А ты точно предатель 2/The other side

— Хм, интересно-интересно… — Красный всё сильнее сокращал расстояние между собой и собеседником. — Но ведь предателей на корабле двое? Стало быть, я вполне могу оказаться одним из них. — Верно, двое, — губы Белого озарила лёгкая улыбка. — И один из них — я… В подсобке повисло молчание. — Да не-е, ты гонишь, — несмотря на то, что Красный не особо поверил в подлинность чужих слов, руки с талии стоящего перед ним космонавта он всё же убрал, тактично отступив от него на шаг назад. — Какой из тебя предатель? Белый отпрянул от стены, сделав ответный шаг навстречу. — Если мои слова — ложь, почему ты пятишься назад, Красный? Красный замер. — Я не пячусь, просто… — Просто что? — Белый нагнулся вниз, поднимая с пола собственные штаны. — Ты ведь был таким смелым и напористым пару минут назад, когда прижимал меня к стене… мне понравилось. Куда же делась вся твоя решительность? Красный не двигался. — Просто я вдруг понял, что, наверное, не должен был так поступать… Белый с тяжёлым выдохом застегнул ремень. — И под этим человеком я стонал… эх, тяжёлая участь предателя, ты можешь быть сколько угодно утончённее и слабее прочих, но тебя всё равно будут бояться. В этот момент Красный словно очнулся от глубокого ступора, резко перехватив собеседника за руку. — Просто скажи, что это шутка! Красивые глаза Белого почти незаметно сузились, сверкнув маленькими хищными искорками. — Это не шутка, я действительно предатель. Захват Красного стал значительно слабее, но чужую руку он всё-таки не отпустил. — И что теперь… ты убьёшь меня? — Убью теперь? Нет, не думаю. Сейчас у меня… как ты сказал: «Слишком хорошее настроение для убийства». Разумеется, ты умрёшь, но, скорее всего, это произойдет немного позже. А ещё тебя наверняка убьёт Фиолетовый. В нашем тандеме он главный по части убийств. — А если к тому времени я расскажу всем, что он и ты предатели? Белый с усмешкой покачал головой. — А если я расскажу, что это ты? — Да тебе никто не поверит! — Ну, почему же? — Белый высвободил руку, неспешно проводя ею по чужому лицу. — Среди нас двоих ты похож на предателя гораздо больше: ты выше, сильнее, глаза у тебя гораздо подозрительнее, к тому же… — говоривший резко потупил взгляд, продолжая испуганно дрожащим голосом. — Ты под-дкараулил меня в подсобке… над-другался над моим телом, угрожая смертью… ты сделал мне больно… — Да ты сам сказал, что тебе понравилось! — Да, понравилось, но ведь другим я могу сказать что угодно, — интонация Белого стала прежней. — Могу сказать, что это было отвратительно, что я просил, умолял тебя остановиться! Что по моим щекам текли слёзы… Фиолетовый с радостью подтвердит мои слова, но вот… кто подтвердит твои? Красный внутренне содрогнулся. — Но ведь, ты скажешь неправду! И, если прочие всё же поверят тебе, и выбросят меня за борт, вскоре они поймут, что именно я был прав! — Может и поймут, но все их последующие мысли будут уже моей заботой. Мёртвому же тебе станет искренне наплевать на то, кто и что там понял… — Белый неспешно прошёл мимо расстерянного космонавта, утешающе похлопав его по плечу. — Смирись, Красный, делать что-либо бесполезно, все козыри в моём рукаве. Уже совсем скоро Фиолетовый начнёт саботаж, и мы захватим корабль. Кстати, если ты всё же планируешь пожить ещё какое-то время, советую тебе не мешать нам и послушно выполнять всё, что я тебе скажу. — И что я должен делать? Услышав чужой вопрос, Белый удовлетворённо хмыкнул. — А ты смекалистый. Что делать? Приходи ко мне завтра ночью. — Ты хочешь, чтобы я… опять? И куда? Снова в подсобку? — Нет, я буду в другом месте. — И где ты будешь? Белый открыл дверь, на мгновение останавливаясь в проходе. — Захочешь жить, поищешь, а пока… ходи и не забывай оборачиваться. ☆ ☆ ☆ Весь последующий день Красный действительно провёл, как на иголках. Не сделал ничего особо полезного. Даже напротив: уронил несколько баллонов с кислородом, разбил колбу с важным реактивом, и определённо вызвал приступ лёгкого замешательства у тех, кто привык видеть его более собранным. А в один момент он вообще столкнулся с Фиолетовым… без какого-либо предупреждения и времени на моральную подготовку, просто свернул по коридору и вот так — нос к носу. Они были чертовски похожи: одинаковый рост, примерно идентичное крепкое телосложение. Разница между ними была лишь в том, что Красный имел огненно-рыжие волосы и более-менее приятную наружность, а Фиолетовый был брюнетом. Брюнетом с невероятно тяжёлым взглядом. Именно такой взгляд он бросил на Красного в момент их встречи. Хорошо, что рядом были люди… Остатки дня Красный всё время старался проводить в чьём-либо обществе. Он категорически игнорировал мысль о том, что с приходом темноты ему нужно будет идти куда-то одному. А потом он вспоминал Белого… его томный полуприкрытый