Новый учитель

*** На следующий день Чимин сильно заболел. Мокрая одежда всё же сыграла свою роль за то время пока они добрались домой к учителю Мину. Лёжа с температурой и пылающе-красным горлом, Пак проклинает зиму, эту слякоть и бестолкового водителя, который окатил его холодной грязюкой. Мама блондина твердит, что это всё потому, что он такой бестолковый и ходит без шапки, модничает. А его мода в такую погоду никому не нужна. — Об учёбе надо думать. — не унимается мать, в очередной раз измеряя температуру сыну. — Я вызову на дом врача. — Мааам, — протягивает Чимин осипшим голосом.— Я сегодня отлежусь, а завтра пойду в школу. — начинает протест Пак. Но мама непреклонна, и вечером на пороге их квартиры вместе с Вейем появляется еще и тётенька врач. Пока врач осматривает Пака и делает назначение, Вей терпеливо ожидает в стороне. Но потом его ожидание вознаграждено, и парни вдоволь могут наговориться. Ответив на все вопросы друга и рассказав ему, про все свои.. почти все… вчерашние приключения, Чимин для себя отмечает, что сегодня ему кроме Вейя, хотелось бы видеть ещё одного человека, это Мин Юнги. Изнутри точит сердце слабенький червячок грусти, но сославшись на слабость от болезни, блондин не признался Чону в этом глупом факте, и вскоре он пожалев младшего и погладив по голове, отправляется домой, пообещав на завтра обязательный визит. Пак валяется в кровати без сна довольно долго. Вспоминая, каким насыщенным на события был вчерашний день, и когда к половине одиннадцатого вечера сон всё же начинает одолевать его, полусонное состояние Чимина тревожит звук смс сообщения. Он решает, что Вей никак не может пережить его простуду, Пак тычет на экран блокировки. Но сообщение вовсе не от друга, что порождает моментальную трезвость ума блондина. Сердце с бешенной радостью начинает колоться, когда контакт под названием «Мин Юнги» пишет следующее: «Видимо, плохо я о тебе позаботился. Выздоравливай побыстрее, Пак. У нас скоро зачёт по литературе😉». Улыбаясь, как полоумный светящемуся экрану телефона, Чимин быстренько набирает ответ: «Спасибо Вам за всё, учитель Мин. Обещаю долго не болеть» и сдобрив свой ответ довольной рожицей, жмёт на «отправить. *** Проболел Чимин целых две недели. Спасибо Вейю, что он не покидал Пака в одиночестве и каждый вечер был его обязательным гостем. В школу блоедин возвращается ослабленный и измученный. Бледное худое лицо, серые круги под сонными глазами. «Ну и видок у меня…» оглядывает Пак оценивающе своё лицо в зеркало, стоя в школьном туалете. Слабость просто невыносимая. Ноги просто подкашиваются. Он бы еще недельку не против был поваляться дома. — Ну где ты там запропостился? — подает голос Вей, появившись в дверях. — Уууу, ну и видок у тебя, Чим! — тянет он. – Может тебе домой всё таки? Я отпрошу у Мина. Хочешь? — Чон выпытывающе смотрит на Пака, ожидая положительного ответа. — Нет, нельзя Вей. — устало вздыхает младший. — Сегодня последний урок перед зачётом. Я и так столько пропустил, да и к сегодняшнему уроку совсем не готов… Нельзя, Вей. — как приговор повторяет Пак и, собрав все силы в кулак, шагает прочь из туалета. Зайдя в класс и шмыгнув носом, он понимает, что после долгого насморка, его орган обоняния, походу, наверстывает упущенное по улавливанию различных ароматов. Витающий в этом душном помещении запах каких-то бутербродов перемешанный с запахом чьих-то сладких духов, неумолимо пробивает на тошноту. Чимин морщится, сглатывает нарастающий в горле ком и решительно проходит к своему месту, морально готовясь слушать голос Юнги. Как доказано на практике, в каждом классе есть люди, которые будто бы ведут между собой вне гласную борьбу за звание самого тупого