маленькое чудо.

чонгук тихо поскрипывает, трёт глаза руками и распахивает их, снова прикрыв из-за солнца. он недовольно вздыхает, ругая себя за то, что ночью не закрыл шторы, и переворачивается на другой бок, похлопав ладонью по кровати. никого. пусто. он принимает сидячее положение, осматривает комнату и хмурит брови, потому что мужа своего не видит. сбоку слышится чьё-то кряхтение. чон встаёт с кровати и подходит к маленькой кроватке, потянув туда руки. - эй, - шепчет он и улыбается, - привет, малыш. ты папку своего не видел? - ребёнок мычит и трясёт ножками, - он же поцеловал тебя перед уходом? нет? чонгук тихо хихикает и берёт сына на руки, прижав к своей груди: - пойдём поищем его? и обязательно отругаем за то, что оставил и не пообнимался с нами в кровати. альфа целует джинхо в лоб и выходит из комнаты, аккуратно прикрывая дверь. коридор в светлой квартире пустовал, ванная и зал тоже, поэтому они направились на кухню. там, у плиты, стоял худощавый парень в спальных шортах и растянутой футболке. он покачивал бёдрами из стороны в сторону, а в ушах были маленькие белые наушники. юнги держал лопатку, что-то переворачивал на сковороде и шептал себе под нос, видимо подпевая. чонгук смотрит на лицо своего сына, немного приподнимает, чтобы тот смог разглядеть отца, и идёт в сторону мужа. свободной рукой приобнимает его за талию и ловит его писк, целуя в губы. - вылез из постели, - шепчет чонгук и снова целует, - сбежал из нашей комнаты, - ещё раз, - и даже не поцеловал нас с сыном на прощание? - и ещё раз. юнги хихикает, упирается руками в его грудь и старается отстраниться. - ты посмотри на него, джинхо, - недовольно бурчит чонгук, - снова пытается сбежать от нас. - да там блинчики на сковородке сгорят, - пищит юнги и пытается выбраться из объятий мужа. - сначала поцелуй своего сына и скажи, что любишь его. юнги дует губы, смотрит чону в глаза и сдается. он наклоняется к джинхо, смотрит на его щёчки и улыбается. - доброе утро, малыш. я скучал по тебе, - вытянув руки, мин подхватил сына и прижал к себе, кинув насмехающийся взгляд на чонгука, - доделай блинчики, пока я буду целовать своего сына, потому что теперь у тебя запрет на мои губы. юнги смеётся, игнорирует недовольного чона и садится на стул, начиная играть с джинхо. - ну надо же, - бурчит чонгук, - лишился двух омег сразу. - мы тоже любим тебя, чонгуки, - юнги улыбается, говорит искренне и так с любовью, что уже никого не волновали сгоревшие блинчики и отвратительный запах. самым главным сейчас была эта маленькая семья.