взгляд и податливость, его мягкость и… и этот парень был предателем. Чёрт, да как так-то? Он же ему действительно нравился! Нравился настолько, что Красный даже не сдержался… не смог устоять и теперь крупно влип. С приходом ночи он всё-таки осмелел, решившись отправиться на поиски Белого. Первым делом Красный на всякий случай проверил подсобку, однако, это оказалось лишним, там действительно было пусто. Потом он проверил комнату с камерами, хранилище, реактор… он бродил так ещё долго, пока в один момент не наткнулся на электрический блок… — Э! А ты чё тут делаешь? Внутри главного центра по выработке энергии корабля оказались двое: далеко не трезвые Синий и Голубой. Не трезвые и… целующиеся? — Я это… Белого ищу, — Красный, хоть это и было далеко не в его характере, сильно растерялся, увидев то, как Голубой по собственнически прижимался к товарищу, оседлав его колени. — А чё, не видно что ли, что тут только два голубых? Вали давай! И вообще, стучаться нужно! — Закрываться, блять, нужно! Потерянный космонавт резко захлопнул дверь с обратной стороны, прижавшись к ней спиной. Мало ему было проблем с Белым, так теперь ещё и эти двое… он искренне надеялся на то, что будучи пьяными, ни Синий, ни Голубой не вспомнят о его вторжении следующим утром… ☆ ☆ ☆ Когда Красный уже практически обошёл все основные точки на карте и даже успел потерять надежду на то, что вообще сможет найти Белого, тот внезапно обнаружился в столовой. — Ну, наконец-то я тебя нашёл… — О, это ты? Ты что-то долго. — Ах, прости великодушно! Просто, знаешь, мне тут пришлось обойти ВЕСЬ ЧЁРТОВ КОРАБЛЬ! — Красный стянул с головы шлем и выдохнул, вспоминая о том, с кем общается и продолжая уже спокойнее. — Почему ты просто не мог сказать мне о том, где тебя искать? Белый пожал плечами. — Так было бы не интересно. Да и, в конце концов, ты мог догадаться. — Да как я мог догадаться, что ты… ты ешь печеньки? — Красный замолчал, недоумённо уставившись на небольшую картонную упаковку в чужих руках. — А что в этом такого? — Ничего, просто… предатель и печеньки? Белый недоумённо вскинул бровь. — Предатель не может иметь любимое лакомство? — Да нет, это… даже мило. Белый фыркнул, отставив коробку с галетами в сторону, и тут же уселся на металлическую столешницу, расположенную позади него. — Иди сюда. Красный молча подошёл к собеседнику практически вплотную. — Ты ведь понимаешь, зачем я позвал тебя? — сидящий цепко перехватил подошедшего за куртку, притянув его ближе. — То, что произошло вчера, было чем-то за гранью реальности, и я очень хочу испытать это вновь. Надеюсь, факт того, что я являюсь предателем никак не отразится на… — Белый помедлил, ощутив внезапное прикосновение знакомых рук на своих плечах. — А ты осмелел… — Просто я теряю самообладание, когда оказываюсь рядом с тобой, — пленительные движения ладоней Красного крепко сжали сидящего перед ним парня в собственных тисках, постепенно стягивая с изящного тела ткань светлой водолазки. — Ну, надо же, какая резкая перемена в поведении… — Тебе ведь понравилось, когда я был именно таким? — рука Красного несильным захватом прошлась по чужой шее, перехватив Белого за подбородок. — К тому же, я не вижу смысла бояться человека, рот которого покрыт крошками от печенья. Белый с вызовом облизнул губы. — Да у тебя явное раздвоение личности. Красный приблизился к говорившему, практически касаясь его поцелуем. — Нет, но когда я смотрю на тебя, мне невольно хочется сделать что-нибудь плохое, — пальцы космонавта окончательно лишили собеседника водолазки, мгновенно перетянув ею чужие кисти. — Оу, любопытно, — обнажённый до пояса Белый с интересом взглянул на собственные руки. — Свяжешь меня и снова будешь изображать предателя? — Нет, сегодня мы останемся теми, кем являемся на самом деле, — Красный решительно опрокинул связанного партнёра на лопатки, медленно разводя его ноги в стороны. — Я — простым космонавтом, а ты — предателем, которого поимеет простой космонавт. Белый возбуждённо содрогнулся от вида сверху. — Мне нравится эта идея… — Смотри не кончи раньше времени! — Не слишком ли ты самонадеян для простого космонавта? — Не слишком ли ты много болтаешь для того, кто собирается подо мной стонать? Белый прогнулся в пояснице, позволяя стянуть с себя ненавистные брюки. Руки Красного были большими и горячими. Их прикосновения хотелось ощущать. Уверенные пальцы спускались по ногам до самых щиколоток, будоражили сознание и вновь поднимались к бёдрам, отдавая по коже ещё большим возбуждением. — Я думал, ты струсишь прийти сюда… — Белый закусил губу, дразнящим движением уклоняясь от очередного касания. Красный не ответил. Рывком подтянул лежащего под ним космонавта ближе, в тот же миг осознанно проникая в него без какой-либо подготовки. Глубоко и вожделенно. Охватывая беспомощно застывшие