Ценой в жизнь

Месяц спустя. Для Гермиона дни летели быстро, чем когда либо. Новая жизнь увлекала её и она нырнул в неё целиком. Это был насыщенный месяц. Гриффиндор победил факультет противника в матче квидичча. С Седриком отношения в Грейнджер слаживались так же, как и с Гарри и Роном. Они были хорошими друзьями. Ребята как всегда сидели в Большом зале и обедали. Гермиона уже привыкла к хорошей еде и простой паёк в доме её детства казался чем-то невозможным, просто сном. Кто бы мог подумать, что вскоре у неё будут друзья. Раньше девушка даже мечтать об двух не могла, теперь хороших друзей у неё было много. Это радовало её. Так же сейчас обедая, разговор ребят зашёл о призраках и Грейнджер внезапно вспомнила о призраке в туалете в заброшенном конце замка. — Кстати о призраках Гарри, плакса Митчел где-то приблизительно два месяца назад просила меня передать тебе, что она скучает по тебе. — девушка рассмеялась, замечая реакцию Рона. Тот, понимая как Митчелл раздражает Гарри, пытался не расхохотаться. — Но я вспомнила об этом только сейчас. Поттер перекосил лицо, но затем взял себя в руки. Девушка просто застряла в детском возрасте, она в этом не виновата. Пихая Рона, который прыснул под боком, Гарри спросил: — Что ты делала в той части замка? В тот туалет никто не ходит. Гермиона подвигала плечами, пытаясь не вспоминать тот день, когда её мозг принял факт о смерти её лучшего друга. Гермиона улыбнулась, пытаясь не зацикливаться на этом. — Так получилось. — тихо рассмеявшись сказала Гермиона, и направила ложку в рот. Переживав еду, она добавила, желая пошутить над Гарри: — Она влюблена в тебя. — Это ужасно! — выдовил из себя Поттер. — Однажды я принимал там ванну, и она прилетела. Когда я был полностью голый! И не улетала. Я чуть со стыда не сгорел. После этих слов Рон и Гермиона рассмеялись с новой силой. Гарри поначалу хмуро осмотрел их, но смех этих двоих был настолько заразительным, что тот и сам рассмеялся. Ребята с соседних столиков поглядывали на них, ведь они смеялись громче любого ученика в этом зале. Но ребятам было все равно. Джинни долго наблюдала за этой картиной, затем внезапно поднялась из-за стола и обратилась к Гермионе: — Гермиона, можна тебя на минутку? Постепенно успокаиваясь, Грейнджер недоуменно посмотрела на Джи, затем бегло посмотрела на Гарри и Рона. Девушка с утра была сама не своя, да и грустная сидела за столом. При любой возможности разговорить её, она лишь отмахивалась. — Конечно! — с улыбкой сказала Гермиона, питая надежду, что Джинни расскажет ей что случилось. Уизли шла к выходу из зала, и это не показалось странным для Гермионы. Возможно разговор серьёзный и девушка не хотела говорить это при мальчиках. Когда они остановились в пустом коридоре, Грейнджер сразу же спросила: — Что случилось? Джинни скривилась от её слов, будто попробовала лимон. — Не придуривайся и не строй из себя святошу! — Гермиона с непониманием осмотрела подругу. — Втерлась нам в доверие и теперь пытаешься отбить у меня Гарри?! Сперва я не поверила в это, но сейчас вижу тебя насквозь. Мерзкая разводница. Гермиона нахмурилась и замерла на некоторое время. Что? Она пытается отбить Гарри у Джинни? С чего она подумала о таком низком поступке? — Что ты такое говоришь? У меня даже в мыслях не.. — Грейнджер пыталась говорить твердо и убедительно, ведь она на самом деле даже не думала о подобных вещах. Но Уизли беспардонно прервала её речь, не дав завершить приложение. — Я вижу как ты смотришь на него, как улыбаешься ему! Эти твои вызывающие жесты. — Джинни с раздражением в своих движениях прошлась с стороны в сторону. — Мерзавка. Эти слова сильно обидели Гермиону, но она понимала, что Джи говорит это не со зла, скорее это из-за плохого настроения и через некоторое время ей самой будет гадко от этих слов. Сейчас же стоило выяснить причину. — Джинни, что с тобой.. — спросила девушка, ставя руки на её плечи, но Уизли сбросила её руки со своих плеч. Грейнджер впервые увидела столько ненависти и презрения в глазах этой милой девушки. Это заставило отступить на несколько шагов от неё. — Не трогай