Ценой в жизнь

Этот день был особенным. Раньше. Девятнадцатое сентября это не просто обычная дата. Это дата рождение безымянной девушки, которая сейчас носит имя Гермионы Грейнджер. С самого утра у девушки было паршивое настроение. Она вышла в сад около школы, больше не в силах находиться внутри. Стены буквально давили на неё. Найти поляну, на которой не было никого, было трудно. Девушка снова и снова смотрела на часы на своей руке, когда зашла в большие кусты, за которыми можно было спрятаться, а большое дерево давало отличную тень, чтобы спрятаться от жгучего солнца. Она не поднимала головы вверх, как это бывало раньше. Сейчас могло показаться будто Гермиона Грейнджер перестала любоваться всем подряд мелочам. Часы. Они не были так просты. Наложенное заклятие сделало их у свою очередь "живыми". Большое количество времени они молчали, и начинали говорить лишь в дни рождения Виктим, напоминая об этих радостных цифрах. Почему девушка его сохранила, когда убежала, и казалось, оставила свою старую жизнь в прошлом? По началу она даже не думала о них, позабыв, а дальше они служили ей напоминанием о том месте, где ей врали и сделали очень больно. Будто подтверждаю и так верные мысли Гермионы, часы проговорили: — Номер 532, у тебя сегодня день рождение. Мои поздравления, ты готова совершить свою миссию. Девушка долго смотрела на вещь в своей ладони. Номер 532. Давно её так не называли. Её самые страшные мысли сбывались. Она готова выполнить свою миссию. Готова? Нет, она так совсем не думает. — Нет! Прокричав, сказала девушка, швыряя часы на землю. Она не позволит этому произойти, они никогда не получат её душу. Грейнджер резко стала топтать то место, где упали часы. Ей казалось будто от ей станет легче, когда часы будут уничтожены. Но облегчения не следовало. Кипящая внутри обида заставляла её чувствовать себя ненужной, той, от которой даже родители отвернулись. Единственное, что от неё хотели, это использовать её для удовольствия своих целей. — Воу, полегче, ты сейчас дыру в земле сделаешь. — холодный, но насмешливый голос блондина звучал где-то с высоты. Гермиона остановилась и задрала голову вверх, замечая Малфоя на дереве. Он все это время наблюдал за ней. «Везет же мне постоянно сталкиваться со этим слизеринцем. И откуда он только берётся?» — яростно подумала девушка. Грейнджер не виделась с ним с тех пор, как случилась перепалка между ним и Гарри в большом зале. И за это время парень совсем не изменился. Насмешка вперемешку с грубостью, серые прекрасные глаза.. Он был идеальным, когда молчал и не выпускал свои колкости. В последнее время Гермиона запуталась и перестала что либо понимать. Чего ей хотелось? Сейчас это было не так важно, как важно то, что сегодня она стала совершеннолетней. Это была катастрофа. — Тебя только не хватало! — сказала девушка, вздыхая. Нет, он не вызывал у неё злости или отвращения, но его поведение к Гарри совсем отличались от того, что несколько раз доводилось видеть Грейнджер. Он делал больно и ей, пытаясь зацепить. Но она не чувствовала к нему неприязни, просто не хотела чтобы кто-то видел её в таком состояние. Как там не крути, Малфой был единственным, кто знал откуда она. Возможно поэтому ей хотелось вывалить на него все события, которые навалились на неё и тяжесть которых до сих пор таскает на себе. — Как грубо. — хмыкнул парень, он смотрел на неё и не долго думая, спрыгнул с дерева вниз, приземляясь на ноги. Это выглядело эпически. Гермиона, пытаясь не пялиться на блондина, думала о том, что хочется залезть на дерево. Каково это, находиться там, вверху? Вздохнув, Грейнджер подошла к дереву и села прямо на землю, опираясь спиной на твёрдый ствол. Она прижал ноги к себе, обхватив их руками о направила задуманный взгляд на часы. Точнее то, что от них осталось. Драко долго смотрел как девушка смотрит в одну сторону, а Грейнджер ждала пока он уйдёт. Ей казалось, что он уйдёт. Но она не хотела чтобы он уходил, и поэтому не понимала себя. Какая частичка её души тянулась к