рецепторы партнёра и воздействуя на них своей внезапной решимостью. Чужое тело не успело забыть его со вчерашней ночи. Оно было всё таким же мягким и содрогающимся. — Я бы ни за что не бросил тебя здесь одного, — короткая усмешка в самое ухо заставила Белого отчаянно сжать чужой корпус коленями. — Кра-асный… ха-а… — Чёрт, Белый, как же ты мне нравишься! — перехватив уперевшиеся в него руки, Красный резко увеличил темп, отодвигая конечности партнёра в сторону. Предательски манящее тело под ним хотелось осязать, затрагивать, задевать… доводить до безумия. — Х-хватит нести чушь… Невыносимые проникновения замедлились. — Это не чушь, я не могу нормально соображать, когда смотрю на тебя. Я забываю обо всём! — Даже о том… мгх-х… что я предатель? Красный практически остановился. — Но ты не похож на предателя! Фиолетовый похож, а ты… ты другой! Податливый, чувствительный. — Просто у меня недотрах… не останавливайся, когда я почти-и… — Да ты ведь совсем не такой, как этот Фиолетовый хмырь! У него же на роже написано «хочу убить тебя и твою семью», а ты… — Ещё раз скажешь что-нибудь о Фиолетовом, и я сломаю тебе нос… Красный пугающе навис над партнёром, резко заводя его связанные руки за голову. — Как же ты сломаешь мне нос, если ты даже пальцем пошевелить не можешь? — толкнувшись в чужое тело ещё раз, говоривший вынужденно замер, ощутив под собой рябь мелких бесконтрольных содроганий. Белый выгнулся назад. Громко вскрикнув, он в тот же миг несдержанно и обильно кончил, сжавшись внутри так сильно, что его партнёр был вынужден кончить следом. Оба растворились в мучительном моменте наступившей истомы. — А я смотрю, ты далеко не фанатик здоровых отношений… — Красный неспешно отпустил чужие руки, наклоняясь ближе к их обладателю. Белый слабо улыбнулся. — Сказал тот… кто изнасиловал меня при первой встрече… Заметив его улыбку, Красный мгновенно подался вперёд, перекрывая чужие слова поцелуем. Расслабленно закрыв глаза, Белый с готовностью ответил на этот внезапный порыв, заключив партнёра в кольцо всё ещё связанных рук. Несмотря ни на что Красному действительно хотелось целовать этого парня. Кем бы он ни был и что бы ни говорил… — Знаешь, я непременно заставлю тебя перейти на мою сторону, Белый. — Ещё чего… лучше завязывай болтать и сам приходи сюда завтра… Они поцеловались вновь. ☆ ☆ ☆ Столовую Белый покидал гораздо позже Красного. По его телу растекалась удовлетворённая слабость, в ногах всё ещё блуждала остаточная дрожь, но сознание, в противовес всему, было расслабленно и спокойно, как никогда прежде. — Где ты был? — А! — космонавт испуганно дёрнулся, резко возвращаясь обратно в реальность и оборачиваясь на голос, окликнувший его сзади. — Фиолетовый? Ты вообще понимаешь, что подкрадываясь ко мне таким образом, имеешь все шансы лишиться напарника? Мрачная фигура, стоящая напротив, невозмутимо продолжала смотреть прямо на него. — Ты не ответил на мой вопрос. — Да в буфете я был! Не спится мне на голодный желудок! — Один? Белый прищурился, возмущённо скрестив руки на груди. — Это допрос? — Нет, это не допрос. — Тогда я могу и не… — говоривший не закончил, только сейчас заметив на чужом скафандре неровные алые пятна. — У тебя кровь? Фиолетовый кивнул. — Да, кое-кто наивно ошивался поблизости, и я… — Кто это был?! — Белый и сам не поверил в то, что задал свой вопрос так громко. — Коричневый. — Хвала космосу… — Что? — слишком бурная реакция с чужой стороны невольно вызвала у Фиолетового чувство подозрения. — Эм… — Белый понял, что ситуация явно вышла из-под контроля. — Хвала космосу, что ты покончил с ним прежде, чем он успел подать сигнал. Тебя же никто не видел? — Нет. Но сегодня днём я столкнулся с Красным. Кажется, он меня подозревает. Услышав знакомое имя, Белый невольно напрягся. — С чего ты это решил? — У него был странный взгляд. — И всё? — Белый негодующе развёл руками. — На тебя бросили странный взгляд, и ты тут же решил, что тебя подозревают? Фиолетовый, в моих глазах ты, конечно, самый лучший, но скажи пожалуйста, как давно тебе доводилось видеть собственное отражение? Может, стоит поменьше смотреть на окружающих так, словно ты их четвертуешь, и люди к тебе потянутся? — Может и стоит, но Красного всё равно нужно убрать. Я сделаю это завтра. — Что? Нет! — голос Белого предательски дрогнул. — Нет? Ситуация становилась хуже некуда. — Эм-м, то есть, не «нет», а «нет, это сделаешь не ты»… я убью его. — Ты? Смешная шутка, — вопреки своим словам Фиолетовый не смеялся. — Я не шучу, позволь мне сделать это! Я и так чувствую себя странно из-за того, что перекладываю на тебя все убийства… Стоящий напротив покачал головой. — Всё в порядке, у нас был уговор: я разбираюсь с экипажем, ты обеспечиваешь мне алиби своей не вызывающей подозрение мордашкой. Меня это вполне устраивает, тебе не