Королева червей

«Руки работают, видят глаза. Порхай как бабочка, жаль как пчела». Мохаммед Али (1942–2016) — американский боксер (закончил жизнь с болезнью Паркинсона практически парализованный)

      Денни Эберт. Отец. Он просто принял нас. Конечно, он не знал обо мне, но принял Тейлор. Выслушал. Пожалел. Пообещал быть всегда на ее стороне. Это так странно. У меня не было родителей. Тех, кого обучают быть Призраком, забирают из семей очень рано. Я даже не задумывалась о том, что в семье могут быть родители. Джим тоже не говорил о своих пращурах. А сейчас я сижу за столом с папой. Папа. Так странно. Все-таки не стоило проживать воспоминания Тейлор. Да, так я стала лучше понимать этот мир, но теперь Денни — моя болевая точка. Я больше не позволю забирать у меня близких. А значит мне нужен Рой. Я не заметила последствий после изменения тела, но они были. А еще я четко поняла разницу между моей силой и силой Тейлор. Она тоже может вести рой. Но из уже существующих насекомых. Ей даже не нужно самой создавать подчиненных или перехватывать контроль у другой королевы. Тейлор может просто взять.       Мне нужна такая Королева. Опыт прошедших битв дал четкое понимание — Рою нужны головы. Я могу создать тело: сильное, многофункциональное, верное. Но оно не будет думать. А если и будет, то этого недостаточно. Мне нужны мозги, чтобы поставить их на места в свой штаб. Значит, пора приучать девочку. Значит, можно дать ей воспоминания уже после превращения. Пора воспитывать мою новую королеву. Пора растить Рой.       «Тей, я дам тебе воспоминания после моего второго рождения. Я хочу, чтоб ты знала. Что бы ты ни увидела, я всегда буду на твоей стороне. Ты проживаешь мою жизнь, а я уже прожила твою. Мы даже ближе, чем сестры. Думается мне, не зря я попала именно в тебя».       «Там будет что-то плохое, да? Я… Я чувствую твою ненависть, она иногда приходит во снах. Я знаю, что ты не герой, Сара, но ты мне помогаешь. Помогаешь моему папе. Моему городу. Я уже многое увидела и понимаю, что отношения между протекторатом и враждебными кейпами скорее похожи на игру, а не на войну. Только платят обычно за ходы простые люди. И мне это не нравится, я сполна ощутила отношение кейпа к простой школьнице».       «Я обещала — мы тряхнем город. У нас есть очень большие силы, Тейлор. У нас обеих. Вместе мы сможем построить структуру, способную повлиять на мир. Будет больно, напарница, но через боль ты обретешь силу»       «Если я не справлюсь, позаботься о папе».       «Даже думать о таком не смей. Ты намного сильнее, чем думаешь, Тейлор. Иногда слабые люди загоняют сильных в оковы слабости. Тебе нужно их сбросить, и такие как София навсегда останутся позади. Уверенность — она изнутри. Снаружи можно нарастить лишь иллюзию. Теперь пошли спать, я растяну эту ночь на всю свою историю. Утром ты проснешься другой».       «Я готова, Сара. Это нужно мне. Ради папы. Ради себя. Ради наших мечт».       Псионический транс. Я использовала его перед важными сражениями. Нужно вынести свой разум за границы тела, мысли будут протекать на другом плане бытия. Без ограничения плоти. Быстрее. Четче. В этом измерении время не властно над разумом. Поэтому Тейлор узнает все за ночь. Сначала короткий миг осознания, потом отдых во время сна. Разум королевы способен принять огромный пакет информации, она тоже королева. Еще не Роя, но уже насекомых. К тому же я прослежу за телом. Псион способен защитить свой мозг от выгорания. А уж биотехнарь — тем более. Тело — лишь конструктор, который я начала изменять сразу после тестов в СКП. Им пока рано знать, насколько мы сильны. Нельзя давать потенциальным врагам информацию. Но нужно собирать ее самой. Меня очень напрягают Умники. Даже если один такой нароет что-то вроде артефакта Зел-Нага, нас не застанут врасплох. Больше нет.       Пока сестра спит, я могу позвать через ее силу. Собрать маленьких живых в канализации под домом. Они обеспечат необходимый материал. Создадим наши новые уши и глаза. Маленькие и незаметные, но уже не те жалкие мошки, что живут здесь. Рой умеет адаптироваться.