парню? Зачем? Малфой без слов сел возле Гермионы. Она не повернула голову в его сторону, когда он это сделал, но её сердце забилось как бешеное. Её дыхание было ровным, но поза, в которой она находилась, выдавала её напряжение. — Как же твоя репутация? Вдруг кто увидит что ты сидишь возле гриффиндорки. — язвительно спросила Грейнджер, медленно переводя взгляд на Малфоя. Драко пропустил её сарказм мимо ушей. Его репутация имела большое значение, поскольку все потомки Малфоев активно выступали против магглов. О Грейнджер ничего известно не было. Она грязнокровка или чистокровная? Раньше он думал о происхождении людей при первой встречи, а с Гермионой задумался впервые об этом. После её слов. — Прими мои поздравления. — коротко сказал Малфой, его взгляд был направлен на девушку. Их взгляды пересеклись. Гриффиндорка смотрела на него так, будто он сказал какую-то ерунду. — Почему из твоих уст это звучит как издевка? — её голос был тихим, её удивил тон Драко. Сейчас он говорил с ней не тем грубым холодным тоном, как это делал до сегодняшнего дня. Может быть, он жалеет её? Малфой возмущенно хмыкнул, сказав: — Что плохого в том что я поздравил тебя с днем рождения? Грейнджер промолчала, она положила голову на колени. Он прав. Почему она приняла в штыки его поздравления? — Раньше я любила этот день. — вдруг сказала Гермиона, поворачиваясь к Драко. Ей срочно захотелось высказаться. — Тогда мне разрешали побыть на природе, погулять, поглядеть на яркое солнце в небе или серые тучи, которые предупреждали о надвижении дождя.. — она улыбнулась, вспоминая те прекрасные минуты и как она яростно ждала наступления своего дня рождения, чтобы вновь это почувствовать. — Но я никогда не видела дождь собственными глазами, потому что почти восемнадцать лет мне разрешалось выходить один раз в год. И даже сейчас я до сих пор не видела дождя! — она говорила об этом с явным удивлением. — Каждый чертовый год тянулся медленно и мне хотелось, чтобы моё восемнадцатилетие скорее наступило и моё пустое существование прекратилось, мне хотелось совершить то, что оставило бы от меня хоть какую-то пользу. Но сейчас, когда мне исполнилось восемнадцать, я этого не хочу. Раньше хотела, потому что раньше я была другой. Сейчас это плохо. Очень плохо. Глаза девушки наполнились слезами, она быстро потеряла их, дабы не разреветься. Малфой не мог найти слов. Раньше ему не доводилось слушать нытье кого-то. Замечая это, Гермиона опустила глаза. — Конечно же, ты не понимаешь. — следующие слова дались этий болезненно: — Моё преднозначение вступает в силу с моим совершеннолетием. Госпожа единожды упоминала, что моя душа уже продана. Это значило, что она заключила договор с какой-то семьей на годы вперёд.. Обычно эти семьи обеспеченные люди,при деньгах. А это, в свой черёд значит что они будут искать меня лучше. Если до этого времени они не подключали связи на максимум, то сейчас именно этим и занимаются. И мне не по себе от этого. Что, если здесь я не в безопасности? Что, если.. — Ты накручиваешь себя. — прерывая её речь, мягко сказал парень. Он дотронулся до её руки, что было совсем неожиданно как для Гермионы, так и для него самого. — Здесь ты в полной безопасности, Грейнджер. Девушка уставилась на парня своими красными глазами, забывая обо всем, что её тревожит. Его рука была холодной, как в ту ночь. И он так близко возле неё, смотрит на неё совсем иным взглядом. Что менялось? Может так выглядит жалость? Это поддержка? Её сердце быстро стучало. Оно всегда так реагировало, когда рядом был Малфой. С поляны неподалёку послышался крик, а через несколько секунд в небо кто-то взлетел и быстро удалился вдаль, громко крича при этом. Это отвлекло обоих. Драко неловко убрал свою руку. — Что там происходит? — с интересом спросила девушка, быстро поднимаясь и заглядывая из-за кустов на поляну. Голос слизеринца прозвучал где-то над ухом девушки, от чего она вздрогнула(Малфою нравилось, когда Гермиона так реагировал на него): — Первокурсников учат летать на метлах. У