Год ХХХХ

Мир рухнул в руины; сценарий «выживи или умри», как во многих романах про зомби-апокалипсис, которые прочитал Ким Док-Ча. То, что когда-то было землей, теперь превратилось в пепел и пыль. Небо осталось пустым, без птиц, которые когда-то кричали во время полета. Только красное солнце прячется среди безоблачного туманного неба. Воздух резкий и тяжелый, от него пахнет гниющим мясом и дымом от костров. Теперь это Земля. Появление зомби было слишком внезапным; когда было объявлено о первом появлении, весь мир был застигнут врасплох. Просочилась даже информация, что первые несколько зомби были замечены уже несколько месяцев, но были подавлены властями, опасаясь вызвать панику. К тому времени было уже слишком поздно. В первые несколько месяцев апокалипсиса многие выжили благодаря помощи правительств всего мира и их обширным усилиям по защите людей. По крайней мере, для большинства правительств. В первые несколько месяцев апокалипсиса Земля все еще была шумной и беспокойной, наполненной радостными возгласами и криками о выживании - это признак того, что жизнь все еще существует и развивается. Простые люди давили с помощью национальных резервов, силы сообщества и просто человеческой воли к выживанию. Тогда люди были настроены оптимистично. Они верили, что человечество победит. Ким Док-Ча был одним из них. Несколько месяцев спустя ситуация, казалось, только ухудшилась; Казалось, что от вирусного зомбирования нет лекарства, и правительства сдались. Мир, который изначально был нацелен на совместное выживание, со временем разрушился и стал местом выживания сильнейших. Со временем в этом мире собак, которые едят собак, количество зомби росло, количество людей сокращалось, и вскоре Земля затихла. А в первоначальной группе выживших Ким Док-Ча не осталось ни одного. То есть никого, кроме него самого. Он не боец, но он полагался на свой мозг, чтобы выжить. Складывает припасы для личного пользования, избегая прямого боя с зомби, в отличие от более сильных из его группы. Они назвали его трусом и хотели выгнать, но однажды посреди ночи группа оказалась в окружении зомби, их оружие и припасы исчезли, а Кима Док-Чи нигде не было видно. Ким Док-Ча последние несколько недель бродил один. Он выжил за счет запасов своей бывшей группы. Он не использует оружие, потому что не умеет драться, но все равно держит его в качестве подстраховки. Утром он просыпается и ест консервы на завтрак. Днем он прячется в своем подземном убежище и ест консервы на обед. Ночью он ест консервы на ужин и ложится спать. Так проходят дни для Ким Док-Ча. Время от времени возникает необходимость выйти и совершить набег на заброшенные магазины в поисках еды, но Ким Док-Ча ловок и хитёр, и он довольно хорошо научился избегать зомби. Он все еще на всякий случай носит с собой нож. В один прекрасный день его обычный рейд на магазин меняется с появлением другого выжившего. Человек перед ним на дороге очень быстро размахивает своим мечом, срезая голову зомби за один раз. Ким Док-Ча почти начинает аплодировать во время выступления. Он не видел никого, кто мог бы так эффективно владеть мечом, особенно в такое современное время. Он выглядит сильным, с ним я буду в безопасности. Ким Док-Ча - эгоистичный человек, его жизнь - его приоритет, и ему было все равно, если бы другие умерли за него. Этот манта руководил и следил за тем, чтобы он выжил до сих пор. Он идет ва-банк, чтобы подружиться с незнакомцем. «Привет! Я Ким Док-Ча, приятно видеть здесь еще одного выжившего