Тонкая нить, что оказалась обрезанна

Отчаянные крики Цукишимы, его тёплое тело — последнее что слышал и чувствовал Гинджо перед смертью. —Почему ты не научил меня как жить без тебя? *** Первая их встреча перевернула всю жизнь этих двоих. Естественно, в лучшую сторону, а как иначе? Парни нашли свою судьбу, да и плевать было на разницу в возрасте. Хоть Шукуро и был маленьким мальчишкой, но зато очень смышленным, что ни раз отмечал Гинджо. Парень приютил его у себя дома, уложив на свою постель и замотав в одеяло, быстро заваривая рамен и чай. Мальчик не отрываясь смотрел на своего спасителя и глупо, а может и мило улыбался. Тепло расползалось по всей груди, заполняя всю пустоту внутри. Внутри сердца. Куга никогда не отказывался от своих целей, от своих желаний. В то время как Цукишима просто наслаждался его присутствием. Он определённо любил Гинджо, да и временный шинигами тоже, но не подавал виду. Не подавал виду на людях, правильней сказать. Раньше шинигами таскал на руках Цукишиму, но потом он понял, что малолетка уже переросток немного. И поэтому таскать напарника на руках пришлось именно Шукуро. Особенно после шумных пьянок, когда ему приходилось забирать пьяного парня. Когда Цукишима освоил свое подчинение, он был неимоверно рад, на лице всплывала заученная улыбка, что временами раздражала Гинджо, отчего тот с размаху дал тому нехилую пощёчину. Уже взрослый парень обиженно и по-актёрски надувал щеки. —Бесишь. Временами произносил бывший шинигами, а потом оказывался по лёгким телом кареглазого. Раздраженное шипение разносилось по всему помещению, в котором находилась экзекуция. А парень не обращая внимания, продолжал читать свою книгу, увлечённо перебирая страницами. Из-за сильной привязанности Шукуро любил находится как можно ближе к Гинджо. А иногда забирался на него и сидел часами. Когда Куга напивался в хлам, Цукишима тащил его в их дом, а потом устало бросал на кровать, безотрывно глядя на его лицо. Многим из экзекуции казалось, что лицо Гинджо привлекало подчинителя куда больше книги. Да и не зря казалось, ведь это была настоящая правда. Однажды, после очередной попойки шинигами не захотел просто полежать на кровати и отсыпаться. Он схватил Цукишиму за шиворот и потянул на себя, а потом навис над взволнованным телом. Он едва коснулся своими губами чужих и злобно оскалился, показывая хищные клыки. Парню показалось, что таким образом он показывает, кто тут чёртова жертва. Единственное, что он чётко осознавал — так то что это обычная ошибка, понимал что утром Куга про все забудет. —Гинджо-Сан... Парня заткнули жарким поцелуем, а тот лишь решил что просто расслабиться и отдаст свое тело любимому человеку. Его не волновало, что потом о нем будет говорить и думать сенпай. Свой слова, свои стоны, крики, все что он делал той ночью он забыл, но точно осознавал что был как гребанная девица легкого поведения. Утром Гинджо выглядел довольнее обычного, он гладил лежащего рядом парня по голова, перебирая длинные волосы. Шукуро же проснулся с острой болью в пояснице, и глянул на Куга. —Моя ж ты шлюшка... Н-да. Не лучший комплимент, что за свою жизнь слышал Цукишима, но от этого он покрылся сильным румянцем. Временами, подчинитель любил накручивать на палец ту нить, тем самым натягивая её у Гинджо, чем сильнее раздражал его. А иногда Куга даже от неожиданности вскакивал и оглядывался по сторона, ища несносного парнишку. Ища, даже тогда когда тот находился рядом или же у него на коленях. И это заставляло смеяться Цукишиму. А это, на удивление, редкое явление. *** Куросаки Ичиго покончил с бывшим временным шинигами раз и навсегда. Он принёс дикую боль Шукуро, заставил страдать. Парень смотрел на разорванную красную нить, и поднялся на обмягшие ноги, кровь потекла с живота. В конце концов огромная дыра - не шутки. Но ему было плевать, он пошёл мстить за Куго и сделает это. Он не видел смысла жить без него. Лежащее на земле тело наставника заставило его бросить все и бежать, бежать, как можно быстрее к Гинджо. Солёные слезы, потекли по щекам, он разразился кашлем, отплевывая алую кровь. Упал на колени перед телом, обнял, прижал к себе, а желании больше не отпускать. Но нет. Сознание покинуло тело.