глазах Грейнджер это выглядело волшебно. Маленькие дети с большими метлами в руках с таким же с удивлением смотрели в небо, где их однокурсник уже оседлал метлу. В один момент парень пролетел над головами Малфоя и Грейнджер и девушка не смогла сдержать захватующего смеха. Она выглядела счастливой. Да, Гермиона ранее видела игру в квиддич, но парни не летали настолько близко к ней. Это завораживало даже самые тёмные уголки её души. — Круто! — не отрывая глаз от паренька, который был уже на земле, сказала девушка. — Я видела игру в квиддич, мне понравилось. Я никогда даже на метле не сидела. — Гермиона перевела взгляд на Драко. — Расскажи как это, летать? Малфой все это время наблюдал за Грейнджер. Она была потрясающей, когда смеялась и радовалась простым мелочам. Иногда она напоминала ему ребёнка, который радуется всему что видит впервые. Это не было плохо, это делало девушку необычной, непохожей на других. Ранее он никого подобного не встречал. Всего минуту назад она чуть ли не плакала, а сейчас вовсю радовалась жизни. Он не мог отвести от неё взгляда. Этот захват в её глазах, искренний, наивный. Эта девушка очень чиста душой.. Он не услышал её вопроса, в тот миг время будто остановилось. Ему хотелось почувствовать на вкус её чувство, приложив свои губы на её. — Драко Малфой! — с большим усилием парень отвёл взгляд от Грейнджер и посмотрел в сторону подбежавшей к ним мадам Трюк. — Мне нужно бежать, а некого оставить с ребятней. Насколько мне известно, ты лучший ловец в Слизерине, значит и на метле держаться умеешь. А ещё мне известно, что сейчас у тебя нет уроков. Слова профессора отрезвили блондина. Что за чушь? Он? Учить кого-то летать? — Мне кажется это подстава, мадам Трюк. Вы слишком хорошо подготовились. — предположил слизеринец, замечая хитрую улыбку профессора. — Удачи, Малфой. — с улыбкой на лице сказала профессор, уходя и крича на последок: — Научи их летать! — Мадам Трюк! — с некой надеждой в голосе прокричал ей вслед парень, но та лишь помашила ему рукой, прежде чем скрыть внутри здания. С раздражением он повернулся и встретился с любопытными взглядами первокурсников. Это была группа Слизерина, поэтому не странно, что профессор заставила его этим заниматься. Странность была в том, что ранее Слизерин всегда мешали с Гриффиндором, сейчас же на уроке была лишь одна группа. — Дерьмо. — не удержался от выражения блондин. Делать было нечего, поэтому слизеринец свистнул и сразу же в небе появилась метла, которая стремительно полетела в руки Драко. Гермиона с восхищением смотрела на эту картину. Дети тоже были заворожены. Но поворачиваясь, чтобы идти и провести сраный урок ребятне, Малфой замер, замечая Гермиону. Он думал, она ушла. На мгновение он забыл о своей злости. То, что Гермиона восхищалась ним, заставило почувствовать его гордость внутри. Это сделал он. Он заставил её это чувствовать, не кто-то иной. — Я останусь посмотреть, если.. Ты не возражаешь. — с милой улыбкой сказала девушка, будто спрашивая разрешения. Хотя подождите, она спрашивала разрешения. Малфой почувствовал злость на себя. Почему он думает о Грейнджер, о её чувствах и нескольких минут назад он готов был поцеловать её. Вот так, при всех. Он подумал о своей чёртовой репутации, которую ему нельзя было позорить, и о том, что в далике стоят ребята с его факультета, которые не умеют пока что держать рот на замке. — Мне все равно, Грейнджер. — его голос вновь был холоден и безразличен. Он сразу же прошёл мимо девушки. Ему было все равно уйдёт ли она, или останется, обидеться она или нет. Его главной задачей сейчас было продержаться с детьми до конца занятия. После безразличия Малфоя, которое он проявил, улыбка Гермионы поползла вниз. Она вовремя взяла себя в руки, чтобы вновь не расплакаться. От того парня с дерева, который поддерживал её совсем недавно, не осталось и следа. Он снова надел маску привередливого мажора. Да да, именно маску. Когда Малфой проходил мимо детей, они расходились в стороны, пропуская его вперёд. Он