УВАХ-» Рука, внезапно сжимающая его воротник, сильная и безжалостная. Ким Док-Ча весь из кожи да кости из-за своей консервной диеты, и его легко оторвать от земли. «Подожди! Я прихожу с миром! Как я уже сказал, я Ким Док-Ча, и...» «Я убью тебя, Ким Док-Ча». Голос его нападавшего звучит низко и гортанно, обещанная угроза в его словах пугает Кима Док-Чу до безумия. Этот зомби-убийца - очень опасный парень. Ким Док-Ча в панике - до сих пор он пережил зомби, но теперь его убьет человек. Его положение ужасно печально. «Ах, ах. Подожди, подожди, подожди, подожди. Давай поговорим, очень спокойно и мирно. Положи меня, ладно? У меня есть припасы!» Ким Док-Ча предлагает козырную карту в надежде спасти свою жизнь. Они зашли в тупик, поскольку незнакомец не убрал руку с шеи Ким Док-Чи, в то время как Ким Докча, с другой стороны, все еще болтается в воздухе, как тряпичная кукла. Это кажется почти безнадежным, человек, которого Ким Док-Ча считал своим защитником, очень крепкий орешек. Вот каково чувство полета, - грустно произносит в голове Ким Док-Ча свои последние слова. Его мысли беспорядочные и хаотичны - все, что он знает, это то, что он может тихо дышать. Фактически, он уже чувствовал одышку. К его удивлению, мгновение спустя его ноги касаются земли. Похоже, жестокий мужчина сдался. «Это было довольно странное первое впечатление...» - бормочет себе под нос Ким Док-Ча, все еще немного сбитый с толку случайным актом насилия. Тем не менее, он очень рад, хотя все еще немного запыхался от конфронтации. Что, по его мнению, было довольно однобоким. Через некоторое время Ким Док-Ча наконец-то вдохнул немного воздуха в легкие. Мужчина просто осторожно смотрит на него с нескольких шагов. «Я Ким Док-Ча». Ким Док-Ча повторяет свое вступление в третий раз, и, к счастью, в этом разе оно не прерывается. Их расположение на дороге очень открытое, а также идеальное место для нападения зомби, но ни один из них не слишком беспокоится об этом. Он продолжает говорить. «Послушай, в наше время нелегко найти выживших. Давай работать вместе. Два мозга лучше, чем один». Ким Док-Ча позволяет взгляду пробегать человека, полностью одетого в черное. Этот человек выглядит почти как предвестник смерти с его торжественным лицом и с тем, как одно его присутствие сделало атмосферу затемненной на несколько сотен градусов. Мужчина теперь скрещивает руки и все еще строго смотрит на него, явно не убежденный в попытке Ким Док-Чи. «Как тебя зовут?» Ким Док-Ча протягивает мужчине руку в знак мира. Выражение любви и мира, которое он показывает на своем лице, не может быть более дружелюбным. Мистер Высокий, Темный и Опасный просто смотрит на него критическим взглядом, холодные черные шары неподвижны, пока они неторопливо оценивают обнадеживающего Кима Док-Ча и его предложение. Чтобы принять решение, нужно время. «Я Ю Джун-Хёк». Рука Ю Джун-Хёка в перчатке не протягивается, чтобы взять Ким Док-Чу, но слова, которые он произносит, подтверждают их новый статус. Они начинают жить гармонично, или, по крайней мере, Ким Док-Ча считает это гармоничным. Как минимум, это взаимовыгодно. По настоянию и постоянным приглашениям Ким Док-Ча Ю Джун-Хёк переезжает в маленькое убежище Ким Док-Ча в нескольких метрах вниз по дороге. Ю Джун-Хёк настолько хорошо сложен, настолько силен и так привык сражаться с зомби. Он может легко смести тонны зомби и сохранить их базу в безопасности. Он даже может выследить незараженных животных и принести обратно еду. Ким Док-Ча очень благодарен за свежее