меня! — прошитела та, надвигаясь на Гермиону. — Или ты отстанешь от меня и Гарри, или я за себя не ручаюсь. Ты пожалеешь, что родилась. Обещаю! Подойди только к Гарри, та даже посмотри даже в его сторону! После этих слов она прошла мимо, зацепив плече Грейнджер настолько, что та еле удержалась на ногах. На её глаза навернулись слезы. «За что она так со мной?» Горько подумала Гермиона, чувствуя как слезы скатываются по её щеках. Она никогда, никогда об подобном даже мысли не пропускала. Девушка прикрыла рот рукой, чтобы сдержать всхлипы. Ей не очень хотелось, чтобы кто-то видел её состояние. И как она вернётся теперь за стол? Джинни обещала ей, что она пожалеет об этом. Сколько же ненависти было в её словах. Не выбирая пути девушка забежала в единственное место, где сейчас не было ни души. Её комната. Её соседки, включая Джинни, пойдут на урок-экскурсию и их не будет несколько часов. Гермиона же не желала туда идти. Теперь нет. Находясь в полном одиночестве, она нашла чем себя занять, чтобы это время не прошло зря. Снегг задал приготовить как домашнее задание зелье. Этим она и занималась, но слезы все никак не прекращали течь. Обида внутри не позволяла забыть это. Она не готова была услышать эти слова, только не от Джи! Закинув ещё один ингредиент в медный котёл, опять ничего не получилось и белый дым, который выделился, подействовал на волосы девушки так, что они полностью спутались. Грейнджер отступила на несколько шагов от котла, начиная плакать с новой силой. «Да что за день то такой?» Обессилено Грейнджер упала на диван, жалея себя. Она ощущала пустоту внутри, и эта пустота была настолько тяжёлой, что, казалось, давила на неё. Можно ли это называть болью? Определённо. В этот момент в дверь настойчиво постучали. Гермиона уставилась на дверь, вытирая слёзы. Это не девочки, иначе зачем стучать? Девушка промолчала, отвернувшись и смотря куда-то на стену. Она ожидала, что её оставляет в покое. Что за привычка людей лезть в личное пространство других. Грейнджер как никогда нужен был покой. Нежели она так много просит? Просто оставить её в одиночестве. Одиночество. От этого слова пробежали мурашки по её телу. Нет, этого не хочет. Странно думать о том, что осталось в её прошлом. Неужели она хочет все вернуть? Нет. Через секунду стук в дверь повторился. Гермиона раздражённо прокричала, преодолевая ком: — Никого нет, уходите! Девушка поджала ноги под себя, смотря в потолок. Ещё недавно она лежала так дома и смотрела в одну точку после смерти Флёр. Тогда ей не хотелось ни есть, ни пить, даже жить не хотелось. Сейчас же все смешалось. Она ещё не отошла от её смерти. Она не готова была принять несправедливые обвинения, которые взялись из ниоткуда. На что же она готова? Ей просто хотелось спокойной жизни обычного подростка, встретить свою любовь и жить. Просто, чёрт возьми, жить. Дышать полной грудью, гулять когда ей хочется, дружить с людьми, узнавать окружающую среду. Почему это пытаются отнять? Почему ей не дали право на выбор? Почему из-за неё пострадали невиновные? В дверь снова постучали. Вот об этом и идёт речь. Люди не хотят оставить человека тонуть в собственной боли. Гермиона привыкла, что её никто не трогает в этот период. По другому она не умеет. В этом все правда. Она не привыкла делиться своей болью, она не готова открываться. Не готова меняться. Ей сейчас хотелось спрятаться от всех и пережить свою боль один на один с собой. Стук не останавливался. Грейнджер раздраженно посмотрела на дверь, слезы все текли, не останавливаясь. Вдруг это Гарри или Рон? Их то и хотелось видеть меньше всех. Внутри девушка почувствовала беспокойство. Нет, она не готова встретиться ни с кем. Хриплым голосом она снова прокричала: — Я не хочу никого видеть! Уходите. После её слов все затихло. Гермиона вытерла мокрую щеку и когда казалось будто она успокоилась, слёзы снова скатились по щекам. Она не в силах была контролировать это. Даже если бы хотела все остановить. Кто придумал, чтобы вода вытекала с глаз? Как теперь это остановить?! — Я конечно знал, что ты рада меня видеть, но не на столько же, чтобы