обязательно… — Обязательно! — Белый отчаянно сжал руки в кулаки. — Что я вообще за предатель, если даже не могу найти в себе силы убить кого-то?! Пожалуйста, Фиолетовый, дай мне шанс! Ради тебя… я сделаю, что угодно… я справлюсь! Фиолетовый медлил. — Что ж, если ты правда так хочешь сделать это, хорошо. Но, если что-то пойдёт не так… — Всё будет в порядке, правда, я ни за что тебя не подведу! — Белый торопливо подскочил к напарнику, хватая его за руку и утягивая за собой. — А теперь пошли, нужно ещё успеть отдраить твой костюм до наступления утра… ☆ ☆ ☆ — Итак, я с прискорбием спешу сообщить, что сегодня ночью был убит первый член нашего экипажа — Коричневый. У кого-нибудь есть версии того, кто мог это сделать? Ночное убийство перевернуло привычный график с ног на голову. Сон был нарушен. Утреннее собрание было объявлено на целых два часа раньше, и все присутствующие на нём выглядели крайне сонными и измотанными. Все, кроме одного. — Очевидно, это был Красный. Как оказалось, память у Голубого была просто отменная, а характер… характер, ну, точно, как у настоящей крысы. — И с чего ты это взял? — обвиняемый космонавт, возмущённо забросил ногу на ногу, ожидая подробностей. — А вот, знаешь, предчувствие у меня такое! — Предчувствие? Серьёзно? — Красный с размаху зарядил кулаком по столу. — Предчувствовать, блять, нужно момент, когда обосрёшься! А на такие обвинения, нужны доказательства! — Доказательства? — Голубой дёрнулся на стуле. — Да пожалуйста… вчера ночью мы с Синим видели, как ты ошивался по кораблю недалеко от того места, где произошло убийство! Что это, если не доказательство? По комнате поползли неразборчивые перешёптывания. — Не знаю, может, банальное желание скинуть меня, как свидетеля очень любопытного зрелища? Щёки Голубого ярко и постыдно вспыхнули. Перешёптывания повторились, и кто-то даже подал голос: — Что ещё за зрелище? — О-о, я с удовольствием могу рассказать… — Не смей! — Голубой мгновенно вскочил с места, резко вонзая руки в стол перед собой. — Только попробуй, я тебя в трубу пинком вытолкну и без всякого голосования! — Ну, попробуй, только перед этим все обязательно узнают… — Заткнись!!! — Эй, вы двое, чего разорались с утра пораньше? — внезапно раздавшийся голос Чёрного прозвучал на удивление отрезвляюще. — А ЧЁ ОН НАЧИНАЕТ?! — Красный и Голубой гневно зыркнули друг на друга, в тот же миг отворачиваясь в разные стороны. Глядя на эту картину, сидящий во главе стола Чёрный только устало выдохнул, потерев пальцами собственные виски. — У кого-нибудь из вас есть реальные претензии друг к другу? — Да и очень много! — Одна, он импульсивный козёл. — Я… — Кто-нибудь из вас, — Чёрный вновь подал голос, пресекая попытку возобновления конфликта. — Видел другого в момент совершения убийства или хотя бы рядом с телом? Красный фыркнул. Голубой раздражённо скрежетнул зубами. — Нет. — Нет… — Чтож, в таком случае, если у вас двоих нет никаких реальных доказательств, кроме личной неприязни друг к другу, а у остальных вообще нет никаких версий, я выдвигаю предложение пропустить сегодняшнее голосование. — Что? Но… — Красный, тебе есть что добавить? Красный потеряно окинул взглядом собравшихся. Всем присутствующим было откровенно плевать на происходящее. Никто не хотел мыслить, все просто ждали команды для выполнения. Красный мог дать эту команду, даже две. Он не боялся никаких угроз, но… но противоречивая улыбка Белого, так задумчиво смотрящего куда-то в сторону прямо сейчас, всё ещё стояла у него перед глазами, не давая сосредоточиться. — Нет, мне нечего добавить. — Хорошо, тогда голосование отложено. ☆ ☆ ☆ — Ты сегодня какой-то странный. — С чего ты это решил? — Ну, ты прижимаешься ко мне сильнее обычного. Столешница была пройденным этапом. Вновь оставив Белого без одежды, Красный решительно оторвал его от земли, подхватив за бёдра и прислонив лопатками к стене. — Это из-за позы… — космонавт рвано выдохнул, потеряв всякую возможность контролировать ситуацию. — Ты вообще в курсе, что она… ни хрена не удобная? — Белый всхлипнул, напряжённо царапая руками чужую спину. Сегодня ему непременно нужно было убить Красного, и он никак не мог перестать об этом думать. Очевидно, эти мысли были слишком заметными, раз даже его партнёр обратил на них своё внимание. Красного определённо следовало прикончить ещё тогда, когда он только пришёл. Не задумываясь, не поддаваясь… но Белый всё же поддался, тщетно успокаивая себя тем, что это было в самый последний раз. — С тобой определённо что-то случилось. — Да ничего… ах! Не случилось! Просто заканчивай… у…же-е… — Белый судорожно зажал собственный рот рукой, отрешённо упираясь лбом в чужую ключицу. Темнота под его веками вспыхнула ярким светом, импульсивно заставляя космонавта вжаться в стоящее напротив него тело сильнее. Красный был тёплым. К нему действительно