мясо. В то же время Ким Док-Ча остается дома и убирает все, как хорошая домохозяйка, хотя убирать в этом захудалом месте особо нечего. Они оба знают, что он большая пиявка, но этот вопрос остается слоном в комнате, а Ю Джун-Хёк вообще не жалуется. Ю Джун-Хёк требуется довольно много времени, чтобы по-настоящему согреться с Ким Док-Ча, и короткие отрывистые разговоры постепенно переходят в разговоры, которые глубже погружаются в прошлые жизни друг друга. Ю Джун-Хёк был профессиональным игроком, у него была младшая сестра, которая скончалась от заражения зомби, и до сих пор он путешествовал один, убивая зомби. Ким Док-Ча был офисным работником, работал до мозга костей и подвергался издевательствам со стороны своего начальства, всегда мечтал о том дне, когда он будет освобожден от работы. Апокалипсис был не тем, что он имел в виду, когда желал свободы. В этом нынешнем мире они оба лишились своей обычной жизни и вынуждены бороться вместе, как просто выжившие Ким Док-Ча и Ю Джун-Хёк. Ким Док-Ча считает, что рядом с ним есть спутник. Ю Джун-Хёк, вероятно, думает так же. ((Или Ким Док-Ча надеется, что Ю Джун-Хёк так думает, по крайней мере.) Ю Джун-Хёк монотонно говорит ему, что его игровые знания помогали ему выжить до сих пор. Ким Док-Ча не верит ему, несмотря на невозмутимое лицо, но он рад, что этот человек-камень проявляет чувство юмора. В холодные ночи Ким Док-Ча, который привык отчаянно прятаться в одиночестве у огня, теперь сопровождается комфортом тела Ю Джун-Хёк, когда они наклоняются друг к другу, чтобы согреться. ((Ю Джун-Хёк сначала сопротивлялся, но сдался, увидев, как сильно дрожит Ким Док-Ча. Ким Док-Ча просто знает, что Ю Джун-Хёк очень мягкий внутри). Это было настолько неожиданно и в один день, как и любой другой, что все изменилось для них обоих. В первую очередь чувства затронули Ким Док-Чу. Вернее, Ким Док-Ча первым узнает об этом. Мысль, которая внезапно поражает Ким Док-Чу, словно молния из ниоткуда, настораживает. Он невинно достаёт из их хранилища их обычные консервы, в то время как Ю Джун-Хёк убирает зомби, когда это произошло. Мне нравится Ю Джун-Хёк. Ему нравится Ю Джун-Хёк. Пережив апокалипсис с Ю Джун-Хёком в течение нескольких недель, Ким Док-Ча может быть уверен, что никогда не чувствовал себя так по отношению к остальным в своей бывшей группе. У Ю Джун-Хёка бешено колотится сердце, его грудь задыхается, лицо красное, а голова полна мягких мыслей. Ю Джун-Хёк делает его счастливым, и он очень доволен их нынешними условиями жизни. Ким Док-Ча никогда раньше не испытывал таких чувств по отношению к другому человеку. Ким Док-Ча не самый умный парень, но он может сказать, что то, что он чувствует к Ю Джун-Хёку, отличается. Нет ни отрицания, ни размышлений, ни слабости. Его чувства ясны, и он не хочет слишком глубоко останавливаться на тонкостях. В любом случае, кроме выживания, в апокалипсисе больше не о чем беспокоиться. Поэтому он признается, когда Ю Джун-Хёк возвращается. «Ты мне нравишься, Ю Джун-Хёк». Ю Джун-Хёк делает паузу, разогревая банку с мясом, которую они собрали в магазине несколько дней назад. Это еле заметно, но его глаза расширяются всего на несколько миллиметров. Понятно, что такой поворот событий для него неожидан. «Ким Док-Ча». Глаза Ю Джун-Хёка не читаются из-за пламени. Ю Джун-Хёк уже много лет не принимал душ, и засохшая кровь и запекшаяся грязь на его лице не очень приятны для глаз, но каким-то образом Ким Док-Ча, под влиянием его вновь обретенных чувств, находит это