Я соскучился

Усталость навалилась на Леви в ту же секунду, в которую он переступил порог дома и понял, что Эрена до сих пор нет. Снова. Из груди помимо воли вырвался тяжелый, обреченный вздох. Боги свидетели, Леви куда больше нравилось начало их отношений, когда Эрен со всех ног после смены мчал домой, лишь бы поскорее его увидеть, повиснуть на нем, словно маленький ребенок, по ошибке принявший взрослого за аттракцион, а затем, вдоволь нацеловав любимые губы, отправиться вместе на кухню ужинать и делиться дневными впечатлениями. Конечно, по большей части болтал именно Эрен, прерываясь лишь затем, чтобы что-то уточнить или спросить, а потом снова принимался сыпать историями и курьезными ситуациями. Порой Леви казалось, что его вторая половинка проживает жизнь фэнтезийного героя, а не влачит тяжелое существование офисного программиста. Как со своим неуемным характером он умудрился отучиться все четыре года в университете да еще и окончить его с отличием оставалось загадкой буквально для всех, причем сам Эрен тоже входил в это число несведущих. Но Леви нравилось слушать эмоциональную болтовню своего парня. Вот только в последние недели это время стало роскошью. После того, как они решили жить вместе, прошло несколько месяцев — несколько головокружительных месяцев, наполненных Эреном, щедрыми осенними дождями и их топкими поцелуями с путешествующими по телу друг друга горячими ладонями — после которых Эрен внезапно вспомнил, что у него есть друзья и он давно не проводил с ними все свободное время. У Леви нервно дернулся уголок губ, но отрицать было бы просто глупо. Он ревновал своего мальчишку к друзьям. Да и, по правде говоря, ко всему прочему миру тоже. Леви всегда думал, что его ген, отвечающий за ревность, рецессивен, ведь ни один из партнеров, с которым он делал попытки что-то построить, не вызывал в нем практически непреодолимое желание вцепиться в «противника» зубами, порвать в клочья и прибить его голову над дверью в назидание всем неблагоразумным. Доходчивое, так сказать, предупреждение. Оставив пальто и обувь в прихожей, Леви прошел на кухню и первым делом поставил греться чайник. Вторым — открыл холодильник, желая проверить, сколько мышей успело в нем повеситься и хватит ли их для мало-мальски сносного жаркого. Последние дни были настолько загружены, что Леви банально не хватало времени сходить за покупками, а доверить настолько важную миссию Эрену он пока малодушно не решался. К искреннему удивлению Леви, полки в холодильнике были заставлены продуктами, которые он обычно покупал, хоть и с некоторыми дополнениями вроде йогурта с драконом на этикетке и пакетиков с какой-то не поддающейся определению ерундой, которую так любит Эрен. Но что больше всего поразило Леви, так это находящаяся как раз на уровне его глаз тарелка с едой, заботливо обернутая в пищевую пленку. Сверху красовался яркий стикер: «Знаю, что покупки ты мне не доверяешь, но я все же решил рискнуть нашими жизнями. А затем решил рискнуть еще больше и что-нибудь приготовить. Результат ты видишь перед собой, разогрей. Я пробовал. Пока жив», и рядом дурацкий смайлик с самонадеянной мордахой. Леви коротко хмыкнул, оставив себе мысленную заметку, что надо будет непременно отблагодарить Эрена. Если выживет после дегустации, разумеется. Повар из его второй половинки был довольно... непредсказуемым. Никогда нельзя было угадать, что получится в конечном итоге и дойдет ли оно вообще до заключительной части. Эдакая викторина. Взяв тарелку, Леви захлопнул холодильник и направился к микроволновке. На внутренней стороне дверцы обнаружился еще один, теперь кислотно-розовый стикер в дурацкой форме сердца. «Приятного аппетита. Люблю тебя», и еще один давящий жизнерадостную лыбу смайл. Леви невольно фыркнул — очень уж было сильное сходство с умением улыбаться самого Йегера. Ужин оказался на удивление вкусным. Эрен превзошел самого себя, и Леви охотно похвалил бы его в своей неподражаемой манере, вот только парня не было рядом, а значит и слушать оригинальную похвалу было некому. Чтобы отомстить за свое вынужденное одиночество, Леви без каких-либо зазрений совести забрал из холодильника баночку с йогуртом, который обычно на дух не переносил, и, развалившись на диване и включив первую попавшуюся телепередачу, принялся со злорадным наслаждением уничтожать лакомство. А нечего было оставлять его одного который день