Housed by your warmth

Саске просыпается, вздрогнув от ощущения сильного давления по всему телу, крепкой хватки, затрудняющей движение и мешающей дыханию. Он инстинктивно напрягается в ожидании схватки. Он не бросается сразу в атаку, он не безрассудный идиот. Он обученный шиноби — ему нужно оценить ситуацию, свое окружение, и он должен узнать все, что он может о своем враге за долю секунды. Однако его рука все еще тянется к кунаю, ожидающему под подушкой. Его ум фиксирует следующие факты от одного момента к другому: 1. Давление на его тело локализовано, принимая отчетливую форму двух длинных цилиндрических… рук. Его удерживают две руки. 2. Рядом с его ухом раздается непрерывный шум: прерывистый ветер, и с каждой паузой слышится тонкий свист. Вместе с этим возникает ощущение, что в ухо ему дует воздух, слегка взъерошивая пряди волос. Он может сделать вывод, что это признаки того, что кто-то дышит ему прямо в ухо. 3. Тело, удерживающее его, теплое и твердое, хотя и имеет некоторую гибкость. 4. Запах, доносящийся до его носа, был чем-то знакомым, действуя как своего рода успокаивающее средство, заставляющее его бессознательно расслабиться, прежде чем он должен будет заставить свое тело снова насторожиться. 5. В углублении между его ключиц скапливается охлаждающая жидкость. Он морщится от дискомфорта. 6. Когда его похититель прижимается ближе, происходит внезапное изменение перемещение, затем появляется ощущение, как волосы касаются его шеи. Уменьшенное расстояние между ними также позволяет ему теперь видеть цвет волос краем глаза. Блондин. Он изо всех сил старается не закатить глаза, когда осознание и воспоминания обрушиваются на него одновременно. Наруто. Это не кто иной, как Наруто Узумаки, выжимающий из него жизнь. Если бы не безошибочно узнаваемая слюна на его коже, глубокое и шумное дыхание, а также все, что Саске знает о Наруто как о человеке, он бы почти подумал, что это покушение на его жизнь. Впрочем, ему виднее. Наруто крепко спит, и, вероятно, он обнимается. Хотя, возможно, более подходящим термином будет «душит». Когда Саске, наконец, приходит в себя достаточно, чтобы вспомнить события прошлой ночи, он позволяет себе полностью расслабиться и выйти из режима боя. Он впервые провел ночь с Наруто в его дерьмовой двуспальной кровати. Он пришел к Наруто, как обычно делал в эти дни. Они сидели вокруг котацу с чашками быстро остывающего чая, как обычно делали в эти дни. Они сидели рядом, плечи и руки соприкасались при каждом едва заметном движении, что было… более недавним событием. В воздухе витала какая-то энергия, чему ни один из них не мог дать названия, но оба они легко узнавали друг друга. Сегодняшний вечер был, несомненно, переломным моментом; они стояли на пороге чего-то нового и, возможно, опасного. Разговор был знакомым, удобным, но замедлился и в конце концов затих. Их тихое дыхание казалось необъяснимо громким, когда они заполняли тихую комнату. Их взгляды устремлялись друг на друга, не ища ничего особенного, время от времени встречаясь и на этот раз не пугаясь. Пространство между их телами было расплывчатым понятием, которое экспоненциально теряло смысл и форму. Затем, как неизбежность, как судьба, Наруто повернулся к Саске, их руки были так близко, что они обменивались теплом между ними, хотя они все еще не касались друг друга. Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга, и Наруто с готовностью сокращал расстояние еще больше. Его глаза скользили по каждой части лица Саске, хотя чаще всего они были сосредоточены на чем-то одном. Саске не отрывал взгляда от его глаз, пытаясь проанализировать каждое их движение в поисках какого-то ответа или утешения. Наруто ничего не сказал. Только осторожно взял Саске за острый подбородок, обхватил его мягкое лицо одной рукой и поцеловал. Саске втянул воздух через нос с выражением, не очень похожим на удивление. Было естественно — закрыть глаза и ответить взаимностью, его собственная единственная рука поднялась, чтобы сжать рубашку Наруто. Они целовались много долгих мгновений, никогда не заходя дальше простого прикосновения сомкнутых губ, словно боясь нарушить какую-то невысказанную границу, разбить что-то хрупкое. Когда они наконец разошлись, тонкий чмокающий звук их разомкнутых ртов прозвучал в тишине, как церковный колокол. — Саске… — Благоговейно прошептал Наруто, дыхание призраком скользнуло по губам Саске в их все еще опасной близости. — Я что, спятил? Ты тоже это