человека на планете. И их класс не исключение. Здесь ветвь первенства по этому поводу уже который год вырывают друг у друга Ли Чивон и sexy woman, которой она себя считала, Чхве Юни. Чивон, он и в Африке Чивон, как говорится. Человек со странным мышлением и интересами, ограничивающимися школьной столовой и школьным туалетом, который, не взирая на всяческие запреты, использовался в качестве курилки, где молодое поколение страны каждую перемену, стараясь уложится в эти десять минут, травит себя порциями никотина. Во избежание курения в школе, одно время пустили слух, что в туалетах, якобы, установят камеры видеонаблюдения, дабы пресечь всяческие попытки себятравления учеников, и провинившиеся будут исключены из школы и, мол, в другую, даже самую низкоклассную, школу в городе, с таким страшным грехом, замеченных в принципе не возьмут. Но, как водится, вскоре этот слух заглох, потому что на такие мелочи, как снабжение толчка дорогостоящей техникой, естественно, не оказалось денег, и на каждом этаже были приставлены дежурные, которых уполномочили пресекать всяческие попытки грехопадения. Чивон не раз был замечен в вышесказанном и исключать его могли бы чуть ли не каждую неделю. Но, как известно, дуракам везет. А поэтому его всё никак не могла настичь карма и он каждый раз оставался цел и не вредим. Ну уж лучше иметь хоть небольшие интересы и способности и отвечать за свои поступки, чем прослыть на всю школу идиотом. Но не только безмятежность во взгляде и отсутствие воображения во всяческих его проявлениях может сделать тебя знаменитостью в школьном государстве, и Юни была тому живым примером. Надели бог её великую персону хоть толикой мозгов, которых бы хватило не только на разговоры о модной одежде и о парнях, с её внешними данными цены бы ей не было. Порой удивительно, как она вообще выживает в этом мире и выполняет самые примитивные действия. Но и таким людям везет и причём уже с самого рождения. Её родители богатенькие бизнесмены, у которых разве что на луне нет недвижимости. Привыкнув отдыхать каждые каникулы в новом месте, она знала, что для того чтобы поступить ей не придется заморачиваться. Надёжный балласт из волосатых лап всегда сыграет свою роль и встанет на защиту беспомощному ребенку. Но вот только достижение Юни к сожалению ограничатся только пространством города, в котором она проживает, так как за его пределами режим «всё включено» навряд–ли сработает. "А они бы с Чивоном были бы не плохой парой!" От пришедшей в голову мысли Пак заулыбался. — Пак, что такой довольный? — долетает до него откуда-то из далека строгий голос. И только сейчас Чимин понимает всю нелепость ситуации, когда он сидит полулёжа на парте, подперев голову рукой и уставившись в окно, размышляя о «смысле жизни». — Посвяти нас в свои размышления. — Чимин вздрагивает и только сейчас замечает, что весь класс занят обсуждением романа Л.Н.Толстого «Анна Каренина». Блондин поднимает глаза и встречается с холодными глазами Юнги. Его строгий недовольный взгляд блуждает по отрешённому лицу младшего. — Простите... — робко проговаривает Чимин, усаживаясь ровнее. — Пак, останетесь после уроков, и мы с Вами побеседуем тогда. Если Вам так не интересна тема нашего урока и Вам всё равно, как Вы сдадите зачёт по вашему профильному предмету, который между прочим, уже завтра. — учитель резко отворачивается и шагает в направлении стола. Выдержав минутную паузу, уже более спокойно, начинает говорить, обращаясь ко всем: — Это была последняя тема пред зачётом. Надеюсь, все хорошо усвоили материал и результаты будут хорошими. А теперь все могут быть свободны. В классе поднимается грохот от стульев и все спешат к выходу. Чимин самый последний