хотелось прижиматься даже после завершения, но Белый поспешно отогнал от себя это странное чувство эйфории, полный решимости слезть с чужих рук. — Всё, мы закончили, отпусти меня! — Белый… — Я говорю, хватит меня обнимать и дай мне с… — Не могу! Губы космонавта накрыл внезапный поцелуй, и Белому не осталось ничего другого, кроме как инстинктивно ответить на него, приоткрыв рот. Это тоже происходило в последний раз. В самый-самый последний… Губы отдалились, растянув между партнёрами тонкую нить оборвавшейся слюны. — Ха... посмотри на себя, — глядя в возбуждённо горящие глаза напротив, Белый с трудом выдавил из себя слабую улыбку. — Прошлой ночью умер один из твоих товарищей, а ты так спокойно целуешь того, кто вполне мог оказаться его убийцей. Красный смотрел прямо, практически не моргая. — Потому что я знаю, что это сделал не ты. — Откуда? Откуда ты знаешь? — Белый опустил голову в надежде скрыть нарастающие эмоции. — Откуда знаю? Разве это важно, Белый? Да как ты ещё не понял… даже если бы всё было не так, даже если бы ты действительно оказался убийцей, мне было бы всё равно! Я уже говорил это раньше, но скажу снова: я схожу с ума рядом с тобой… Белый вздрогнул. — Я предатель, Красный. — Мне плевать! Рано или поздно я всё равно заставлю тебя сказать обратное, а пока, если ты действительно хочешь, чтобы я поставил тебя на землю, признай это! Признай, что я не один теряю голову… Белый молчал. Его сердце колотилось, как бешеное. Кажется, он действительно… нет, это было невозможно! Он не должен был проникаться. Ему нельзя было привыкать! Нельзя было подвести Фиолетового... — Не один, — Белый сказал неправду. Так он подумал. Так он хотел думать, позволив Красному пригвоздить себя к стене ещё одним поцелуем. Как же горячо целовался этот идиот… как же грустно было думать о том, что всё это должно было закончиться. — Ну вот, другое дело, — Красный, явно довольный результатом, поставил Белого на пол. Оказавшись внизу, космонавт мгновенно собрал и натянул собственные вещи, проверяя карманы. Он и так потерял слишком много времени. Медлить и дальше было просто недопустимо. В его ладони сверкнуло лезвие. — Эй, Белый, ты что творишь?! — поскольку удар был нанесён крайне слабо и наотмашь Красный довольно легко смог перехватить чужую руку. — Убиваю тебя. — Белый, ты ведь не серьёзно? — В моей руке нож, это по-твоему не достаточно серьёзно? Несмотря на чужие слова, Красный решительно отказывался верить в происходящее. — Если бы ты действительно хотел убить меня, то нанёс бы свой удар гораздо быстрее! Ты, в конце концов, не дал бы мне перехватить свою руку! Белый хмыкнул. — Может, я просто хотел насладиться твоим испуганным лицом и просчитался? Кстати, — говоривший помедлил, чувствуя, что начинает дрожать. — Сейчас у тебя есть отличная возможность забрать мой нож и убить меня самому. Подумай об этом, иначе… — Да не собираюсь я тебя убивать! — Красный резко заломил чужое запястье, выбив из него оружие. Белый поморщился от слабой боли в руке. — Вот-вот, какой из тебя предатель? — Неужели ты правда хочешь сделать это? — Хочу… — Белый, посмотри на меня. — Я должен сделать это! — Да ничего ты не должен! — сказав это, Красный мгновенно дёрнул несостоявшегося убийцу на себя, крепко прижав его к собственной груди. Белый замер. — Пусти… — Не отпущу, пока ты не успокоишься и не поймёшь! Если бы всё было иначе! Если бы мы, я не знаю… были персонажами какой-нибудь бредовой игры про предателей, где есть определённые правила, которые нельзя нарушать, я бы тебе и слова не сказал, но это жизнь, Белый! Здесь можно нарушать правила, можно ошибаться и меняться, как ты только захочешь, пойми же ты наконец! Белый молчал. Он чувствовал, что запутался и, что ему срочно нужен был тот, кто вывел бы его из этой опасной зоны апории. Ему нужен был… — И что ты предлагаешь? — То, что уже предлагал тебе раньше — переходи на мою сторону! Будь со мной! — С чего это мне быть с тобой? — Да с того, что ты мне нравишься! С того, что я пойду на что угодно ради тебя! С того, что я, в конце концов, тоже нравлюсь тебе… — Ты? Красный усилил объятие. — Не отрицай этого, ты бы не стал звать меня сюда каждую ночь, если бы это было не так! Щёки Белого еле заметно покраснели. — То, что мне нравится с тобой спать вовсе не означает, что мне нравишься ты. — Ой-ой, а кто же тебе тогда нравится… твой ублюдочный Фиолетовый дружок? Прежняя атмосфера романтики была безжалостно нарушена одним точным ударом чужого колена в пах говорившего. — Я ведь предупреждал тебя не говорить что-либо о Фиолетовом. — Ты сказал… что сломаешь мне нос… — Извини, руки были заняты. — Подожди, Белый… — Пошёл ты! ☆ ☆ ☆ Белый стремительно вышел из столовой, удаляясь от неё частыми широкими шагами. Коридор давил на него стенами. В его голове была каша. Он уже ничего не