Кровавый Закат

      Когда Ира проснулась, то матери уже не было дома, а отец зубрил учебник, в котором чётко излагалось, кто такие дикие, как они живут, как себя ведут, как их убить, найти, вычислить. Ира села завтракать напротив отца, а тот увлечённо вчитывался в потёртый учебник.       — Сколько ему лет? — спросила Ира из любопытства.       — Много, но это истина, которую надо знать. Мы обязаны защищать колонию от угроз.       — Каких?       — Как же! Дикие! — удивился отец.       — А почему они угроза?       — На, почитай, — отец сунул ей под нос старую книгу.       Ира открыла и стала бегать по странице глазами, выхватывая отдельные фразы, но по ним было уже всё ясно. Книга была похожа больше на пропаганду. Всё было в крайностях и вовсе не совпадало с тем, что она видела, пусть и вдела она слишком мало.       — А что если они простые люди и там спокойно живут?       — Брось! — отец отобрал учебник. — Дикие есть страшная угроза колонии!       — А зачем живёт колония?       — Ты меня поражаешь! — отец отодвинулся от стола в изумлении. — Мы строим будущее человечества.       — А по мне живём в коробке работая для тех, о ком лично я только слышала.       — Ты просто не видела того, что было до твоего рождения! — сквозь зубы процедил отец.       — А что было то?       — Страшные события!       — Все так говорят, но никакой конкретики!       — Молодёжь! Хоть Гриша не такой! Толковый парень.       Ира ничего не ответила, просто убрала со стола. Отец ушёл в комнату собираться на дежурство, а у Иры выходил очередной свободный день. Новый корабль должен прийти только завтра. Интрига таинственного друга снова её окутала. Она взяла блокнот и ушла на крышу рисовать человека, который, по её мнению, с ней общался. Конечно это был лишь плод её собственного воображения, но это и не так важно, ведь она всё равно никогда его не увидит.       Вакцинация начинается в полдень, так что её некуда спешить и ближе к этому времени она пойдёт, чтобы получить талон на очередь, в которой все будут послушно стоять. Ира подняла взор на лес, который стоял сплошной стеной вокруг их колонии. Она не могла себе ответить на вопрос, почему она никогда не пыталась пойти погулять за стены. От леса её отделяет лишь тонкая сетка и колючая проволока, но ведь можно придумать способ, как можно пойти и погулять. Ира довольно ухмыльнулась и вернулась в комнату, чтобы собраться на прогулку-разведку.       Ира шла вдоль забора, внимательно его рассматривая. Перелезть через него невозможно, а значит надо делать либо подкоп, либо как-то дыру в заборе. То и другое быстро заметят, а её поймают и обвинят в каком-нибудь страшном грехе. Можно было бы попробовать выбраться вместе с охотниками, когда открываются ворота или же в день, когда приезжает торговый грузовик, но ни то, ни другое было невозможным, так как сделать это незамеченной нельзя. Самой адекватной идеей, казалось бы, прорезать забор, но где это сделать так, чтобы этого не заметили и чем? Без ответов на эти вопросы Ира пошла в центр администрации, чтобы получить талон на вакцинацию.       В центре как всегда было многолюдно. Все получали свои талоны и шли либо на работу, либо в медцентр в очередь. Ира сегодня была без работы, поэтому ей дали талон сразу в очередь. По пути она пересеклась с Гришей, который, на удивление, ни слова ей не сказал. Ире даже стало немного обидно от этого, но вроде это и было её целью.       В очереди стояло уже больше десяти человек. Входили строго по одному, подписывали документы об отказе от претензий. Ира не понимала, зачем все эти документы, если как-такового правительства нет, лишь администрация. А если будут претензии, то с кого их стребовать и что дадут? Ира ушла в раздумья про устройство колонии, но всё это начинало её раздражать и, кажется, даже заболела голова. Отбросив все эти мысли, она подошла к двери кабинета, её очередь должна была быть следующей. Вакцинация идёт быстро. Её мать давно набила руку в этом деле, так как проводят её каждые две недели, но рабочий, как назло, никак не выходил из кабинета. Он пробыл там уже значительно больше, чем обычно, что уже стало всех немного нервировать. Ира теребила талон в руке, мяла его неосознанно, чем показывала свою нервозность.       — Потом не подпишут, — сухо подметил Гриша.       — Подпишут, — ответила Ира и постучала в дверь, но ей никто не ответил.       Недолго думая, Ира зашла внутрь, под всеобщее возмущения, что так делать нельзя. Обычный белый медицинский кабинет был похож на поле боя. Всё валялось где попало, а её мама старательно искала что-то. Рабочий при этом спокойно сидел с засученным рукавом, лишь немного подёргивая ногой.       — Всё хорошо? — спросила Ира и закрыла за собой дверь, так как несколько зевак не упустили момента, чтобы заглянуть внутрь. Колония живёт слухами.       — Просто не могу найти второй ящик с ампулами, он должен быть здесь, я вчера всё подготовила!       — Может уже закончился, ты ведь…       — Я только начала, — строго отрезала мать. — Ты знаешь, какая я внимательная.       — Украли? — спросил работник и встал.       — Кто? — пожала плечами Ира. — Кому это нужно?       — А где он тогда? — Лиза села на стул и задумалась. — Надо запросить выписку со склада и дополнительный ящик для продолжения вакцинации, подождите немного, — она встала и подошла к двери. — В коридоре подождите, я дверь закрою.       — Да, конечно, — Ира и работник вышли, после чего Лиза закрыла кабинет и тут же столкнулась с охранником.       — Всё хорошо? — спросил он.       — Ящик с вакцинами забыла на складе, надо забрать, — Лиза сглотнула, по ней было видно, как она нервничает, но она постаралась всеми силами этого не показывать.       — Я с вами, — сказал охранник.       — Не стоит.       — Того требует регламент, — настаивал он.       — Ладно, — Лиза вздохнула и ушла.       Ира села на скамейку рядом с кабинетом, все ворчали, обсуждая ситуацию, при этом стараясь сплетничать так, чтобы Ира не слышала, но получалось у них отнюдь скверно, поэтому Ира то и дело улавливала отрывки с фразами про любовника, воровку, торговку и наркоманку. Чего только народ не придумает для собственного развлечения. Всё это начинало действовать ей на нервы, но ввязываться в конфликт с толпой она не хотела.       Через полчаса Лиза и два охранника шли по коридору с четырьмя ящиками вакцин. Ире сразу не понравилось выражение их лиц, но что именно может быть не так она не понимала. Ворчание в толпе чуть поднялось и тут же затихло. Если охрана что-то услышит и доложит, то тут могут быть реальные проблемы, говорят даже до изгнания из колонии.       — Она первая, — сказал второй охранник и указал на Иру.       Лиза, Ира и охранники зашли в кабинет. Сама вакцинация проходит очень быстро. Лиза открыла один из ящиков, достала специальный маленький шприц для подкожного введения, приложила его к руке дочери и нажала на кнопку. Бесцветная жидкость быстро распространилась под кожей Иры и словно немного грела.       — Готово, — мама посмотрела на Иру с волнением.       — Пошлите с нами, — Иру взял под руку один охранник, а второй остался в кабинете.       Когда Иру вывели из кабинета, то она без удивления увидела лица людей, которые готовы были вот-вот разорваться на обсуждения, но сдерживались. Стоило им отойти на несколько метров, как за их спинами словно загудел улей.       Ира в голове перебирала все возможные варианты, зачем и куда её ведут. Гриша? Он доложил про дикого и теперь её ведут на допрос? Какое наказание ей предусмотрено за это? Может нашли письмо? Но никто не имеет доступа к её компьютеру. А может это начальство ей как-то его отправило и спровоцировало? А чего она такого нарушила, ответив на него?       Сердце Иры начало биться чаще, хватка охранника не становилась мягче, он твёрдо вёл её куда-то, но Ира пока не понимала, куда именно, до тех пор, пока они не свернули в сторону складских помещений. Значит точно что-то с сообщением связанно, не зря же её туда ведут.       У основного склада её ждал отец, кладовщик и ответственный смены администрации, что её взволновало не на шутку. Лицо отца выглядело достаточно строгим, но это могло быть в том числе и из-за утреннего общения.       — Ваши отчёты? — спросил Леонид, ответственный смены администрации.       — Да, — Ира смотрела на отчёт о прибывшем товаре с космических кораблей. — Но будь с ними что-то не так, то кладовщик не принял бы груз, не так ли?       — С ними всё было верно, — закивал старый кладовщик, который был бледен, словно вот-вот упадёт замертво.       — Однако расход на складе не совпадает с тем, что есть на складе и мы будем вынуждены начать полномасштабную проверку всех работников на вычисление связей сговора, так как в этом деле просматривается участие диких, и, возможно у них есть сообщник, — сказал отец Иры.       — Будем честны, тебя видели, как ты бродишь вдоль стен колонии и каждый раз вечером сидишь на краю дома, может знаки какие подаёшь? — с каменным лицом и полной серьёзностью заявил Леонид.       — Я рисую, пап! — Ира посмотрела на отца, чтобы он подтвердил.       — Не волнуйтесь, с вашим отцом мы уже всё обсудили, впрочем, из-за того, что он выступает как заинтересованное лицо, мы его исключаем из комиссии и переводим так же в круг подозреваемых, — Леонид повернулся к отцу Иры и протянул руку с раскрытой ладонью. — Сдайте удостоверение. На момент проведения расследования в колонии на предмет кражи столь важных для жизни вакцин, вы снимаетесь с должности главы охраны склада.       Тут же подошли два охранника. Денис, отец Иры, сдал всё молча им. По коридору шёл его сменщик, который теперь будет работать за него.       — Ира, ввиду отсутствия вам замены, так же, как и ваша мать, вы продолжите работать, но под постоянным присмотром охраны. Завтра прибытие корабля и мы намеренны строго отследить весь путь груза.       — Грузящий экипаж также под подозрением? — спросила Ира.       — Все, — коротко ответил Леонид. — И охрана будет тщательно за всем следить. Ну, а пока вы свободны. С одним условием. Вам запрещается подходить к забору и передвигаться где-либо, кроме мест, связанных с работой или необходимых для осуществления жизнедеятельности, таких как столовая, уборная, душевая, медпкункт и прочее, вы поняли.       Домой Ира шла вместе с отцом, а за ними, якобы незаметно, шли два охранника. Ире было досадно из-за того, что она завтра не сможет как следует прочесть сообщение от своего нового знакомого и пока не понимала, как сможет на него ответить, чтобы этого никто не заметил. А что если заметят? Точно на неё всё повесят. Куда вообще могли пропасть эти вакцины и кому они нужны? Ира глубоко вздохнула, зашла в дом и села за стол. Отец сел напротив.       — На крышу не выходи больше.       — Я поняла.       — Ситуация серьёзная, пропала половина.       — Как? Куда? Если кладовщик всё принял, какой с меня-то спрос?       — Вот именно, что у всех всё по документам сходится и по отчётам тоже, а по факту отсутствует половина вакцин, а это значит, что сегодня сделают вакцинацию всем, а через две недели может кому-то не хватить, если пропадёт хоть один ящик. Администрация имеет полное право подозревать совершенно всех, кто каким-образом причастен к цепочке с вакцинами.       — Но ты же понимаешь, что это не я и не мать!       — Лиза вчера забрала два ящика с вакцинами, так по документам. Но использовала сегодня один и второй пропал.       — Ни у кого нет ключей от её кабинета, как и от моего.       — Поэтому все и всполошились.       — А кладовщик? Со склада половина пропала получается?!       — Он пока под главным подозрением, иначе бы нас домой так вот не отпустили.       — А диким они накой?       — Что?       — Куда деваются вакцины? Если в других колониях они не нужны, то стащили дикие? Зачем они им?       — Попадание дикого внутрь базы невозможно!       — Да-да, — Ира тихонько фыркнула и сложила руки на груди.       

***

      На следующий день Ира пошла на работу. Должен прибыть корабль вместе с грузом, а также она ждала возможность прочесть ответ её незнакомца. Ира старалась изо всех сил не подать виду, что она волнуется, так как это сейчас будет совсем не кстати.       На работе, возле закрытой двери, её ждала охрана. Один стоял прямо у будки дежурного, второй прохаживался и осматривался. Ира тихонько выдохнула и пошла открывать дверь. Наверное, охрана тут дежурит постоянно, даже ночью. Ничего удивительного в такой-то ситуации. Но как она прочтёт и отправит сообщение? Не важно, вероятнее всего охрана вообще не разбирается в том, что она должна делать, так что и вникать не будут.       