подряд. В конце концов, они жили вместе, и Леви имел право на большую часть свободного времени Эрена, как и на самого Эрена. Разбушевавшиеся собственнические мысли портили Леви настроение под аккомпанемент монотонного голоса диктора, бесстрастно вещавшего с экрана о существовании жизни после смерти и привидениях. Кто вообще верит во всю эту чушь? Отправив в рот очередную ложку йогурта, Ривай услышал, как звякнули ключи, а затем открылась входная дверь. Эрен. Мужчина демонстративно продолжил игнорировать вернувшуюся из загула вторую половинку, старательно делая вид, что целиком и полностью поглощен передачей. «В 2017 году специалисты из Льежского университета (Бельгия) изучали письменные свидетельства 154 пациентов, переживших клиническую смерть. Практически все описывали три одинаковых ощущения: чувство покоя, полет через длинный тоннель и яркий свет, появляющийся в конце этого путешествия. Некоторые выжившие утверждали, что выходили из тела и встречали ангелов и духов. Однако порядок пережитых ощущений у большинства...» Леви сморщился, слыша, как в прихожей Эрен шелестит одеждой, а затем прячет обувь в шкаф. Далее парень отчетливо прошлепал в гостиную, где расположился Леви, и, быстро клюнув мужчину в щеку и пробормотав смазанное «Привет», сделал финт через спинку дивана и плюхнулся прямо на мягкое сиденье, нагло устроив голову у Леви на коленях. За такую демонстрацию гимнастических успехов захотелось влепить хорошую затрещину, но Леви сдержался, переводя отсутствующий взгляд на экран телевизора. Руки так и чесались дотронуться до мальчишки, и пальцы, внезапно решив зажить собственной свободной жизнью, сами собой зарылись в растрепанные каштановые вихры, с удовольствием перебирая мягкие пряди. Бросив быстрый взгляд в сторону парня, Леви с теплым удовольствием отметил, что Эрен едва ли не мурчит от прикосновений. Но длилось это ровно до того момента, пока... — Это что, мой йогурт? — Эрен приподнялся на локте, нахмурившись. — Мгм, — и не подумал опровергать очевидное Аккерман. — Почему ты ешь мой йогурт? Тем более он с клубникой, ты же ее на дух не переносишь, — Эрен подозрительно прищурился. — Захотелось, — соврал Леви, демонстративно сделав звук на телевизоре громче, как бы показывая, что Эрен мешает ему смотреть передачу. «Ощущение, что вся жизнь пронеслась перед глазами (об этом вспоминает почти половина выживших), — скорее всего, результат активации префронтальной, медиальной височной и теменной долей головного мозга...» Удивительно, но нечто похожее Леви ощутил под цепким, изучающим взглядом Эрена, который пытался разложить Леви на составляющие и докопаться до истины. — В чем дело? — спросил он без обиняков спустя несколько бесконечно долгих минут молчания. — В том, что люди серьёзно в это верят? — попытался косить под дурачка Леви, но попытка с крахом провалилась. Эрен потянулся через Леви к пульту, заставив того на мгновение задержать дыхание от близости, а затем выключил телевизор, погрузив квартиру в напряженную тишину. За окном громко завыла сирена, но она неспособна была даже на мгновение отвлечь Эрена от Ривая, который хмуро глядел на мальчишку исподлобья, скрестив на груди руки. — Я, вообще-то, смотрел. — Как ты правильно заметил, это прошедшее время, — нисколько не смутившись, с легкостью парировал Эрен — сказалось длительное общение с Леви, а чувство собственного бессмертия наверняка передалось после укуса Ханджи. — Что не так? И Леви жутко захотелось высказать все Эрену, бросить в него свое недовольство и даже детскую обиду на то, что его бросили, но... Но потом вспомнился заботливо приготовленный ужин с дурацкими стикерами и полный холодильник, и Леви понял, что просто не хочет тратить их совместное время на ссору. Он решительно потянулся вперед и мягко, с чувством поцеловал не ожидавшего такой резкой смены настроения Йегера. Немного поколебавшись, парень охотно на него ответил, обвивая шею мужчины руками. Потянув парня на себя, буквально укладывая его сверху, Ривай откинулся назад, чувствуя на себе такой нужный вес Эрена, и с наслаждением провел ладонями по его телу. И снова упоенно поцеловал. Ненадолго прервавшись, чтобы глотнуть воздуха, тихо прошептал в пухлые, припухшие после поцелуя губы: — Я выжил после ужина. Эрен тихо рассмеялся, из-за чего Ривай лишь сильнее сжал его в объятьях, чувствуя прилив какой-то щемящей нежности. — Я соскучился.