собирает тетради в сумку и плетётся на встречу к Вейю, который нетерпеливо ждет младшего в дверях. Блондин бросает на учителя укоризненный взгляд: «Какой же Вы всё таки фашист, Мин Юнги». Но он даже не удостоив Пака и мимолётным вниманием, склонившись к столу, заполняет журнал. Настроение Пака, подключившись к всеобщей слабости, упало ниже плинтуса. "А я–то думал... Нет мне даже показалось, и я был уверен практически, что та поездка на форум нас с Юнги даже сблизила, а он своё: «Останетесь после уроков». Обидно знаете ли, Мин Юнги." думает Чимин. Вей с сожалением смотрит на друга и поджав губы ободряюще гладит по плечу. — Ну и угораздило же тебя, Чим... — грустно сдвигает он брови. — О чём размышлял-то хоть? Надеюсь это того стоило? Пак с сожалением о своём поступке поднимает на друга грустный взгляд. — О Чивоне и Юни. — отвечает Пак, заметив, как глаза Чона округляются от удивления. Чего-чего, а такого ответа друга Вей точно не ожидал. — Я подумал, — спешит продолжить блондин— Что они были бы наверное хорошей парой. — Ахаха! Ну ты, мать, даёшь! — восклицает на весь коридор Чон, схватившись за живот. — Получается, что Чивон, сам того не подозревая, испортил тебе жизнь сегодня! — веселится друг. — Дааа, узнай об этом Чхве, она бы вне себя от счастья была, что, не прилагая совершенно никаких усилий, так славно подпортила тебе репутацию перед учителем Мином. Только единственное, что её волновало бы и злило в этой ситуации, так это то, что в парни ты ей выбрала именно Чивона. — Вей заливается звонким смехом, который захлёбывающимся колокольчикам тает в пустоте спортзала. Весь урок физкультуры Пак просиживает на скамейке, даже не переодеваясь в спортивную форму. Слабость после прошедшей простуды никуда не делась, а мысль о том, что через сорок пять минут ему предстоит «задушевная» беседа с Юнги, особого оптимизма его духу не придает. В душе на него горькая обида. "А может это месть за все мои выходки в день форума? Если это так, то и долго же он умеет держать зло. Таких злопамятных людей я ещё не встречал. Хотя, все оставшиеся время он был в хорошем настроении, угощал меня бургером и колой, даже прислал смс, чтобы я выздоравливал поскорее. Что теперь не так? В чём дело?" мысли в голове Пака не дают ему никакого покоя. Он закрывает лицо руками и устало с усилием трёт его. — Пак! — долетает до Чимина выделывающийся голос одноклассника. — Мяч подай! Чё уставился! — он уперся руками в бока, согнув одну ногу в колене с издёвкой глядя на блондина. Пребывая в такой же задумчивости, Пак пинает легонько мяч, не вставая со скамьи и, когда он покатился прочь, снова возвращается к своим мыслям. Не обращая внимание на какую-то колкость, которую бросает подбегая ближе за мячом Юни в адрес Чимина, по поводу недостаточного ускорение, которое он придал мячу. Пока блондин, сидя на скамейке, занимается самоедством, урок физкультуры подходит к концу, и Вей переодетый снова в школьную форму стоит возле друга. — Да не переживай ты так, Чим! — заглядывая в глаза младшего, участливо говорит он, видя обеспокоенный взгляд друга. — Ну прочитает Мин тебе лекцию и отпустит по добру по здорову. Не съест же он тебя там в самом деле. Чимин вяло кивает, пытаясь изобразить на лице жалкое подобие улыбки. И когда они с Вейем выходят из спорт зала, выслушав его очередные утешения, пока друг, переобувшись в раздевалке, натягивает возле зеркала пуховик и шапку с шарфом, Чимин нехотя направляется на третий этаж в кабинет литературы. *** Юнги стоит лицом к окну, когда Чимин робко постучав, открывает дверь. — Можно?