Молча она открыла дверь и зашла внутрь, охранник заходить не стал, что придало ей немного уверенности. Ира включила компьютер и увидела уведомление о входящем сообщении. С лёгким волнением она открыла его и увидела накладную на сегодняшний товар. Усмехнувшись про себя за такую глупость и с досадой, она начала заполнять бланк отчётности для начальства, а также отправила информацию об обратной загрузке. Корабль должен был прийти через час, и это время Ира посвятила тому, что думала, какие вопросы задать своему собеседнику, если он, конечно, ответит.       Охранник бдительно следил за всеми действиями юной работницы, но пока не замечал ничего подозрительного, да и самое главное — это сверить её показатели с реальным количеством груза.       Грузовой корабль медленно спускался к посадочной площадке. Ира сидела спокойно, заслонив экран компьютера от охранника своей спиной. Буквально через пять минут на её компьютер пришло уведомление о сообщении. Ира не спеша открыла его и начала быстро читать, но от этого терялся смысл, и она сосредоточилась, чтобы прочесть внятно:       “Привет! А ты оказалась права, я работаю на космической станции Новая Эра, поэтому сообщения будут приходить только в день, когда приходит корабль, ваш порт связи открыт только для него и в другие дни попросту не работает! Мой проект касается как раз усовершенствования связи, с целью налаживания работы всех систем и общения. Можно сказать, что мы с тобой подопытные. В хорошем смысле этого слова. На станции у нас скучно не бывает. Научный отдел то и дело что-то изобретает, то для еды, то для работы умных установок, к которым не всех подпускают. Я отвечаю за всё, что касается связи и коммуникаций. Достаточно преуспел в этом деле, так что живу неплохо. У нас тут цикл дня и ночи нарушен немного, вот недавно установили специальное освещение, которое имитирует дневной свет и ночную темноту, чтобы всему экипажу было удобнее. А ещё мы все дышим по факту одним тем же воздухом. Он обновляется через специальные резервуары, фильтруется и снова распространяется по станции. За пределами станции нет воздуха, поэтому только так. Ещё у нас очень ценятся творческие люди. Писатели, певцы и прочие, так как развлечений порой совсем не хватает, а они пытаются скрасить нашу жизнь. Даже театр вздумали открыть, но я пока не уверен, что это хорошая идея, да и капитан не даёт разрешение на трату ресурсов под декорации и костюмы. Мне не известно, сколько нам лететь, но тут становится немного грустно и скучно, поэтому я решил, что наше общение будет отличным опытом.       Когда я читал твоё сообщение, то невольно задумался о том, какой у тебя голос, как ты выглядишь и как выглядит ваша станция. Наш-то корабль — это сплошные коридоры да и большие отсеки, то научные, то рабочие цеха, то грузовые. Тут скучно и серо, хоть стены краской мажь. А у вас как? Ты видишь солнце? Каждый день? Я читал про рассветы и закаты, они действительно такие красивые как описаны?       Я уже хотел заканчивать, но тут вдруг вспомнил, что себя не описал. Ну я не атлет, хотя в тренируюсь часто, тут у нас с этим строго. Бегать люблю, а тяжести таскать не очень, комплекция не та. Рост у меня средний, не хватило пары сантиметров до 180, но это не страшно. Стригут тут всех коротко, по соображениям гигиены. Только девушкам разрешается немного отпустить волосы, но зато когда они у меня чуть-чуть отрастают, то по цвету светло-русые, словно немного выгорели на солнце. По крайней мере мне так говорят. А ещё говорят, что голос мягкий и лаконичный, поэтому зовут к певцам и театр, но я человек науки и всё это немного от меня далеко. Глаза у меня голубые, впрочем, как и у всех моих родственников. Опиши себя при возможности, буду рад построить себе хотя бы зрительный образ. Ну и опиши станцию, как тебе там?”       Когда Ира дочитала сообщение, то она хотела уже начать отвечать, но увидела, как корабль коснулся посадочной площадки и с ужасом осознала, что всё ещё не вызвала грузящий экипаж. Она поспешила нажать кнопку дважды. На удивление экипаж вышел быстро, вместо с одним охранником. Ира взяла заполненную форму накладной, пошла под сопровождением в открытый грузовой отек. Она показала охраннику данные с накладной корабля, и они вместе пересчитали груз. Когда все удостоверились, что прибыло ровно семь ящиков вакцин, как и указано, то они подписали эту бумагу вдвоём, и отдали грузящему экипажу.       