I hate you, but i love you

Чимин не верил в чудеса, продолжая существовать в детском доме. И сейчас ему приходится копаться в грядках, убирая ненужные сорняки. Если бы не эти чёртовы комары, то на самом деле не всё так плохо. Чимин не так много знает о посадке цветов, но полоть ему нравилось всегда, это очень успокаивало. Он выполнял свою работу очень хорошо, а вредная трава появлялась только через три недели. Здесь детей обучают жизни, чтобы вышли нормальными людьми и могли нормально полы дома вымыть. Здесь даже шить учили, правда у них были две швейные машинки, а остальные попросту не работали. Здесь не так плохо, как может показаться, хотя здание давно нуждалось в ремонте. И всё же спонсор нашёлся, раз устроили мероприятие. А когда Чимин увидел того самого спонсора, то глазам своим не поверил. Да, он был молод и, судя по одежде, богат. И сдался ему этот детский дом? Прошло всего ничего, вчера приехали люди и начали разбирать крышу, завозя металлический шифер, бруски и рубероид. Радости не было предела, так как старая крыша сильно протекала, а на потолках и стенах были огромные жёлтые пятна, которым тоже следовало уделить внимание. Но не всё и сразу. Большинство детей гуляло по территории детского дома, кого-то заставляли убираться и так же полоть. Хотя для некоторых это казалось не просто наказанием, а неким рабством. На самом деле всё далеко не так. Живя в детском доме, понимаешь, что чудес почти не бывает. Предыдущий спонсор отказался от них пять лет назад, после все мероприятия практически сошли на нет. Раньше они могли съездить в крутой музей или побывать в лагере около моря, но с уходом важного человека, который спонсировал детский дом — мероприятия стали происходить в актовом зале или на улице. На дворе лето, сейчас во всю идут каникулы, но ближе к сентябрю дети разъедутся по интернатам и возвращаться будут лишь на каникулах. В детском доме был неплохой коллектив, который любили практически все приемники. Чимин был рад возвращаться сюда, поскольку его в прошлом году перевели в другой интернат, где всё валится из рук вон. Чимин не смеет жаловаться. Да и кто он такой? *** У Чимина было странное предчувствие, словно в скором времени может что-то случится, но особо не подавал виду. Он сидел за столом в библиотеке и читал книгу, никого не трогая. Можно было и в комнате, но сейчас там соседи в тихушку играют в карты, и если их поймают, Пак не горит желанием получать на пару за то, что сидел в комнате. Да и в библиотеке более спокойно. Чимин был из тех, кто любил читать, он мог и сутками не спать, лишь бы узнать, что будет дальше. Только книги могли перенести в другой мир и окунуть с головой. С книгами было проще, чем с живыми людьми, с которым Пак нехотя шёл на контакт. Одиночка до мозга костей, поэтому у него знакомых как кот наплакал, и то они время от времени просто здороваются. Обычно в книгах таких называют тихоней. Чимину говорили, что нужно больше уверенности, чтобы начать дружить с парой-тройкой человек, но ему с одним трудно просто поздороваться. Почему он обязан? Почему никто не хочет войти в его положение? Иногда хотелось выговориться, но рядом никогда никого не было. Как был один, так и остался. Возможно, ему в будущем так же придётся выживать в одиночку… — Хей, Пак, это тебе, — Хонджун кладёт около книги листок. — А ты везунчик. Чимин отложил книгу и посмотрел на лист. — Меня поставили на учёт? Как? — он поворачивает голову, смотря на парня, который неделю назат покрасился в пепельный цвет. Чимин так же хочет поэкспериментировать со своей шевелюрой. — Как такое может быть? — Всё возможно, — парень осматривается и присаживается рядом. — Я тут услышал, что тебя под опеку новый спонсор возьмёт. Я мимо кабинета директора проходил и часть разговора услышал. — Меня? — Чимин до сих пор не верит. — Но я же… Я же… Даже если это и новый спонсор, то почему меня? Они могли взять кого угодно, даже того Феликса, например. Он же сплошной талантище, просто образец для других. — Нет, речь шла о тебе, — показывает на него пальцем. — И если это правда, то тебе повезло. Ты сможешь выбраться отсюда и начать нормальную жизнь. Ты сам знаешь, что нам мало чего светит после окончания интерната. Люди считают нас идиотами, хотя это далеко не правда. Хонджун был прав как никогда. Чимин может выбраться и начать жить, он же хотел стать веб-дизайнером, сейчас он может сделать шаг на встречу к своей мечте. — И ещё, — Хонджун замолкает, когда рядом проходят двое девушек. — На учёте ты будешь стоять 10 дней, каждый день к тебе будет опекун приходить. Если ты хочешь уйти, то не противься ему и попробуй наладить контакт. Я верю, ты сможешь. Хонджун поднимается и уходит, оставляя потрясенного Чимина. Ему не верится, хочется сказать, что это просто лишь дешёвый пранк от местных хулиганов, которым стало скучно жить. Перед ним лежит лист уведомления об учёте на очередь. Как такое может быть? Чимин никогда не представлял, что сможет понравиться кому-либо. Он думал сам выпуститься из детского дома и найти простую работу, а на квартиру придётся встать в очередь. Хонджун был прав, нужно постараться, чтобы уйти отсюда. Конечно, тут привычно и хорошо, но, возможно, за забором его ждёт лучшая жизнь. Хочется в это верить. Книга уходит на второй план, а мозг начал подкидывать разные картинки, начиная с появления в новом доме и заканчивая работой и выпуском из школы. Конечно, об этом рано мечтать. Но мечтать не вредно. Читать уже невозможно – непонятно почему его начинает переполнять радость вперемешку с лёгким страхом и паникой. Он почти ничего не знает, пусть на бумаге написана дата и примерное время, но этого всё равно мало. Хонджун обрадовал его раньше времени, пусть даже так. Он хороший парень, поэтому никому не проболтается. Если об этом узнает каждый в детдоме, то Чимину достанется. Не хочется покидать эти стены с плохими воспоминаниями.