милым. «Да?» «Неужели это уместно сказать в разгар апокалипсиса?» «Гм... Да? Лучше сказать это, прежде чем я умру». Ким Док-Ча шутит, делая резкое движение горлом. «Ты дурак». Ю Джун-Хёк, похоже, не нравится этот ответ, поэтому он не удосуживается отвечать на бессмысленные слова своего собеседника. Он кладет мясо и просто наклоняется и целует его. Ким Док-Ча никогда раньше не целовался, а Ю Джун-Хёк сказал, что никогда не был в отношениях, так почему же он так хорош? Ким Док-Ча закрывает глаза и стонет в поцелуе, просовывая руки в спутанные пряди волос Ю Джун-Хёка. Языки, которые толкают друг друга, становятся более неистовыми и смелыми, и Ю Джун-Хёк торопливо толкает Ким Док-Чу на землю. Одежда быстро выбрасывается на холодный каменный пол, звуки страсти становятся все громче и тяжелее, когда они впервые соединились своими телами. Было больно, когда вошел Ю Джун-Хёк, но Ким Док-Ча считает, что все в порядке. Очень счастливый конец оправдал мучительные средства. У костра лежит забытая банка мяса. Ничего особенного не изменилось после того, как они собрались вместе. Они живут такой сладкой и милой жизнью, что Ким Док-Ча до сих пор не может поверить, что нашел любовника прямо в разгар апокалипсиса. Если он не знает лучшего, он будет думать, что действительно живет жизнью в романе. «Не меси это так». «А? Нет?» Нападение Кима Док-Чи на его еду задержано с поличным. Руки, жестоко оскорбляющие приготовленный помидор, останавливаются на полпути. Толстые руки обнимают Ким Док-Чу за талию, нежное тепло проникает в шею Ким Док-Чи. «Я съем это за тебя, болван». Ким Док-Ча хочет кричать от этого милого прозвища. Он находит Ю Джун-Хёка таким очаровательным, когда играет роль любовника, в отличие от того, каким он себя обычно изображает. Он берет ложку, чтобы накормить отвратительной красной гадостью открытый рот Ю Джун-Хёка. Именно эти моменты блаженной семейной жизни заставляют Ким Док-Чу благодарить апокалипс за то, что он привел к нему Ю Джун-Хёка. Он не променял бы это ни на что другое. Но даже в жизни апокалипсиса бывают взлеты и падения, а иногда хорошие времена не должны длиться долго. «КИМ ДОК-ЧА!» Внезапная сила врезается в него и отбрасывает его на несколько метров. Ким Док-Ча едва успевает среагировать, как врезается в бетон. Он садится, кашляет и вздымается от удара, его тело так сильно болит. У его уха раздается громкий стук. Рядом с ним стоит самое ценное оружие Ю Джун-Хёка, его самый ценный меч. Ким Док-Ча пытается подобрать меч. Его охватывает чувство отчаяния, он смотрит в сторону силы и пугается того, что видит. Ю Джун-Хёк стоит на том месте, где раньше был Ким Док-Ча, на него приближается огромная орда зомби. Ким Док-Ча никогда не видел столько зомби за всю свою жизнь во время апокалипсиса. «Беги, беги!» Голос Ю Джун-Хёка разносится над растущей ордой зомби. Вонь гнилого мяса усиливается и вызывает тошноту. Ким Док-Ча закрывает рукой рот. «Нет, нет! Джун-Хёк... Джун-Хёк!» Ким Док-Ча хочет помочь, но у него замерли ноги, а его проклятие - отсутствие боевого опыта - он просто не знает, что делать. Он не может двигаться, и его тело так сильно дрожит. Его взгляд прикован к Ю Джун-Хёку, который явно борется с натиском зомби, но все же приложил все свои силы, чтобы повернуться и посмотреть на него. Иди, уходи отсюда. Темные глаза Ю Джун-Хёка ничего не выдают из его выражения, когда он передает простое сообщение своему возлюбленному. Ким Док-Ча быстро приходит в себя. Он довольно далеко от зомби после того, как Ю Джун-Хёк