Ира пошла в свою кабинку, чтобы ответить на сообщение и задать все волнующие её вопросы. Она закрыла за собой дверь и поняла, что её руки предательски дрожат. Вдруг раздался стук в окно.       — Всё хорошо? — спросил охранник, глядя, как Ира вся дрожит.       — Да, просто непривычно так работать, — ответила она.       Охранник понимающе кивнул и отошёл, не спуская при этом взгляд с девчонки. Ира нажала на кнопку ответа и начала быстро печатать:       “Ох, у вас очень чудесно! У нас всё не серое, но сами здания унылые. Вечно гремят цеха, в которых делаются разные детали для отправки вам. Солнце действительно очень красивое, я стараюсь рисовать закат каждый вечер, сидя у себя на крыше дома. Правда отец теперь запретил мне это делать, так как у нас куда-то пропала часть ящиков с вакцинами, что вы нам посылаете, из-за этого все немного нервничают и часть подозрений падает на меня. Теперь тут всюду охрана, рядом со мной и со всеми, кто как-то может быть причастен к пропаже вакцины. Дежурят всю ночь тут — я уверена. Кстати ты выше меня и по описанию очень даже красивый. Я ниже тебя, но зато глаза такого же цвета и волосы у меня длинные, хотя отец просит всегда их состричь согласно технике безопасности, которую я так усердно игнорирую уже который год своей работы. Тут все немного помешаны на своей работе и обязанностях, от чего даже тошнит! Тот же Гриша! Мы как-то просто гуляли вдоль забора колонии, как вдруг я увидела дикого. Ну это такие люди, которые больны и в общем-то они ненормальные, хотя с виду я бы так и не сказала. Видела пару раз всего, но далеко и он был в одежде. По мне так дикие одежду бы не носили, хотя откуда мне знать наверняка. Короче ничего такого не было, просто дикий сидел далеко от лагеря, а Гриша сразу сорвался, чтобы доложить об этом охране. Я его схватила, и мы немного подрались. Считай, что я победила. Охране он так ничего не сообщил и явно на меня теперь обижен, хотя мне это даже на руку. Короче сейчас всё станет куда хуже. Если пропадёт ещё вакцина, то в следующий раз смогут привить не всех, а значит есть риск развития болезни внутри колонии, что очень опасно. Я только не понимаю, куда могли деться остальные ящики, если по документам кладовщик принимает ровно столько, сколько я ему отдаю. И если их воруют дикие, то почему? Кстати ты не знаешь? Ты чуть старше, вам что-нибудь точно рассказывают про историю вашей родной земли. Ты же по сути тоже отсюда! Наши родители даже могли бы быть знакомы, но зная характер своего отца — это невозможно! Правда именно из-за своего характера он и работает начальником охраны, и мы живём кое-как. А мама медик. Она как раз и делает ту самую вакцинацию, но теперь из-за пропажи у неё большие проблемы. У нас тут вообще творческих людей нет. Никто не играет музыку, а читают только справочную литературу. Тут не менее скучно. А в театр бы я сходила. Не отказывайся от участия, может потом опишешь мне какого это! Ладно, больше писать не могу, боюсь, что заметят и будут лишние вопросы, которые мне вовсе тут не нужны. Пиши что-нибудь, буду ждать ответа!”       Ира отправила письмо, и взяла тут же бумаги, стала делать вид, словно что-то заполняет. Охрана следила за процессом погрузки товара в корабль, а когда загрузка закончилась, то Ира быстро настроила корабль на обратный путь к вратам и нажала отправку. Двигатели взревели и корабль медленно оторвался от площадки.       Выйдя из кабинки, Ира заперла её на ключи подёргала ручку, чтобы удостовериться, что действительно её закрыла. Охранник стоял прямо напротив неё и наблюдал.       — Есть вопросы?       — Нет, — сухо ответил он. — Я доложу начальству рапорт о твоей работе, можешь быть свободна.       Ира не стала спрашивать, как расценивать его слова, так как данный вопрос показался ей самой очень подозрительным, поэтому она просто пошла домой.       