— пытается привлечь внимание учителя младший. Блондин стоит, как вкопанный, не двигаясь с места, будто пытаясь разгадать настроение Мина по широкой спине. Но что-то подсказывает Чимину, что надвигается настоящая буря, судя по тому, как всё чаще и чаще от глубокого нервного дыхания вздымаются плечи Юнги, обтянутые светлой полосатой рубашкой. "Неужели моё поведение на уроке так его разозлило?! Да, я не слушал материал, да у меня странное спокойствие перед предстоящим зачётом, и похоже, что меня это волнует меньше, чем Юнги. Но не надо делать из этого такую трагедию!" мысли никак не отступают. Чимин продолжает стоять и смотреть на спину своего учителя. Еще некоторое время постояв, не обращая на младшего никакого внимания, Мин Юнги на конец разворачивается и, сунув руки в карманы и склонив голову на бок, вызывающе смотрит на блондина. Чимин не может понять, что выражает его взгляд, такой надменный с нотками укоризны в его адрес, но переборов весь страх, решает заговорить первым. — Учитель Мин, я готов отработать урок... — но Юнги не дает договорить младшему, резко сократив расстояние между ними. — Спасибо, Пак! — язвительно проговаривает старший. — Ты хотел оказать мне услугу? Чимин непонимающе смотрит на сероволосого: — Учитель Мин, что–то произошло? — А ты совсем не в курсе? — Юнги подаётся вперёд, насмешливо глядя Паку прямо в глаза. Чимин изо всех сил мотает головой. — А то, что уже вся школа гудит о том, что мы с тобой ездили на форум. Знаешь сколько желающих было? Возникло много вопросов, почему же поехал ученик, а не второй учитель. Если жалоба поступит куда надо, представляешь, какие последствия ожидают многих из нас? Зачем ты растрепал всем о нашей поездке? Похвастаться захотелось? — от его слов у Чимина пропал дар речи. " Как он может думать, что это я всем рассказал о нашей поездке?! Как он может мне не верить?! Ведь я всё понимаю и обещал молчать! И зачем он говорит такие обидные вещи?!" у младшего обиды слёзы наворачиваются на глаза. — Я. Никому. Ничего. Не. Говорил. — с нажимом громко произносит блондин. Хочется развернуться и убежать, но он понимает, что, несмотря на эмоции, надо расставить все точки над «і». — Я ничего никому не говорил, учитель Мин! — с обидой в голосе выкрикивает младший. Пыл в глазах Юнги немного оседает. И он молча продолжает смотреть на младшего, но уже заметно успокаиваясь. — А кто тогда сказал? — нервно спрашивает сероволосый. — Откуда мне знать! — снова выкрикивает Чимин. Они стоят друг против друга, выясняя отношения, как вдруг дверь класса резко распахивается, едва не слетая с петель. И на пороге кабинета стоит Ли Чивон. — Чего тебе! — учитель поворачивается к ученику. От неожиданности тот мнется и пятится назад. — Я иду, слышу, кричат... — Ученик Ли, свободен! — Юнги прерывает ученика, не дав договорить. А Чимину хоть сквозь землю провались, стоя на глазах Чивона, весь в слезах перед учителем литературы. — Блять... — произносит шёпотом Мин, когда Мухин закрывает дверь. Потерев озабоченно лицо руками, Юнги садится на край парты. Чимин не может понять, что его беспокоит больше: то, что школа знает о поездке, то, что их видел Чивон и напридумывает сейчас невесть чего, или то, что Юнги обидел Пака, и младший сейчас стоит перед ним и ревёт в три ручья. Хотя с какой стати последнее его вообще должно волновать? — Извини. — тихо произносит сероволосый. Он поднимается и направляется к блондину. —Извини, пожалуйста, Чимин. Пак отталкивается от него и, схватив сумку, выбегает в коридор и со всех ног несётся к раздевалке. — Чимин! Пак Чимин! — слышит блондин вдогонку голос учителя, срывающийся на крик. Но младший не останавливается. Слёзы застилают ему глаза, дышать нечем, и совсем ничего не видно. Но им движет обида, поэтому Чимин как можно быстрее старается покинуть учебное заведение.