радовало. Видимо Евросоюз не из капризных детей, а наоборот, сдержанных, что только радовало. Кажется, это наследственное. Ведь и семья немцев, и семья англичанина, всегда была сдержанной. Все трое младших, подбежали к кровати и стали смотреть на лежащего малыша, умиляясь от такой картины. Но как только Евросоюз увидел, что на него смотрят три пары незнакомых глаз, то заплакал. Да так сильно, что чуть не напугал смотрящих. А что вы хотели? Он всего лишь годовалый ребёнок, который почти никого не видел, кроме родителей, конечно же он будет бояться незнакомцев. А плач — единственный защитный механизм у младенцев. США оттолкнул своих младших, подойдя к ЕС и взяв его на руки. Тот сразу же успокоился, поняв, что раз уж рядом родитель, можно не бояться. Зеландия медленно подошла к малышу и смотрела тому в глаза, пытаясь найти сходства с Америкой. Но единственное, что она отметила, это родинку на виске и прямой нос. Глаза и волосы, совершенно не характерное для них, значит они от второго родителя. Вот что подметила у себя в голове девушка. — Он не похож на тебя. — подметила младшая. — Знаю. Он ни на кого не похож. — закончил Штаты. — Кто второй родитель? — спокойно спросил Канада. — Я же сказал, что не могу сказать об этом. Только не сейчас. — Кто это? Израиль? Южная Корея? Япония? Ирландия? Германия? Может Китай? — стала перечислять девушка стран, с которыми у США были более-менее хорошие отношения. Когда она назвала имя немца, то Америка едва заметно вздрогнул, но никто этого не заметил. — Новая Зеландия, прекрати допрос! Если он не хочет, значит на это есть причины. — неожиданно сказал это вошедший в комнату Великобритания. Все дети от неожиданности чуть не закричали и обматерились, но вовремя заткнулись. Британия с Францией прошли поближе и посмотрели на своего внука. Пусть внешне они и казались холодными, но в душе они не могли нарадоваться такому. Внук! Они стали дедушкой и бабушкой, это же такое счастье. Франция стояла с милой, добродушной улыбкой, смотря на ЕС. Малыш не видел в ней ничего опасного, а только тепло и заботу, по которой так скучал, ведь с Германией они расстались уже пару недель назад. Он скучал, а Франция своей улыбкой, была так на него похожа, что малыш сам потянулся на ручки к бабушке. Мать только обрадовалась, взяв ЕС на руки и спокойно, тепло обнимая, после чего, поцеловала малыша в щечку. А вот при виде Велика, малыш только прятался, отворачиваясь. Видимо, своей хладнокровностью и отчуждённостью, любитель чая даже детей мог пугать. Тут уже ничего не поделаешь, это его природа. От вида того, как малыш отказывается смотреть на дедушку, дети не смогли удержаться и засмеялись. Но получив холодный и строгий взгляд отца, быстро закрыли рты, но на смех всё равно пробивало. Малыш видимо видел это, поэтому тоже улыбнулся, чем заставил всю семью умиляться. Всё таки, этот ребёнок, будет прекрасным членом семьи и о нем позаботятся. Обязательно.

Конец Flashback'a