***

      Тейлор плакала. Смотря на лицо Сары, стоящей в медленно сжимающемся кольце зергов, Тейлор плакала. Их предали. Не только Сару, но и Тейлор в ее теле. Менгск предал своих бойцов. Сотни тысяч своих бойцов. Просто отмахнулся от тех, кто защищал его народ, рискуя своими жизнями. Тейлор знала, что жизнь не добрая сказка. Но верила в честь и справедливость. Герои в ее мире защищали обычных людей. Правительства защищали простых людей. Все самые лучшие люди, на которых хотелось равняться Тейлор, защищали, оберегали, созидали. Она знала, что иногда жертвы ради спасения других оправданны. Но не предательство. Ярость поселилась в груди. Тейлор очень не любила предателей. Нет ничего хуже, чем не оправдать оказанное доверие. Пальцы сжались в кулаки. Если бы она сейчас увидела Эмму, то избила бы ее. Конечно, потом отвезла бы в больницу, она не собиралась становиться злодеем. Но… Но она показала бы частицу той боли, что ютилась в ее маленькой грудной клетке, распирая и разрывая изнутри.       Вчерашняя школьница заметила кое-что еще. Даже до предательства Сара была очень одинока, но совсем не понимала этого. Единственный близкий ей человек — Джим Рейнор. Сару просто поместили в среду, где не было друзей, но была семья — ее боевые товарищи. Семья, что бросила ее умирать на всеми забытой планете. Хоть жизнь Сары никогда не была приятной, она знала, что такое справедливость и честь. Использование командованием грязных приемов возмущало девушку. Даже враг не может быть отдан на растерзание зергам, но, как оказалось, Менгск готов отдать Рою не только врагов. Тейлор хорошо понимала Сару. Тейлор проживала каждую секунду. Тейлор пропускала через себя прожитое. Тейлор захотела мести. Тейлор Эберт, наивная идеалистка, — умерла. Тейлор Эберт, новая Королева роя, — родилась. Вместе с Сарой они смогут построить мир, в котором не будет предателей, в котором не нужно будет умирать на войне. Мир, где щитом человечества станут зерги.

***

      Бой человек — человек ужасен, но понятен. Даже не участвовавший в боях ранее молодой мужчина примерно за три месяца «курса молодого бойца» будет не просто мясом. Все же человеческое тело способно на не слишком большой спектр действий. Артиллерия, воздушные войска, различные технические приспособления для прорыва или защиты пехоты. Конечно, в самых важных сражениях человечество показывает все свои наработки. Такой бой хаотичен для обывателя, огромные штаты штабов, сложные аналитические сводки. Феерия грамотно собранного симбиоза всех видов войск. Результат действий гениев стратегии. Когда поле боя становится скорее шахматной доской, нежели обычной картой местности. Но такое бывает только в идеальных условиях.       Пробираясь по перепаханной в черно-бурый пластилин земле, Сара спешила занять выгодную точку для своего «гнезда». Этот город уже давно перестал спать. При свете дня бои были более прямолинейны, дистанционны. Ночами люди рвали друг друга чуть ли не зубами. Отчаянное желание защитить свой дом сражалось против толпы вчерашних гражданских с не парящимся об их выживании командованием. Скорее, это была свалка, нежели война. Постоянные перестрелки, случайные жертвы, переход контроля территорий по несколько раз на дню. Окружения и прорывы из них, засады и мины. И трупы. Обугленные, застреленные, еще не ушедшие за грань, но уже не осознающие реальность. В глазах людей не было страха — он кончился в первом бое. Каналы переговоров с призывами эвакуации, поиском уже погибших людей, пересчетом потерь.       В окопах каждый боец знает, как руководить армией лучше всех в штабе. Особенно если армия буксует. Особенно когда штабу не сильно-то и важно, что происходит на передовой. Грязная кожа, ходящие по рукам фитильки сигарет, мат, стоны. Лик войны — человек. Человек мерзкий, беззубый, с гнилостным запахом. Но понятный.       Забравшись в квартиру высотки, Сара припала к оптике. Она была профи. А значит, сегодня ее винтовка соберет свою кровавую жатву. Простой приказ — перекрыть проспект. Простое выполнение. У повстанцев нет Призраков. У них даже нет шанса понять, откуда был произведен последний для них выстрел. Враги не ждут атаки с тыла. И она выждет, когда побежит более плотная вереница. Нужно использовать эффект неожиданности на полную. Прощупав дом на наличие угроз еще раз, Сара выкинула из головы эмоции. Сейчас они не нужны.       — Десятый, это десятый. Дайте вертушку, нас тут за… и с д…х стор. Вы же пролетаете в…ах метрах. У меня тут уже пять двухсотых… а эвакуация.       — Мне некого к вам отправить, десятый, закрепитесь. Прием.       — Скоро стемнеет, нас т… в…х убьют. Отп…вите «ручеек». Прием.       — Успокойся, капитан. Уже отправили. Их подбили на третьих воротах. Ждите. Займите дом. Ночью можно будет выбраться. Прикроете друг друга.       — У меня двухсотые, нужен «ручеек», достан… нас отсюда. Дайте мне позывные воздуха. Пусть их причешут.       — Они слышат по этому каналу десятый, к вам идет подмога. Не истери, капитан, мы в похожем положении.       — Да меня уже в спину бьют, мне голову не поднят…       Сара переключила канал. Она не может помочь — у нее другая задача. В перекрестье прицела попала голова пригибающегося командира врагов. Комнату наполнил звук тихих хлопков винтовки.

***

      Бой человек — человек понятен. А вот бой человек-зерг — это совсем другой расклад. Зерги имеют другое мышление, другие способы войны. Они могут напасть как с воздуха, так и из-под земли. Наломиться огромной волной мелких и юрких или снести укрепления непробиваемым монстром. Зерги не берут пленных, а тех, кого не убивают сразу, делают частью своей армии. Зерги адаптируются. Живут в бою. Поэтому они намного страшнее человека. Дай им время, и ты проиграешь. Лик войны — человек-зерг: не менее мерзкий, непредсказуемый и не оставляющий за собой даже крох биомассы. Вся она идет на благо Роя.