ревёть! Мужской голос за её спиной заставил её подпрыгнуть. Этот голос, эта манера разговора! Она знала кто владелец этого. Гермиона обернулась, чувствуя как сердце на мгновение перестаёт биться. Она замерла, увидев на пороге сероокого блондина. Девушка так давно его не видела, что теперь, когда он стоял перед ней, по прежнему такой бледный, одновременно близкий и далёкий, она даже забыла, что секунду назад захлебывалась слезами. Целый и невредимый. Удивление прошлось по её лицу, которое изменилось облегчением. Она уже и не рассчитывала встретить его опять. Первую неделю девушка каждый раз высматривала Малфоя, надеясь на его возвращение. Когда он уехал девушка чувствовала обиду. Он оставил её, даже не попрощавшись. Но смотря сейчас на него, она не испытывала злости. Ей хотелось обнять его, прижать к себе и сказать что она рада видеть его. Но она не могла сделать этого, ноги будто отказывались слушать её сердце. — Драко? — она прошептала его имя, будто боясь что кто-то услышит это и он исчезнет. Может это все неправда? Нежели она настолько сбрендила, что ей стал мерещиться Драко Малфой? — Единственный и неповторимый. — его голос эхом прошёлся по всей комнате. Он не мираж, он настоящий! Девушка быстрым движением вытерла глаза, она скорее всего выглядит сейчас не очень. Драко. Он совсем изменился. Сейчас он был одет во все чёрное, совсем не похожая одежда на привычную форму школьников Хогвартса. Нежели директор это допустил? И глаза совсем непробивные, холодные и далёкие, несмотря на лёгкую улыбку на лице. Несколько минут они молча смотрели друг на друга. Все слова застряли где-то в горле, не добравшись до того, чтобы быть сказанными. Громко взглотнув, девушка опустила глаза. Нежели ему нечего сказать? Нежели он не хочет ничего объяснить? Его отстраненность настораживала. — Как ты вошёл? — это был последний вопрос, который интересовал её сейчас, но остальные она не решилась спрашивать. Не сейчас, когда ей и так тошно. Малфой прошёлся своим взглядом по всей комнате, будто сравнивая что изменилось в ней из его последнего визита. Он ответил на вопрос, будто Гермиона спросила в него какую-то ерунду: — Я староста школы, у меня есть пароли от всех комнат. И все же, хоть он и изменился внешне, остался таким же нахальный хорьком как и раньше. Нежели он не скучал все это время по ней? Неужели не спал ночами, думая как она там без него? Как не спала из-за него она. Каждый вечер она обдумывала все самые худшие причины его затянувшегося ухода. Без него Хогвартс был не тем. Будто весь смысл внезапно сдуло ветром. — Это вторгательство в личную жизнь. — обиженно произнесла девушка, отворачиваясь от парня и пряча глаза, чувствуя как ком снова подкатывает к глазам. — У нас сегодня урок. — невозмутимым голосом произнёс блондин. Грейнджер среагировала мгновенно, недоумённо посмотрев на него. — Ты сам не пришёл на него. Месяц назад, помнишь? — её тон был агрессивным, но затем он сменился слезами и девушка хрипло додала: — Я ждала тебя, ты даже не предупредил меня об своём отъезде! Драко опустил глаза, будто ему стало стыдно или.. Или будто её слова напомнили ему о чем-то больном, что мучило его некоторое время назад. Грейнджер же опять подошла к котлу, начиная помешивать смесь. Таким образом она пыталась отвлечь себя чтобы перестать плакать перед Драко. Скорее всего ему это не интересно. Девушка сделала такие выводы с его холодного обращения к ней. У них же было все хорошо, что изменилось? Некоторое время он молча наблюдал за Грейнджер, смотря как она плачет над котлом. Не выдерживая этого больше, Малфой подошёл ближе, спрашивая: — Чего ты ревёшь то? Гермиона не смотрела в его глаза. Она попыталась успокоиться, но не могла. Это было выше её сил. Будто мозг отключился не хочет слушаться. Девушка хотела прекратить. У вас должно быть, тоже было подобное, ведь так? — У меня ничего не получается. — всхлыпывая сказала Грейнджер, отходя от котла. Это первое что пришло в голову. Да и что она скажет? Джинни угрожала ей, потому что приревновала Гарри к ней? Драко посмеётся с этого прямо ей в глаза. Малфой, который