бросил его туда. Он начинает медленно пятиться, чтобы не привлекать внимание зомби, прежде чем повернуть пятку, чтобы бежать. На бегу он оглядывается еще раз. Последнее, что он видит, - это исчезновение Ю Джун-Хёка в толпе зомби. Его лицо все еще смотрит прямо на Ким Док-Чу. Ким Док-Ча с трудом разобрал слова, которые он произносит, но он чувствует, что говорит Ю Джун-Хёк. Ким Док-Ча, я люблю тебя. Сердце Ким Док-Ча мгновенно разбивается, кажется, что кто-то проделал дыру в его груди. Он продолжает бежать. Он бежит, плачет и недоумевает, почему он такой трус. Он вкладывает свою энергию во все, что у него есть, бежа и убегая с мечом, плотно прижатым к груди, пока не достигнет пустой земли, на безопасном расстоянии от зомби. Теперь он в безопасности. На мгновение он стоит неподвижно, его разум погружен в хаос, и теперь он думает, что делать. Как бы он ни хотел, он не может вернуться в их дом. Зомби заполонили всю территорию, и это место больше небезопасно. И Ю Джун-Хёк… Джун-Хёк… Ким Док-Ча поражен мыслью, что он снова может быть один. Он опускается на землю и начинает жалобно всхлипывать. Мысль о том, что ничего из этого не произошло бы, если бы он не попросил пойти вместе с Ю Джун-Хёком на его охоту на зомби сегодня, сильно поражает его, и он не может не чувствовать позыв к рвоте. Это его вина. Это его вина, что Ю Джун-Хёк... Нет, Джун-Хёк силен. Он не умрет так легко. Позволяя слабому оптимизму овладеть его разумом, поскольку это, по крайней мере, приносит ему некоторое утешение, Ким Док-Ча решает, что через несколько дней он вернется туда, чтобы найти своего возлюбленного. Он думал, что для этого потребуется всего несколько дней, но когда он смотрит вдаль, он понимает, что зомби там не особо удаляются. Он слишком далеко, чтобы увидеть Ю Джун-Хёк. Дни превращаются в недели, и лишь несколько недель спустя, когда он убедился, что орда зомби исчезла, он возвращается в то место, где они в последний раз видели друг друга. Дорога пуста, если не считать массы трупов зомби. Все зомби были убиты, даже разорваны на куски. Вся территория пустынна, как город-призрак, тишина чрезвычайно нервирует, и, несмотря на жар, исходящий от близлежащих пожаров, он все еще вызывает озноб по спине Кима Док-Чи. Ю Джун-Хёка нигде не видно. «Джун-Хёк...?» Голос Ким Док-Чи робкий, когда он зовет своего возлюбленного, его страх очевиден, когда он оглядывается. На самом деле он боится не зомби, но Ким Док-Ча отказывается признать истинную причину, по которой он боится. Гниющая вонь от кучи зомби заставляет Кима Док-Чу морщиться и закрывать нос. Ким Док-Ча бродит, как заблудшая овца, ищущая своего пастуха. Затем, прогулявшись добрых полчаса или около того, он видит что-то в нескольких метрах от него. Черная фигура упала на землю, не двигаясь. Ноги Кима Док-Ча подносят его к фигуре, уменьшившаяся надежда в его сердце снова расцветает. Это Ю Джун-Хёк. Комок на земле лежит так неподвижно, что Ким Док-Ча думает, что он мертв. Борясь с рациональной частью своего мозга, которая говорит ему не питать слишком больших надежд, Ким Док-Ча медленно кладет руку на тело. Тело остается безжизненным. Пока небольшое, крохотное движение не заставит сердце Кима Док-Чи биться еще более хаотично, чем когда-либо. Голова, которая медленно поднимается, чтобы взглянуть на него, такая ужасная, кожа смертельно бледная, а выражение лица безжизненно. Это Ю Джун-Хёк, но в то же время это не так. Ким Док-Ча кричит от ужаса, его ноги подгибаются, и он падает на несколько шагов