По пути обратно ей встретился Гриша с улыбкой до ушей. Он тут же направился к Ире, от чего у той сразу стало дурное предчувствие.       — Сегодня отца повысили! — сообщил Гриша. — Говорят, что он нашёл целую базу диких и доложил о ней начальству и теперь туда готовится нападение!       — Зачем нападать на диких, которые сами не нападают? — спросила Ира, подняв вопросительно бровь.       — Всё-то ты не понимаешь! Это же дикие! Их надо истреблять, так как, — Гриша задумался, но тут же взял себя в руки, — так как они плохие дикие!       — А чем ты не дикий? — неожиданно спросила Ира.       — А от чего же мне им быть?       — А от чего тебе им не быть?       — Не дикий я! Будь дикий, то тут же бы на тебя напал!       — Уже нападал, — подметила Ира.       — То ты первая начала и вообще это мог быть саботаж с твоей стороны, могла бы поблагодарить, что не доложил о тебе, — Гриша сделал мерзкое лицо жалкого стукача, и Ира едва удержалась, чтобы не влепить ему по щеке.       — Тоже мне достижение, — Ира отвернулась.       — Ладно, пошли гулять? — предложил Гриша.       — Только вдоль периметра, ладно?       — Нет, там сейчас охраны много, нас поймают и спрашивать будут.       — Трусишь?       — Да нет, при чём тут трусость вообще? Это здравомыслие! На тебя и твоих родителей и так подозрений больно уж много.       — И какие слухи ходят?       — Да никаких, — Гриша немного поёжился, так как врать совсем не умел.       — А если быть честным?       — Когда это я был с тобой не честным?!       — Сейчас, Гриш. Я тебе нравлюсь?       — Нет, и вообще…       — Вот опять не честно говоришь.       — Да с чего ты взяла?! — вдруг воскликнул Гриша.       — Слухи точно ходят, народ тут такой, развлечений тут других нет, а раз ты тут со мной разговариваешь, то тебя либо шпионить заставили, либо я тебе нравлюсь, и ты тут со мной болтаешь вопреки слухам и это можно назвать даже смелостью, так как теперь слухи поползут и про тебя, а если твоего отца действительно наградили за столь сомнительный подвиг, то с какой-то стороны это и угроза для него. Поэтому либо ты шпионишь, либо…       — Второе, Ир, — выдохнул Гриша. — Но правда, давай не будем вдоль периметра гулять, нас точно схватят и весь день продержат у начальника охраны.       — Чтобы мы заполняли глупые формы ворос-ответов, — понимающе покивала головой Ира.       — Это что такое? — не понял Гриша.       — Специальный бланк, который заполняешь, там всякие вопросы, а ты даёшь на них ответы, и по ним составляют картину, кто ты такой, врёшь или нет.       — Заполняла? — удивился Гриша.       — Брось! Отец рассказывал и показывал один, только об этом никому.       — Конечно, я ни слова не скажу, ты же знаешь, мы тайны друг друга храним!       — Ага, — Ира подметила, что тут Гриша был прав. — А купон на кофе у тебя остался?       — Конечно! — Гриша широко улыбнулся, но потом тут же сделался серьёзным. — Пойдём?       — Ну раз не вдоль периметра, то хоть так.       Ира сама себе удивилась, как вдруг она преодолела некий барьер с Гришей, возможно это из-за осознания того, что сейчас он действительно один из немногих на станции, кто готов верить ей и не распускает слухи. По крайней мере она в это верила.       Кафе было полупустым, видно из-за нынешней ситуации. Когда Гриша с Ирой зашли, то он отправился к кассирше с купоном, а Ира села в дальнем углу, делая вид, что не замечает косых взглядов посетителей. Гриша пришёл буквально через две минуты с двумя чашками ароматного чёрного напитка в жестяных кружках. Ира аккуратно понюхала напиток, потом чуть-чуть попробовала. На вкус оказался горьковатый и она поморщилась.       — Он такой и должен быть? — удивилась она.       — Да, — кивнул Гриша. — Ты ещё не распробовала, постарайся не так сильно концентрироваться на вкусе.       — Не концентрироваться на вкусе того, что ты пьёшь? — не поняла Ира.       — Да, как-то так, — пожал плечами Гриша.       — Ну ладно, — Ира заправила за ухо выбившийся локон волос, закрыла глаза и сделала глоток горячего напитка, потом постаралась думать о чём-то другом, но не концентрироваться на вкусе ей это не помогло, хотя на этот раз всё показалось не столь плохим.       — Ну как?       — Лучше.       — Я же говорил, — Гриша улыбнулся.       