до сих пор проявлял равнодушие, вздохнул, наклоняя голову в сторону, будто оценивая ситуацию. — Из-за этой мелочи ты хочешь затопить целый этаж своими слезами? — спросил он, подавляя смешок. — Только Гермиона Грейнджер может расстроиться по этому поводу. Давай я помогу тебе. Только прекрати сопли пускать. Гермиона медленно перевела взгляд на Малфоя. Он серьезно предложил ей свою помощь? — Спасибо. — девушка не знала как реагировать. Она вытерла глаза, несколько раз глубоко вдыхая воздух и выдыхая. Это было волнительно. Девушка совсем не ожидала, что он предложит свою помощь ей. Ради этого она была готова отвлечься и прекратить плакать. Голова и так уже болела. Ее дыхание было тяжелым. Грейнджер почувствовала искорку радости, когда успокоилась и стояла бок о бок со слизеринцем. От него веяло мятным запахом, о, какой пьянкой был этот запах, что девушка волком глядела на него, пока он изучал книгу с рецептом. Он кивал, обозначая про себя, что это легкое рецепт. Он знал его готовить, это точно. — Потом научу тебя летать. — не отводя взгляд от книги, сказал он и пока девушка не запротестовала, отрезал. — Без возражений. Она и не пыталась возражать. Ей было приятно провести с ним время после его долгого отсутствия. Было странно, что Драко не пытался объяснить ей что случилось, но она не торопилась выяснять это. Грейнджер ловила каждый его взгляд, каждое слово, когда он объяснял что к чему. С ним все пошло лучше. Зелье удалось. Это было невероятно, несмотря на то что глаза Гермионы были немного опухшие и красные, грудь опускалась и поднималась, иногда она сопела под боком, трудно отходя от плача. Не замечать это было невозможно. Каждый раз, когда она не понимая этого делала так, мысли парня путались. «Сколько же ты рыдала в полном одиночестве?» «Плакала ли она на протяжении этого месяца? Как часто? Причиняли ли тебе боль? Обижали или, может быть, приняли?» — от мысли об этом гримаса блондина исказилась. Он не должен думать об этом! Не нужно привязываться к ней. Но он не мог. Это было выше его сил. Да, он отталкивал ее, пытался все время. Но он помог ей сбежать, единственный кто знал ее тайну. Она доверяла ему, нуждалась в нем. Когда он не увидел ее в компании Гарри на экскурсии, сразу понял что что-то стряслось. И он не ошибся. Он чувствовал свою ответственность за ее жизни и это раздражало его. Когда зелье было закончено, но не мог не заметить как радостно светились ее глаза. Настроение девушки, конечно же, улучшились. Лицо Грейнджер светилось, играла милая улыбка. Будто это не она сидела несколько часов назад и рыдала не желая никого видеть. Настроение этой девушки было настолько переменчивым, что Малфой иногда не успевал за ней. Но ее улыбка однозначно радовала его. Это то, что он ожидал увидеть, когда приехал. Ее улыбку. Они медленно шли на полянку, где слизеринец планировал обучить Грейнджер летать. Он достал для нее метлу и они молча шли вперед. Драко смотрел перед собой, находясь будто отстраненным. Что-то с ним было не так и Гермиона хотела выяснить что именно. — Ты училась чему-то в моё отсутствие? — внезапно спросил парень, поворачивая свою голову в сторону девушки. Она мотнула головой. — Нет. Я училась новым предметам. — теребя подол платья и разсматривая трапу под ногами, Малфой только сейчас заметил что она шла босяком и несла обувь в руках, сказала Гермиона, затем подняла голову встречаясь с его взглядом продолжила. — Много. — Я наслышан о твоих успехах в рунах. — Драко хмыкнул, отводя взгляд. — Новая любимица всех профессоров. Острый ум и все такое. В его голосе слышался сарказм. Гермиона нашла в себе сил не обращать внимания на его цепкие комментарии. Проходящая мимо блондинка, узнавая в девушке Грейнджер, с сочувственным взглядом, когда заметила Малфоя вместе с ней, произнесла: — Привет Гермиона! — Привет. — с улыбкой ответила Гермиона. Пускай все остальные не радуются возвращению Драко, пускай не знают его настоящего, главное что она знала. Он не мерзавец, которым пытается себя выставить. Она искренне радовалась его возвращению. Слизеринец проводил девушку презрительным