назад. Разочарование в самом себе, когда он осознал свою реакцию на создание, его возлюбленного, поедает его. Его глаза не могут покинуть это зрелище. Его взгляд перемещается по обесцвечиванию всего, что видно на коже Ю Джун-Хёка, по пустым молочным глазам, которые заменили прежние черные, и останавливается на слюне, которая выливается изо рта с признаками гниения. Даже в таком разрушенном состоянии Ю Джун-Хёк так дорог ему. «Ким... Док... Ча...» Его имя состоит всего из трех простых слогов, но эффект сокрушительный. Ким Док-Ча с трудом верит своим ушам. Каждое слово, вырывающееся из разлагающегося рта задыхающегося зомби, превращается в гигантский молот, врезающийся в его грудь. Эмоциональные американские горки еще не закончились - его сердцебиение снова учащается, возбуждение лишает его способности видеть или слышать что-либо еще. «Что ты сказал?» Его рука, которая уже была на Ю Джун-Хёке, тянется к тому, что осталось от лица Ю Джун-Хёка. Его рука так сильно дрожит, но он кладет ее прямо на щеку возлюбленного. От внезапного контакта падает кусок гниющей кожи, и Ким Док-Ча поражается, но держит руку там. Ю Джун-Хёк стонет, издавая случайные звуки вместо своих первоначальных медленных, но все же различимых слов. Попытки даже сформулировать что-то связное истощают из него всю энергию. «Скажи это еще раз? Пожалуйста? Всего одно слово». Ким Док-Ча умоляет. Ему нужна уверенность в том, что то, что он только что услышал, не является галлюцинацией. Слезы, которые внезапно текут по его щекам, становятся горячими, оставляя два чистых следа на его грязном лице. Изо рта Ю Джун-Хёка больше не выходит ни слов, ни звуков. Зомби смотрит на него немигающим взглядом, прежде чем его веки очень медленно закрываются. Ким Док-Ча подносит гниющее тело Ю Джун-Хёка к груди и плачет. Он возвращает Ю Джун-Хёка в их убежище. Ему сложно даже сдвинуть гигантское тело, но Ким Док-Ча упорствует. Он наполовину поднимает-наполовину тащит Ю Джун-Хёка обратно в разрушенное убежище, которое когда-то было их домом. Даже в своем нынешнем состоянии Ю Джун-Хёк, кажется, тоже узнает их бывший дом, несмотря на то, что он находился в плачевном состоянии после буйства зомби, тихо хрипя, когда его глаза открываются и осматривают интерьер их дома. Теперь, когда зомби, которые изначально были разрушительны, ушли, они успокаиваются и начинают восстанавливать свой дом. Прошло еще несколько недель, и Ю Джун-Хёк, похоже, начал улучшаться. Даже в форме зомби он по-прежнему очень устойчив, в отличие от других существующих зомби, которые шатаются и стонут и крихтят весь день. Тело Ю Джун-Хёк всё ещё постепенно разлагается, кусочки мяса продолжают падать и постоянно тревожить Кима Док-Чу, но теперь он, по крайней мере, стал более энергичным. Он может ходить менее «зомби» и может сказать, по крайней мере, еще несколько слов, не напрягаясь. Все это время нет ни единого признака того, что он потенциально потеряет рассудок и съест Ким Док-Чу. Несмотря на то, что такие случаи беспрецедентны, Ким Док-Ча твердо уверен, что Ю Джун-Хёк постепенно возвращает немного человечности. Ю Джун-Хёк даже удается возобновить свою предыдущую работу по удерживанию своих товарищей-зомби подальше от их убежища. За исключением текущего физического (и психического) состояния Ю Джун-Хёка, кажется, что все вернулось в норму. Ким Док-Ча все еще сожалеет о своем решении в тот день, но он доволен тем, что у него есть сейчас. Некоторое время спустя они наконец встречают другую группу людей, но они