понимал… — Снова из буфета? — Мать твою, Фиолетовый! — идущий дёрнулся, резко вытянувшись в струну. — Перестань уже так делать! Да, я был в буфете… — И снова один? — Нет, не один, — Белый потупил взгляд. — Я был там с Красным. — С Красным? Он мёртв? — Нет. Фиолетовый нахмурился. — Почему ты не убил его? Белый, ты обещал мне, что справишься. — Да, но кое-что пошло не по плану… — Кое-что? — говоривший наседал на собеседника всё сильнее. — Он узнал о том, что ты предатель? — Нет-нет! То есть, да… то есть, всё нормально, просто… просто это сложно, понимаешь? Я не знаю… я вообще не уверен в том, что его нужно убивать! — Белый отчаянно схватился руками за голову. Глядя на него, Фиолетовый немного смягчился. — Не уверен, что стоит убивать? Почему? — Как бы сказать… — Белый мялся, подбирая слова, — в общем, так получилось, что пару дней назад Красный… в общем мы переспали… — Вы что? — голос Фиолетового стал ниже. — Он что-то с тобой сделал? — Нет! Да… но я был не против! — А-а, ну, теперь я, кажется, начинаю понимать, что здесь происходит. Значит, сегодня вы тоже сделали это? Белый зажмурился, выдыхая правду: — И вчера! — Так он тебе нравится? Ты поэтому не хочешь его убивать? Космонавт возмущённо встрепенулся. — Да не нравится он мне! Как же вы... это всего-лишь банальная физиологическая потребность! Неужели у тебя такого не бывает? — Не бывает. — Ах, ну, конечно! Кого я спрашиваю? Господин «хочу убивать и корабль». Ты ведь не думаешь ни о чём, кроме выполнения своего дурацкого плана! Да тебе… — Белый замолчал, осознав то, что его собеседник вдруг подошёл к нему невероятно близко. — Я думаю не только о плане. — О, правда? — космонавт раздражённо ткнул пальцем в чужую грудь. — И о чём же ещё ты думаешь? Что удостоилось чести получить заветное местечко в этом холодном сердце? — Ты. Белый вздрогнул, широко распахнув глаза. — Я? — Ты, Белый, я думаю о тебе, — Фиолетовый вытянул к собеседнику руку, перехватив его лицо. — Думаю о том, что буду очень зол, если кто-то отнимет тебя у меня. Щёки Белого стремительно налились кровью. — Фиолетовый… Вторая рука предателя в тот же миг притянула изумлённого космонавта за талию. — Значит, говоришь, дело вовсе не в Красном? Тебе просто нужен человек, который будет с тобой спать? — Фиолетовый крепко держал напарника за подбородок, не позволяя ему отвести взгляд. — И если кто-то другой согласится стать твоим любовником вместо него, ты, в свою очередь, согласишься с тем, что Красного нужно убрать, так? Космонавт практически не дышал. — Так… Чужие пальцы мгновенно отпустили его лицо, спустившись ниже. — Хорошо, тогда с этого момента я буду твоим любовником. — Ты? — Белый всхлипнул, ощутив то, как руки Фиолетового по-хозяйски сжали его бёдра через плотную ткань штанов. — Если это всего-лишь потребность и тебе не важно с кем, почему бы не отдать предпочтение тому, кто хотя бы дорожит твоим существованием? Тому, кто действительно хочет защитить тебя, и не вышвырнет из корабля в открытый космос при первом удобном случае? Касания напарника были требовательными и уверенными. Слова Фиолетового пронзали сознание до дрожи. Чёрт подери, как же давно Белый мечтал услышать от него нечто подобное… он не мог поверить… — П-погоди! — космонавт резко сжал чужие плечи. — Что-то не так? — Всё так! — он поспешно обхватил лицо напарника ладонями, испугавшись того, что Фиолетовый может неправильно растолковать его реакцию. — Я тоже очень-очень дорожу тобой! Господи, Фиолетовый… — в глазах Белого блеснули слёзы. — Я ведь так давно люблю тебя… я ведь думал, тебе всё равно! — говоривший мгновенно притянул напарника ближе, невинно касаясь поцелуем его холодных губ. — Прошу, просто дай мне прийти в себя… — Я понял, — Фиолетовый мгновенно убрал руки, позволяя космонавту вытереть глаза. — Дай мне знать, когда будешь готов. — Есть, сэр, — Белый поспешно закивал, шуточно отсалютовав стоящему перед ним напарнику, однако, тот даже не подумал улыбнуться ему в ответ. Фиолетовый выглядел как никогда серьёзно. — Помни, Белый, мы — предатели. Нас всего двое, и поэтому мы должны держаться вместе. Ты и я. У нас нет другого выбора. Мы не можем надеяться на кого-либо, кроме друг друга. Люди вокруг могут казаться тебе безобидными, но ты должен понимать, что они убьют тебя при первой же возможности, если узнают о том, кто ты на самом деле. Белый кивнул, сделав это менее уверенно. В его голове почему-то звучали слова Красного. — Я понимаю. Скажи, Фиолетовый… насчёт того, что ты согласен быть моим любовником… неужели я правда тебе нравлюсь? Просто ты… мне всегда казалось, что мои чувства к тебе не взаимны… Услышав чужие слова предатель мгновенно перехватил напарника за руку, молча поднося его пальцы к своим губам. — Для меня не существует никого дороже, чем ты, Белый. Я готов пойти на что угодно, лишь