стал с противоположной стороны от Гермионы, и хмурым взглядом прошёлся по каждому с детей. Под его взглядом, они ровнялись и строились в ряд. Грейнджер молча наблюдала за этим, не понимая как один человек может без слов заставить кого-то что-то делать. Хотя да, иногда Гермиона забывала то место, где она раньше находилась.. — Смотрите и слушайте внимательно, объясняю один раз и больше не стану! — холодным тоном сказал парень, даже не давая намёка на шутку. — Чтобы поднять метлу нужно сказать «Вверх!». Вы должны сказать это смело и уверенно, иначе ничего не получится. А чтобы взлететь, достаточно просто оттолкнуться ногами от земли, сидя на метле. Первокурсники с одобрением смотрели в его сторону. Слушали бы они кого-то так же, если бы это был парень с Гриффиндора, например? Грейнджер подумала что нет, и улыбнулась своей мысли. Ненависть. Такое дурное чувство. — Чего стоим, глаза выпучили? Я неясно выразился? — Драко повысил голос, не пытаясь быть приветливым. После его слов все начали произносить заклинание "Вверх". У кого-то получалось с первого раза, у кого-то с второй или третьей попытки. Когда все смогли поднять метлы, Малфой сел на свою и продолжил: — Управлять метлой сложно, поэтому будьте внимательны. Ваши метлы заколдованы и менее податливы, но это не сможет уберечь вас от падения. И он взлетел в небо, не желая отвечать на вопросы детей. Он был не в восторге от того, что его заставили этим заниматься, поэтому он не собирался быть добреньким дядечкой для детей. Гермиона наблюдала за Драко с земли, не в силах отвести взгляд. Ей так хотелось тоже оказаться там, в небе. Люди там выглядят так свободно! Заглядевшись, девушка не сразу почувствовала, как кто-то дёргает её за подол платья. Грейнджер опустила взгляд, встречаясь с маленьким мальчиком. — Привет.. — проветливо сказала Гермиона, не понимая почему находясь вместе с детьми, ей хотелось быть более мягче и нежнее, что-ли. — Покажи ты, как летаешь. — снова дергнув за юбку платья, попросил мальчишка. Грейнджер заметила, что все взгляды детей были прикованы не к Малфою, который умело и завораживающе парил в небе на метле, а к ней. Гермиона неловко забрала руки мальчика от своего платья. — У меня нет с собой метлы. — ей приходилось находить отговорки, ведь как объяснить детям, что её не учили летать? Казалось бы, что в этом плохо? Но здесь, в этих стенах, неумение чего-то высмеивалось. — Возьми мою. — мальчик впихнул свою метлу в руки девушки, Гермиона неуверенно взяла её, не зная что делать. В этот момент, заметив суету на земле, Малфой медленно спустился. Он с хмурым видом наблюдал за Грейнджер. — Или ты не можешь? — Гермиона промолчала, пересекаясь взглядом с Драко. — Неумеха, неумеха! Слова мальчика обидели Грейнджер. Она поняла, что вражда между Слизерином и Гриффиндором происходит не только на уровне выпускников. Ребята начали травить её из-за того, что она из Гриффиндора. С другой стороны, насмешка ребёнка над ней дала ей запал доказать что он не прав. Что они все не правы. Откуда-то взялась уверенность, что у неё все получится. Не говоря ни слова, Гермиона медленно села на метлу. Малфой, который все это время наблюдал за ситуацией, попытался её остановить, сказав: — Ты даже на метле ни разу не сидела, это неразумно, Грейнджер. Ты разобьешься, это не шутки. — С каких пор тебе не все равно? — спросила Гермиона и с улыбкой на лице, оттолкнулась ногами от земли. Блондин не смог сдержать улыбки. Она дерзила ему, но её поступки заставляли его испытывать гордость за неё. Когда она взлетела, несмотря на его предупреждения, в его голове проскользнула мысль: «Моя девочка». Метла резко взлетела к вверху, заставляя Грейнджер крепче уцепиться за метлу. Она вскрикнула, не ожидая этого. Ей казалось, что это просто, но контролировать бешеную метлу было почти невозможно. По началу она неслась вперёд, затем стала с бешеной скоростью спускаться вниз, потом снова взлетела к верху. Её кидали в разные стороны, ветер дул в лицо девушки не разрешая ей рассмотреть