не дружелюбны. «Нет! Пожалуйста, он еще в сознании!» Ким Док-Ча кричит на нескольких человек, которые вошли в их укрытие после преследования Ю Джун-Хёка. Выражение их лиц холодное и бесчувственное, когда они приковывают взгляды к опасному существу. Очевидно, что они здесь, чтобы убивать. «Не обманывай себя. Мы все видим, что он зомби насквозь. Лучше всего избавиться от него для всеобщей безопасности». Лидер группы спокойна и собранна, размахивая оружием в ответ на предполагаемую угрозу. Ким Док-Ча не знает, откуда исходит прилив энергии, который заставляет его прыгнуть перед телом Ю Джун-Хёка. Все, что он чувствует, - это ревущий инстинкт защитить своего возлюбленного. Меч в его руке блестит, когда он дико машет им над наступающей группой. Он не знает, как пользоваться мечом, но все равно пробует. В то же время Ю Джун-Хёк яростно рычит на банду, и вся группа напрягается, готовясь к драке. Глаза дерзкой лидерши группы нетерпеливо блестят, и она манит Ким Док-Чу отойти с дороги. Нет, нет, нет, нет! «Оставьте нас в покое или я убью вас всех!!» Ким Док-Ча кричит, его глаза почти безумные от страсти защитить возлюбленного. Он заставляет группу отступить мечом Ю Джун-Хёка, обещание в его угрозе вполне реально. В своем отчаянии он не понимает, когда слезы начинают падать из-за его решимости держать злоумышленников подальше от Ю Джун-Хёка. Все, что он знает, это то, что он достаточно отчаялся, чтобы сражаться с этими людьми. Ю Джун-Хёк продолжает свирепо рычать на человеческие угрозы, чувствуя, что они не замышляют ничего хорошего. Он пробирается к Ким Док-Ча и уводит его подальше от остальных, защищая от их глаз. Руководитель группы понимает, насколько решителен Ким Док-Ча. Хотя для неё это странно, она также признает, что Ю Джун-Хёк действительно демонстрирует характеристики, сильно отличающиеся от зомби. Слегка запинаясь, она опускает меч и ворчит, что он сумасшедший, но не пытается двигаться дальше и быстро уводит свою группу. Похоже, она больше не хочет иметь с ними ничего общего. Наконец они остались одни. Ким Док-Ча с облегчением обнимает Ю Джун-Хёка, все еще потрясенный тем, насколько близка была группа к убийству его любовника. Моя очередь защищать тебя. Больше он никогда не позволит Ю Джун-Хёк пострадать. «Ким... Док... Ча... Ду... рак...» Раздающиеся оборванные слова сочетаются с иссохшей рукой, которая так вяло движется к лицу Ким Док-Ча, что все опухло от слез. Бледная рука осторожно смахивает падающие слезы. Это почти как если бы человеческий Ю Джун-Хёк снова вернулся, лелея его и относясь к нему с такой любовью. Ким Док-Ча почему-то думает, что знает, что пытается сказать Ю Джун-Хёк. Если бы его возлюбленный был полностью сознательным и человечным, видя эту ситуацию, он бы мягко ударил его по голове и назвал бы дураком за то, что он не ушел с людьми. Что же такого хорошего в том, чтобы быть обремененным зомби? Ким Док-Ча знает, что он дурак, но это не имеет значения ни сейчас, ни навсегда. Не тогда, когда у него есть Ю Джун-Хёк. Он не знает, сможет ли Ю Джун-Хёк когда-нибудь повернуть назад, и он не знает, может ли Ю Джун-Хёк сделать полный круг и ухудшиться. Но он знает, что еще не сдастся, не когда Ю Чжунхёк все еще рядом с ним. Ким Док-Ча улыбается сквозь слезы: «Да, я твой глупыш». Говорят, что пока есть жизнь, есть надежда. Ким Док-Ча не знает, можно ли считать нынешнее состояние Ю Джун-Хёк живым, но он уверен, что он полон надежд, и почему-то Ким Док-Ча просто чувствует, что их история еще не закончена.