бы ты остался рядом со мной. Не готовое сознание космонавта забилось в тревоге, совершенно не зная, как реагировать. — Звучит, как настоящее признание, — говоривший хихикнул, смущённо заключив Фиолетового в объятие. — Так непривычно слышать от тебя нечто подобное, — Белый умильно потёрся щекой о чужое плечо. Фиолетовый обнял его в ответ, обдавая чужую спину внезапным потоком холода. — Это не признание, Белый. Это истина. Истина, которую ты должен уяснить: мы с тобой — единое целое, которое ни за что нельзя разделять, а все остальные — наши враги, и они непременно должны быть уничтожены… ☆ ☆ ☆ — Эй, Белый, надо поговорить! — Нам не о чем с тобой разговаривать. — Белый… — Не ходи за мной! Вопреки чужим словам Красный продолжал следовать за идущим по коридору космонавтом, настигая его с каждым шагом. — Мы не закончили наш разговор. — Закончили! Я всё тебе сказал! Даже могу повторить последнюю фразу, чтобы освежить твою память — пошёл ты! — Белый, — говоривший резко вжал опешившего собеседника в стену, перехватив его за руки и развернув лицом к себе. Красный выглядел крайне неважно. Уставший вид, тёмные завалы под глазами, свидетельствующие о бессонно проведённой ночи и совершенно отсутствующее выражение на лице. На секунду Белому даже показалось, что ему жаль видеть Красного таким… но лишь на секунду. — Чего ты привязался?! В ответ на этот вопрос Красный только подался вперёд, вынуждая Белого растерянно отвернуть голову. — Потому что я хочу быть привязанным к тебе, Белый… — А мне плевать на то, что ты хочешь! Собирался что-то сказать? Говори быстрее и катись к чёрту! Вместо слов Красный припал к открытой шее собеседника губами, затягивая нежную кожу в собственный рот и оставляя на ней небольшую отметину. — Прекрати! — космонавт беспомощно дёрнулся, не имея возможности отстраниться. — Не целуй меня, хватит! Но Красный не останавливался. Его губы упорно продолжали двигаться по чужой шее, оставляя на ней всё новые и новые метки. — Я буду делать это, Белый, слышишь? Потому что я опьянён тобой. И потому что знаю, что ты испытываешь то же самое… — С чего ты решил, что я испытываю то же самое? — С того, что ты сам сказал мне об этом вчера ночью. — Я соврал! Соврал, чтобы ты отпустил меня! То, что происходило между нами, совершенно ничего для меня не значило, понял? Мы просто спали и ничего больше! Я люблю Фиолетового… я всегда любил его, и сейчас, когда он, наконец, ответил мне взаимностью, я не позволю… тебе… — невыносимо горячие ладони плавили тело космонавта под одеждой, вынуждая его содрогаться. Белый так и не понял в какой момент Красный перестал удерживать его за руки. Как не понял и того, в какой момент сам обвил чужие плечи, отрешённо прижавшись к их обладателю. — А ты уверен, что до сих пор любишь именно Фиолетового? Уверен, что будешь так же реагировать на его прикосновения… что будешь чувствовать рядом с ним то же, что чувствуешь рядом со мной? — Красный медленно развернул лицо партнёра к себе, наклоняясь к нему всё ближе. — Сдавайся, Белый, ты ведь знаешь, что он никогда не заставит тебя испытать подобное… ☆ ☆ ☆ Белый резко распахнул глаза. Его сердце билось как ненормальное, дыхание было частым и сбитым. Сон. Это был всего-лишь сон. Точнее, самый настоящий кошмар. Обычно Белый любил спать. Цветные картинки, выдаваемые мозгом во время отключки организма, расслабляли и успокаивали его, но на этот раз об успокоении не могло быть и речи. Космонавта трясло, словно в припадке. И, что самое ужасное, его трясло вовсе не от страха. Белый был возбуждён. Осознав это, он украдкой взглянул на соседнюю кровать, убеждаясь в том, что Фиолетовый не спал. Белый вообще не помнил, чтобы ему доводилось видеть напарника спящим. Он засыпал, когда Фиолетовый вёл какие-то записи и просыпался, заставая его за тем же занятием. Небольшой источник света позволял его напарнику не терять времени даже ночью. — Фиолетовый, — Белый встал со своего места, нерешительно подходя к чужой кровати. — Могу я тебя кое о чём попросить? Напарник молча окинул замеревшего возле него космонавта взглядом, мысленно прикидывая характер возможной просьбы. — Ну, попроси. Получив добро, Белый в тот же миг опустился на чужой матрас, придвигаясь ближе к партнёру. — Ты можешь меня потрогать? Фиолетовый кивнул, отложив читаемые записи в сторону. Сделав это, он всё также молча подмял сидящего рядом космонавта под себя, нависнув над ним сверху. Его решимость была похожа на решимость Красного. — Как именно тебя трогать? Белый закрыл глаза, пытаясь выбросить из головы ненужные мысли. — Так, чтобы я сошёл с ума… Ладонь напарника мгновенно опустилась на грудь космонавта, проходясь по ней подавляющим волю нажимом. Не в силах и дальше контролировать собственное возбуждение, Белый с готовностью выгнулся навстречу этому прикосновению. Ладонь