все вокруг. Но вдруг девушка смогла выровнять свой полёт. Она сама не могла понять как сделала это. Сейчас она смогла вдохнуть полной грудью, чувство будто её вот вот вырвет сняло как рукой и девушка посмотрела вниз. Люди казались маленькими точками. Это вызывало мандраж в Гермиона. И выкид адреналина. Она когда-то такое уже испытывала. Чувствовала адреналин, когда убежала. Она снова чувствовала себя свободной. Ей казалось, что здесь, высоко в небе, её никто не сможет поймать. В принципе, ей нравились все новые эмоции, которые она узнавала. Мир чудесен, в нем полно всего что нужно для самовыражения. Тяжело было воспринять тот факт, что люди, которые воспитывали её, врали ей.. Врали всем. Гермиона не жалела, что убежала, теперь нет. Радостный крик вырвался с её груди. Она живёт как полноценный человек! Девушка чувствовала себя уверено, но она ошибалась. Стоило ей сделать резкое движение и метла дременула вниз. Из-за того, что Гермиона держалась не очень крепко, девушка свалилась за землю, когда оставалось не такое большое расстояние. З выдохом Грейнджер издала болезненный звук. Она здорово ударилась головой, спиной и не только. Дети испуганно закричали, отбегая от Гермионы. Но это было меньшей из проблем, ведь метла без всадника влетела прямо в одно из окон и разбила его. Малфой украдкой улыбнулся, услышав лишь короткие слабые крики Гермионы. «Юххуу». Казалось её голос добивался эхом в её сознании. Этот голос был наивным, и в то же время вызывал эмоции предвкушения, страха, адреналина, восхищения, радости, в конце концов. Но затем метла стремительно стала падать. Драко стал кричать, чтобы Гермиона не паниковала и снова выровняла метлу, как сделала это ранее. Но, девушка, казалось, не слышала его. Не раздумывая, Малфой побежав в её направлении, когда она рухнула на землю. Упав перед ней на колени, слизеринец обратил внимание на грохот неподалёку. Метла влитела в одно из окон. «Отлично, чёрт!» — сгоряча подумал блондин, не зная на что сильнее злиться и за что сильнее переживает. За Гермиону, или за то, что она ослушалась его и наделала делов. — Грейнджер, ты убиться решила? — выругался Малфой, его голос был грубым, но в нем чувствовалась забота. — Идиотка. Гермиона разсмеялась, не обращая внимания на боль в спине. Казалось, она до сих пор не верила, что находилась там, в верху. — Это было так круто! Блондин усмехнулся, и протянул руку девушке, чтобы помочь ей подняться. Он не мог объяснить своего желания помогать девушке, опекать её.. Она медленно ухватилась за его руку, поморщившись от боли. Упорно не обращая внимания на всю острость боли в области спины, Гермиона все же смогла подняться на ноги. Пускай все не прошло настолько гладко, как ей бы хотелось, но она была там. И на мгновение смогла почувствовать себя птицей. Грейнджер ухватилась за плечо Малфоя, извиняющейсь кинув на него взгляд. Она не могла стоять без помощи. Слизеринец хотел было спросить не нужно ли Гермиону отвести к местным целительницам. Такое часто случалось и в Хогвартсе было обычным делом. Но в этот момент с школы вылетела, в переносном значении этого слова, мадам Трюк. Она была сердитой и начала кричать не успев дойти к ним: — Что это значит? Кто это сделал!? Всё молча уставилась в сторону Грейнджер. Казалось, девушка сейчас провалится сквозь землю. Надо же было так вляпаться, чтобы разбить окно. Взглотнув, Гермиона посмотрела на блондина, который не смотрел на неё. Профессор сильно разозлилась? Они тоже накажут её как и её воспитатели? Подумав об этом, девушка не смогла сдержать дрожи в теле. — Простите меня, я.. — её голос дрожал, слова все не шли в голову. Ей стоит оправдываться? Но что сказать? — Она не умеет летать, но пыталась кому-то что-то доказать. — прервав её речь, грубо сказал Малфой. От его слов она покраснела. Парень понимал, что Грейнджер скорее всего достанется наказание, но сейчас, когда началась шумиха на этот счёт, блондин снова проявлял грубость и безразличие. Мадам Трюк смотрела на Гермиону, и не выдерживаю её