чувствуешь? — В ответ, Саске дернул его обратно к своим губам, используя свою хватку на рубашке Наруто. Они оказались в спальне, Наруто нежно и медленно втрахивал его в матрас, до тех пор пока все, что Саске мог издавать, были хриплые стоны и дрожащие вздохи, царапая спину Наруто в слабых попытках заставить его двигаться быстрее, сильнее, давать больше. Наруто не обращал на него внимания, сохраняя мучительно медленный темп, накапливая напряжение в течение бог знает сколько времени, пока они не упали вместе через край, выдыхая вздохи облегчения друг другу в рот. Это было похоже на кульминацию многих лет борьбы, соперничества, будто напряжение не было, когда Саске вошел в парадную дверь, или даже когда они начали раздеваться, но вместо этого были годы, жизни, и наконец было освобождение, как тяжелый камень, упавший вниз. Когда они закончили и привели себя в порядок настолько, насколько это было возможно для двух эмоционально и физически истощенных людей, они задремали бок о бок, не отрывая глаз друг от друга, пока сон не пришел к ним и не заставил их сомкнуть веки. И вот теперь Саске здесь, его постепенно душат. Ну, по меньшей степени душат. Если бы он был более внимательным человеком, он мог бы попытаться выскользнуть из рук Наруто, чтобы не разбудить его, или даже остаться в его ловушке и снова заснуть. Однако, в то время как Саске — большинство людей, которые знают его, охотно предложили бы список черт, как лестных, так и менее лестных, — определенно не внимателен. Наруто знал, на что подписывается. Он протягивает руку, к счастью и чудесным образом все еще свободную, к Наруто и крепко дергает пряди. Когда это вызывает не более чем почти беззвучное ворчание, он дергает снова, на этот раз немного сильнее. И снова ничего. Он тянет в последний раз, так резко, что голова Наруто откидывается назад, и твердо зовет: «Наруто.» Наруто стонет в сознании, хотя оно сужается до хныканья. Он моргает, прогоняя сон из глаз, и, кажется, замечает тело в своих объятиях. — Саске? — Слезь с меня, идиот, — Требует Саске. Он указывает на свое нынешнее состояние в захвате. — Ты меня душишь. Взгляд Наруто скользит вниз по телу Саске, прежде чем он неохотно ослабляет хватку достаточно, чтобы Саске, по крайней мере, смог двигаться. — О боже, — Бормочет Наруто. — Я сожалею об этом. Я обычно обнимаю подушку, когда сплю, и они не могут на это пожаловаться, — Он фыркает от смеха, потом утыкается носом в плечо Саске, закрывает глаза и издает звук, почти похожий на мурлыканье. — Хн, — Лаконично отвечает Саске. Он грациозно вырывается из рук Наруто и поднимается с кровати. Глаза Наруто резко открываются и смотрят на своего беглеца, хотя они быстро смягчаются до чего-то вроде… страха? Это посылает электрическое чувство через Саске. — Мне нужно в туалет, — Успокаивает его Саске. Наруто быстро успокаивается, все его тело с облегчением погружается глубже в матрас. Однако он находит в себе силы не выглядеть смущенным из-за того, что его поймали на волнении. Саске избавляет его от насмешек, только на этот раз. Он протягивает руку и нежно гладит его по голове, время от времени позволяя ногтям царапать кожу головы. Наруто радостно мурлыкает, позволяя своим глазам закрыться. — Наруто. — Хм? — Это тот же самый дерьмовый матрас, который был у тебя с шести лет? — Хм? — Наруто моргает одним глазом, чтобы посмотреть на него, нахмурив брови. — Нет. Тот был уничтожен во время атаки Пейна. — Это новый матрас? Тогда почему это мусор? — Эй, да пошел ты, мудак, — Говорит Наруто с нулевой злостью. — Это отличный матрас. — Он бугристый и скрипит. Наруто краснеет от едва уловимого напоминания о событиях прошлой ночи, зарываясь лицом глубже в подушку, чтобы попытаться скрыть это. — Ты покупаешь новый, — Деловито заявляет Саске. — Ах да? Ты так думаешь? — Если ты конечно хочешь, чтобы я снова спал здесь, — Осторожно говорит Саске. — Ты купишь матрас получше. Побольше. Наруто медленно моргает, глядя на него, затем его губы растягиваются в сонной улыбке, как солнце, пробивающееся сквозь облака.  — Что я мог… иметь… — Он драматически причитает, хотя и с растущей ухмылкой. — Хн, — Наконец Саске отпускает его, поворачивается и идет в ванную. — Скорее возвращайся назад, — Бормочет Наруто, вероятно не желая, чтобы его услышали. Саске, в свою очередь, делает вид, что не слышит его, и улыбка ползет по его собственному лицу, когда он поворачивается спиной. Ну, Наруто определенно не самый мудрый.