Фиолетового была такая же большая и сильная, какой была ладонь Красного… Космонавт вновь встряхнул головой. Ненужные мысли никак не хотели оставлять его даже сейчас. Даже в такой момент… «Уверен, что будешь реагировать так же…» Почему это так настойчиво лезло на ум именно сейчас? Конечно… конечно он был уверен! Зачем он вообще сравнивал? Кто такой был этот Красный рядом с Фиолетовым… Желанные руки прошлись по его корпусу, пробираясь пальцами под одежду. Настойчиво, подчиняюще… всё было именно так, как этого хотел Белый, всё… «Уверен, что будешь чувствовать рядом с ним то же, что чувствуешь рядом со мной…» Всё было по-другому. Космонавт понял это не сразу, всё же одежда слегка приглушала ощущения, но прикосновения Фиолетового действительно были другими. Они были невероятно холодными. «Он никогда не заставит тебя испытать подобное…» Белый отчаянно застонал, прикрыв лицо руками. Почему эти фразы постоянно всплывали в его памяти? — Фиолетовый… Всё верно, губы напарника тоже отдавали невыносимым холодом. Где бы они ни касались, где бы ни оставляли свой след… — Что заставило тебя прийти ко мне, Белый? — властный шёпот, склонившийся над ухом, резко выбил космонавта из размышлений, заставляя его сжаться. — Стой-стой, Фиолетовый… холодно… больно! — Белый жалобно вскрикнул, ощутив то, как чужие зубы безжалостно оттянули кожу на его шее, словно намереваясь оторвать от неё кусок. — Пожалуйста, прекрати… ты… пугаешь меня! — Я спрашиваю, о чём ты думал до того, как сделал это? Всё было совсем не так, как он представлял. Грубые рывки на бёдрах, варварски раздирающие тело пальцы… — Прошу, остановись! Фиолетовый, я… — космонавт почувствовал, что ему стало страшно. Он испуганно затрясся, уперевшись руками в чужую грудь, словно желая оттолкнуть её обладателя от себя. — Я ни о чём не думал! Фиолетовый усмехнулся. Это был первый раз, когда Белый слышал смех в голосе напарника. — А, может, ты думал о Красном? Чужая усмешка была жуткой. Белый вдруг осознал, что по настоящему любящий человек ни за что не стал бы так улыбаться. — Ты сказал, что я тебе дорог… Белый дрожал от понимания того, каким пугающим был Фиолетовый на самом деле. Каким его видели окружающие, без ореола обожания. Ледяные руки всё сильнее раздирали его на части. Космонавт практически смирился с тем, что они уничтожат его прямо сейчас, но… Но именно в этот момент всё резко закончилось. Чужие руки дрогнули, деспотичные прикосновения мгновенно ослабли. Пошатнувшееся тело Фиолетового грудой навалилось на Белого и тут же было отброшено в сторону какой-то неведомой силой из вне. Белый так и не понял почему это произошло. Он не открывал глаза. Боялся. Ему казалось, что он вот-вот заплачет. Вокруг было холодно. До смерти холодно. — Белый… — раздавшийся голос сверху и до трепета знакомые объятия, в которых оказался космонавт, слишком резко заполнили жаром всё его тело. Ощутив это, Белый лишь плотнее закрыл свои веки. Он не хотел их открывать… мысль о том, что происходящее могло оказаться неправдой, приводила его в ужас. — Белый, посмотри на меня. Космонавт всё же открыл глаза. Перед ним был Красный. Взволнованный, настоящий, тёплый. — Красный, почему ты… — Мы не договорили. — Но как ты нашёл меня? Шею опалил тихий смешок. — Мне всего-то пришлось обойти весь чёртов корабль ещё раз. Белый тоже непроизвольно улыбнулся. Но лишь на мгновение, потому что в эту самую секунду он вдруг заметил на куртке Красного кровь. — Где Фиолетовый? Красный не ответил. На входе в комнату послышалось копошение. Кто-то снаружи решительно открыл дверь и тут же замер на пороге. — Что... Фиолетовый? Фиолетовый мёртв! Это Красный... Красный убил его! Красный пре… — в голову ринувшегося прочь Зелёного тот час вонзилось брошенное лезвие. Стремительно и точно. Увиденное зрелище окончательно потрясло разум Белого, переворачивая его мир с ног на голову. Всё было неправильно. Всё не могло быть правильно, потому что… Потому что лезвие метнул Красный. — Красный, зачем ты… зачем? — по щекам Белого прокатились слёзы. Заметив это, Красный только сильнее прижал подрагивающего космонавта к себе, целуя его в уголки глаз и продолжая согревать безудержным теплом. — Я не мог поступить иначе. Зелёный был хорошим парнем, но он бы однозначно рассказал всё другим. — Но ты ведь убил его… ты убил своего, Красный! — говоривший порывисто стиснул пальцами чужую куртку. — Верно, — Красный невесело улыбнулся, искоса взглянув на распластавшееся по земле тело. — И Фиолетового. И убил бы ещё многих, если бы они помешали мне остаться с тобой. Белый безнадёжно утопал в пламени чужих рук, не имея сил вырваться из их объятий. — Красный, но ты ведь не предатель… — космонавт всхлипнул, и тогда обладатель этих самых рук медленно приблизился к его губам. — Это неважно, Белый. Я предам кого угодно ради тебя.