взгляда, девушка опустила взгляд. — Как вы это допустили, Малфой? — её голос был строгим и разочарованым. Тишина вокруг была тяжелой. Драко совсем не ожидал, что всю ответственность свалят на него. Он нагло уставился на профессора, готовый выпустить язвительный комментарий. Он не нянька кому-то! Понимая, что сейчас будет взбучка, Грейнджер поспешила опередить Малфоя: — Он пытался меня остановить.. Мадам Трюк заставила девушку замолчать, высунув открытую ладонь в воздух. Девушка хорошо знала этот знак. После него, если кто-то ослушивался, наказывали. — Довольно, это не останется безнаказанным. Я поручил вам в руки жизни детей, доверелась, вы разочаровали и подвели меня. — женщина обращалась к Малфою и Гермиона как никто другой чувствовала, как его мышцы напрягаются. — Вы должны будете научить мисс Грейнджер летать. В конце года я буду принимать у неё экзамен, и в том случае, если она его не сдаст, это плохо повлияет на ваш средний балл, Малфой. И мне все равно, что вы играете в команде и один из лучших. Профессор развернулась и пошла в сторону первокурсников. Гермиона заметила хмурый взгляд Малфоя. Мадам Трюк была не права. Грейнджер, не долго думая, пошла вслед за женщиной, игнорируя боль. Блондин не стал её останавливать. Он злился на себя. За то, что не прогнал её с самого начала, за то, что восхищался ей.. — Нет, стойте.. — девушка ухватилась за локоть женщины, и чувствуя, что может не удержаться на ногах, продолжила держаться за неё. — Он не виноват, правда! Мадам Трюк скептически осмотрела девушку. Она вспомнила одну маленькую деталь, которую чуть не забыла: — Ах да, минус пятьдесят балов с Гриффиндора и Слизерин! Слизеринец почувствовал раздражение. Мало того, что он будет вынужден учить Гермиону летать, так ещё через неё сняли очки с его факультета. — И отведите девушку в медпункт, чего стоите столбами? — после слов профессора двое парней кинулись на помощь Грейнджер. Как многие могли догадаться, это был Гарри и Рон. Мадам Трюк, убедившись что все высказались, приступила к своим обязаностьям. — Ты как, нормально? — Гарри осторожно обхватил девушку за талию с одной стороны, Уизли поступил так же, обхватив ее с другой стороны. Оба парня были несколько удивлены, когда увидели что Малфой помог подняться и держаться девушке на ногах. В особенности после того, как наговорил ей чего-то в большом зале в первый день ее перебывания в Хогвартсе. Поттер подумал о том, что Драко печется о том, чтобы не получить наказание, ведь это по его вине Грейнджер оказалась в небе. Он подавил улыбку, когда слизеринец все таки получил наказание. — Чёрт, Грейнджер! Ты когда либо сможешь сделать что-то нормально? — спросил блондин, смеривая ее раздражительным взглядом. Он всегда чувствовал раздражение, когда возле девушки ошивались эти двое. Не дожидаясь ее жалкого ответа, Малфой развернулся и подхватив свою метлу, удалился с их поля зрения. Гермиона смотрела ему в след. Она хотела как лучше, неужели он этого не понимает? — Опирайся на нас, мы отведем тебя в нужное место. — попросил Гарри, девушка только кивнула. — Мне так стыдно, из-за меня сняли очки с двух факультетов. Гарри и Рон переглянулись между собой. — Слизерину так и нужно. — уверенно произнес Поттер, смотря вперед, точнее в ту сторону, в которую ушел его враг. — Ты не понимаешь, Малфой правда не виноват. — в который раз, произнесла Гермиона. Может ее не слышат? Она пытается рассказать что Драко не виноват в том что произошло, но все вокруг винят его. Девушка поморщилась. От того, что вспомнила взгляд блондина, когда он уходил. Парни восприняли это как гримассу боли. — Гермиона, я хотел извиниться.. — сказал вдруг Рон, заставляя девушку посмотреть на него. Он хмурился, а еще у него были жалосливые глаза. Грейнлжер не смогла сдержать улыбки. — Все хорошо, Рон. Этот день, как и все пребедущие дни девятнадцатого сентября, был отстойным. Но не смотря на все, что сегодня случилось неприятного, это был лучший ден рождение в ее жизни, как бы безумно это не звучало.