Через столик от Гриши и Иры сидел крепкий усатый мужчина, который то и дело словно выглядывал на Иру из-за плеча Гриши, желая убедиться, что это именно она, а не какая-то другая девчонка, хотя на станции других девушек её возраста не было вовсе, да и Гриша мог быть тут только с ней и его тоже все знают.       — А что, если моей Машеньке не хватит вакцины?! — вдруг сказал мужик, так, чтобы его все слышали. В кафе сделалось тихо. — Кто будет виновен в её страшной мучительной смерти от тяжёлой заразы? А ведь ей всего пять, она даже жизни на устах не вкусила, а над ней нависла угроза страшной смерти, которую можно пожелать только дикому отрепью! Как вы думаете, кто будет виновен в столь грязном грехе?       — Кто, кто, — встряла кассирша, — найдут виновного! Охрана сейчас этим только и занимается!       — А если охрану подкупят?!       — Да кто ж! Сам слышишь, что мелишь? Мы тут все на совесть работаем, а ты такие вещи говоришь!       — На совесть, да вакцины пропали! А сегодня? Ровно семь ящиков! А ведь это…       — Сам откуда услышал, что семь? Откуда информация? — выкрикнула Ира.       — Да вся станция в курсе уже, — мужик приподнялся на руках. — А было больше, да? — он смотрел на неё с выпученными глазами, от чего Ире стало страшно и угол, в котором она сидела, показался ужасно маленьким и словно сдавливал её.       — Слухи, — фыркнула она. — Они до добра не доведут! — Ира взяла кружку кофе обеими руками, чтобы скрыть волнение и трясущиеся руки. Тут же сделала глоток, но слишком большой и обожглась. Поморщилась, но не выронила ни слова, лишь в глазах встали слёзы.       — В слухах рождается истина! Слышишь, ты…       — Замолчи уже! — Гриша резко встал, Ира взяла его за руку, чтобы усадить обратно на место, но тот казался каменным и словно весь напружинился.       — Смелый малый, знаешь, что не трону, да? — мужик облизнулся. — И папка у тебя большой человек, не то, что мы — обычные трудяги, которые являются лишь кормом для таких, как вы. Сидите тут, кофе пьёте! А по её вине, может, моя Машка умрёт!!!       — Ты обвиняешь человека, который ничего не совершил!       — Как это не совершил! А где вакцины?!       — Вот докажут — обвиняй! А пока ты лишь ведёшь себя так, как не подобает работнику. Сомневаешься в компетенции охраны и не доверяешь остальным работникам колонии!       — Так напиши на меня рапорт.       — Бумаги не стоишь, — Гриша сел, и попытался казаться спокойным, хотя Ира чувствовала, какой холодной от волнения стала его рука.       — Деловитый какой! — мужик сел на место, краснея, как помидор.       — Давай уйдём? — спросила Ира.       — А кофе? — Гриша вытащил свою руку из-под руки Иры и взял чашку. — Купон потратил же.       — Там два дают по купону?       — Нет, кассирша подарила, — шёпотом сказал он.       — Ты мне веришь? — Ира подняла на него свои глаза.       — Конечно.       — Ладно, — она сделала ещё глоточек кофе, который стал чуть холоднее.       — Прости меня, за то, что…       — Брось, — Ира качала головой, — это уже прошло. Сейчас впереди будет ещё больше.       — Думаешь пропажи продолжатся?       — Всё как-то странно, не находишь?       — Да, но я не очень понимаю, как всё это могло произойти.       — Давай не тут, — Ира покосилась аккуратно на мужика, который все ещё смотрел за ними.       — Точно.       После того, как Ира и Гриша молча допили кофе, то они пошли дальше гулять по колонии, обсуждая новый напиток и стараясь не задевать темы, которые так волновали обоих. Гришу больше всего волновала сама Ира, а Иру волновали события станции, дикие, друг по переписке Дима, а уж потом только сам Гриша. По крайней мере для себя она выстроила именно такие приоритеты.       — Станции так много лет, — начала Ира издалека. — А наружу выходят лишь единицы. Почему всё ещё так опасно?       — Не знаю, но я думаю, что будь там безопасно, то станцию расширяли бы.       — Тоже верно. Что ты знаешь про диких? Только правду.       — Мало. Отец только рассказывает, как видит их то тут, то там.       — Все твои рассказы — истина?       — В основном да, — кивнул Гриша, но Ира понимала, что он попросту не согласится с тем, что это всё его выдумки.       — Почему дикие всё ещё ни разу не атаковали станцию?       — Они не совсем разумные ведь. Зачем им эта станция?       — Не знаю. Как ты думаешь, а как люди в космосе живут?       — Они трудятся над благом нашего общего будущего, чтобы продолжить род человечества.       — Да, там, наверное, спокойнее.       — Нам этого не узнать.       — Угу, — в голове Иры мелькнула мысль рассказать про Диму, но она тут же решила, что не стоит.       — «В колонии объявлен комендантский час! После шестнадцати ноль-ноль всем не работающим необходимо быть дома!», — раздалось из граммофона.       — Сколько уже? — спросила Ира и посмотрела на ближайшие часы на стене какого-то цеха. — Ой, уже семнадцать.       — Завтра работаешь?       — Нет.       — Встретимся?       — Я не уверена, что стоит, — Ира не понимала смесь чувств внутри себя. Она отказывалась словно по привычке.       — Почему?       — Слухи, ты же понимаешь.       — А не всё ли равно?       — Наверное всё равно.       — Ну так что?       — Давай в полдень на углу дорожки к погрузочной, — предложила Ира.       — Хорошо, буду ждать, — Гриша развернулся и стал уходить, потом резко остановился. — Тебя проводить?       — Не стоит, что со мной будет-то?       — Ну, — Гриша пожал плечами, — всякие люди есть.       — Спасибо, — кивнула Ира. — За случай в кафе. Но не переживай, он всего лишь клоун.       — Верно, пока.       — Пока.       Ира шла домой одна, вспоминая взгляд того мужика. Инстинктивно обернулась, но за ней никого не было. Ускорила шаг и погрузилась в мысли, которые стали теперь путаться, мешаясь в ужасном беспорядке. Раньше у неё всё лежало по полочкам, она жила каждый день одинаково, но теперь события ворвались в её жизнь и всё перемешали. Белые и черные краски столкнулись, разлились вокруг полутонами в разных оттенках серого и порождая новые, невиданные до этого, цвета. Ира выдохнула и попробовала успокоиться. Зашла в дом. За столом сидела мать, отец и охранник. Ира застыла в дверях.       — Где была? — спросил охранник.       — Гуляла.       — Где?       — По территории, — Ира уже хотела начать огрызаться, но тяжёлый свинцовый взгляд отца её удерживал.       — С кем?       — С Гришей.       — С какой целью?       — Общения.       — С этого дня без спроса ходить никуда нельзя. Это касается всех участников преступления, — охранник встал и подошёл к Ире. — Могу я выйти?       Ира отошла от двери, а после того, как охранник ушёл — закрыла её. Отец и мать сидели и молча смотрели в стол, словно застыв.       — Что такое? — спросила Ира.       — Пять из семи, — ответил отец. — На складе пять из семи!       — У меня под ответственность охраны всё приняли! — возмутилась Ира.       — Как и у всех, — пожала плечами мать. — Как и у всех, — повторила она шёпотом.       Внутри Иры всполохнула ярость и злость, она понимала, что крайних найдут, и возможно крайним будет один из тех, кто сидит в этой комнате. Или кладовщик.       — Садись ужинать, — сказала Лиза.       — В городе комендантский час ввели, — обратился отец к Ире.       — Знаю, — Ира села за стол.       — Как с Гришей погуляли?       — Он мне верит.       — Тебе все верят, — сказал отец так, словно сам в это верил.       — Ага, конечно, — Ира вздохнула. Лиза поставила перед ней суп, но аппетита не было. — Не хочу есть.       — Я тоже, — Лиза села за стол и начала медленно есть. — Но надо. Отсутствие аппетита вызвано стрессом, это нормально, скоро пройдёт.       — Да, хотелось бы. Потом на крышу нельзя?       — Боюсь, что нет, — сказал отец.       — Ладно.       Ночью Ира лежала в кровати и пыталась уснуть. Какое-то время на улице были слышны повторяющиеся требования граммофона о том, что все должны быть по домам. Ира завернулась в одеяло и попыталась отбросить все мысли, что её мучали. Перед глазами то и дело всплывали образы письма, Гриши и, возможно, Димы. По крайней мере таким, каким она себе его представила. Потом она вспомнила про новость с вакцинами и тут же вспомнился взгляд того мужика из кафе. Ире стало не по себе, она скрутилась на маленькой кровати, и так и уснула, словно маленький котёнок, который пытается защититься от мира, свернувшись клубочком.