взглядом. Да как эта выскочка только разрешила себе смотреть на него как на ничтожество? Хотелось окликнуть ее и указать ей ее место. Но он вспомнил, что ему нельзя тратить силы попусту. — Ты совсем изменилась. — произнес Драко, когда они вошли на пустую полянку, где никого не было. — Легко влилась в общество, завела новых друзей. Плаваешь будто рыба в воде, будто не была семнадцать лет в изоляции, будто все время была в обществе. — в его речи небыло эмоций, просто слова, которые переливались в его мнение. — Это удивительнее всего. Ты должна была быть дикаркой. Но ты сильная и умная, как на Виктиму. — сделав небольшую паузу, он продолжил. — Ты своя, Грейнджер. «Ты своя, Грейнджер.» Эти слова вбились в его голову. Он считал ее своей, частью общества, частью мира. — Ты тоже изменился. — тихим голосом сказала Гермиона, скользя взглядом по его профилю. Временная невская пауза для обоих, казалось, длилась вечность. Пока Драко не решил начать этот урок. За этот месяц он мог уже многому обучить её, не только летать. По крайней мере, на метле она смотрелась сексуально. Отогнав от себя надоедливые мысли, блондин взялся объяснять основы начинающих волшебников. Как правило сидеть, звать метлу к себе, управлять, в конце концов. Затем девушка взлетела. Все повторилось как и в первый раз. По началу она совсем не могла контролировать метлу. «Она ненавидит меня!» — поскользнула мысль в её голове. Потом она выровняла полёт. Трудно было работать под внимательном присмотре Малфоя. Он постоянно критиковал её. В конечном итоге, Грейнджер снова свалилась с метлы, только на этот раз ничего не разбила. Когда Драко попытался предотвратить её падение, они упали оба. Расстояние было небольшое, поэтому они сильно не ушиблись. — Грейнджер! — прошипел Малфой, поднимаясь на ноги, он был почти зол. — Я просил, никаких резких движений! Первокурсника легче обучить чем тебя! Замечая взгляд Гермиона, блондин устало потерпел глаза и, это невероятно, но он извинился. Когда это произошло, Гермионе, внезапно, сильно захотелось обнять его. И она сделала это. Пускай он знает, что она ждала его. Эти недели были невыносимы без него. Грейнджер сильно, и в тоже время настойчиво обняла его. Слизеринец удивился, первой его мыслью было оттолкнуть её. Пока он не услышал её слова: — Я скучала за тобой. Правда скучала. — шептала она, эти слова были настолько искренними, что в уголках глаз Малфоя заблестели слезы. Он никогда прежде не испытывал этого. Он тоже обнял её, прижимая к себе, будто боялся, что она уйдёт. Он тоже скучал. Парень хотел произнести это вслух, но обстоятельства, которые сложились в его жизни не позволяли этого сделать. Он должен. Но не может. Чувствуя теплоту её тела, тоска отбилась в его сознании. Она доверяет ему, черт возьми. — Даже пыталась выведать причину твоего отъезда у Блейза, но он отшил меня. — продолжала головорить девушка, и с каждым словом все сильнее сжимала его у своих объятиях. — Хорошо, что ты вернулся. Малфой продолжал молчать, просто прикрыв глаза и наслаждаясь этим мгновением. Да, он мечтал почувствовать её прикосновение тридцать один день подряд! Пускай все скажут, что он сбрендил. Может быть так и есть. — Почему ты уехал? Не присылал никаких новостей о себе. Я. Не знала живой ли ты, не могла из-за этого спать ночами. — её голос задолжал, будто она сейчас заплачет. Драко приложил палец к её губам, заставляя её замолчать. Сильнее прижав её к себе, Гермиона постепенно заставила эмоции отступить. Не время. — Кто? — через какое-то время спросил Драко. Гермиона недоумённо подняла на него взгляд, встречаясь с его проницательными серыми глазами. — Что? — с непониманием спросила Грейнджер. Малфой прикрыл глаза, понимая что с ней нужно чётче выговаривать свои вопросы. — Кто довёл тебя до слёз? — он заметил как её глаза забегали. Он попал в самую точку. — Поттер или кто-то из его компании? Чувствуя напряжения слизеринца, Грейнджер сильнее обняла его, молящим голосом произнося: — Никто, просто замолчи сейчас. И он послушал, постепенно успокаиваясь. Но это совсем не значит, что он оставит это просто так.